Я не герой

— Мистер Поттер, — произнёс Снейп, заметно удивившись, увидев своего лучшего слизеринца в дверях кабинета, — что вы здесь делаете? — Я… возможно, намеренно выводил из себя Амбридж, и она выгнала меня с урока, — признался Гарри. — И зачем вы намеренно выводили из себя Амбридж? Не то чтобы я не понимал искушения, но обычно вы стараетесь держаться подальше от неприятностей. — Сэр, любому, у кого есть мозги и хотя бы пять секунд на размышление, ясно, что Умбич здесь по приказу министра, — сказал Гарри. Снейп либо не заметил, что Гарри назвал Амбридж «Умбич», либо ему было всё равно. Скорее второе. — Она здесь из-за меня. Она и министр считают меня угрозой. А у меня, если честно, закончилось терпение разбираться с идиотами. Волди скоро сделает свой ход. Ред тоже. Мне нужен выход для пара, и я не могу придумать ничего лучше, чем она. — Хм, — Снейп на несколько секунд погрузился в размышления, затем тихо вздохнул. — Постарайтесь хотя бы не выходить за рамки закона. — Прекрасно. Кстати, у меня есть ещё один вопрос, который я хотел с вами обсудить. — И какой же? — Это не столько вопрос, сколько раздражающий фактор, — ответил Гарри. — Драко Малфой, несмотря на всё произошедшее, всё ещё пытается доставать меня и Дафну. Как я уже говорил, у меня больше нет ни сил, ни желания возиться с такими идиотами. С Волдемортом и его исчадиями где-то рядом у меня есть дела поважнее, чем играться с маленьким дракончиком. Я прошу вас утихомирить его, потому что если он не угомонится… мне придётся это сделать самому. — Этот идиотский мальчишка, — Снейп покачал головой с явным раздражением. — Хорошо. Я поговорю с ним завтра после занятий. — Почему именно завтра после занятий? — с любопытством спросил Гарри. — Потому что, Поттер, мне нужно приготовить несколько зелий для мадам Помфри. И кроме того, сегодня вечером состоится собрание, — добавил он голосом чуть громче шёпота. — Птица или змея? — Змея, — ответил Снейп. — Значит, «птичье» завтра? — Да. Я отправлюсь туда после разговора с Малфоем. — Забавно, — протянул Гарри, — Дамблдор почему-то не сообщил мне об этом, несмотря на наше соглашение, что я буду присутствовать на всех собраниях. — Возможно, он собирался сказать вам до начала. — Вряд ли. Но, может быть, вы подскажете мне, где оно будет? Ну, так… на случай, если он забудет. — В доме вашего крёстного, — прошептал Снейп. — И вы этого от меня не слышали. Понятно? — Ага, — Гарри улыбнулся. — Тогда я пошёл. — Куда вы направляетесь? — поинтересовался Снейп. — В её кабинет. Жаба сказала, что я должен пойти к вам. Она не уточнила, что мне делать после этого, — Гарри ухмыльнулся, направляясь к выходу. — Но, разумеется, вы не знали, что я собираюсь к ней. — Разумеется, — Снейп позволил себе лёгкую усмешку, наблюдая, как Поттер уходит. Он покачал головой с тенью веселья в глазах. — Небо, помоги этой жабе… ей это чертовски понадобится.

***

Гарри пробрался в кабинет Амбридж. Годы, проведённые на улице, научили его одному простому правилу — всегда лучше находиться на знакомой территории. А если уж ему предстояло отбывать у неё наказание, то он собирался как следует изучить обстановку. Он огляделся. Амбридж решила выкрасить весь чёртов кабинет в розовый цвет и увешать его движущимися картинками с котятами. — Бедные коты, — с притворной жалостью пробормотал Гарри, разглядывая помещение и отмечая все изменения, которые она внесла. Он принялся рыться в её столе. Бумаги, скрепки, пакетики чая, кровавые перья, фотография её самой с министром и… погодите… что?! Кровавые перья?! — Кровавые перья? Ты совсем с ума сошла, сука, — прошептал он себе под нос. — Ну что ж, Амбридж, ты кое-что забыла. Если я справился с Волдемортом, то с тобой уж точно справлюсь. Гарри решил, что покажет Амбридж, почему кровавые перья вообще считаются запрещёнными. Долорес Амбридж сидела в своём кабинете и потягивала чай, ожидая, когда этот наглый мальчишка явится на отработку. Если говорить честно, она считала, что полукровке вообще не место в Хогвартсе рядом с нормальными детьми. И, если быть совсем честной, она даже не была уверена, полукровка он или использует какую-то тёмную магию. В любом случае, его следовало наказать. — Всё в порядке? Голос заставил её вздрогнуть. Перед ней с невинной улыбкой стоял Гарри Поттер. От неожиданности она дёрнулась, руки взлетели вверх, и чай опрокинулся ей на колени. Горячая жидкость заставила её вскочить. Она быстро выхватила палочку и высушила одежду. — Вы в порядке? — невинно поинтересовался Гарри. — Д-да… — она взяла себя в руки и указала на стол и стул. — Пожалуйста, присядьте. — Хорошо, — Гарри поднял стул. — Куда поставить? — Я имела в виду — сесть на него, — процедила она, с трудом сдерживая рычание. — А, ну ладно, — он поставил стул и сел. — Итак, что вы хотите, чтобы я сделал? — Вы будете писать строчки, — сладко улыбнулась Амбридж. — У меня нет чернил, — сказал Гарри, напрягая всю силу воли, чтобы не рассмеяться. — Чернила вам не понадобятся, — она повернулась к нему. — Я хочу, чтобы вы написали: «Я буду уважать своих старших». — Без проблем. Гарри взял перо, быстро вытащил палочку, незаметно коснулся пера и направил её на Амбридж. Он едва сдержал злорадный смешок, когда увидел, как крошечная вспышка коснулась её спины. Он начал писать. Только не то, что она велела. — Извращённая сука, — прошептал он, выводя слова. На бумаге ничего не появилось. Но, к счастью, на его руке тоже. — Ай! — взвизгнула Амбридж, когда жгучая боль вспыхнула у неё на ягодице. — Я буду уважать своих старших, — вслух произнёс Гарри, продолжая писать «Извращённая сука». — Ты! — Амбридж резко развернулась к нему. — Что ты сделал?! — Пишу строчки, — он кивнул на пергамент. — Я не это имела в виду! — Ну… единственный другой вариант, который приходит мне в голову, — это Дафна Гринграсс, но я не понимаю, какое она имеет отношение к нашему разговору. — Что ты сделал с пером?! — прошипела она. — Взял в руку и начал писать, — невинно ответил Гарри. — А что? — Лжец! Ты что-то с ним сделал! — Может, поможет, если вы скажете, что именно, по-вашему, я сделал? — Ты испортил моё кровавое… — она резко замолчала. — Ваше кровавое что? — мягко подтолкнул он, и его улыбка стала опасно шире. — Ничего, — она быстро кивнула. Она не могла признаться, что использует кровавые перья. Отец и крёстный мальчишки — главы древних и благородных домов. Если она признается, ей не избежать наказания. А если в суд попадёт воспоминание о её признании — ей конец. Теперь она понимала, что это была ужасная идея — применять его к Поттеру. Она была слишком зла, слишком воодушевлена возможностью его наказать. Надо было подумать. Чёрт побери. — Вы уверены? — спросил Гарри, наблюдая, как до неё доходит осознание. — Абсолютно. — Ну ладно. Мне продолжать писать? — он снова поднёс перо к бумаге. — Нет! — слишком поспешно выкрикнула она. — Хватит. Ваша отработка окончена. — А как насчёт следующей? — оживлённо спросил Гарри. — Завтра? В то же время, в том же месте? — Нет. Свои отработки вы будете проходить у Филча и профессора Снейпа. — Слава Мерлину, — Гарри поднялся. — Они хотя бы симпатичнее вас. Он ухмыльнулся и выскочил из кабинета прежде, чем она успела ответить.

***

На следующее утро Адриан и Гарри, как и всегда, тренировались у озера. — Давай, младший брат, — сказал Гарри, уворачиваясь от удара Адриана. — Я младше всего на несколько минут! — Адриан попытался ударить его по ноге, но Гарри поднял ногу и шагнул назад. Тогда Адриан прыгнул на него, обхватил руками и попытался поднять. Гарри внезапно полностью расслабился, став тяжёлым мёртвым грузом, и Адриан изо всех сил пытался оторвать его от земли. — Адриан, — произнёс Гарри с лёгкой ухмылкой, — в драке, если что-то не работает, не трать время, пытаясь заставить это сработать. Просто переходи к другому приёму. — А… ладно. — Кстати, ты заметил, что почти каждая наша тренировка заканчивается тем, что ты лежишь на спине? — Э-э… да, но почему ты… — договорить он не успел: Гарри перебросил его через себя, и Адриан приземлился на спину. К счастью, Гарри давно вбил ему в голову, как правильно падать и смягчать удар. — А… вот почему. — Именно, — Гарри протянул ему руку и помог подняться. — Сомневаюсь, что когда-нибудь смогу тебя победить, — вздохнул Адриан. — Сколько людей говорили то же самое про меня и Волдеморта? — Гарри игриво ткнул его в плечо. — На твоём месте я бы сосредоточился на достижимых целях, а не на тех, до которых ещё очень долго идти. — Хм, в каком смысле? — Представь, что ты поднимаешься на очень высокую гору. Ты видишь вершину — она будто уходит в небо. Если смотреть только на неё, легко почувствовать себя побеждённым ещё до начала. Но если сосредоточиться на ближайшем участке пути — становится проще. Я победил Волдеморта и сражаюсь почти всю жизнь. Не пытайся сравняться со мной, когда ты начал тренироваться совсем недавно. Сначала стань лучшим на своём курсе или лучшим гриффиндорцем. Добился этого — повышай планку. Маленькие шаги, брат. — Спасибо… это действительно имеет смысл, — наконец сказал Адриан. — Знаешь… это здорово. — Что именно? — Проводить время вместе. Я учусь у тебя, ты даёшь умные советы. — Разумеется, я даю умные советы. Других из моего рта не выходит, — усмехнулся Гарри. — Ага, конечно. Гарри? — Да? — Можно личный вопрос? — Спрашивай. Не обещаю, что отвечу. Адриан замялся. — Ты… убивал. И… каково это? Гарри приподнял бровь. — В каком смысле? — Что ты чувствуешь, когда убиваешь? Гарри на секунду задумался. — Честно? Ничего. — Ничего? — Нет. Я… притупился. Первый раз — это были Дурсли. Я был слишком зол и сосредоточен на выживании, чтобы вообще что-то чувствовать. И, если честно, я не жалею. Дядя Вернон хотел меня убить, а тётя Петуния собиралась позволить ему это сделать. Возможно, Дадли мог бы измениться… может быть. Но я не жалею. Он помолчал. — За эти годы я убил многих. Но ни одного невинного. Ни одного, кто этого не заслуживал. Я убивал в самообороне. Я делаю это так давно, что привык. Я никогда не был эмоционально связан с теми, кого убивал. Думаю, я никогда не смог бы убить Дафну или Роуз. — Ты убил Квиррелла ради меня, — тихо напомнил Адриан. — И василиска ради Джинни, — кивнул Гарри. — Это печально, но я привык. — Как ты думаешь, в этой войне нам придётся убивать? — спросил Адриан. — Не всех, — ответил Гарри. — Некоторые способны измениться. Некоторые — нет. Вот в чём ошибка Дамблдора. Он считает, что можно спасти каждого. — Ты думаешь, он ошибается? — Думаю, люди разные. Возьми Питера Петтигрю. Он сделал свой выбор. Да, можно сказать, что он действовал из страха. Но вспомни, что он сказал о маме на кладбище. Он сделал это, потому что был жадным до силы мелким ублюдком. — Верно, — кивнул Адриан. — Но если бы он считал Дамблдора сильнее, он бы остался с ним. — Нет. Дамблдор силён, но он бы проиграл. Знаешь, как магглы ведут войны? Они не бегут на врага с голыми руками. Они используют ножи, оружие и дерутся, чтобы победить, а не просто вырубить. Потому что каждая секунда решает — жить тебе или умереть. В прошлой войне Орден оглушал Пожирателей и отправлял в Азкабан. В идеальном мире это бы сработало. Но мы живём не в идеальном мире. Дементоры были на стороне Волдеморта. Их бы рано или поздно освободили. Орден тратил часы, а иногда и жизни, чтобы временно изолировать врагов. Посмотри на камеры Азкабана. Пожиратели заполнили их, но не всех поймали, и многие вышли — кто через взятки, кто под предлогом Империуса. Теперь Волдеморт вернулся — и они снова с радостью служат своему полукровному хозяину. — Вау… — Адриан присвистнул. — Похоже, ты не фанат министерства. — Я не против министерства в целом. Там есть хорошие авроры и работники. Проблема в идиотах вроде Фаджа и Амбридж, которые всё портят. — Кстати, что ты собираешься делать с Амбридж? Гарри усмехнулся. — Я разрушу этой женщине жизнь. Он стал серьёзнее. — Но сделай мне одолжение. — Какое? — Держи голову ниже и не лезь под удар. Я знаю, ты гриффиндорец, но именно этого она и хочет. Она будет провоцировать тебя, чтобы получить повод наказать. — Эй, у тебя самого отработки, — напомнил Адриан. — Да, но это было намеренно. Амбридж — это просто пятно от Фаджа, которое прислали сюда из-за меня. Может, я его унизил. Может, он считает меня угрозой. Но цель — я. Так что держись в стороне. — Но я хочу помочь! — Тогда помогай младшим, — сказал Гарри. — Следи за ними, помогай с уроками и с защитой. Они скорее послушают тебя, чем Уизли и Грейнджер. Понятия не имею, о чём думали, делая их старостами. Грейнджер чрезмерно контролирующая и помешана на правилах. А Уизли… просто нет. Он, по твоим словам, даже домашку свою не делает. — А кого бы ты назначил? — Невилла. Это помогло бы ему выйти из тени. — Согласен. — Или тебя, — добавил Гарри. — Меня?! — выдохнул Адриан. — Ты изменился. Стал умнее, сильнее, добрее. Ты занял второе место в Турнире Трёх Волшебников. И ты точно квалифицированнее Уизела. Адриан улыбнулся. — Спасибо. Это много значит. — Пожалуйста. А теперь — немного магии. Оба вытащили палочки. — На счёт три. Раз… два… три! Заклинания вырвались одновременно, и началась тренировочная дуэль.

***

— Войдите, — произнёс Снейп. Через секунду в кабинет вошёл Драко Малфой. — Сядьте, — приказал Снейп. Малфой сел напротив него. — Мистер Малфой, как вы думаете, почему я вызвал вас? — Должен признаться, не знаю, сэр, — ответил Драко. — Я вызвал вас потому, что вы, по-видимому, не умеете понимать намёков и оставлять Поттера в покое, — холодно сказал Снейп. — Поттера?! Вы вызвали меня из-за этого самодовольного слизняка? — Малфой уставился на него с недоверием. — Возможно, вы не заметили, но этот «самодовольный слизняк», как вы выразились, — самый сильный ученик в этой школе. Вы собственными глазами видели, как он победил Тёмного Лорда. — Это была случайность! — вспыхнул Малфой. — Тёмный Лорд наверняка был ослаблен тем ритуалом, который его вернул. Ни за что Поттер не смог бы победить его в полной силе! — Возможно, — сухо ответил Снейп. — Но факт остаётся фактом: Поттер достаточно силён, чтобы победить Тёмного Лорда, пусть даже ослабленного. И он сильнее вас. Он неоднократно побеждал вас, и мы оба это знаем. — Он жульничает! — воскликнул Драко. — И та дуэль, наверное, была подставной! Тёмный Лорд не мог быть полукровкой! И никакой полукровка не сможет победить меня! — Однако он победил, — ответил Снейп, с трудом подавляя желание задушить сидящего перед ним мальчишку. — Хотите вы того или нет, Поттер — главный слизеринец вашего курса. Возможно, всей школы. Даже Альбус Дамблдор не сумел его укротить. С чего вы решили, что раздражать его — разумная идея? — Он может быть сильным, но он всё равно отброс, недостойный даже лизать мои сапоги! Снейп посмотрел на него с предельным раздражением. — Малфой, вы всегда настолько глупы или стараетесь специально вывести меня из себя? Поттер — наследник домов Поттер и Блэк. Оба дома превосходят вашу семью по положению и состоянию. Он помолвлен с Дафной Гринграсс, а это означает поддержку дома Гринграсс — ещё одной семьи, превосходящей вашу. И он — лорд Флайт, глава древнейшего и благороднейшего дома Флайт. И этот дом — подождите — тоже превосходит ваш. Снейп наклонился вперёд. — Я понимаю, что вы не самый острый клык в пасти змеи, но вы хоть раз задумывались, почему Поттер до сих пор не использовал своё политическое влияние против вас и вашей семьи? — Этот тупой идиот, наверное, вообще ничего об этом не знает! — Малфой, тупой идиот здесь — вы. Поттер прекрасно осознаёт, какую власть имеет над вами. Он просто предпочёл ею не пользоваться. — И что это значит? — настороженно спросил Драко. — Это значит, — устало вздохнул Снейп, — что Поттер может уничтожить вашу семью в любой момент, но не делает этого. У него, вероятно, есть причины не делать этого сейчас. Это не означает, что он не сделает этого в будущем. И с каждым разом, когда вы задеваете его или его невесту, шансы на то, что он простит и забудет, становятся всё меньше. — Я Малфой! — вспыхнул Драко, вскакивая на ноги. — Я скорее умру, чем попрошу прощения у этого полукровного отброса! — Прекрасно, — Снейп откинулся в кресле. — Я выполнил свой долг и предупредил вас. Поттер теряет терпение. Если вы продолжите его провоцировать и он вас накажет, не смейте потом прибегать ко мне или к другим преподавателям с жалобами. Малфой зарычал и вылетел из кабинета, громко хлопнув дверью. — Самодовольный идиот, — пробормотал Снейп, делая глоток огневиски.

***

Малфой ворвался в гостиную Слизерина и застыл, увидев сцену, от которой его буквально перекосило от ярости. Поттер и Гринграсс стояли, прислонившись к стене, глядя друг на друга. Поттер явно с ней флиртовал — по смешкам и лёгкому румянцу на лице Дафны это было очевидно. Драко не соображал. Он кипел от злости. Как кто-то вообще смеет думать, что Поттер лучше него?! Он — Малфой! А Поттер — всего лишь сын предателя крови и грязнокровки! — Остолбеней! — взревел Малфой. Он собирался оглушить Поттера, связать его, а потом заставить страдать. К сожалению для него, планы рассыпались в ту же секунду, когда Гарри просто поднял руку и без усилий отбил заклинание. — Значит, Снейп всё-таки поговорил с тобой, — спокойно заметил Гарри, оттолкнувшись от стены и направившись к Драко. Теперь на них смотрела вся гостиная. — Серпенсортиа! — Малфой выпустил в него огромную кобру. Гарри лениво взмахнул палочкой — змея исчезла. Он убрал палочку в кобуру. — Бомбар… — начал Малфой, но Гарри ударом выбил палочку из его руки. — Малфой, я пытался быть с тобой вежливым. Честно пытался, — произнёс Гарри. — Но, похоже, тебе нужна более доходчивая аргументация. Он схватил Драко за руку и резко отвёл её в сторону, раскрывая правый бок. Затем пальцем нажал на определённую точку между рёбрами — ровно с нужной силой. Малфой взвыл от боли, отшатнулся и рухнул на пол, схватившись за бок. — Это, Малфой, было ребро, — спокойно пояснил Гарри. — Поттер! — прошипел Драко сквозь боль. — А это, Малфой… — Гарри отступил на шаг и со всей силы пнул его между ног. Раздался высокий сдавленный визг. Лицо Малфоя стало алым. — …был конец рода Малфоев. По крайней мере, я на это надеюсь. Гарри схватил его за ворот и поднял на ноги. — Я устал от тебя, Малфой. У меня есть люди поважнее и опаснее, чем ты. Сейчас ты просто путаешься под ногами. Так что я даю тебе выбор: оставить меня в покое или… Он замолчал. Его зубы удлинились и заострились. Челюсть растянулась. Глаза вспыхнули жёлтым. Кожа покрылась зелёной чешуёй. Изо рта медленно высунулся длинный раздвоенный язык, лениво колыхаясь в воздухе и опасно приближаясь к лицу Драко. Гарри наклонился ближе. Его верхние клыки нависли над лбом Малфоя, нижние — под подбородком. Драко смотрел прямо в пасть. — Гарри, — раздался голос Дафны, — не ешь его. У него будет отвратительное послевкусие. Гарри отстранился. Его лицо и тело вернулись к человеческому виду. — Верно. Нам такого не надо. Он поднял вторую руку. Вокруг ладони заплясали молнии. — А как насчёт «кентукки-фрайд хорёк»? Глаза Малфоя расширились до предела. Гарри отшвырнул его. Драко упал на спину, и в следующую секунду разряд молнии пронёсся над его головой, обуглив кусок пола. — Последнее предупреждение, Малфой, — спокойно произнёс Гарри, отворачиваясь. — Последнее. И ещё — минус десять баллов со Слизерина и отработка у профессора Снейпа за нападение на старосту и за то, что ты придурок. — Малфой, — произнёс Снейп, глядя на него в больничном крыле, где Драко лежал с треснувшим ребром. — Да, сэр? — слабо отозвался тот. — Я вас предупреждал. Снейп позволил себе тонкую ухмылку, развернулся и вышел.