Мор (Утопия) / Ice-Pick Lodge / Серия компьютерных игр, 2005-...

2015 год. Модерн AU, в котором московский хлыщ Даниил Данковский приезжает с профессиональной инспекцией в городскую больницу города N, а хирург Артемий Бурах вынужден с этим смириться.

Чем же может закончиться простая любовь к игре и сотни потраченных часов на прохождения и изучения выдуманного мира? Если слишком долго смотреть в степь, она обратит внимание на тебя... И посмотрит тысячью глаз в самую твою душу. Такое сможет пережить не каждый, но жалеть будет уже поздно.

"Надеюсь, ты никогда не получишь это письмо. Я пишу его на полпути в дикую степь, в глубину страны, охваченную неизвестной болезнью, от которой нет ни спасения, ни лекарства. <...> Мне бы хотелось ... чтобы этот поезд никогда не прибыл, чтобы так и мчался без остановки. Мне бы прожить еще один, бесконечно долгий год…" | Ответы в Textual ask Pathologic, era 2020-2021. Условное продолжение "Витражей". По канону оригинальной Мор (Утопия), или Pathologic Classic

2015 год. Модерн AU, в котором московский хлыщ Даниил Данковский приезжает с профессиональной инспекцией в городскую больницу города N, а хирург Артемий Бурах вынужден с этим смириться.

Очень короткий юмористический рассказ, где выявляется новая эпидемия.

Как жить дальше, зная, что самое важное в твоей жизни осталось позади? Эпидемия прошла. Артемий и Ева знают, что больше никогда не увидят Даниила. У них впереди пустая осень, темная зима и Омут.

Поезд в столицу ушёл без него. Многогранник снесён, город спасён, волшебство развеялось и осталась одна забава: напиток, меняющий сознание. И несвятые придурки, которые хотят перестать беспокоиться и начать жить. WARNING: много мата, синька и мордобой.

Дело было в самую неделю, как Андрея вышвырнули из медицинского. Отметить сие радостное событие решили все вместе, то есть с ближайшим университетским товарищем (и не только) Данковским.

Братья Данковские совершенно разные, и с возрастом им все труднее ладить между собой, особенно после того, как Дмитрий поступает на службу в Инквизицию, которую Даниил презирает всей душой. Однако есть между ними и совершеннейшее сходство – они не выбирают себе в пару кого-то второго сорта. И как знать, может именно это обстоятельство позволит полностью изменить правила игры.

Ласка — единственный человек в Утопии, который скучал по смерти больше, чем по жизни. // !концовка утопистов. Термитная неделя!

Новоиспечённый менху пытается строить простое человеческое счастье. Выходит так себе.

Бакалавр Даниил Данковский собирает экспедицию в Город-на-Горхоне, надеясь найти ответы на вопросы, которые не решаются в Столице. На перроне он случайно сталкивается с бывшим полевым хирургом Артемием Бурахом. Обоих ведёт невидимая рука, которая торопит их в один и тот же город — навстречу тому, что уже не изменить.

Три дороги. И каждая - в никуда. [сборник драбблов о взаимодействии протагонистов.]

за ней текут реки крови убитых бандитов и дороги слёз радости исцелённых нищих, а поверх мажет глиной метки сестрица, что всегда старается заставить сомневаться в вере, любви и Боге. но вот Он - стоит прямо перед ней. а за Ним тот же след

А если бы навсегда потерялся? Не проснулся? Не нашёл пути назад?

Звучит третий звонок, и занавес поднимается — на сцене неправдоподобные декорации, которые хотят внушить зрителям, что время пошло вспять и остановилось в той точке истории, где расцветал декаданс, где первая русская революция окончилась крахом, где беспокойный двадцатый век только-только стал действительностью. Наши марионетки, подхваченные безумным потоком времени, будут танцевать и корчится, но это будет потом. А пока мы начнём с того, что по Сибирской железной дороге мчится поезд.

гаруспик приютил... очень странных детей

Пить до утра в ожидании рассвета – какая тоска! Я зажмурил глаза и придумал тебя... – «Во время дождя», Nautilus Pompilius

Этот Город меняет людей.

В степном городе происходит множество драм.

— За вас! — За нас! — За то, что мы всё просрали! (cw: эсеры, Блок с усами, шлакоблоки и самогон)

Когда Георгий ведет Данковского во Внутренний Покой в последний раз, их ожидает Мария.

О таких руках наверняка пишут стихи.