Я не герой

В больничной палате можно было увидеть редкое и весьма необычное зрелище. Гарри чёртов Поттер, главный слизеринец и мастер сарказма пятого уровня, плакал, уткнувшись в плечо своей матери. Это удивляло многих — и по разным причинам. Сириус был поражён, потому что Гарри навещал его в Азкабане, и хотя выглядел крайне напряжённым, он ни разу не заплакал. Более того, Сириус помнил, что даже в младенчестве Гарри почти не плакал. Римус пытался вспомнить, когда видел, чтобы Гарри плакал, и смог вспомнить только один случай — когда Гарри родился. Чёрт возьми, мальчик едва отреагировал, когда его проткнули ножом, так что зрелище было по-настоящему необычным. Дамблдор тоже был удивлён. В его опыте у Гарри всегда было три выражения лица: «Я жду, когда ты закончишь, чтобы уйти», «Я начинаю злиться» и «Я тебя раздражаю, и мне это нравится». Он никогда не видел, чтобы Гарри плакал. Если быть честным, мальчик всё больше напоминал ему молодого Тома Реддла: оба умные, сильные, привлекательные полукровки, попавшие в Слизерин и быстро достигшие вершины. Дамблдора слегка тревожило, что Гарри в его возрасте, похоже, был даже сильнее, чем Том тогда. Глядя на Лили Поттер, обнимающую сына, Дамблдор невольно задавался вопросом — где именно его план пошёл не так. Это был не первый раз, когда Поттеры просыпались. Впервые это произошло, когда Эдриану было около пяти лет, и Дамблдор не мог этого допустить. Он заранее распорядился, чтобы его уведомили раньше всех. Он прибыл, применил к целителям Обливиэйт, затем наложил на Джеймса и Лили заклятие комы и стёр им память, пока они спали. Он повторил это ещё один раз — когда Эдриану исполнилось девять. Он должен был держать их в стороне, чтобы они не повлияли на Эдриана. Они разрушили бы его влияние. В дальнейшем он собирался инсценировать несчастный случай, когда Эдриан станет старше, устранить обоих Поттеров и свалить вину на Волдеморта, чтобы Эдриан захотел мести. Но теперь это было невозможно. Заклятие спало, целители сообщили ему, но, к несчастью, в палате в момент сигнала по камину находился Римус Люпин. Люпин выбежал так быстро, что Дамблдор не успел ни стереть ему память, ни поговорить с ним. Пришлось действовать иначе. Он прибыл в палату, где целители пытались успокоить Лили и Джеймса. Он надеялся уладить всё быстро, но затем появились Сириус и Римус вместе с Гарри. Дамблдор размышлял: он мог стереть память всем в комнате, но это было не так просто. Сириус и Джеймс, несмотря на последствия Азкабана и стазиса, были обученными аврорами. Римус — блестящий дуэлянт. Лили без палочки — всё равно опасна. Плюс целители, чьи способности он не знал. И Дамблдор не любил бросаться в неизвестность. И, конечно, Гарри Поттер — слизеринец, одинаково опасный и с палочкой, и без неё. Японские военные дуэли, стычки с Малфоем, поединок с Эдрианом — всё говорило о силе мальчика. Если Гарри владел невербальной магией и мог отбивать заклятия, с которыми взрослые едва справлялись, он представлял серьёзную угрозу. А у самого Дамблдора не было никакого опыта в рукопашном бою. Поэтому он решил пока позволить событиям идти своим чередом. — Посмотри на себя, — Лили отпустила Гарри и осмотрела его. — Такой красивый. Весь в отца, но глаза мои. — Лучшее от обоих, — улыбнулся Гарри. — Эти глаза творили чудеса. — Ещё бы, — улыбнулась Лили. — Гарри? — мягко позвал Джеймс. — Папа… — Как ты? — Никогда лучше, — Гарри осторожно обнял его. — Рад тебя видеть. — Потому что я твой сын или потому что похож на тебя? — Нужно выбирать? — Вы только очнулись, а уже шутите. — Он начал. — Я не взрослый. — Чёрт. Сириус и Римус бросились к Джеймсу. — Вы постарели! — Я всё равно красивее! — Зато я заполучил самую красивую девушку в Хогвартсе! — Рад, что ты не изменился. Лили обняла их. — Римус, что это у тебя на лице? — Усы, — пояснил Сириус. — Что с ними не так? — Похоже на усы порноактёра, — сказал Гарри. — И не смей их сбривать. — Хорошо, что он в Лили, — заметил Джеймс. — Лили, Джеймс, рад вас видеть, — вмешался Дамблдор. — А, вы ещё здесь, — разочарованно сказал Гарри. Целители покинули палату. — Где Эдриан? — спросил Джеймс. — Вероятно, ловит ненавистные взгляды в Хогвартсе, — ответил Гарри. — Что ты имеешь в виду? — Он почти убил меня и Римуса. — Что?! Римус объяснил ситуацию с боггартом. — Кстати, Гарри, расскажешь о своём боггарте? — спросил Дамблдор. — Нет. — Мама, ты знала, что после вашей комы Дамблдор отправил Эдриана в особняк с эльфами и подарками, а меня — к Дурслям? — Что?! — Лили резко повернулась к Дамблдору. — Они заставляли меня спать в чулане. — Они что?! — Под лестницей. — Ты с ума сошёл?! — Лили шагнула к Дамблдору. — Они морили меня голодом. Били. Почти не давали мыться. Обращались как с домовым эльфом. — Объяснись! Дамблдор начал оправдываться: Лонгботтомы атакованы, Римус — оборотень, МакГонагалл и Флитвик заняты, Андромеда в трауре… — А что с Лонгботтомами? С Тедом? — перебил Джеймс. Гарри объяснил о пытках и смерти Теда. — А Сириус? — Он был в Азкабане. Сириус подтвердил. — Гарри поймал Петтигрю, — сказал он. — Просто обычный день для гения среди идиотов, — пожал плечами Гарри. — Почему ты помог Снейпу, а не Сириусу? — спросил Джеймс. — У нас две стороны: бывший Пожиратель смерти и член Ордена. — Мы уходим от темы, — сказал Дамблдор. — Нет, не уходим, — сказала Лили. — Почему Дурсли?! — Это было лучшее место… Лили ударила его по лицу. — Как ты смеешь?! — Вы эмоциональны, — ответил Дамблдор. Он вышел. — Гарри, скажи, что это неправда, — попросил Джеймс. — Я бы солгал. — Ты всё ещё живёшь у Петуньи? — Она мертва. И Вернон. И Дадли. — Как? — Автокатастрофа, — безэмоционально ответил Гарри. *** Эдриан Поттер ворвался в больничную палату, за ним следовали Рон и Гермиона. Он только что узнал, что его родители очнулись, и был вне себя от радости. Они вошли и увидели странную картину: Лили и Джеймс снова лежали в кроватях, а Гарри сидел между ними, положив голову на край кровати Лили. — Он спит? — спросил Рон. — Наверное, — безразлично ответил Эдриан и подошёл ближе. — Мам? Пап? — Эдриан! Это ты?! — воскликнул Джеймс. — Это я, пап! — Боже мой, Эдриан! — сказала Лили. Рон тем временем медленно подошёл к Гарри и уже собирался ткнуть его пальцем. — Дотронься до меня этим пальцем — и он навсегда застрянет у тебя в носу, — пригрозил Гарри, выпрямляясь. Он потер глаза. — Сириус ушёл? — Да, сказал, что скоро вернётся. — Эдриан, расскажи нам о себе, — улыбнулась Лили. — Я в Гриффиндоре, — гордо сказал Эдриан. — В отличие от Гарри. — Что это значит? — спросил Джеймс. — Гарри — слизеринец. Челюсть Гарри слегка сжалась. — Ты в Слизерине? — спросил Джеймс. — Да. Простите, если вас это разочаровывает. — Это нас не разочаровывает, малыш, — мягко сказала Лили. — Просто удивляет, — добавил Джеймс. — Не ожидал. — У меня был выбор между Слизерином и Когтевраном. Шляпа сказала, что я храбр, но не подхожу для Гриффиндора. Недостаточно людей, к которым я был бы лоялен — значит, Пуффендуй отпал. Честно говоря, я выбрал Слизерин, чтобы позлить пару человек… и потому что Дафна там. — Вы серьёзно не против? — удивился Эдриан. — Нет, — покачала головой Лили. — Он наш сын. Мы любим его. Так же, как любим тебя. Даже несмотря на то, что ты едва не убил Гарри и Римуса. — Это было не специально! — Я знаю. Но я не хочу больше слышать о таком. Представишь нам своих друзей? — Это Гермиона Грейнджер. Она магглорождённая, как ты. Некоторые говорят, что она на тебя похожа. — Некоторые — идиоты, — прокомментировал Гарри. — Что это значит? — Хорошая память и магглорождённость не делают её копией мамы. По такой логике в Когтевране было бы полно мини-мам. — Ладно… а это Рон Уизли, мой лучший друг. — Уизли? Сын Артура и Молли? — спросил Джеймс. — Вы знали моих родителей? — Отца видел однажды. А мать… я знал только её школьное прозвище. — Какое? — Молли-Рот, — ответил Джеймс, прежде чем Лили успела его остановить. — Наверное, потому что она много кричала? — предположил Рон. — Да, конечно, только поэтому, — саркастически сказал Гарри. — А какая ещё причина? — Жевала жвачку, очевидно, — сухо ответил Гарри. Лили фыркнула, Джеймс сдержал смех. — Я не понимаю, — сказала Гермиона. — Я и не ожидал. — Мам, пап, я схожу в туалет. Вам что-нибудь принести? — Нет, целители скоро принесут еду. — Я хочу шоколад, — заявил Джеймс. — Прости, когда ты стал Римусом? — усмехнулся Гарри. — Принесу. Думаю, есть белый шоколад. — Нет, тёмный. — Расист, — бросил Гарри и вышел. — Сын, — сказал Джеймс, — присядь. Расскажи о себе. Эдриан сел на место Гарри. — Я в Гриффиндоре. И я Мальчик-Который-Выжил. — Мальчик-Который-Выжил? — подняла бровь Лили. — Это значит, что я победил Волдеморта. — Правда? Тебе был год. Как? — Его смертельное заклятие отскочило от меня. В этот момент в палату вошли трое мужчин с направленными палочками. — Вот вы где, — сказал лидер. — Мальчик-Который-Выжил и его родители. Вы доставили Тёмному Лорду немало проблем. — Подождите! — Лили заслонила детей. — Делайте что хотите, но отпустите их! — Заткнись, грязнокровка! — Повтори? — раздался голос Гарри. Плитка шоколада упала Джеймсу на колени, а Гарри ворвался в палату. Он прыгнул на лидера, повалил его на кровать и начал бить. Выбил палочку, вскочил на кровать, достал свою. Двое других навели палочки. Гарри сделал сальто назад, приземлился за их спинами и полоснул их по спинам палочками. Те закричали и упали. Лидера обездвижил. Двух — оглушил. Четвёртый ворвался — Гарри лениво махнул рукой и впечатал его в стену. Он отбросил чужую палочку и убрал свою. — Вы в порядке?! — он бросился к родителям. — А ты?! — Лили схватила его. — Я в порядке, мам. — Это было невероятно! — воскликнул Джеймс. — Кстати, — Гарри схватил лидера и стащил с кровати. — Гарри… Он ударил его ногой с такой силой, что раздался хруст и визг. — Гарри! — Да, мам. — Что ты делаешь?! — Он оскорбил тебя. Ему повезло, что он ещё дышит. Он снова пнул. — Гарри, пожалуйста, остановись. Гарри замер. — Если ты хочешь — остановлюсь. — Спасибо. — Не благодари. Тебе никогда не нужно меня благодарить. Никогда. A.N: Привет, ребята, надеюсь, вам понравилась глава. Хочу сразу сказать, что Лили ещё совсем не закончила с Дамблдором или Эдрианом. Однако я решил, что она не может сразу включить «режим мамы» на полную мощность после того, как только что вышла из комы — дайте ей и мне немного времени. У меня было искушение устроить Эдриану разнос, но я подумал, что женщина, которая только что очнулась после комы, вряд ли захочет первым делом кричать на одного из своих детей. В следующей главе Поттеры покинут больницу, и будет больше взаимодействий внутри семьи. Хочу поблагодарить всех за положительные комментарии и терпение. Вы хотели больше Лили — и я обязательно дам вам это в следующей главе. Ещё раз спасибо.