Неловкость.

Они в отношениях уже год. Всё хорошо — по-другому и быть не могло. Их связывает многое: интересы, истории, травмы, трудности. Живут вместе, спят в одной кровати, уходят на учёбу или работу вместе. Всё хорошо. Только есть одно «но»: они всё ещё не заходили дальше поцелуев и петтинга. И нет, в этом нет ничего плохого. Просто иногда хочется большей близости. Хочется ощутить тепло чужого тела. Но мешает страх. Дастин искренне боится причинить боль, меньше всего ему хочется доставлять ей дискомфорт. Джейн заслуживает всего самого наилучшего. Одиннадцать, вроде бы, тоже не против того, что у них нет интимной близости. Просто бывают моменты, когда они сидят в привычной компании друзей и кто-то начинает шутить про секс. Хендерсон ловит на себе взгляд широко раскрытых карих глаз — и становится неловко. Щёки краснеют, и дальше он даже не слышит этих шуток. И вот сегодня, лёжа на кровати и глядя в потолок, Дастин тяжело вздыхает. Жалеет, что не слушал рассказы Стива о похождениях и ухаживаниях — может, научился бы чему-то. Хотя нет. Это было бы до боли стыдно. Господи, почему всё так сложно? Оди скоро вернётся домой после учёбы. Как ей такое предложить? Как вообще люди могут такое предлагать? Это же жутко смущает. Он вроде уже не подросток, но до чего же всё сложно. Ладно, всё получится, главное — не волноваться. Дастин решает отвлечься до прихода любимой и утыкается в книгу. Тревожные мысли мигом отступают. Время за чтением проходит быстро — и вот он слышит щелчок входной двери. Сразу подскакивает и несётся навстречу. Джейн расплывается в улыбке, когда видит любимое лицо. Сразу подходит и оставляет нежный поцелуй на губах — с лёгким привкусом блеска. — Очень скучала, — её голос звучит мягко. Дастин берёт её руку и оставляет поцелуй на тыльной стороне ладони. — Как прошёл день у моей королевы? Губы растягиваются в улыбке, когда в ответ получает закатывание глаз. Он редко использует это ласковое слово — потому что оно вызывает у Джейн смущение. — Всё хорошо, но лекции — полная скука. — Девушка забавно выпячивает нижнюю губу. Дастин следит за этим с усмешкой. — Ах да! Ещё я зашла к Макс. Мы накрасили ноготочки. Вот! Джейн протянула обе руки. Хендерсон сразу принялся разглядывать ногти с огромным вниманием. Разные оттенки розового и голубого бросались в глаза, а изюминкой были белые узоры на краях. — У Макс золотые руки. Получилось просто супер. — Дастин осторожно провёл пальцами по поверхности ногтей. — И эти белые узорчики — прям в тему. Оди чувствовала трепет. Было очень приятно, когда он с таким интересом восхищается каждой деталью. — А у тебя как прошёл день? — поинтересовалась Джейн, пока они шли в гостиную и усаживались на диван. Ноги девушки сразу оказались на коленях любимого — они часто так сидели. Дастин поглаживал ногу девушки, скрытую под колготками, пока вспоминал, что хотел рассказать. — Ну… Лекций у меня сегодня было немного, поэтому я раньше тебя дома. Ещё выходной… — Хендерсон покраснел, посмотрел на спокойное лицо девушки и заставил себя выговорить то, что так хотелось. — Слушай, Джейн… Голос понизился. Она прислушалась, взгляд скользнул по его лицу. — Эм… Я много думал. Мы с тобой уже долго вместе, и у нас никогда не было… Ну… Смущение накрыло с головой. Казалось, в комнате внезапно началась аномальная жара. Дастин старался не смотреть на реакцию Джейн — это явно заставило бы провалиться под землю. — …Близости. В плане интимной. И я хотел… Хендерсон сглотнул, заставляя себя поднять взгляд. Джейн несколько секунд смотрела в недоумении, пока до неё не дошло. Лицо превратилось в такой же помидор, как и у него. Было даже немного смешно — они как подростки. — О, у меня тоже бывали такие мысли. Но было очень неловко их озвучивать, — смущённо призналась девушка. Дастин немного расслабился. — Ну так… Боже, ну это же просто ужасно смущает. Как такое можно обсуждать? — Он нервно засмеялся и прикрыл лицо рукой. Джейн отняла его руку от лица, заглядывая в голубые глаза — такие родные и любимые. Неуклюже перекинула ногу через него и села на колени. Дастин напрягся. Но мягкие губы вернули его обратно. Тело расслабилось, руки нашли талию. Поцелуи были поначалу целомудренные: лёгкие, нежные, без лишних движений. Пока Оди не стала прикусывать его губу и целовать уже с огромным желанием. Хендерсон даже удивился внезапному порыву страсти — не то чтобы он был против. Пальцы запутались в кудрях парня, слегка оттягивая. Тот не смог сдержать выдох в поцелуй. Джейн погрузила язык в чужой рот, сразу получая ответную реакцию. Пара оторвалась друг от друга, заглядывая в глаза поплывшим взглядом. Дыхание смешалось. — Это значит «да»? — прошептал он в губы. Джейн кивнула. Дастину не нужно повторять дважды. Он поднялся с дивана, легко удерживая девушку на весу. Поцелуи вернулись с новой волной. Дверь в комнату открывалась наощупь. Бережно опустив любимую на кровать, Хендерсон расположился между разведённых бёдер. Взгляд скользнул по телу: опухшие губы, красное лицо, поплывший взгляд. До чего же она была прекрасна в этот момент. Но он просто не мог не спросить. — Ты точно уверена? — осторожно поинтересовался он. Ему был важен её комфорт. Важно, что она на самом деле этого хочет. Если нет — он бы остановился прямо сейчас. Джейн сжала его талию бёдрами, как бы намекая на положительный ответ. Дастин улыбнулся, закатывая глаза. — Джейн, словами, пожалуйста. Я не умею читать мысли, как ты, — игриво дразнит он, целуями направляясь к уху, вызывая россыпь мурашек. — Я хочу, — тихо раздалось в ответ. Дастин прикусил мочку уха, слушая удивлённый выдох. — И я не умею читать мысли, — добавляет девушка. — Спасибо, вафелька. Оди фыркает на ласковое обращение. Её руки тянутся к кудряшкам, чтобы притянуть его к себе для новых поцелуев. Поцелуи стали спускаться ниже — на шею. Слегка прикусывая нежную кожу, он получал в ответ лёгкий стон и сжатие кудрей на затылке. Пальцы огладили талию вверх-вниз. Он не торопился раздевать — волновался. Всё это время сердце стучало как бешеное. Губы оставляли поцелуи на каждом миллиметре открытой кожи. Пальцы Джейн потянулись к краям его одежды и потянули вверх — в немой просьбе снять. Дастин покраснел от того, что он первый раздевается. Поднял взгляд на лицо девушки — и просто не смог ей отказать. Оторвавшись от поцелуев, он выполнил просьбу, стягивая с себя футболку «Hellfire Lives». Сразу стало неловко. Но восхищённый взгляд вернул спокойствие. Джейн не стала долго думать. Провела рукой от торса до груди. Её ладони изучали приятные места. Хендерсон сглотнул. Лицо горело. Взгляд следил за действиями любимой. Дыхание немного сбилось. Мышцы напряглись, когда пальцы оказались вблизи резинки шорт. — Можно мне тоже? — Дастин провёл пальцами по пуговицам её рубашки. Джейн посмотрела на него снизу вверх, подумала о чём-то и кивнула. Хендерсон смутился ещё сильнее, когда его пальцы стали путаться и дрожать, расстёгивая рубашку. Оди с нежностью и лёгкой усмешкой наблюдала за этим. Она помогла ему расстегнуть последние пуговицы и снять с себя рубашку. Дастин выдохнул. Джейн была прекрасна. Абсолютно вся. С головы до ног. Каждая частичка была идеальна. Возвращая взгляд на лицо, они глупо уставились друг на друга. Конечно, они уже видели друг друга полураздетыми — как-никак живут вместе уже год. Но несмотря на это, сейчас всё было как впервые. Джейн обхватила его щёки ладонями, подарив ещё один поцелуй. Дастин ответил, наклоняясь ближе и прижимаясь грудью к её груди, скрытой под кружевным бюстгальтером. Хендерсон оторвался от губ, снова спускаясь поцелуями ниже. Губы нашли шею, ключицы и спустились на грудь. Он поднял взгляд на Джейн — она покраснела, но слегка приподнялась и расстегнула лифчик, позволяя увидеть себя обнажённой. Дастин замер, сглатывая. По инерции опустился и на пробу провёл языком по соску. Девушка вздрогнула, тихо простонав. Язык скользнул снова. Дастин погрузил сосок в рот, посасывая. Всё это время он смотрел на лицо Оди, проверяя её реакцию. Та смотрела в ответ — с возбуждением и явным желанием. Это было приятно. Очень. Опускаясь всё ниже, пальцы подхватили юбку, медленно стягивая. Следом пошли колготки. И вот Хендерсон краснеет. Пальцы проводят по ткани нижнего белья. Джейн издаёт тихий выдох. — Ты такая красивая, — шепчет парень. В ответ — ещё большее смущение, пунцовые щёчки. — Спасибо вселенной, что мне досталось такое золотце, — продолжает нежничать он, в это же время касаясь пальцами внутренней стороны бедра. Осторожно касаясь губами того же места, взгляд не отрывался от лица любимой — считывал каждую реакцию. — Всё хорошо? — вызывает мурашки вопросом. — Да-да. Я чувствую себя хорошо. Продолжай, — сбивчиво отвечает она. Отодвигая бельё, Дастин смотрит на открывающийся вид. Не раздумывая и полностью отключая голову, язык проходит по складкам, поднимаясь наверх и задевая бугорок. Джейн вскрикивает, мгновенно зажимая его голову между бёдер. — Больно? — испуганно и приглушённо спрашивает Дастин. — Нет-нет! Это было просто… очень приятно, — смущённо выдаёт девушка, расслабляясь и выпуская его из плена. — Извини, я просто не ожидала. — Джейн прикусывает губу. — Всё хорошо. У нас всё впервые, это нормально, — успокаивает Хендерсон. — Мне продолжить? Дождавшись кивка, Дастин снова возвращается к тому, что делал. Язык скользит, размазывая влагу. Особое внимание он уделяет тому местечку, от которого Джейн издаёт приятные для ушей звуки. Хендерсон и не думает останавливаться. Он увлечённо водит языком, иногда посасывает бугорок, слушая стоны любимой. Пальцы нежно гладят бёдра вверх-вниз. — Дастин! Боже! Я чувствую что-то странное! — Девушка снова зажимает его голову между бёдер. Его губы задерживаются на клиторе, слушая её стоны, которые становятся всё громче. — Дастин! Его имя — с таким громким, сорванным стоном вырывается из её уст. Он отстраняется, когда чувствует, как она начинает дрожать и сжимать его кудри. Оргазм. Дастин внимательно следит за её реакцией. Подползает ближе, нежно гладит по волосам, наблюдая за расслаблением. Глаза прикрыты, ресницы дрожат. Бёдра слегка подрагивают. Рот приоткрыт. — Тебе понравилось? — осторожно интересуется он. Джейн выдыхает. На её губах появляется расслабленная, счастливая улыбка. — Это было нечто. Я никогда такого не испытывала. Взгляд проясняется. Она смотрит на его лицо — и тянется поцеловать, мгновенно получая ответ. Поцелуй сладкий, нежный — и ни капли того странного чувства, которого она, кажется, боялась. Собственное возбуждение Дастин игнорирует. Он хотел доставить удовольствие ей. К тому же ему самому всё безумно понравилось. Остальное может подождать. — Вафелька, — шепчет он, поглаживая её волосы. — Думаю, нам нужно принять душ. А после — пойти покушать. Можно даже вафельки твои любимые. И милкшейком закусить. Глаза Джейн загораются. Она согласно кивает. Но следующая эмоция — лень. — Только ты первый. Я пока хочу поваляться, — отмахивается она. Дастин закатывает глаза, но спорить не собирается. К тому же ему нужно решить одну маленькую проблему.

***

После душа влюблённые сидят за столом. Дастин потягивает молочный коктейль. В воздухе витает запах клубничного геля для душа — того самого, который так любит Джейн. — Спасибо за вафли, — смущённо шепчет девушка, откусывая кусочек и запивая сладкой жидкостью. — И… за всё, что ты сделал. Мне очень понравилось. Хендерсон тепло улыбается, опираясь локтем о стол. Он наблюдает за её смущением — и испытывает огромный, почти неподъёмный спектр нежности. — Конечно, — говорит он просто. — Я же тебя люблю, вафелька ты моя. Без неловкости. Без смущения. Просто — правда. Оди поднимает на него взгляд, берёт за руку, переплетая пальцы. — Я тоже тебя люблю. Очень сильно. Она целует его в губы, оставляя привкус шоколадного милкшейка. — Ммм… Шоколадный. — Дастин облизывается. — А я думал, это мне. Джейн тихо смеётся. Обстановка нежности и любви витает между ними. Пара понимает: им не нужно врать и подбирать слова. Они всё понимают и без слов. И не смеют осуждать.