Сломлен правильно (Broken correctly)

Возможность

Уилл начал по-настоящему поправляться к концу их второй недели пребывания в клинике. Он был слаб и все ещё принимал сильные дозы обезболивающих. Он не до конца осознавал происходящее, но мог наслаждаться фильмами и видеоиграми. Больше всего он жаловался на проблемы с концентрацией внимания. Майк и Уилл посмотрели «Властелина колец» от начала до конца, и Майк рассказывал о лоре, который помнил из книг. Уиллу нравилось это слушать. Выздоровление Уилла смягчило связь между ними. Связь становилась все крепче. Разница для Майка в эмоциональном плане началась с малого. Радость, благодарность, которые он испытывал к Уиллу, усилились. Это ещё больше укрепило его чувства . Майк не был уверен, был ли это опыт любви, но он был очень рад, что выбрал Уилла для своего дальнейшего жизненного пути. Однажды ночью, когда Майк провожал Уилла обратно в кровать после душа, Уилл посмотрел на него с очень уязвимым выражением лица. — Я рад, что сделал это. Даже если всё пошло наперекосяк на какое-то время, даже если мне было больно, — сказал Уилл. — Ты так добр ко мне. Я всю жизнь так боялся, что меня заклеймят. Я чувствовал себя таким беспомощным, Майк. — Майк помог Уиллу сесть на край кровати. — Я знаю, что ты не будешь обращаться со мной как с игрушкой для секса. Майк обнял Уилла за плечи. — Я никогда не смог бы, — мягко сказал он. — Я слишком сильно о тебе забочусь. — Да? — спросил Уилл, положив голову на плечо Майка. — Конечно. — Майк поцеловал Уилла в макушку. — Как думаешь, ты готов попробовать заняться сексом? — сказал он после долгого молчания. — Не думаю. Моё влагалище всё еще болит. О, а ты знал, что мой член должен немного уменьшиться? — Уилл отстранился от объятий. — Серьёзно? Почему? — спросил Майк. — Я думаю, матка и яйцеклетки вырабатывают тонну эстрогена или чего-то такого, так что, наверное, крови должно приливать немного меньше. Это странно. — Тебя это беспокоит? — Майк убрал чёлку со лба Уилла. — Не знаю. Я больше не мужчина, да? — вопрос Уилла звучал скорее как утверждение. — Кто это сказал? — Майк посмотрел на Уилла, ища ответ на его лице. — Мой отец... я... Не знаю. — Уилл пожал плечами, съеживаясь. — Я думаю, ты можешь быть большим, мужественным и сильным, если захочешь, — подбодрил Майк. — Мы просто два больших сильных мужественных мужчины, которые любят друг друга, тискаются и целуются, а иногда я делаю кое-что своим причиндалом с тобой, — слегка поддразнил он. — Заткнись, — выдохнул Уилл, смеясь. — Хочешь как-нибудь попробовать трахнуть меня? — вопрос Майка был искренним, Уилл мог сказать это по его лицу. — Кто-нибудь когда-нибудь делал это с тобой? — Уилл приподнял бровь. — Нет, но я был бы готов сделать это со своим омегой, если это поможет ему почувствовать себя увереннее. — голос Майка был очень мягким. Уилл знал, что Майк не шутит, но он также знал, что Майк на самом деле не испытывает желания к сексу. Ему казалось, что он не может быть таким жадным. Майку, возможно, действительно не понравится это делать, и тогда Уилла будет мучить чувство вины. — Уилл, перестань думать об этом, ладно? — сказал Майк, обнимая свою пару. — Ты теперь можешь читать мои мысли? — слова Уилла были тихими, а глаза казались... грустными. — Нет. Я просто вижу, и я хочу, чтобы ты знал, что у меня всё в порядке. Как всегда и есть, как всегда и буду , когда я говорю, что у меня всё в порядке, — сказал Майк, поцеловав Уилла в лоб. После этого они не обменялись ни словом. Майк помог Уиллу поужинать. У них были жареные сырные сэндвичи, томатный суп и сосиски. Они смотрели старый фильм «Безумный Макс», что обрадовало Уилла. Он любил научную фантастику всех эпох, но особенно конца 70-х и начала 80-х. Они посмотрели «V» — телевизионный мини-сериал о вторжении расы рептилий. Пока они обнимались и, по сути, обсуждали всё, что смотрели, Майк понял, что действительно любит Уилла. Он любил в нём всё. У Майка не было влечения, он всегда задавался вопросом, видит ли он привлекательность Уилла так, как это мог бы видеть обычный человек. Однако теперь, благодаря их связи, он был уверен, что он точно любит Уилла Байерса и что эти чувства не испытывает больше ни к кому. Ничего подобного. Уилл посмотрел на Майка и заметил, что тот не сводит с него глаз. — Что? — ухмыльнулся Уилл. — Ничего. Просто я люблю тебя, — усмехнулся Майк. Они крепко обнялись, и Уилл прижался носом к боку Майка. Он знал, что Майк защитит его.

***

— Нет. Расслабься. Майк, ты слишком напряжен, — уговаривал Уилл, пытаясь протиснуться внутрь Майка. — Я... думаю, ничего не выйдет... ты слишком большой, — прохрипел Майк. Майк стоял на четвереньках, пытаясь делать так, как велел Уилл. Они прочитали инструкцию в интернете. — Я уже весь в соплях от трёх больших порций лубриканта, — засмеялся Майк, чувствуя раздражение. — Что, если мы попробуем позу гребли, как ты тогда со мной? — спросил Уилл, слегка похлопав одну из ягодиц Майка для поощрения. Майк приподнялся и встал на колени. — Можем попробовать. Может, так будет легче протолкнуть, — вздохнул Майк, звуча с надеждой, но без особого энтузиазма. — Нам не обязательно это делать, — предложил Уилл. — Уилл, я сейчас смазан до небес, так что давай не будем тратить момент впустую, — сказал Майк достаточно резко, заставив Уилла замолчать. Смена позы сработала, хотя и потребовалось время, Майк опустился на член Уилла. Он почувствовал давление члена в своей заднице, а затем бедра Уилла, когда его лобковые волосы коснулись его ягодиц. Майк не чувствовал ничего, кроме самого процесса, никакого напряжения, никакого импульса, никакой отчаянной потребности. Пустота сексуального желания распространялась даже на это. Они начали двигаться вместе, и Уилл был переполнен ощущениями. Он был девственником в этом деле. Майк попытался заглянуть Уиллу в лицо, протянув руку и обхватив его за плечи. Это продолжалось не больше двух секунд, потому что так было невозможно сохранять ритм. — Ты мой большой сильный мужчина, — тяжело дыша, сказал Майк. — Моему омеге всегда разрешено трахать меня. Возможно, я единственный альфа в мире, который это делает, но мне всё равно, Уилл. Я дам тебе то, что тебе нужно, потому что я хочу. Уилл не мог ответить. Это был их первый секс после того, как метка закрепилась. Волны желания были вдвое сильнее. Уилл даже думал, что потеряет сознание в какой-то момент. Ритм движений, ощущение влажной кожи Майка, когда он начал потеть, собственное дыхание Уилла — все эти ощущения были гораздо ярче. Когда Уилл кончил, казалось, что сам его член превратился в эякулят. Он чувствовал только выбросы спермы и тепло, пока оставался внутри Майка. — Ты закончил, малыш? — спросил Майк. — Я думал... ты сказал, что я... мужчина, — выдохнул Уилл, пытаясь отдышаться. — Ты всегда будешь моим малышом, Уилл, — улыбнулся Майк, хоть Уилл и не видел этого. — Да, это было странно, круто, но странно. — Уилл поцеловал одну из лопаток Майка. Майк вздрогнул. — Ты серьезно насчет того, что я могу повторить? — Если хочешь, — пожал плечами Майк. — Может быть. Не знаю, — признался Уилл.

***

Наконец-то, спустя еще неделю, они занялись сексом так, как того требовала их генетика. Они оба сходили с ума от скуки в этом больничном гнёздышке, каким бы уютным оно ни было. Уилл начал опускаться на Майка. Уилл был готов к тому, что будет больно, что его вагинальное отверстие всё еще будет нежным после устройства, которое поддерживало его в правильной форме. Вместо этого ему показалось, что член Майка выпирает наружу, почти вгрызаясь в его внутренности. Уиллу не было больно, но это ощущение чуть не заставило его кончить прямо там. Уилл сосредоточился на том, чтобы расслабиться. Майк осторожно положил руки на бёдра Уилла. Майк почувствовал, как кончики его пальцев скользнули по губкам Уилла, словно по ягодицам. Он по-прежнему ничего не чувствовал. Клеймление ничего не изменило, и Майк получил истинное подтверждение. Агония, которую испытывал Майк, была огромна. Он надеялся на что-то, на что угодно, но всё, что он чувствовал, — это напряженное дыхание и колотящееся сердце, как всегда. Он скрыл это. Уилл запрокинул голову, и скачка стала более энергичной. Звуки стонов и тяжелого дыхания Уилла теперь вызывали у Майка печаль. Раньше, когда Уилл явно чувствовал себя одиноким, Майк позволял ему прикасаться к своей груди, чтобы чувствовать биение сердца. Теперь он был здесь, Майк Уилер, неспособный отрицать, насколько его асексуальность делала его слепым к удовольствию и боли Уилла. — О боже, Майк, подними меня. Быстро. Пожалуйста, — взмолился Уилл. Майк сделал это, прижимая Уилла к себе, уткнувшись лицом в грудь Уилла. — Чёрт... о чёрт... о, это было слишком. Я не был... — Уилл содрогнулся. — ...Я не был готов. Я не был... Уилл плакал, и Майк понял, что они оба кончили. Майк так погрузился в то, чего не чувствовал, что пропустил то, что мог чувствовать, — свой оргазм. Уилл начал расслабляться, и тогда Майк понял, что Уилл плачет. — Это было так хорошо, Майк, — всхлипнул Уилл. — Это было так... Майк крепко обнял его. — Мне так жаль, что я не понимаю, Уилл, — сказал Майк. — Хотел бы я понимать. Я бы хотел, но я не могу. Уилл отстранился, чтобы посмотреть на него. — Я тоже хотел бы, чтобы ты мог, — Уилл вытер большим пальцем слезу с глаз Майка. — Хотя бы немного... — Уилл наклонился и поцеловал Майка. Тот ответил на поцелуй, но на самом деле ему не хотелось этого делать. Им еще столько всего нужно было обсудить. Майку нужно было как-то поднять тему секс-терапии с Уиллом. Майк решил, что без этого не обойтись.

***

Три недели спустя Майк и Уилл сидели в кабинете сексолога. Это была миниатюрная женщина азиатской внешности, с объёмными, пышными волосами. Она пожала им руки, войдя, а затем села за стол с их вступительными анкетами. Она молча изучала их почти две минуты мучительного, осуждающего молчания. — Что ж, это весьма полезно, — сказала она, листая страницы. — Итак, давайте начнем с простого: чего каждый из вас ожидает от сексотерапии? — Буду честен, я даже не знаю, чем вы занимаетесь, — сказал Майк. — Я тоже, — немедленно добавил Уилл. — Что ж, меня зовут доктор Келли. Я специализируюсь на отношениях, связанных с проблемами в сексуальной сфере, сексуальным напряжением и трудностями. Называйте как хотите. Я помогаю взглянуть на ситуацию под другим углом и даю инструменты для решения этих проблем. — Можете ли вы помочь асексуалам? — наполовину с горечью в голосе спросил Майк. — Я могу попытаться. Я работала с некоторыми на индивидуальной основе раньше, — сказала доктор Келли. — Он не единственный, кому нужна помощь, — сказал Уилл. — У меня иногда возникают проблемы с принятием себя как омеги. — Это неудивительно, учитывая положение дел в мире, когда речь идёт об омегах мужского пола. — Доктор Келли щелкнула ручкой. — Вернемся к моему вопросу: чего каждый из вас надеется достичь с помощью сексотерапии? — Я хочу быть хорошим партнером и удовлетворять потребности Уилла, но моя асексуальность оставляет меня настолько незаинтересованным в сексе, что меня даже самоудовлетворение не привлекает. — Хорошо, а ты, Уилл? Чего хочешь ты? — спросила она. — Иметь больше контроля. Уметь брать контроль, но не в агрессивной манере, просто... Я не хочу быть рабом своих потребностей. — Это будет сложно с твоими течками, но думаю, я смогу придумать кое-какие идеи. — она что-то записала в блокноте. — Расскажите мне о своей асексуальности, Майкл... Майк или Майкл? — спросила доктор Келли. — Майк подойдет, — ответил он. — Я просто ничего не чувствую, никаких импульсов, никакого напряжения, ничто меня не заводит. Я просто... это как быть глухим или слепым, когда дело доходит до секса. — Так было всегда? — Ну да, сколько себя помню, — сказал он, неловко поерзав. Уилл взял его за руку. — И вы сказали, это распространяется и на мастурбацию? — спросила она. — Да. Кажется, единственный раз, когда я обращаю на это внимание, так только перед тем, как я ко-, то есть испытаю оргазм. — Не беспокойтесь о грубых выражениях, Майк. Я сексолог, а не монахиня. Их разговор продолжался полчаса, а затем доктор Келли сменила тему. — У меня сразу есть два предложения, — сказала она мягким, но повелительным тоном. — 1) Планируйте свои сексуальные контакты. Это будет напоминать Майку, что секс - это то, чем он должен заниматься, и это также поможет тебе начать привыкать к контролю и ожиданиям, что твои потребности будут удовлетворены. — 2) специально для Майка. Найдите что-то, что вам нравится делать. Фильмы, книги, спорт. Что-то, что действительно привлекает вас лично. Поиграйте в ролевые игры в качестве кого-то другого. Превратите секс в игру. Спорим, если бы я попросила вас пойти домой и заняться сексом прямо сейчас, ваш разум был бы так сосредоточен на том, чего у него нет, что вы могли бы сосчитать каждый толчок, пока не испытаете оргазм. — Вероятно, смог бы, — признал Майк. — Есть две вещи, которые я также хочу, чтобы вы усвоили, вы оба, но особенно ты, Майк, — сказала она, подавшись вперед. — Даже если вы испытываете трудности, важно, чтобы вы испытывали оргазм от 3 до 5 раз в неделю. Это необходимо для того, чтобы убедиться, что вы здоровы. Старайтесь заниматься сексом по крайней мере два раза в неделю. — А вторая вещь? — спросил Уилл после того, как доктор Келли сделала паузу. — Секс состоит из двух основных функций: 1. Облегчение. Стресс, эмоции, всё, что мешает разуму. Большинство людей подсаживаются на облегчение. Это приводит к трудностям в отношениях, потому-что партнеры забывают о второй части любых сексуальных отношений. — Которой? — Майк поднял бровь. — 2) Близость. Это помогает с общением, комфортом, эмоциональной сосредоточенностью на другом человеке. Это сложнее и требует «желания». Это такие вещи, как свидания перед половым актом, сосредоточенность на партнере, например массаж. Оргазм только у партнера. То, что способно почти полностью затмить твое «я», когда ты погружаешься в это. Близость — вот что делает отношения долгими. — Это просто звучит как романтика, — сказал Уилл, звуча озадаченно. — В каком-то смысле да, но Майк может переживать это иначе, чем ты. Называть это романтикой — значит приравнивать к чисто сексуальному влечению, которого у Майка нет. Тебе нужно помнить об этом. Асексуальные люди могут и действительно испытывают глубокую привязанность, но романтика может стать для них еще одним психологическим барьером, — объяснила доктор Келли. — О, я даже не думал об этом. — Уилл повернулся к Майку. — Прости. Я понятия не имел. — Всё нормально, — улыбнулся Майк, сжимая руку Уилла. — Я тоже этого не знал. — Теперь, когда ты знаешь, тебе стало немного понятнее, Майк? Майк пожал плечами. — Мне стало понятнее, — сказал Уилл. — Мне хочется помочь ему стать лучшим, каким он только может быть. Доктор Келли улыбнулась. — Это хороший настрой, но помните, что, когда дело касается сексуальных чувств, нам нужна коммуникация, а не уступки. Встреча продолжалась ещё некоторое время, но чем дольше она длилась, тем больше Майк чувствовал, что у него действительно есть путь вперёд. Он понял, теперь у него был взгляд на вещи, и он видел возможности. Майк Уилер не был сломанным роботом, неспособным на эмоции. Он был человеком, рожденным с отсутствующим аспектом в человеческом инстинкте, но счастливая жизнь была не только возможна, она была вероятна. В течение следующих двух месяцев Майк и Уилл посетили ещё четыре сеанса с доктором Келли. Каждый раз, говоря с ней, они получали небольшие советы и корректировку направления в терапии, если что-то сбивало их с пути. Она, казалось, была довольна их прогрессом. Она также сказала им, что они должны подбадривать друг друга. Единственный раз, когда она часто видела пациентов, — это когда они были готовы расстаться. Этот редкий случай, когда всё произошло в самом начале отношений, был самым здоровым решением, которое они могли принять.

***

Сан-Диего, Калифорния (Два года спустя) Майк возвращался домой с очередной книжной встречи. На этот раз все прошло хорошо, и он, скорее всего, обеспечил себе аванс. Однако это не было его главной мыслью. Ему нужно было вернуться домой к Уиллу. Был вторник, день или ночь секса. Майк никогда их не страшился. Они всегда привносили в это что-то новое или придерживались тематики. В некоторых случаях они просто добавляли секс к программе упражнений Майка. Майка это, впрочем, не слишком беспокоило. Он перестал переживать из-за своей асексуальности, потому что секс всегда был разным. Они всегда прилагали усилия, чтобы что-то менять. Они вдвоём много играли в ролевые игры. Темы, персонажи (Майк иногда менял голоса, потому что ему нравилось смешить Уилла), сценарии. Сегодня они решили, что Майк будет агентом TSA, а Уилл — в роли наглого путешественника. Майк не мог дождаться, чтобы подразнить Уилла. Майк вошел в дверь и бросил портфель и пиджак на большое кресло рядом. — Пожалуйста, скажи мне, что ты не надел это под пиджак, — ухмыльнулся Уилл. — Что? — усмехнулся Майк. Он посмотрел на себя, словно только сейчас заметил гавайскую рубашку и черные узкие джинсы. — Это же высокий класс. Я эксцентричный писатель, Уилл. Это моя фишка. — его усмешка расплылась в широкую улыбку. Уилл затрясся от беззвучного смеха. — Знаешь, для человека, который хочет сесть в самолет, ты слишком придирчиво относишься к одежде этого агента транспортной службы, — озорно ухмыльнулся Майк. — Нет. Майк. — Уилл отступил назад, его собственная улыбка становилась шире. — Нет. Слушай... я... Майк... будь крутым, ладно... — Уилл повернулся, чтобы убежать. — Ты повернулся спиной, — поддразнил Майк. — Это твоя первая ошибка. — Сжалься. Ну же, — взмолился Уилл, забегая в прачечную и закрывая за собой дверь, но не запирая её. Они гонялись друг за другом по дому, пока Майк не поймал Уилла в столовой и не прижал его к обеденному столу, как преступника в полицейском сериале. — Меня подставили. Пусть кто-нибудь достанет телефон, снимите это на видео, — игриво фыркнул Уилл. Уилл почувствовал, как давление ослабло, когда Майк развернул его и расстегнул ему ширинку. — У вас есть что-нибудь при себе? — твердо сказал Майк, точь-в-точь как агент TSA. — Нет, — проскулил Уилл. — Сейчас увидим, не так ли? — усмехнулся Майк. — Я ничего не делал... Свободная рука Майка, не прижимавшая спину Уилла, стянула с него штаны. Майк убрал другую руку со спины Уилла и затем присел на корточки позади него. — Стой на месте, — сказал Майк. — Что ты собираешься делать? — выдохнул Уилл. — Я должен проверить вас на наличие взрывных устройств, сэр, — мягко сказал Майк с извиняющимся видом. — Где? — спросил Уилл, широко раскрыв глаза. — Вы знаете где, сэр. — Майк теперь выглядел серьезно. — У меня нет бомбы в киске, сэр, — рявкнул Уилл. — Посмотрим, — сказал Майк, выдавливая смазку на кончик большого пальца. — Вы уверены, что у вас там ничего нет? — Нет, я... И холодный кончик большого пальца Майка вошёл во влагалище Уилла. Уилл сосредоточился на том, чтобы держать колени сомкнутыми. Майк немного подвигал пальцем. Ему даже удалось коснуться клитора Уилла. — О-о-о-о, я кое-что нашел. Я не могу засунуть его достаточно глубоко. Лучше попробую что-нибудь другое. — Майк слегка шлёпнул Уилла по задднице. — Вы сказали, что у вас нет взрывных устройств в киске, но я должен быть уверен, ладно? — Ладно. Пожалуйста, просто... позволь мне... — тяжело дыша, сказал Уилл. — Ты чуть не кончил, малыш? — Майк вышел из образа. — Мне жа-... Майк заметил внезапную влагу. — Я помогу вам на этот раз, сэр, — сказал Майк, расстегивая свои джинсы. Майк никогда не думал о том, насколько экстернализация опыта поможет ему. Это не давало ему вожделения, но позволяло перестать зацикливаться на его отсутствии. Ощущение чужеродности исчезло. Исчезло ощущение, что ему приходится бороться изо всех сил, чтобы сохранить отношения. Он стал гораздо увереннее в себе. В сочетании с его опытом работы в секс-индустрии это сделало его гораздо более умелым любовником. Он смазал себя лубрикантом, который помог ему быстрее возбудиться. Затем он вошел в Уилла. Тот был горячим и влажным, его задница прижималась к паху Майка. Майк двигался медленно и размеренно. Он смотрел на лицо Уилла, прижатое к столу и смотрящее на него. Глаза Уилла были прикрыты, рот открыт, а руки лениво лежали над головой. — Если я найду здесь хоть одну бомбу... — выдохнул Майк, когда его ритм ускорился вместе с дыханием. — Вы будете.. вы будете в... таких больших гребаных неприятностях... сэр. — Пошел ты... я сказал, что у меня нет бомбы в киске. — Я сказал, эта киска - бомба. — По крайней мере, ты называешь это... киской... сейчас, а не... в мужском роде, — выдохнул Майк. — Признаю... называть её в мужском роде было глупостью. Черт, Майк... трахни меня... давай. Боже, — прорычал Уилл. — Ты уже близко, малыш? Единственным ответом Уилла было прерывистое дыхание. Майк кончил, когда влагалище Уилла сжало его во время глубокого оргазма. Они довели до совершенства технику совместного оргазма. Столько работы, столько попыток, столько серьезной сосредоточенности. Майк и Уилл были настолько близки к идеальному сексу, насколько это возможно для двух людей. Позже той же ночью они лежали в постели и просто болтали о пустяках. Уилл рассказывал о смешивании красок и тестировании более точной цветокоррекции для одного проекта, а Майк, о помощи в написании сценария, рисуя круги на голой груди Уилла. Он поцеловал её. Он пристально посмотрел на Уилла. Майк не знал, может ли он чувствовать любовь. Даже спустя столько времени он не был в этом уверен, но сегодня, когда он в тысячный раз разговаривал с Уиллом, ему казалось, что время остановилось. — Ты нервничаешь из-за четверга? — спросил Уилл. — Немного, — мягко сказал Майк. — Я тоже, — выдохнул Уилл. — Но нам нужно идти. Это будет для нас большим риском, если мы этого не сделаем. — Да, я знаю, — сказал Майк, отводя взгляд. — Эй, посмотри на меня, Майк. Ты мой Альфа. Ты большой и сильный, и я всегда в безопасности с тобой. — Ты мой Омега, Уилл. Я буду таким смелым, насколько тебе это нужно. Однако Майк не был смелым. Это стало еще одним препятствием, еще одним вопросом о том, не лишила ли его чего-то асексуальная природа. С другой стороны, Уиллу предстояло выяснить, не лишила ли его прежняя борьба с омежьей сущностью возможности иметь будущее. Майк прижался к груди Уилла. — Спи, милый, — успокоил его Уилл. В четверг у Уилла был назначен прием у акушера-гинеколога. Уилл и Майк решили попробовать завести ребенка. Они обсуждали это месяцами. Уилл наконец был готов, и Майк тоже был готов, но напуган. В 10:00 утра в четверг — и их возможности могли сузиться, или же перед ними распахнулись бы все двери.