1813

На дворе был жестокий тысяча восемьсот двенадцатый год. Много крови воинов Российской Империи пролилось за это время. Недаром Лермонтов писал позднее: «Земля тряслась — как наши груди, Смешались в кучу кони, люди...» Французы были настроены серьезно. У них была цель — взять Москву любой ценой. Пьер де Сенье целеустремленно направлялся к желаемому городу. — Voilà Moscou, mes amis! Nous devons prendre la ville à tout prix! — городеливо выпрямившись и указав пальцем в сторону города, ранее называемого столицей, громко крикнул Париж, — Alors allez-y!

***

В Москве же, забравшись на наивысшее место Кремля, искал глазами французских захватчиков Михаил Московский. Он, увидев их, быстро спустился с возвышения. Войска ждали его команды. На вопросы об этом он лишь отвечал: «Не стоит беспокоиться. Французы не пройдут». Воины недоумевали: «Не сбрендил ли Московский!» Но нет, он не был в бреду и признаков помешательства тоже не было. У него был четко подготовленный план, о котором знал лишь он и никто, кроме него не подозревал об этом. Михаил, опустив руку в правый карман, сжал в руке коробку спичек, которая и нужна была ему для исполнения своего замысла. Он, усмехнувшись, посмотрел на солдат. — Сенье и его отряд будут здесь через полчаса - час... Запомните, что бы ни случилось, не спасайте меня, пожалуйста! — Хорошо, командир! — в одночасье криком ответили воины.

***

Московский не ошибся, французы были в Москве уже через сорок пять минут. Впереди всех, ухмыляясь, двигался на белом коне Пьер. Михаил стоял недвижимо. — Ну здравствуй, Москва! — на корявом русском обратился, все также противно улыбаясь, Париж. — Шел бы ты отсюда, пока не поздно, Сенье! — А с чего бы вдруг? Я-то уверен в своих солдатах! Не то, что ты! Взяв такой могущественный город, как Москва, мне не составит труда пойти на столицу — Петербург! — На Романова ты не осмелишься идти! — закричал Московский, неожиданно даже для себя. Он стал осуществлять свою идею: спичка прошлась по ленте для поджигания и вспыхнул маленький огонек. Михаил, держа этот маленький пылающий кусочек дерева, произнес: — Меня вы можете захватить, но Петербург вы не тронете! Прощай, Сенье... Герой сего рассказа опустил пламя в карман своего кафтана, мгновенно запылавшего. — Московский! Что ты делать! — завопил Пьер, — Зачем? — Тебе не понять, что значит слово «самопожертвование»... Через несколько минут французская армия в ужасе спасалась бегством. Отойдя от пожара на множество километров, Сенье остановился, наблюдая это зрелище. Он никак не мог разгадать секрета Московского: ради чего он пожертвовал собой? Ответ был очевиден: единственная тому причина — Александр Романов — Санкт-Петербург. Он не мог бы наблюдать за тем, как подавляют душу этого прекрасного, почти святого человека. Этим самым он старался спасти своего товарища. Для Михаила было проще умереть самому, чем смотреть на мучения того, кого он знает с самого его детства. Он бы никак не мог осознать то, что его больше нет, что он исчез бесследно. «Странный этот Михаил Московский! — подумал Пьер, — Что же им двигать?» Он вспомнил, что говорил ему сам Михаил: «Тебе не понять, что значит слово «самопожертвование»»... Предводитель французов стоял недвижимо, затем просто отдал приказ отступать. Тем и закончилась его попытка захвата Москвы.