***
Их дом никогда не казался Нэнси таким тихим и просторным, как сейчас. Без маминого голоса с кухни, которая уже в сотый раз пыталась дозваться для домашних, чтобы в конце то концов накормить их обедом; без вечно скрипящего голоса диктора новостей, которые всегда включал себе отец, наваливаясь в любимое кресло в гостиной; без Майка, с его дурной привычной хлопать дверьми и спорить о чём-нибудь не пойми зачем и о чем; и даже без любопытной Холли, которая от скуки слонялась по всему дому в попытках найти хоть какое-то развлечение — в отсутствии всего этого, стены будто раздвинулись, а тишина была похожа на вязкий кисель, заполняя собой все пространство. Впервые за долгое время дом принадлежал только ей, Нэнси. Ну и Робин. Видеомагнитофон рябил от серых помех, время от времени разрезающих черноту экрана. На кофейном столике — миска с попкорном, две банки колы из близлежащего магазинчика и коробка с кассетой, мастерски вытащенная из филиала Family Video ловкой рукой Бакли. На обложке яркими буквами значилось: «Новинка! Только что в прокате!» Новая комедия — ещё пару недель назад её обсуждали так, словно это событие мирового масштаба. По сути своей, обычное второсортное кино на любителя, вполне возможно включающее в себя несколько откровенных сцен. От того и популярное. — Если это окажется хоть на немного тем дерьмом, которое мы смотрели в прошлый раз, — заявила Робин, садясь в позу по-турецки на мягком ковре и откидываясь на спинку дивана. — Я официально объявлю наши восьмидесятые переоценёнными. Нэнси закатила глаза, но улыбка все равно медленно расползлась по лицу. — Ты говоришь так каждый раз. — заметила она. — И каждый раз оказываюсь права, Нэнс! На экране вспыхнула заставка, заставляя девушек невольно вздрогнуть от слишком громкого звука. Комната наполнилась цветным светом телевизора. За окнами медленно темнело; загляни кто в окно дома Уилеров, без труда бы рассмотрели две их фигуры, отражающиеся в стекле - одна аккуратная, собранная, даже в домашней футболке выглядящая по офисному серьезной, другая же - растрёпанная, иногда вскидывающая руки в ей лишь понятных жестах, резкая, суматошная. Первая шутка в фильме оказалась неожиданно удачной. Робин даже фыркнула, Нэнси не смогла сдержать смеха.***
Кола как-то незаметно сменилась на лёгкий алкоголь, делая тупые моменты фильма чуть более забавными. Гостиную то и дело заполнял негромкий смех Нэнси и мелодичный хохот Робин. Градус медленно, но верно, брал над разумом верх и Уилер все чаще задерживала взгляд больше не на экране телевизора, наблюдая за действиями героев, а на Робин. Подруга перекочевала с ковра на диван, умастившись рядом с Нэнси. Голова Бакли покоилась на плече девушки, изредка вскидывая глаза на Нэнси, чтобы прокомментировать очередную реплику героя. Уилер поймала себя на просто сумасшедшей мысли. Помыслить о таком было просто странно и нелепо. Как же ей хотелось поцеловать Робин. Вот просто до умопомрачения, до белых звёзд в глазах. Но абсурд, что делать с ним... — Да быть такого не может, ну зачем они повторяются?! Нэнси, ты посмотри! Они в каждом фильме пихают нечто... этакое! — Робин возмущенная до глубины души снова подняла на подругу глаза и на этот раз чуть было не столкнулось с ней нос к носу. Нэнси тут же неловко кашлянула и нехотя отстранилась, увеличивая дистанцию личного пространства. — Согласна! — не понимая с чем именно она согласна, вспыхнула Уилер. Они обе одновременно перевели глаза на экрана, чтобы вместе увидеть, как две главные героини слились в чувственном поцелуе. — Воу! — вскрикнула Робин, моментально подскакивая на диване и в шоке глядя в телевизор. — Ты посмотри что режиссеры творят! И как такое в прокат пропустили?! Нэнси не ответила. Она по-прежнему смотрела на двух девушек из фильма, осмысливая то, как судьба вовремя умеет подкидывать подобные моменты. — Нэнси? Что ты об этом дум...? Робин не успела закончить фразу, как Уилер весьма оригинальным способом, остановила ее. Губы накрыли губы напротив, ловя шокированный вздох и несколько неуверенно, непозволительно медленно двигались, словно давая шанс отстраниться, уйти, оттолкнуть. Бакли поверить не могла в случившееся. Разве что можно было списать все на действие выпитого алкоголя, но больно реальными ощущалось робкое прикосновение к коротким волосам и вид на полуприкрытые глаза Уилер. Отстранившись, девушка хотела была извиниться за свой неуместный порыв, но не успела и слова вымолвить, как Робин с новой силой притянула Нэнси ближе к себе, кладя руку ей на талию и целуя Уилер с большим напором, чем та делала это раньше. — Черт возьми... — вздохнула Робин, ненадолго отрываясь от губ девушки и переводя дыхание. — Нэнси, ты... — Ты безумно красивая. — выпалила Нэнси, изо всех сил стараясь не обращать внимания на обжигающее чувство румянца на щеках и шее. — Видела бы ты себя моими глазами. — рассмеялась Робин, заправляя за ухо Нэнси выбившуюся кудрявую прядь. На фоне всё ещё одни события сменялись другими, но девушкам перестало быть дело до того, что там происходит. Поцелуи плавно сместились на шею и Робин блаженно выдохнула, когда Нэнси мимолётом задела грудь. Острое возбуждение разгоралось внутри все сильнее и сильнее, и вряд ли хоть что-то в этом мире могло заставить девушек оторваться друг от друга. — Ты прелестная, Робин. Несравненная. — один комплимент - один поцелуй. Жарко, безумно жарко. Пальцы проникли под рубашку, нежно оглаживая кожу. Робин улыбнулась, увлекая Нэнси в очередной поцелуй. Момент - и одежда оказалась на полу. Вздох, поцелуй, стон. И по новой. Руки беспорядочно гуляли по прекрасному, поистине женственному телу и Бакли задержала дыхания, впитывая в себя каждый взгляд, каждый взмах ресниц, каждую секунду, что дарила ей Нэнси, доверяя, притягивая для ещё одного откровенного касания. Они действовали медленно, неспешно, в полной мере наслаждаясь присутствием друг друга. — Нравится, Уилер? — улыбнулась Робин, отстраняясь и беглым взглядом осматривая лежащую под собой девушку. Бакли удобно устроилась на бедрах Нэнси, одной рукой скользя по соблазнительной груди, а второй монотонно перебирая волосы. — Не представляешь насколько. — ответила Нэнси и Робин вздрогнула от ответного движения рукой, уже по собственной талии и животу. Пальцы беспрепятственно проникли внутрь, вырывая из Бакли громкий стон наслаждения. Нэнси не могла сдержать ответного вздоха, просто глядя на закрытые глаза девушки напротив, на ее подрагивающие губы, на соблазнительные изгибы тела. Удивительно, насколько сильно может быть влечение. Особенно к девушке. То, что это стала Робин, удивления кстати не вызывало. — Нэнси... От мыслей ее отвлек хриплый голос девушки. Робин смотрела на нее из под подрагивающих ресниц с некой мольбой, просьбой. Жаркий узел в животе отозвался ярким фейерверком в голове и Нэнси изменила угол проникновения, ловя губами совершенно новый стон. — Робин... Ты просто... Нечто... — через силу произнесла Нэнси, с обожанием во взгляде наблюдая за дрожащей от волн наслаждения девушкой.***