Королева

В аду солнце было поистине кровавого цвета. В полдень оно, наливаясь багрянцем, освещало улицы городов своими багровыми лучами, создавая ощущение, что ты находишься в мире, состоящем лишь из красного цвета. К вечеру, скрываясь за горизонтом, оно темнело и, покидая небо, не оставляло за собой ничего, кроме полной черноты. Отсутствие в аду луны и вообще какого-либо природного освещения по ночам делало это место похожим на бездну. Даже сам рай — далёкий островок неугасающего света — ночами превращался в одну-единственную звёздочку на небе. Но на восходе солнце горело огнём. Жёлто-оранжевое, оно так напоминало земные восходы. Энджел стоял у окна на маленькой кухне и пил свой утренний кофе. Солнце только поднималось из-за горизонта. В воздухе всё ещё чувствовалась сырость, оставшаяся после холодной ночи. Он посильнее закутался в кардиган и закурил сигарету. – Так ты подумал над приглашением? – Из потока мыслей его вырвал голос Хаска. Мужчина котоподобной внешности вошёл в комнату и приобнял его когтистой лапой за талию. – Знаешь, по телевизору уже стали крутить рекламу этого места. – Хм... – Яркое солнце освещало комнату, лёгкий ветерок колыхал занавески и волосы двух мужчин. Тишина. Энджел очень любил рассвет в аду. Пожалуй, это было одно из немногих событий, которые приносили ему спокойствие. Выдох – Я не знаю Хаск... Думаешь это поможет? – Я если честно тоже без понятия. Но они предлагают лечение... Только там будут ангелы. Будут ли они иметь при себе оружие? Чёрт, ладно, может это и правда плохая идея. Прости... – Его уши прижались к голове. Взгляд упал на пейзаж за окном. Улица была пуста. Одни лишь горы мусора и автоматы с алкоголем и наркотиками. Худшего места для жизни и найти нельзя. – Хаск... Всё хорошо. Я правда могу попробовать, ничего плохого не должно случиться. Да и лучше не злить королеву ада. – Паучок потрепал его по мохнатой голове. Дополнительной парой рук он потянулся и приобнял его в ответ. – Я просто волнуюсь за тебя. – Волнуйся сколько хочешь моё море, а я и дальше буду тебя успокаивать. – Господи, Энджел. – Прошептал краснеющий до корней волос Хаск. – Хахаха. – Чистый смех разлился по комнате звоном колокольчиков. – И почему тебя смущает именно это. – Дурак. Давай собирайся, нам нельзя опаздывать. Нам ещё на скоростной поезд нужно успеть. – Не бухти, уже иду. – Последний раз взглянув в окно, он выбросил окурок и пошёл собираться. И вот они уже сходят с поезда в кругу Жадности. Энджел, поцеловав мужчину в щёку на прощание, отправился на работу. День пролетел незаметно. Съёмки, фотосессии для журналов, потом снова съёмки, разборки с Валентино. К обеду он уже чувствовал себя выжатым, а к 16:00 его уставшее тело еле переставляет ноги направляясь к станции. Если сама Королева ада прислала ему приглашение, следует явиться в тот же день. Энджел впервые за последние шесть с лишним лет возвращается в круг Гордыни. И тот как будто бы не изменился за это время. Выйдя, с богато украшенной фресками и мозаикой станции, он направился ко дворцу. – И правда совсем не изменился. – Закурив сигарету Паучок неспешно прогуливается. Улицы, вымощенные крупным булыжником, ветвились и соединялись вновь, становясь всё шире по мере приближения к главной площади. Здания — громоздкие, старинные — возвышались к небу. Во мраке закоулков клубились тени. Все города в кругу Гордыни были такими — мрачными, старинными, величественными и пугающими. Дойдя до площади он остановился у фонтана. Огромный, около семи метров в диаметре, высеченный из белого мрамора. По бортикам располагались барильефы, изображающие бывших короля и королеву в райском саду. Сверху же облачённая в старинную тунику тянулась к небесам фигура молодой принцессы. Рассматривая статую, мыслями он все время возвращался домой. Может, ну это всё? Ну и что, что им прислали это приглашение? Имеет же он в кои-то веке право отказаться? Уж ей-то его душа не принадлежит? Но следом возникал и другой вопрос: а что если это будет иметь последствия? О королеве было мало что известно. Она не была затворницей, которая прячется в своём замке, раздавая приказы, — часто появлялась в каждом кругу. Активно занималась развитием инфраструктуры. Строила школы, дома, больницы. Но в памяти всех жителей ада ещё свеж тот день, когда по ее приказу были выжженны до пепла трущёбы в кругу Чревоугодия. А следом прошли показательные казни трёх принцев Гоэтии. Не желая повторить их судьбу, парень ускорил шаг и уже через час добрался до восточного края города. Замок. Даже издалека он казался огромным, но когда стоишь перед главной лестницей, чувствуешь себя песчинкой. Поднявшись и постучав изящной ручкой по двери, в его голове промелькнула мысль, что ещё не поздно повернуть назад. Но ему почти сразу открыли. Старый имп-дворецкий вежливо поинтересовался о причине визита и, взглянув на протянутое письмо, учтиво предложил последовать за ним. Ужасно длинные коридоры, хоть и были богато обставлены, но казались безжизненными. Словно кто-то вычистил и отреставрировал давно покинутое здание, но так и не смог воскресить умершую душу. Дойдя до места назначения, имп сообщил, что его позовут, как только её величество освободиться, и оставили одного у двери кабинета. Оставшись наедине со своими мыслями, Энджел обдумывал, что он скажет королеве. Насколько много она уже о нем знает, раз прислала то письмо. С каждой секундой он все больше погружался во фрустрацию. Неприятно. Он не просил помощи. И так только недавно ему пришлось рисковать многим, чтобы не потерять тот маленький островок безопасности, который они с Хаском построили. И вот новая беда, откуда не ждали. Но в этот раз всё может быть хуже. Всё таки тот разговор с Аластором закончился для Энджела благополучно. Но сможет ли он убедить и королеву не лезть в его дела? Дверь приоткрылась. Величественный и бодрый голос произнёс. – Войдите. – Здрасте, ваше величество, – войдя в помещение, Энджел покачивал бедрами сильнее обычного и, улыбнувшись самой прошлой улыбкой из своего арсенала, продолжил. – Я Энджел Даст. Так зачем же я понадобился столь очаровательной персоне? Но стоило ему закончить фразу, как он осёкся. Стоять в дверях ему было неуютно. По спине пробежали мурашки, возникло ощущение, что в комнате минусовая температура. В попытке вернуть самообладание он глубоко вдохнул, но воздух был невероятно удушающим. Горячий и горький, словно сигарный дым. И это зыбкое, на границе сознания, ощущение опасности... – Рада встрече, Энджел. – Пропустив мимо ушей всё, кроме его имени, она сообщила. – Очень рада, что ты так быстро пришёл. Я позвала тебя, потому что хочу предложить стать первым постояльцем в отеле искупления. – Оо, ну, не думаю, что мне это нужно. Но если что, я могу дать свои контакты. Когда вашим постояльцам понадобится разрядка — я тут как тут. – Улыбаясь всё шире, он попытался отшутиться и уйти. – Не стоит сразу отказываться, лучше присядь. – Нежная белая рука указала на стул. – Ваше величество, знаете, моё время — деньги. Если я здесь не для работы, то я лучше пойду. – Собрав остатки храбрости, он выпалил фразу и отступил на шаг. – Сядь. – Хорошо. Знаете, я не против и задержаться с вами, а вообще, я могу и скидочку вам сделать. Мм? Что думаете? – По спине от этого ледяного тона градом лил пот, но он продолжал кокетничать. – Знаешь, отель искупления был создан для того, чтобы дать грешникам ещё один шанс. И я со своими компаньонами посчитали тебя подходящей кандидатурой. Но не волнуйся, всё включая питание и проживание, абсолютно бесплатно. Правда здорово? – Дааа, звучит интересно, но вам стоит рассмотреть других кандидатов. Знаете, я могу предложить парочку, они даже с удовольствием будут звать вас "мамочкой" за дополнительную плату. – Королева смотрела на него пристально, за несколько минут их разговора она ни разу не моргнула. Он сглотнул. То, что стояло перед ним, всё меньше напоминало молодую девушку. Никто не поспорит, что королева красива. Но за оболочкой миловидной особы в старинном фиолетовом пиджаке скрывалась пугающая сущность. – Хааа. Понимаешь, я пыталась быть вежливой. – Что?! – Острая боль пронзила запястья. Кровь брызнула в разные стороны, когда его тело упало со стула. Попытка подняться ни к чему не приводит. В висках не смолкает противный звон. Ещё один рывок. В этот раз более удачный. Ему удаётся оторвать тело от пола. Замерев на коленях с ладонями, прижатыми к полу, до него наконец доходит, что в комнате не раздалось ни одного звука. Что произошло? Он упал со стула — это однозначно. Но стул не упал, в комнате его больше нет. Боль в руках не проходит. С губ срывается истерический вскрик. В центр каждой из четырёх ладоней вогнан, пробивая их насквозь, деревянный кол. Устремив взгляд на обидчицу, Энджел замер. Последний отголосок спокойствия в его голове тихо произносит "Допизделся". Перед ним сидела девушка. Её милое личико и нежная улыбка по-прежнему излучают дружелюбие. Что сильно контрастирует с огромными бордовыми рогами, тремя парами красных глаз и острыми зубами. Тьма сгущается, обволакивает собой всё, кроме центра комнаты. Больше не видно ни стен, ни двери. Шелест перьев тревожит слух. Он видит, как королева, продолжая улыбаться, встаёт из-за стола и идёт к нему. За её спиной, словно вуаль, стелятся по полу три пары чёрно-алых крыльев. – Энджел Даст. – Голос звучит в его голове набатом, пожирая все мысли. – Рада, что ты наконец слушаешь. Уверена, теперь наша беседа пойдет плодотворно. – Отпусти меня! Сумасшедшая ты-ты... – По лицу прилетает звонкая пощёчина. – А~а~а~а, Энджел, я ещё не разрешала тебе говорить. – Внимательный взгляд, легко замечает, как тот крупно вздрагивает всем телом, пытаясь сдержаться и не сказать ещё какую-нибудь глупость. – Молодец. Ты быстро усваиваешь правила. Уверена, и к жизни в отеле ты быстро приспособишься. – А теперь слушай внимательно. Ты, мой дорогой грешник, был выбран добровольцем для того, чтобы стать первым постояльцем отеля искупления. Тебе дан шанс вознестись и искупить все твои грехи. Так каков твой ответ? Золотое свечение заискрило перед глазами, и в следующий миг на тонкой шее парня сомкнулся тяжёлый металлический ошейник. – Я согласен... – Ответ вырвался из горла насильно. Магия тисками повисла на шее. – Прекрасно! Уверена, тебе у нас понравится! А сейчас, как бы мы с тобой не были рады прийти к взаимопониманию, нам все же нужно обсудить нюансы. – В комнате похолодало. – Как долго ты в аду? – Восемьдесят три года. – От чего ты умер? – У меня случился передоз в ночном клубе. – Ответ выходил из его рта отрешённым потоком, словно запись, воспроизведённая старым магнитофоном. – Чем занимаешься в данный момент? – Эскортом. – Твоя душа... – На секунду она останавливается, обдумывая формулировку вопроса. – Она всё ещё при тебе? – Я её продал. – Хоть ответ и не мог быть иным, но всё равно звучал как приговор. Из раза в раз повторяя себе и другим эту маленькую данность своей жизни, он терял ещё одну частичку себя. – Ясно. Что ж... Какова же причина? – Я-я-я... Нет, я не... – Шарлотта смотрит на стоящего перед ней на коленях мужчину, чьё лицо исказилось в гримасе ужаса.– Я-я, не надо, прошу. – Рывок, один, второй, третий. Под ногами растекается лужа крови, но высвободить руки так и не выходит. – Достаточно, – Взмах руки озаряет комнату свечением. Проходит минута, и Энджел успокаивается. Но лёгкая дрожь иногда проходит по телу. – И чего ты раскричался? – Опустившись на колени, Чарли заглядывает парню в глаза. – Ты же понимаешь, что тебе в любом случае придется рассказать? – Температура опустилась ниже. – Вздох. – Молчание не выход в данной ситуации. Знаешь, я обычно благосклонна к своим подданным, так что давай продолжим. – Как давно ты заключил сделку? – Около пятидесяти лет назад. – Хорошо. Ты совершал какие-либо преступления в аду? – Да. – Энджел выдохнул. Напряжение спадало. Нужно лишь пережить остаток этого допроса. – Какие? – Грабеж, нападения, порча имущества. – Хорошо. Теперь поговорим о твоей жизни до попадания в ад. Как тебя зовут? – Энтони. – Что ж, Энтони, кем ты был при жизни? – Я...я был мафиози... Этот ответ ставил жирную точку на любой возможности искупления души парня. Шарлотта нахмурилась. Это проблема. Да, исправление грешников это фарс, но он должен быть убедительным. У неё уже начинает болеть голова от осознания, что придётся придумать правдоподобную легенду для этого отброса. – Ладно, последний вопрос. За какой грех ты попал в ад? – Простой вопрос, на который Чарли ожидала услышать такой же простой ответ. Но когда она взглянула на Энджела, тот... плакал. – Я-я, я убил...– Паучок закусил губу, физически пытаясь сдержаться. Он склонился к самому полу, тяжело и прерывисто дыша. – Так, хватит устраивать цирк! Я не собираюсь тратить на тебя весь день. – Посильнее натянув магическую цепь, она приказала во второй раз. – Какой грех ты совершил? – Я убил своего отца! – Крик раздался на всю комнату. –... Энжел зашёлся в приступе кашля, ошейник давил на горло и перекрывал доступ кислороду. Попытка поднять руку и убрать его не увенчалась успехом. Его истерзанные конечности лишь сильнее кровоточили при любой попытке двигаться. Чарли встала. С неё хватит. Это животное, что за свою жизнь не принесло ни грамма пользы, ещё и убило собственного родителя. А почему? Да что тут спрашивать. Этот нарик сдох от передоза — из-за чего ещё он мог совершить такое? Наверняка ему нужны были деньги, чтобы снова накуриться! Хруст костей раздался в комнате. За ним последовал крик. Надрывный, переходящий в плач, что лишь больше раздражало. Чарли хотела было ударить ещё раз, но решила задать последний вопрос. – За что? – Он заслужил. – Без тени сомнения выплюнул ответ парень. Всё. Финита ла комедия. Её это достало. Температура опустилась до 0°. Ей нужно расслабиться. Легко и грациозно она взмахнула ногой. Первый удар прилетел в челюсть, второй — в живот, третий был настолько силён, что Энджел отлетел к двери. Колья вырвало из его рук, и на их месте остались заяющие дыры. – Мне противно даже прикасаться к тебе. Ты хуже мусора. – Удар пришёлся на рёбра. – Но тебе невероятно повезло, ты станешь ступенькой на пути к исполнению великой цели, а значит, будешь жить и исполнять всё, что от тебя требуется. – Под нажимом каблука хрустнули кости. – Хотя тебе ведь не привыкать с твоим-то опытом подчинения. – Подойдя и убедившись, что он смотрит, она обворожительно улыбнулась. – Ты никому не расскажешь о сегодняшней встрече. О том, что здесь было и о чём мы говорили. И завтра ты придёшь в отель и скажешь, что хочешь попробовать искупить свои грехи. Ты меня понял? – Да. – Молодец. – Отпустив его, Шарлотта провела над его головой ладонью, шепча заклинание. Раны начали затягивается. Меньше чем за минуту Энджел сидел полностью целым, правда, покрытым кровью. – Пошёл отсюда. Больше повторять не пришлось: стоило паучку почувствовать, как пропала залотая удавка, как тот не раздумывая рванул прочь. Быстро сбежав по лестнице и преодолев все коридоры, он добрался до холла. Старенький дворецкий, неодобрительно покачав головой, попросил его не бегать и открыл входную дверь. Только пройдя несколько улиц, его разум начал возвращаться к нему. Неконтролируемая дрожь прошибала всё тело. Ноги подкашивались. Завернув в первый попавшийся переулок, он упал на колени. Медленно на него накатывало осознание произошедшего. В горле скапливалась слюна. Перед глазами всё рябило, звон в ушах не смолкал. Его вырвало на каменную брусчатку. Ноги уже не держали. Опустившись у стены здания, Энджел достал сигарету и закурил. *** Хаск стоял на кухне, заваривая чай. Напряжение повисло в воздухе. Энджел вернулся домой только к полуночи. Вёл себя странно. Пугался каждого резкого движения. И не отвечал на вопросы. Хаскер никогда не любил играть в молчанку. Всегда считал, что если его или Энжи что-то тревожит, то это нужно обсудить. Но все его попытки начать разговор терпели крах. Парень молчал, лишь упомянул, что завтра он пойдет в отель, чтобы узнать больше об искуплении. – Не нравится мне всё это... – В такие моменты ему очень хотелось уметь читать мысли. Тогда бы он мог понять, что происходит, защитить, спасти. Улыбка расцвела на губах. Он справится. Да, жизнь постоянно ставит ему палки в колёса, но он справится. Проблемы почти решены. Энджел пойдет в отель, возможно, это поможет ему бросить наркотики, а он ещё раз обратится к Аластору — вдруг тот всё же согласится, а если нет, он придумает, как это исправить. Его любимый это заслужил. *** Стоя перед дверью отеля, по его спине водопадом лил холодный пот. Часы показывали полдень. Назад повернуть было нельзя, но и идти вперёд не очень-то и хотелось. Еле касаясь костяшками шершавой древесины, он постучал. Не проходит и минуты, как ему открывают дверь. – Приветствую в отеле искупления! – Бодро рапортует молодая девушка. – Приветик, зайка. Я зайду? – Да, конечно! Вы... – Не успела она закончить фразу, как её перебили. – Крошка, не подскажешь, кто здесь главный? Мне тут прислали приглашение, так что я пришёл поболтать. – Вильнув бёдрами, гость прошёл внутрь. – А, да, вообще я здесь как бы главная. – Тень смущения отразилась на лице, но сразу же сменилась ещё большим энтузиазмом. – Я очень рада познакомиться, меня зовут Эмили, а ты, должно быть Энджел! Я очень рада тебя здесь видеть! Ты прочёл письмо? Ой, что это я, конечно же, прочёл, если ты здесь. Так как тебе наше предложение? – Я-я... – "Хочу отказаться и больше никогда не видеть ни ваш отель, ни ту психованную", пролетело в мыслях. – Хочу побольше узнать об этом всём... – О, уверяю, ты не пожалеешь! Пойдём же, я покажу тебе всё! С самого входа Энджел приметил роскошный интерьер. Дорогие ковры, платиновые люстры, винтажная мебель. Весь интерьер состоял преимущественно из голубовато-серых оттенков. Не слишком пёстрые, приглушённые, словно затянутое тучами небо. Но и не светлые. Туманные и спокойные. Обстановка была располагающей. Играла лёгкая музыка. И он сам не заметил, как ангел увела его вглубь здания. Но не сказать, что парень её слушал. Звонкой птичкой та щебетала что-то про рай, но дурные мысли неустанно лезли в голову, заглушая голос девушки. Хаск вчера что-то заподозрил. Это было видно. Слишком нежный голос, слишком настойчивый взгляд. Словно попытка залезть под кожу. И так приходится скрывать многое. – Присаживайся. – Из размышлений его вывел серьёзный, грубоватый голос. Взглянув на его обладателя, Энджел увидел грешницу? Довольно низкая, но спортивная. Даже через одежду были видны хорошо сложенные мышцы. Серая кожа и волосы — возможно, каннибал? Но глаза не пустые. Строгий взгляд. Ощущение, будто стоишь перед стражницей. – Энджел, я повторяю присаживайся. – А, да. – Присев на диван напротив девушек, он всё же решил послушать. – Ладно, ещё раз. Меня зовут Вэгги, я рада знакомству с тобой и рада, что ты всё же решил прийти. – Да-да, конечно, ладно, сладкие, давайте опустим формальности, перейдём сразу к делу, мне не особо интересно слушать по второму кругу всю эту чушь про рай. – Оу извини, наверное, я была слишком навязчивой. – Я прошу тебя не грубить. Да, ты наш гость, но ты пришёл сам, значит, тебе это нужно. – Да уж конечно! Я... – Рука аккуратно легла ему на плечо. Дыхание перехватило, из горла вырвался тихий хрип. Длинные пальцы ощутимо надавили на гортань. "Не будь грубым, Энтони". Сладко, словно мёд, и до боли знакомо прозвучало в голове. – Всё хорошо? – Два обеспокоеных взгляда вернули его в чувства. – Нормально, извините. – Фантомное прикосновение пропало. В лёгкие снова поступал кислород. Оттянув воротник, он выпрямился и продолжил. – Прости, сладкая, я не должен так себя вести, ты всё же стараешься ради меня. – Не стоит! Я всё понимаю. Бывает сложно принять помощь. – Хорошо, раз всё нормально, то продолжим. Энджел, я понимаю, что это может быть неприятно, но мне нужно задать несколько вопросов о твоём прошлом. – Как хочешь. – Так, первое: ты давно в аду? – Уже больше 70 лет. – Как ты умер? – Передознулся, с кем не бывает. – За что, по твоему мнению, ты попал в ад? – Ой, да это не так интере... – Палец прильнул к губам, закрывая рот. Холодный и невидимый. Шёпот, раздавшийся на подкорке сознания, приводил в ужас. "Ты вёл упаднический образ жизни, страдал от зависимости, за это ты здесь". – Да и вообще, разве это не очевидно? Раз уж я умер из-за наркоты, я здесь из-за этого. – Да, пожалуй. – Вэгги взглянула на Эмили, пытаясь понять, не кажется ли ей поведения гостя странным, но та только сочувствующе кивнула. А парень, в свою очередь, криво улыбнулся. – И последние: чего ты хочешь, придя сюда? – Чего хочу? Ну, в смысле, искупления, конечно же! – Вторил он голосу в голове. Рубашка на спине взмокла от пота. – Нет, послушай... – Потирая пальцами переносицу, она попыталась объяснить. –Искупление это не цель... это итог. То, что ждёт тебя в конце, когда ты придёшь к своей цели. Так чего ты хочешь? Этот вопрос вводил в ступор. И похоже, что не только его — голос в голове тоже не спешил отвечать. Но вопрос въелся глубоко под кожу, доставая из самой глубины души правду: "Свободу. Я хочу освободиться от всего этого. Мне не нужен рай, не нужно искупление, мне нужен покой", — кричало сознание, но произнести он смог лишь. – Я хочу излечиться. – Думаю, с этим мы сможем помочь. – Нежно улыбнулась Эмили. – Ладно, думаю, на этом мы можем закончить с вопросами. Энджел, завтра тебе будет выдан ключ от номера. Тебе есть где переночевать эту ночь? – Ключ? – Да, мы предоставляем комнаты постояльцам. – Не, не стоит. Мне есть где жить. – "И у меня уж точно нет желания оставаться здесь ещё и на ночь". – Это правило отеля. Ты должен жить здесь если хочешь участвовать. – Да почему? – Энджел, мы находимся в аду — месте, полном искушений. А здесь у тебя будет безопасное место, без всяких соблазнов. – Ладно, но знайте: ночами я бываю достаточно громким. – Пошло улыбнувшись прокомментировал парень. Но надежда, что девушка скривиться и выставит его вон, испарилась, когда та ответила. – Как хочешь, но гостейч не желающих посетить отель ради искупления, или других постояльцев приглашать в свою комнату на ночь, – Пальцы согнулись в воздухе, показывая метафорические кавычки – Строго запрещено. – Да это!!! – Поток возмущений перебила Эмили. – Давай лучше обсудим твой новый график. Обещаю, тебе понравится! – Агх... Как хочешь... – Обиженно надув губы, паучок фыркнул. – Отлично! Смотри, мы проведём тебе ознакомительный день, экскурсии и расскажем обо всём, что тебе может помочь! – Не, куколка, и так уже информации по горло. Может, сразу к практике? – А, да, конечно! Так, ладно, тогда, возможно, тебе понравятся наши вебинары или как насчёт различных практик? А вообще, можно попробовать гипнотерапию или группы поддержки? Или, знаешь... – Девичья рука нежно похлопала ангела по плечу. – Эмили, успокойся, не переживай. Ты вроде говорила, что уже набросала пару вариантов. – Вдох-выдох – Да спасибо. Прошу прощения, Энджел, я чуток переволновалась. Я правда хочу тебе помочь. – Убедившись, что грешник её слушает, она продолжила. – Да, у нас есть множество программ, но я думаю, начать стоит с психолога. Ты имеешь зависимость. Это не берётся из ниоткуда. И также твоя работа... порноактёром. – И что с этим не так? – Тебе нравится то, чем ты занимаешься? – Да ангелочек, уверяю, я обожаю сосать члены на камеру. – Попытка защититься не удалась – Я понимаю, что тебе может быть неприятно, что я лезу не в своё дело, но я считаю, что твоя озабоченность может быть не просто выбором, а физическим проявлением травмы или даже заболеванием. А значит, и лечить тебя нужно соответствующе. Ну, это должно помочь нам разобраться в твоём состоянии. А следующие шаги... Наверное, предпримем после первой сессии. Как насчёт завтра? От всего этого потока информации раскалывается голова. И увы, как бы не хотелось отказаться, хватка на шее всё ещё чувствуется достаточно чётко. Значит, единственный вариант ответа — это. – Хорошо. Он не помнил, как вернулся домой, как обнял Хаска на пороге, что ответил на его вопросы и как лёг спать. Лишь пелена тревожных сновидений накрыла его с головой. *** – Как он тебе? – Шарлотта впервые за долгое время закончила работу пораньше и сейчас, мирно сидя в кресле, читала книгу. – Он был довольно напряжённым... И странным. – Вэгги, сидя напротив, перечитывала свои же записи. – Странным? – Ну знаешь, иногда он словно был в прострации. Может, он, конечно, переволновался, но даже его ответы на вопросы показались мне скомканными. – Хм... Тебя это беспокоит? – Пальцы настукивали незамысловатую мелодию на подлокотнике. Мерный стук разбавлял тишину, в которую погрузилась комната. Обдумывая дальнейшие слова, Вэгги устремила взгляд на возлюбленную. – Да. – Ясно. – И думаю ты бы смогла с этим помочь. – Чем же? – Ну конечно же, она понимала чем, но Вэгги может и сама с этим разобраться, если, конечно, начнёт пользоваться своими возможностями. И это нужно решить, пожалуй, здесь и сейчас. – Знаешь, было бы неплохо, если бы ты смогла раздобыть информацию о его прошлом. Не стоит брать его слова на веру. – Почему я должна? – Чарли! Это нужно для отеля. – Не заинтересована. – Как можно высокмернее произнесла девушка. – Что? Но, но я не так часто что-то прошу, и вообще я на самом деле ничего не прошу, а ты не можешь выполнить маленькую просьбу. – Неа. – Почему?! – Кипя от ярости, ангел вскочила с места. Но ответом ей было лишь шутливое воркование. – Потому что не хочу. – Тебе что, сложно?! – Нет. – Тогда почему ты такая упрямая?! – Ты такая сексуальная, когда злишься. – Гнев сразу куда-то испарился. А лицо залил алый румянец. Эта искусительница. Господи, иногда Вэгги и правда забывает, что скоро станет женой королевы ада. Главная забава которой — дразнить её. – Чарлииии, ну я серьезно. – Я тоже, я не хочу помогать отелю и этим грешникам. – Ладно, я понимаю. Раз не хочешь — хорошо, я придумаю что-нибудь. – Придумаешь? – Ну не знаю! Поспрашиваю у знакомых, возможно, что-нибудь найду! – Злость, испарившаяся минутой ранее, снова начала закипать. – Зачем тебе тратить на это своё время? Ты можешь просто приказать. – Произнеся эти слова максимально легко, Шарлотта внимательно наблюдала за реакцией. Она выложила ей карты на стол, пора их уже взять. – Я... Приказать? – Вэгги, напомни мне, кто ты? – Я, эм, падший ангел? Твоя невеста? – Нет, любовь моя, ты не просто моя невеста, ты будущая правительница. Ты та, кто встанет со мной рука об руку, на тебя ляжет большая ответственность, но вместе с этим — множество привилегий. Так почему ты ими не пользуешься? – Господи, Чарли, иногда я так сильно тебя ненавижу. – Уже совсем беззлобно произнесла девушка. – Почему ты так любишь эти словесные баталии? – Это весело. И меня начинает раздражать, что ты ведёшь себя как сиротка у пиршества, хотя должна сидеть рядом с хозяйкой торжества. – Ладно, я поняла. – Девушка закатила глаза. – Так мне обратиться к кому? – К моему секретарю, он найдет для тебя всю необходимую информацию. – Спасибо, и в следующий раз просто скажи, что хочешь от меня, а не устраивай эти ребусы. – Я подумаю – Лучезарная улыбка расцвела на губах. *** Всё было странным. Да, он был здесь только вчера, но вернулся будто в совершенно другое место. Его мутит. Ноги подкашиваются, руки слегка дрожат. Словно начались отходняки. Ничего не предвещало беды, но лёгкий озноб то и дело пробегал по спине. Ощущение было похоже на приём у врача, особенно когда знаешь, что это не просто осмотр. И даже несмотря на то, что он уже взрослый, снова оказаться пациентом было неприятно. А он и правда пациент. Сейчас должен состояться его первый приём у психолога, но идти предательски не хочется. – Энджел, всё нормально? – Маленькая ручка слегка касается его локтя. – А! О да, всё просто замечательно! А у тебя как дела? – У меня всё нормально, в отличие от тебя. Может, отойдём, поговорим? – Хмурый взгляд голубых глаз смотрит прямо в душу. Хочется сбежать и спрятаться от этого отвратительного беспокойства в глазах. Ему не нужно это сочувствие, не нужна помощь! – Всё нормально. – Тогда почему ты стоишь перед кабинетом психолога уже тридцать минут? – Я... Просто задумался... – Вздох. – Пойдём лучше посидим, как раз расскажешь, о чём задумался. – Уже не обращая внимание на его протесты, девушка взяла его под руку и повела в гостиную. Чем дальше они отходили от злополучного кабинета, тем спокойнее ему становилось. И как бы он ни хотел этого признавать, ему страшно. И что раздражает ещё сильнее, Эмили, этот глупый ангел, видит это. Внимательно следит за его взглядом, дыханием. Нежно раскрывает крыло и приобнимает со спины. Оказавшись в просторной гостиной, на диване, грешник наконец успокаивается. – Энджел. Теперь скажи честно, всё нормально? – Да, зайка, всё потрясающе. – Хорошо, как, кстати, вчера добрался до дома? На каком кругу ты живёшь? – О, я живу недалеко, у меня квартирка на окраине круга Гнева. – Мне казалось, ты работаешь в кругу Жадности? – Да, но там дорогущее жильё, и даже с моей зарплатой его сложно потянуть. Так что мы выбрали более дешёвый вариант. – Еле заметный румянец застилает щёки. Голос непроизвольно становится на тон мягче. Это "Мы" произносится с таким сокрытым трепетом, что Эмили сразу всё понимает. – И как его зовут? Или это она? – Хаск. Он... мы вместе уже давно. – Я рада знать, что у тебя есть вторая половинка. Какой он? – Ужасно ворчливый, много работает, иногда вообще не следит за собой, но у него прелестные кошачьи уши. – Это прекрасно. Хаск знает, что ты здесь? – Да... Это он предложил мне прийти сюда, но я не думаю, что это всё мне подходит. – Эндже... – Ой, даже не начинай! – Ладно. Вообще-то я хотела сказать: тебя никто не держит здесь. – Что? – Недоумение читалось на лице парня слишком явно. – Ты можешь уйти, когда захочешь, ни я, ни Вэгги не будем тебя держать. Ты можешь отказаться и не идти к психологу, если не хочешь. Сходишь, когда посчитаешь нужным. – Но я согласился здесь остаться. – И что? Это не наказание. Ты сам волен решить, как и когда начнётся твой путь. – А зачем тогда здесь ты? – Чтобы помочь тебе на этом пути, не дать споткнутся, стать другом. – Тихий хриплый смех наполнил комнату. – Ха-ха-ха, стать другом? Ты, ангел?! Мне, грешнику?! Эмили смотрела, как парень продолжает смеяться. Его плечи подрагивали, фигура ссутулилась. Но она не спешила его останавливать. Ведь он прав. Кто она такая. Девчонка, прибывшая с небес. Не знающая об их мире абсолютно ничего. Лишь неимоверно желающая им помочь. Остановить реки крови. – Да, ты прав. Извини меня, Энджел. – Недоумённый взгляд парня, наконец прекратившего смеяться, позволил ей продолжить. – Я легкомысленно предлагаю тебе дружбу и помощь. Но ты прав, я тебя не знаю, не понимаю и, наверное, не помогаю. Я так же, как и остальные мои сородичи, повинна в истреблениях. Я не та, кому ты можешь довериться, но, прошу, позволь мне попробовать. Я правда желаю тебе добра. Девушка протянула свою маленькую руку с надеждой, что ей не откажут. Позволят помочь. Узнать ближе. – Вздох. – Ладно схожу я на этот сеанс терапии. И если хочешь подружиться, нам надо хотя бы выпить для начала. – Пожав её руку, Энджел встал и пошел к выходу. – Да, я с удовольствием! Как насчёт чая? – Хахаха, как скажешь, крошка. Ладно, пойду я, думаю, врач уже заждался. Шарлотта размеренно прогуливалась по коридорам отеля. Уже вечерело, и весь персонал спешил закончить работу и вернуться домой. Даже ангелы не горели желанием задержаться на ночную смену. Но ей ещё нужно было разобраться с одной проблемой. Заметив предмет своих поисков, она опёрлась о перила лестницы и вальяжно махнула рукой. – Энджел. Подойди сюда. С площадки второго этажа было прекрасно видно, как грешник, стоя у входной двери, разговаривал с Эмили. Девушка что-то ему говорила, но у Шарлотты не было желания вслушиваться. Грешник поднял взгляд. В его глазах отразился ужас, стоило только услышать её голос. Но он быстро взял себя в руки. Стоит признать — хороший актёр. Распрощавшись с подругой, тот быстро направился к ней. Понимает, что бежать бессмысленно. – И кто же его так хорошо выдрессировал? Надо побольше узнать о его хозяине. – Прокомментировав сама себе, королева отступила в темноту коридора. Следом за ней шагнул и единственный постоялец отеля. – Что вам нужно? – То, как он всё ещё пытался храбриться, невероятно забавляло. – Не бойся ты так. Я к тебе по делу. – Я никому ничего не рассказал. – Ох, уверяю, если ты кому-то проговоришся, я узнаю об этом первой. Так что не зажимайся так. Я лишь хочу, чтобы ты передал письмо. – Письмо? Кому? – По коридору прошёлся шлейф холодного воздуха. Тьма словно стала гуще. Так странно. Все лампы работают. Но их свет словно стал более тусклым. – Оверлордам Аластору и Воксу. – Что? Как, по вашему, я должен это сделать? – Ты же работаешь в их башне? – Вал просто снимает там этаж для работы студии. У меня нет допуска выше десятого этажа. – Мне неважно как, но чтобы в ближайшее время конверт был у них, причём тихо. – Да поймите, они даже не станут меня слушать. Да и охрана меня даже близко к ним не подпустит. – Уверена, ты справишься. – Приблизившись, девушка похлопала его по плечу и, резко схватив за воротник, притянула ближе. – А если нет... Я только рада ещё раз повторить нашу встречу в моём кабинете. И чтобы ты не подумал лишнего: Эмили тебя не защитит. Закончив фразу такой красноречивой улыбкой, что кровь стыла в жилах, правитель ада удалилась. Оставшись наедине со своими мыслями, Энджел сполз по стене. "Чёрт, как я должен это сделать? Да у меня нет и шанса подойти к ним. Вокс вечно то окружён репортёрами, то работниками. Аластор не лучше. Эти два громиллы за его спиной размажут меня по стенке... А если Вал узнает! Боже, нет, я не могу позволить этому случиться. Чёёёрт... А что если... Хаск? Нет. Я не хочу втягивать его. Но будет ли другой шанс?" Уже вечером, собирая свои скромные пожитки, Энджел с тоской посмотрел на мужчину перед ним. – Спасибо за помощь, котик. – Перестань, Энджи. Ты лучше скажи ты точно уверен? – ... Да, Хаски, я смогу попробовать искупиться, только оставшись там на некоторое время. – "Похоже, мне придётся держаться от тебя подальше. Для твоей же безопасности." – Ладно, не думал, что на тебя так повлияет один разговор с психологом. – Нет, дело не в этом, на самом деле не произошло чего-то особенного. Мы просто познакомились и немного поболтали. – Точно? Ты какой-то напряжённый в последние дни. – Да всё нормально. Не переживай, ещё немного и твоя крошка вернётся в лучшем состоянии, чем за все годы знакомства. – "Умоляю, Хаск, спаси меня. Я не хочу." – Ладно, убедил. Главное, звони мне чаще, и вообще, я, может, тоже к тебе присоединюсь. Хех. – Нет! Т-то есть, я буду рад. Но как же твоя работа?! Тебе будет ещё сложнее добираться. – "Не смей даже переступать порог того места. Я не смогу себе простить..." – Эй, мы вообще-то работаем в одном месте. А тебе ещё и наряжаться приходится. – Не удержавшись, мужчина усмехнулся и приобнял парня за талию. Его тонкий стан, видел каждый пропитый грешник, что включал ночью телевизор. Эти длинные ноги, изящная шея, соблазнительные бёдра. Но только он видел его. Такого ранимого и при этом стойкого, меланхоличного и весёлого. Того, кто сейчас, одетый в мешковатый худи и шорты, обнимает его в ответ. – Я буду скучать. – "Хаск, я обещаю, я выдержу это и вернусь к тебе. А потом мы сбежим куда угодно, хоть на самый край ада." – Всё будет отлично. – ... ... ... Слушай, Хаск... – Мужчина поднял взгляд, показывая, что слушает. – Можешь кое-что для меня сделать? – Да, конечно. – Прошу, передай это письмо Аластору. – Аккуратно, словно от этого зависела его жизнь, Энджел достал конверт и передал его в когтистую лапу. – Что? Энджи, зачем? – Без вопросов, пожалуйста. – ... Ладно. – Хаскер свёл брови к переносице. Энджел никогда до этого ничего от него не скрывал — или ему так только казалось. Но чтобы там ни было, просьбу придётся выполнить. *** На часах пробила полночь. Улицы городов к этому времени пустели, ночная жизнь продолжалась лишь в некоторых районах. Одним из них был главный район развлечений круга Жадности – SEDOB Street. Главная обитель развлечений всего ада. В отличие от круга Чревоугодия с их помпезными дворцами и салонами, публику которых состовляют лишь представители голубых кровей, квартал развлечений открыт для демонорождённых и грешников всех сословий и видов. Огромная пешеходная улица полнитса множеством клубов, казино, баров, ресторанов, кинотеатров и огромной парковой зоной с фонтанами. Но главное место притяжения — это башня. Огромная, в сто этажей конструкция. Башня Теле-радиовещания. Как выразился однажды льстивый репортёр – "Новый Вавилон ада". Свет в башне никогда не гас. Работая без перерыва, компания "А.В." обеспечивала круглосуточное вещание на все круги ада. И сейчас этот грузный гигант автоматически менял освещение на белее приглушённое, знаменуя начало ночной смены. Сидя в своем кабинете, мужчина, чья голова представляла собой телевизор, перебирал оставшиеся бумаги. Из коридора послышался стук трёх пар каблуков, что через минуту затих, и, открыв дверь, уверенной походкой в кабинет вошёл до боли знакомый человек. Хотя сложно сейчас назвать человеком того, чью голову венчают оленьи уши и маленькие радиовилки. Двое оставшихся встали по разные стороны двери. – Аластор, я почти закончил, ещё один отчёт — и пойдём домой. – Не спеши, дорогуша. Я наконец-то смог разгрести нашу почту за эту неделю, и у меня здесь интереснейшая находка. – Присев на диван, радиодемон отложил трость и, подозвав к себе мужчину, продемонстрировал конверт. – И? Это письмо, причём без печати. – Хмуро констатировал Вокс. – И также без марки, мой дорогой Винни. – Ну так выбрось его. Прошла уже неделя, если бы это было что-то срочное, нас бы уже завалили не только письмами, но и звонками. – Ох, мой милый, глупый партнёр. Я всё же потратил минуту своего времени и прочитал его, и содержание оказалось довольно интересным. – Что там? – Нам предлагают сделку, причём сама королева ада. – Какого?! Ал, не томи, давай. Что за сделка? – Лучше сам посмотри. Теледемон подскочил со своего места и быстро подошёл к дивану. Забрав конверт и достав письмо, он погрузился в чтение. Прошла долгая минута, прежде чем тишина комнаты наполнилась звуком системы охлаждения монитора Вокса. – Винсент, знаешь, меня всегда веселило, как громко ты думаешь, хахаха. – Откинувшись на спинку, Аластор позволил себе расслабиться. Да, он ещё не дома, чтобы чувствовать себя полностью комфортно. Но рядом с ним Винни, а за дверью стоит охрана. Так что можно позволить себе эту блаженную минуту, пока его муж обдумывает прочитанное. – Она предлагает нам вместе покорить рай? – Вопрос словно был задан не Аластору, а самому себе. – Скорее помочь ей с этим. – Почему нас?! – Кто знает. – У неё армия, и сами Семь Смертных Грехов у неё в подчинении. Чем ей помогут два оверлорда?! – Антенны на голове заискрили. – Винсент, успокойся. Думаю, нам стоит с ней встретиться. – Ал! У нас и так проблем хватает: Мамон, ты, ещё и эта! Тени в комнате сгустились. Противное шипение радио наполнило помещение. А рога сидевшего на диване мужчины увеличились. Но он не сдвинулся с места. – И давно я стал для тебя проблемой, Винсент? – Слова были пронизаны ледяным холодом. – Ал, нет. Конечно, нет! – Быстро поняв свою ошибку, Вокс, приблизившись вплотную, сел на колени напротив радиодемона и заглянул в красные уставшие глаза. – Ты никогда не был и не будешь проблемой. Прости, я просто заработался. Ты же понимаешь, как мы рискуем. В каких отношениях королева с Мамоном! – Прекрати кричать. – Прости! Ой, прости... – Перейдя на шёпот, продолжил Винсент. – Я дурак, ладно, я вспылил. – Скорее уж заискрил... – Ха-ха, да, пожалуй. – Светло-голубой румянец опалил щёки. Как только обстановка разрядилась, стало гораздо комфортнее. Чёрно-красные руки игрались с антеннками монитора. Владелец которого улёгся лицом на чужих коленях, собственнически обнимая ноги. Было понятно, что работа на сегодня закончена. Но никто не спешил продолжать разговор. Не хотелось снова вернуться на минное поле склок и взаимных упрёков. Но когда-нибудь им придётся нарушить идиллию. И в этот раз это решил сделать Вокс. – Ал? Почему ты хочешь с ней встретиться? – Мне интересно, что она от нас хочет и что мы за это получим, кроме указанной гипотетической "выгоды". – Ал... Это может быть опасно. В попытке образумить супруга теледемон приподнимается на ноги, сокращая расстояние между ними до считанных сантиметров. – Прекрати, я не хрустальный. Тон голоса всё такой же строгий и высокомерный, эта отработанная дикторская речь так разнится с картиной перед глазами. Оленьи уши медленно опускаются, смуглые, словно печёное яблоко, щёки покрываются еле заметным винным румянцем. Аластор откидывается обратно на спинку дивана, хватая Винсента за ворот пиджака и утягивая с собой на диван. – Ой! Голова-монитор врезается в обивку дивана. Но, быстро перегруппировавшись, Вокс ставит руки по обе стороны от головы супруга и накрывает его собой. Красные коготки игриво проходятся по вороту рубашки, пуговицам пиджака, бляшке ремня. Но не идут дальше. Винсент не выдерживает первым: согнувшись в локтях, он опускается и требовательно накрывает губы Аластора своими. Поцелуй выходит смазанным, слишком быстрым и немного неаккуратным. Воздух быстро заканчивается. И вот его уже с силой отталкивают. – Винсент, не увлекайся, мы не дома. – Да ладно тебе, никто не войдёт. Сильные руки снова пытаются притянуть объект обожания, остаётся только подмять под себя, но уверенный удар коленом, резко прекращает все попытки. – Блять. Теледемон падает на бок, зажимая ноги. В любимых глазах напротив играют злорадные чертята. – Я сказал тебе прекратить, Винни. ~ О, эта улыбка, за неё Вокс, пожалуй, был готов продать душу. Такая самодовольная и при этом нежная, предназначенная лишь ему. Лишь в моменты единения. Что никогда за все эти годы не менялась, что не дрогнула даже после того... за что он корит себя последний год. – Ал, ты знаешь, я невероятно тебя люблю. – Ох, дорогой мой, мне невероятно льстит это. – Притягивая мужа в объятья, Аластор прижимается макушкой к широкой груди. – Ну, Ал. – Ха-ха-ха, хорошо, хорошо, я очень рад знать, что мой достопочтенный супруг любит меня. – Вздох. – Ты не исправим. – И не планирую исправляться. – Это я уже понял. – И я надеюсь, ты уже понял, что если я чего-то хочу, я это делаю? – Лааадно, хорошо, назначим с ней встречу. Только, прошу, дай мне время немного разведать ситуацию. – Как скажешь, Винни ~