Things and Stuff/Вещи и Прочее

      Все в классе 1-А и те, кто был связан с этим классом, знали о склонности Изуку Мидории к накопительству. Они знали, что он коллекционирует мягкие пледы и канцелярские принадлежности, что он одержим изучением причуд и коллекционированием людей. Но они не знали, что Изуку коллекционирует вещи, которые напоминают ему о людях, которых он потерял.       По крайней мере, до тех пор, пока Эри не вернулась домой после       встречи с Изуку.       Она с радостью рассказала Шоте и Хизаши о том, как провела день со своим любимым человеком, не из их семьи, и с одной из своих лучезарных улыбок принялась рассказывать о карточной игре под названием «Неустойчивые единороги». От игры она перешла к тому, как исследовала комнату Изуку — конечно, с его разрешения, — и упомянула копию шарфа Шоты и копию наушников Хизаши. Эри с радостью сообщила, что даже у нее в комнате есть сувениры из комнаты Изуку: от плюшевого единорога до тапочек с яблоками на носках.       Шоте следовало догадаться, это было вполне логично. Очевидно, что Изуку не мог постоянно находиться в окружении своей толпы людей, поэтому он, естественно, стал искать себе замену. Шота вздохнул и сел на край кровати, глядя на шкаф, который делил с мужем.       — О чём задумался? — усталый голос Хизаши отвлёк Шоту от его блуждающих мыслей.       Шота повернулся к Хизаши и, слегка улыбнувшись, посмотрел на то, как тот развалился на своей половине кровати. Он наклонился, чтобы со вздохом убрать прядь золотистых волос с лица Хизаши. — Я думаю о том, что рассказала нам Эри.       — О Мидории? — промычал Хизаши, повернув голову так, чтобы щека прижималась к подушке.       Шота кивнул и вздохнул.       — Я думал о том, как он собирает вещи, — сказал он, переворачиваясь на спину рядом с Хизаши.       Хизаши сонно улыбнулся.       — Ты ведь хочешь ему что-то подарить, да?       Шота не ответил, вместо этого он взял руку Хизаши и положил их переплетённые пальцы себе на грудь, рассеянно поглаживая большим пальцем тыльную сторону ладони Хизаши.       — Думаю, стоит, — продолжил Хизаши, придвигаясь ближе и кладя голову на плечо Шоты.       Шота наклонил голову и поцеловал Хизаши в лоб.       — Поговорим об этом утром, — тихо сказал он.

*****

      Изуку со стоном проснулся от звонка будильника. Он лениво потянулся, стукнул по будильнику хвостом и сел, чтобы выключить его. Сев, он ухмыльнулся, увидев рукава своей толстовки.       Толстовка была одной из любимых вещей Тоши. Ключевое слово — «была». Тоши отдал Изуку свою фиолетовую толстовку просто потому, что ему так захотелось. Изуку предположил, что на самом деле Тоши отдал толстовку, потому что Изуку давно на нее засматривался. А еще потому, что у Тоши снова начался скачок роста, и толстовка ему стала мала.       Но это было неважно, от него пахло Хитоши, оно было теплым и теперь принадлежало Изуку.       Изуку надел новую толстовку с капюшоном в сочетании с серыми спортивными штанами, которые ему подарил Шото. Они были старыми и поношенными, но удобными, и когда-то принадлежали Шото, а теперь стали его. Как и Хитоши с Шото.       Он бы списал свои собственнические мысли на то, что еще не до конца проснулся.       Изуку побрел к двери, на ходу потирая глаза, чтобы выпить сока, принять душ и собраться в школу. Он открыл дверь и тут же споткнулся о подарочный пакет, лежавший прямо перед ней.       Изуку прислонился к дверному косяку, сонно моргая, глядя на сумку, а затем поднял ее и вернулся в свою комнату. Это была большая темно-зеленая сумка с черной крафтовой бумагой и карточкой в желтом конверте, завернутой в ту же бумагу. Изуку достал карточку, открыл ее, положил сумку на кровать и достал из конверта рукописную записку. Изуку бегло просмотрел записку, с любопытством наклонив голову.

Мидория-кун!

Мы узнали от одного знакомого, что вы коллекционируете предметы, которые напоминают вам о ваших сокровищах, и решили подарить вам что-нибудь из нашей коллекции! Не волнуйтесь, оба предмета уже не в ходу, понимаешь?

Ямада-сан и Айзава-сан

      Теперь, когда Изуку окончательно проснулся, он отложил записку в сторону и нетерпеливо развернул папиросную бумагу, чтобы достать содержимое. Первое, к чему прикоснулись его пальцы, была мягкая, как масло, кожа. Изуку вытащил ее и поднял вверх.       — Черт возьми, — Изуку подпрыгнул на месте. — Это одна из курток Сущего Мик-сенсея! Похоже, одна из его последних курток, — он перевернул куртку, жадно разглядывая потертости и заплатки, оставшиеся после стычек с разными злодеями, в которых, должно быть, участвовал Мик-сенсей. Изуку почувствовал, как в груди у него затрепетало от восторга и с благоговением положил куртку на спинку стула, а сам вернулся на кровать.       Он снова полез в сумку и нащупал знакомую грубую ткань. Изуку взволнованно защебетал, быстро доставая шарф, который, несомненно, был шарфом для захвата. Концы были слегка потрепаны, на ткани виднелись пятна сажи и грязи, но это был именно шарф для захвата.       Изуку обернул шарф вокруг рук, запоминая его текстуру и стал изучать его. Ему всегда было любопытно, как это работает. Существовало множество теорий: от того, что ткань реагирует на ДНК Айзавы-сенсея, до того, что подкладка из микроботов реагирует на его мысли. И вот теперь Изуку держал шарф в руках и мог разобраться в его устройстве и наконец удовлетворить свое любопытство, изучая ткань, которая обвивала его пальцы.       Он и сам не знал, сколько времени простоял так, с любопытством разглядывая шарф, пока его не отвлек стук в дверь. Изуку вздрогнул от неожиданности, аккуратно положил шарф на кровать, подбежал к двери и открыл ее.       — Ты пропустил завтрак, ботаник, — тут же рявкнул Каччан, сунув тарелку Изуку.       Изуку моргнул       — Правда?       — Я что, по-твоему, заикаюсь? — Каччан закатил глаза, многозначительно покачивая тарелкой. — Что тебя отвлекло?       Изуку ухмыльнулся, взял тарелку и отошёл в сторону, пропуская Каачана.       — Айзава-сенсей и Мик-сенсей подарили мне кое-что для моей коллекции! — радостно воскликнул он, указывая свободной рукой на шарф и куртку.       Каччан вошел в комнату, осторожно ступая.       — Серьезно?       Изуку ухмыльнулся.       — Ревнуешь? — Он присел на край стола, откусил кусочек тамагояки, приготовленного Каачаном, и наблюдал за тем, как блондин разглядывает шарф.       — Да ни за что, — выплюнул Каачан, солгав, как и всегда, как и подозревал Изуку.       Изуку рассмеялся, и в его груди снова зазвучал этот радостный гул.       — Ну, если хочешь, можешь помочь мне разобраться, как работать с шарфом, — предложил он, радостно помахивая хвостом.       Каачан бросил на Изуку косой взгляд, который говорил сам за себя, без слов. Изуку знал, что его брат обязательно вернется сюда под каким-нибудь предлогом, чтобы попытаться разобраться с шарфом.

*****

      Быстро разлетелась молва о привычке Деку собирать вещи, которые напоминали ему о его кладе. И вместе с этим стали приходить разные подарки. Следующим подарком Деку стала одна из рубашек Каччана — старая, поношенная рубашка с черепом, которую брат бесцеремонно сунул ему в руки после того, как закончил стирку. Деку запрыгнул на спину Каачана и радостно зачирикал, пока блондин беззлобно взрывал чешую Деку и вяло пытался вырваться из его объятий.       Следующий подарок был более помпезным и торжественным. Очако-тян с широкой улыбкой протянула Изуку розовый, как жвачка, пакет, обернутый серебристой крафтовой бумагой. Она весело рассмеялась, когда Изуку завернулся в невероятно мягкое одеяло с космической тематикой.       После этого у его двери появилась аккуратно упакованная коробка от Теньи-куна с аккуратной запиской на обертке, в которой говорилось, что Тенья-кун попросил Очако-тян объяснить, почему все дарят подарки Изуку, и что, по его мнению, этот подарок «соответствует традиции дарения». Изуку не смог сдержать смешка, когда осторожно открыл коробку и достал толстовку с символикой Академии. Судя по слегка растянутым манжетам на рукавах, которые Тенья-кун обычно натягивал на руки, толстовка была ему впору. Изуку с нежностью улыбнулся и повесил толстовку на вешалку, решив позже поблагодарить Тенью-куна.       Подарок от Эри он получил после того, как однажды остался ночевать в общежитии во время одной из общеклассных ночевок в общей комнате. Она укрыла Изуку одеялом с единорогом, а потом свернулась калачиком у него на груди, сонно улыбнувшись и зевнув. Изуку тихо фыркнул и подоткнул его детеныша Он прижал ее к себе и уснул, согреваемый мыслью о том, что все его близкие рядом, даже Мик-сенсей и Айзава-сенсей, которые патрулировали территорию общежития.       Мина, которая присоединилась к кладу после первого «Дня кудрявых девочек» («Кудрявая девочка — это образ мышления, Изубейби, он не имеет ничего общего с полом»), подарила Изуку новенькую шелковую наволочку и темно-красный шелковый чепчик. С тех пор Изуку каждый вечер надевал его перед сном.       Изуку думал, что на этом все закончится. Он получил что-то от каждого из тех, кто знал, что это часть его коллекции.       О, его коллекция пополнилась еще несколькими людьми, но Изуку пока ничего им не сказал. У него не было времени: он помогал выслеживать Лигу злодеев и работал с Айзавой-сенсеем над тем, чтобы обуздать свои инстинкты. Полночь-сенсей, Мирио-сэмпай и Каминари-кун пополнили ряды медленно растущей коллекции Изуку, и он планировал найти их в ближайшие несколько дней, чтобы сообщить об этом.       Конечно, после того, как поток подарков иссякнет. Он не хотел, чтобы они думали, будто он просто напрашивается на подарки.       Поэтому он очень удивился, когда возле его комнаты в общежитии увидел безобидный темно-синий подарочный пакет. Он был невероятно удивлен, когда открыл его и достал один из самых мягких кардиганов, которые ему доводилось держать в руках. Он знал, что Полночь-сенсей часто надевала такие кардиганы между занятиями и когда не была в форме. Она старалась как можно больше дистанцироваться от своего образа супергероя. Изуку провел пальцами по темно-фиолетовой кашемировой ткани, обдумывая одну мысль.       Откуда Проночь-сэнсэй это знала?

*****

      Шота не смог сдержать смешка, глядя на надувшуюся Немури, сидящую на диване.       — Так ты подарила Мидории кардиган. — констатировал Хизаши, и в его голосе слышались веселые нотки.       — Ну да, — ответила Немури, подтянув колени к груди и спрятав их под своей огромной толстовкой.       — Потому что ты хочешь стать частью его коллекции. — продолжил Хизаши.       Немури уткнулась лбом в колени и застонала, а Шота расхохотался.       — Ну, если так посмотреть, то да, — простонала она.       Хизаши потянулся к ней и взъерошил ей волосы.       — Какая милая, — хихикнул Хизаши.       — Она просто хочет привилегий тетушки, — усмехнулся Шота, прислонившись к Хизаши.       — Ну, у вас двоих есть привилегии свекров! — Немури подняла голову и показала Шоте язык, чем вызвала у Хизаши и Шоты приступ громкого смеха.