Лодка

Артем спрыгнул с поезда, бросил на перрон спортивную сумку. Смеркалось. Степь порозовела. Вдохнул полной грудью чистый летний воздух. Ну здравствуй, дом родной! И сразу отпустила городская суета, грохот улиц, гомон толпы. Он и не думал, что будет так скучать по этому вялому месту. Всё здесь протекало размеренно. Никаких забот, никакой спешки. Или это только ему так казалось, потому что начались каникулы? «Надо на рыбалку сходить», — умиротворенно подумал Артем по пути в отчий дом. На складах раздавались звуки веселой гулянки. Из-за поворота не него вылетел Гриша. Гриша был явно нетрезв. Как радостно вновь с другом свидеться! И Стасик тут как тут! Выпили за встречу. Выпили за дружбу. Выпили за сданную сессию. Выпили за врачей — слуг народа. Выпили за Гришино условно-досрочное. Выпили за то, чтоб хуй стоял и деньги были. Остальных тостов Артем не запомнил. Уснул под забором. Умиротворенно. Собрались с мужиками рыбачить. На Стасике — хрючево, на Грише — синька, на Артеме — удочки и лодка. — Где ж я лодку возьму? — спросил Артем, который вообще-то собирался только удочки принести. — У Ольгимских была, — вспомнил Гриша. — Ага, так Влад мне ее и даст, — младший Влад перестал что-либо одалживать парням после того, как они прошлой весной утопили в Горхоне его четырку. — А ты с отцом к Ольгимским иди, — предложил Стасик, — он же человек уважаемый. Ему жирный Влад не откажет. Радовался Исидор приезду сына. Любимого единственного сына. Решил помочь с лодкой. Артем подумал, как же хорошо, что у него такой славный батя! А что за услугу эту огород полоть заставил — да он бы и так прополол! Бескорыстно! Пришли к Ольгимским. Провинциальный шик. На стенах бычьи головы, на полу пестрый ковер, на тумбе — стереосистема и пыльный след от отсутствующего телевизора. — Представляешь, телек увели! — прогрохотал тяжелый Влад, — это точно Филин, сука, я его… — запнулся, посмотрел на Артема, — а, не важно, садитесь. Сели за стол. Исидор торжественно выставил перед Владом бутылку твирина. Влад — хрустальные рюмки. Всё молча. Артем неловко смотрел то на батька, то на Ольгимского. — Ну что, — нарушил тишину Исидор, — за встречу? Кивнули. Разлили твирин. Выпили за встречу. Поговорили о том о сем. О быках, о степняках. В общем, светская часть беседы состоялась. Пора было переходить к сути. — Слушай, Влад, — начал Исидор, — у вас же лодка есть? — Есть лодка, — кивнул тяжелый Влад и хрустнул малосольным огурцом. — А одолжишь нам на денек? — еще огурец хрустнул. — На денек… Лодку… — маринованные опята чавкнули. — Ну да, — сухарик раскрошился. — Гм, — прогундел Ольгимский, — а на кой вам лодка-то? На рыбалку собрались? — А может и так, — Исидор опрокинул рюмку. — Может и так, — Влад тоже опрокинул. Артем остановился на трех и больше ему что-то не хотелось. С утра желудок болел. Решил силы поберечь для завтрашней попойки с друзьями. Еще разлили. Бутылка опустела. Отцы семейств предались воспоминаниям о молодости. Выпили за дружбу. Артем чокнулся компотом. — На компотик перешел, — заметил тяжелый Влад, — это прааально. Береги здоровье смолоду. — Честь, — поправил Исидор, изрядно захмелевший, но всё еще более трезвый, чем Ольгимский. — Чччсть, — Влад хрюкнул, — каков есть, такова и честь, — Артем не понял, к чему это он. Понял только, что разговор от лодки далеко уплыл. Закурили. Исидор самокрутку, Влад сигару, Артем — красный «Мальборо». — Ну каков сын, а! — покачал головой Влад, — ты посмотри на него. Внатуре бык! — прозвучало не очень, ведь бизнес Ольгимских — скотобойня, — Ссидор, я тебе так скажу… Был бы у меня такой сын… Исидор поставил на стол вторую бутылку. — За сына твоего. За тебя, Артемка. Ученым человеком растешь. Так глядишь и папку перерастешь, а? За сесию твою, Артемка. Выпили за сессию. — Мой вот дурень, — Влад сразу плеснул еще твирина себе и Исидору, Артем посасывал компотик, — институт бросил. Хуйней какой-то мается, прости, Господи, — Влад перекрестился, ухнул и выпил. — Слушай, Влад. — Ау? — А лодку одолжишь? — Артем уж испугался, что отец забыл, зачем они сюда пришли. Не забыл. Это всё — часть заковыристого плана. Во придумал! Славный у него батя. — Лодку… — прокряхтел Влад, — лодку… Лодка-то вам зачем? — взгляд его совсем поплыл. — Дык на рыбалку собрались, — спокойно пояснил Исидор. — На рыбалку значится… Гм… — Артем понадеялся, что папка наконец уломал Ольгимского. Рано обрадовался. Ольгимский потерял мысль. — Ссидор, ты мне как дохтор скажи, — мысль нашлась, но вообще не та, — че вот мужики лысеют так, а? — Влад провел ладонью по блестящему затылку, — Владик мой тоже уже того… Шерсть сбрасывать начал. Совсем пиздюк жеж еще. — Алопеция у вас, — объяснил Исидор и покрутил в руках салфетку, — генетическое заболевание. — Лопеция… генетическое, — тяжело осмыслял сказанное тяжелый Влад, — ебанарот, ну дела… — опять завис. — Золотой ты человек, Бурах, — отвис, — за тебя. За вас — за врачей. Слуг народа! Чокнулись. У Артема уже живот от компота надулся. В бутылке осталось всего на один тост. Артем загрустил и вышел подышать. Не видать ему лодки. Сел на завалинку, закурил. Подкатил младший Влад на скутере. Опустился рядом, стрельнул сигарету. — Как сам? — Потихоньку, — ответил Артем, — ты как? С батей бизнес ведешь? Влад махнул рукой. — Бизнес его — дело гиблое. Вообще не туда смотрит. Быки, быки одни у него на уме. Кому сейчас быки сдались? Ты вот, бедный студент, когда говядину последний раз ел? — Вчера. — Ага, вчера. Тут, — Влад указал на маячившую вдали скотобойню, — а там? — указал в противоположную сторону, намекая на столицу. Артем промолчал. — То-то и оно, — подытожил младший Ольгимский, затушил сигарету о подошву, — не, брат, у меня другой взгляд на бизнес. — Это какой? — Современный, — ухмыльнулся в усы, — людям подавай хлеба и зрелищ. Отец у нас — по части хлеба. А я — по части зрелищ. — Казино? — Нет, нет, ты что! — Шлюхи? — Ты за кого меня принимаешь? — За афериста, — гоготнул поддатый Артем. — Аферист — это друг твой Гриша, — обиделся Влад. — Телек у вас спиздил? — предположил Артем. — Нет… Нет, телек я унес. Для дела нужен. — Так что за дело такое? — продолжал расспрашивать Артем. — Видеосалон, — наконец признался Влад. — И чего современного? В Омуте уже лет семь кино крутят. — Суть не в самом кинотеатре, — Влад понизил голос, — а в, скажем так, репертуаре. Артем не понял. — Ты вот знаешь, что такое «Глубокая глотка»? Артем не знал, но начинал догадываться. — И где этот твой «видеосалон», — изобразил кавычки пальцами, — находится? — На складах… — шепнул Влад. — Так мой друг-аферист, получается, в доле? — А через кого, по-твоему, кассеты контрабандные в город попадают? Артемий закинул руки за голову и беспечно уставился в небо. Всё по-старому. Как будто и не уезжал. — Хочешь тоже в бизнес вложиться? Я тебе отвечаю, там хорошие деньги крутятся. У Артема не было ни гроша за душой. И Влад это знал. Просто хотелось кому-то похвастаться своим предприятием — остальные-то давно в курсе. Наружу вывалил Исидор. — Артем! — крикнул он, в кулаке блестела связка ключей, — лодка! Артем просиял. Батя надрался в сопли, но человек он крепкий — старой закалки. Дело до конца довел. Отперли сарай, вытащили честным трудом добытую лодку, поволокли к берегу. — Ты подумай, — бросил им вслед младший Влад, — про бизнес. — Подумаю! — пообещал Артем. — В среду вечером приходи на склады, новую кассету крутить будем. — Приду! — Лодку не убейте только! Стас мне за машину еще должен! Тяжелая, зараза. Шатающийся Исидор задачу усложнял — то толкал, то тянул, то оступался и чуть не переворачивался через корму. Но он человек крепкий — старой закалки. Водрузили лодку на воду. Оттолкнуться бы теперь. — Палку надо, — изрек старший Бурах, поднял кривую ясеневую ветвь, кое-как залез к Артему в лодку. — Пап, давай я… — Артем не успел предложить помощь. Исидор с силой, на которую способен только изрядно пьяный человек, оттолкнулся палкой от берега. Лодка тронулась. Исидор зашатался. Долго шатался. Слишком уверился в отце Артем. А тот всё же ухнулся за борт. Вода вмиг отрезвила Исидора. Вернулся с палкой в лодку, потер лицо, посмотрел на сына. — Артем! — удивился он, — а что ж мы в лодке делаем? — Плывем, — пожал плечами Артем. Исидор почесал репу. — Ты что последнее помнишь? — Как с Ольгимским бухали. За ворье — чтоб оно все передохло. Чтоб хуй стоял и деньги были. А дальше… дальше не помню. — А дальше поплыли, — сказал Артем и взялся за весла. — Вот оно что, — пробубнил Исидор, — ну хорошо, что лодку получилось взять, да? «Какой же славный у меня батя», — подумал Артем. — Ты только завтра, значится, помидоры подвяжи, полочку прибей, которая в кухне над мойкой — там гвоздь один выпал, — к Каиным сходи — отнеси тинктуры, — в магазин… Ну здравствуй, дом родной!