Возможность стать живым

      Сержант Дмитрий Ярый зашёл в столовую и заметил крепкого парня возле стеллажа с едой. Он подошёл выбрать обед и, поравнявшись с ним, тихо сказал:       — Делай вид, что выбираешь еду. Как Волков?       Парень в форме рядового уставился на состав котлет.       — Скучно. Все также грибами интересуется, — ответил тот тихо.       — По нему есть интересная информация, наблюдай дальше, — Дмитрий незаметно положил в карман рядового небольшой сверток.       — Да е-мае, — недовольно прошипел рядовой. — То Янис просит, теперь ты. Если ты забыл, я капитан по званию, а мной все помыкают.       — Не забывай в каком состоишь подразделении, — спокойно ответил Дмитрий. — Мне все равно на приказы Яниса. Я хоть и понижен в ранге, но ответственен за некоторые вопросы. Исполняй. — Они отошли от раздаточной линии. — Приятного аппетита, — пожелал Дмитрий.       Женя Серый посмотрел на поднос и застонал. На тарелке лежала ложка картофельного пюре и возвышалась горка маринованных грибов.       Дмитрий оглядел столы и направился к широкоплечему мужчине в белой униформе. Через пару минут тот пожалел о соседстве с Дмитрием.       — Ты можешь нормально есть? — раздраженно спросил Артемий. — Специально для тебя приготовили просто вареный рис. Как повару, мне больно смотреть, когда ты ковыряешься в еде.       — Не смотри, — спокойно ответил сержант Ярый.       — Как не смотреть, если ты сам сел со мной? — Повар Медовой переложил горку изюма к себе на тарелку.       — Ты преувеличиваешь.       — Кажется я понял, тебе нравится мучить людей. Выковыривая изюм, ты ничего плохого не делаешь, но сел именно со мной, зная, как я фанатично бережно отношусь к еде.       Дмитрий не ответил на упрек и продолжил издеваться над едой и поваром.       — Кстати, ты видел нового сотрудника из главного штаба? Говорят, он странный, но очень красивый. Что-нибудь знаешь о нем?       Дмитрий сосредоточенно прожевал ложку риса, опустил приборы и ответил:       — Знаю. Также знаю, что тебе даже близко подходить к нему не стоит.       — Почему же? Я умею красиво ухаживать.       Дмитрий резко встал, нагнулся ближе к повару и прошептал:       — Если ты его обидишь, эта каша окажется у тебя на голове вместе с тарелкой. Понятно?       — Понятно, — ответил Артемий и с улыбкой продолжил: — И одновременно непонятно, почему новый сотрудник смотрит в нашу сторону. Может, он смотрит на меня?       — Я предупредил, не смей его обижать. — Дмитрий зло сжал кулаки.       — Сядь, успокойся. Никто его не тронет. — Артемий невозмутимо наколол небольшую помидорку. — Не только тебе издеваться надо мной. — Он улыбнулся и с наслаждением отправил овощ в рот.       Дмитрий стиснул зубы, чтобы не сказать большую грубость. Все же Артемий был его хорошим приятелем. Да и дружбу с главным поваром не хотелось терять. Но если он или кто-либо другой обидит Малина, Дмитрий не раздумывая повторит то, что сделал с Роговым — не только разобьет нос, но и лишит звания, достойного будущего.       — Аппетит пропал. — Сержант Ярый забрал поднос с тарелками и оставил Артемия в одиночестве.       Дмитрий вышел из столовой, игнорируя нового сотрудника из главного штаба. Он игнорировал его присутствие на станции уже второй день. Он сознательно не смотрел и отворачивался, если боковым зрением замечал среди однообразной массы черно-синих форм его белый халат. Он чувствовал напряжение каждую минуту, каждую секунду, зная, что Малин находится где-то рядом.       После высылки на Землю, Дмитрий постоянно думал о нем и безумно скучал по совместной работе, разговорам за едой, по ласкам в постели. Он мечтал когда-нибудь снова посмотреть в жёлтые глаза, дотронуться до тонкой кожи, убрать послушные волосы со лба.       За время работы на станции он привык к новому рангу и обязанностям. Месяца три назад на станцию прибыл Янис. Хоть тот и проводил большую часть времени то на объекте, то с командиром Касаткиным, все же оказалось приятным перекинуться парой фраз с другом из прошлой жизни.       Дмитрий узнал много нового об объекте 1NGC и самом себе. Около недели назад Янис включил его в команду исследователей. Первый раз Дмитрий пересек невидимую защитную границу. Пересек и попал в свой сон.       Янис и командир Касаткин сняли шлемы и жестом показали Дмитрию сделать тоже самое. После секундного замешательства, Дмитрий нажал кнопку отключения кислорода и снял защитный шлем.       Он вздохнул теплый воздух, и не понимая почему, из его глаз потекли слезы. Он растворился в окружающем пространстве, вобрал в себя каждую частицу объекта и собрался заново. Наконец-то собрался в правильном порядке. Янис тогда положил руку ему на плечо и спросил:       — Чтобы не тратить время на поиск информации, ответь — сколько тебе лет, где ты родился и вносились ли изменения в твой генокод?       — Родился на Луне, и ты же знаешь мой возраст, — удивился Дмитрий.       — Быть уверенным, — раздраженно ответил тот.       — Мне тридцать, изменения были внесены, как и многим в то время. И что?       — Кажется, мы нашли еще одного, — подал голос командир Касаткин.       Дмитрий не понял тогда, о чем говорил Торин, и зачем Янису данные о его рождении. Когда они вернулись на станцию, то объяснили невероятную теорию о зарождении объекта 1NGC, и их роли в нем. Как оказалось, Дмитрий содержал частицу объекта, которая встроилась в его генокод в момент своего зарождения. Было странно и волнительно ощущать связь с объектом, который, к удивлению, оказался чьим-то сном, проявленным в реальность. Все это время во сне он видел именно этот белый песок и темное небо.       Для нескольких человек объект стал доступен, но для техники и других военных он все ещё был враждебен, оставался неживым и непредсказуемым. Все с нетерпением ждали сотрудника Олсона и его преобразователь. С его помощью сотрудники станции планировали больше узнать о неизвестной природе объекта 1NGC.       Наконец-то Малин Олсон прибыл на станцию и утром следующего дня Дмитрию все же придется с ним встретиться. Командир Касаткин запланировал собрание с участием старшего научного сотрудника Олсона и военных, владеющих засекреченной информацией об объекте 1NGC.       — Сержант… сержант Ярый.       Дмитрий встрепенулся, услышав свое имя. Вероятно, командир Касаткин заметил волнение Дмитрия, и мягко к нему обратился:       — Все в порядке?       — Да, да… — Дмитрий вздохнул и попытался сосредоточиться на собрании.       — Продолжу. Выход на объект 1NGC предварительно запланирован через десять дней. За эти дни изучите инструкцию к прибору, ознакомьтесь с его работой. Постарайтесь учесть возможные реакции объекта на вмешательство.       Речь командира воспринималась Дмитрием как однотонный гул. Он глубоко вздохнул и снова сосредоточился. Стоящий напротив Малин, стягивал внимание на себя. Он больше не казался неприметным парнем, каким хотел быть раньше. На Дмитрия смотрел уверенный и полный достоинства капитан Олсон. Невероятно красивый капитан Олсон. Красивый, как и год назад.       — Мы не можем учесть все варианты развития событий, но должны быть готовы адаптироваться. Капитан Олсон, раздайте инструкцию.       Малин дал каждому увесистую пачку документов.       — Да е-мае, — прошептал Женя Серый. — Я буду месяц только читать, — пожаловался он.       — Рядовой, отставить! — рявкнул Касаткин. — Вместе с Волковым освобождены от других дел. Ваша задача все выучить и уметь применить.       — Если возникнут вопросы — смело обращайтесь в любое время, — сказал Малин, смотря на сержанта Ярого. — Я и мои коллеги поможем.       — Спасибо, — поблагодарил Касаткин. — На сегодня в команду исследователей входят: капитан Аскар, капитан Олсон, рядовые Серый и Волков, а также я. Сержант Ярый останется на станции в качестве моего заместителя. Вопросы?       Присутствующие молчали.       — Собрание окончено, — сообщил Торин и вышел из кабинета. За ним последовали остальные участники собрания, кроме сержанта Ярого.       Дмитрий замер на месте. Между ним и Малином словно натянулась невидимая паутина. Одно неверное движение и он безвозвратно запутается во лжи, навсегда останется с непониманием и тоской.       — Сержант, вы хотели что-то уточнить?       Голос Малина вернул Дмитрия в реальность, и он сделал то, о чем долго мечтал. Он стремительно подошёл к Малину, обнял за плечи и поцеловал. К удивлению обоих, Малин ответил на поцелуй.       Дмитрий резко отстранился, нервно поправил форму.       — Прости, я не должен был, не сдержался. — Он отошел к двери, намереваясь уйти, возможно, так будет лучше.       — Ты еще злишься на меня? — голос Малина дрогнул.       — Никогда на тебя не злился, — ответил Дмитрий искренне. — Я злился на мудака Рогова и на себя за то, что не понял, не увидел.       — Прости, из-за меня ты лишился звания, карьеры. — Малин нервничал.       — Все в порядке, — поспешил заверить Дмитрий. — Я сам сделал выбор и не жалею.       — Сейчас у меня все хорошо. — Малин улыбнулся.       — Я рад.       Повисла пауза. Дмитрий не знал о чем говорить после долгой разлуки, после ужасного последнего разговора, после импульсивного поцелуя мгновение назад.       — Прости, я притворялся, — Дмитрий начал с извинения. — Я знал, кто ты и вел себя отвратительно. Мне не стоило с тобой сближаться.       Малин молчал. Весь прошлый год, вспоминая Дмитрия, он думал о многом, но больше всего его заботила искренность чувств.       — Ты говорил, что нравлюсь тебе, это была правда? — Малин решился прояснить ситуацию, чтобы наконец-то либо оставить надежды на примирение, либо снова принять Дмитрия.       — Не скрою, поначалу я испытывал интерес к необычному. Как ты ешь, общаешься, как реагирует твое тело на прикосновения. Мне было интересно наблюдать, как ты встраивал себя в пространство людей. Наблюдать каким ты был на работе, на обеде, в постели со мной, — голос Дмитрия стал уверенным. — Узнав тебя получше, интерес только возрос. Да, ты мне нравился.       Малин улыбнулся, было безумно приятно слышать признание.       — А сейчас? — спросил он и зажмурился. Он хотел и боялся услышать ответ.       Дмитрий подошёл, прикоснулся к щеке.       — Открой глаза, хочу их видеть, — попросил он и улыбнулся, когда два ярких глаза уставились на него. — Это может показаться безумным, но мне нравится в тебе все. А я тебе нравлюсь?       — Да. — Малин робко улыбнулся и кивнул. Дмитрий положил руку ему на талию и притянул. — С тобой я и мое тело испытало много хорошего и нового.       — Я скучал, — прошептал Дмитрий, уткнувшись в шею Малина.       — Надо еще кое-что проверить в приборе перед использованием. — Малин шумно выдохнул. — Увидимся позже, — прошептал он и погладил Дмитрия по голове.       — Увидимся. — Дмитрий понимающе кивнул, поцеловал его в щеку и вышел.       Когда дверь закрылась, Малин опустился на стул. Ноги не слушались, тело обмякло. Он приложил много сил, чтобы выглядеть и говорить спокойно, без надрыва. Кажется, у него неплохо получилось. Дмитрий не изменился, все тот же возбуждённый взгляд, сильные руки и ванильно-апельсиновый аромат. Он тихо рассмеялся от радости. Они раскрылись друг другу и прояснили свои чувства.

***

      Дмитрий в десятый раз просматривал инструкцию к преобразователю, все больше убеждаясь, что у Малина гениальный мозг. Он устало вздохнул, закрыл глаза и тут же увидел образ Малина. Он смотрел на Дмитрия и улыбался. Отросшая челка, уложенная за ухо, не мешала рассмотреть чарующие глаза. Дмитрий моргнул и оказался в сновидении.       Снова снился объект 1NGC и образ, которого он никак не мог достичь. Дмитрий ощутил покалывание в теле — сон проникал, заполнял собой, дарил щемящую грусть и надежду. Надежду на обновление, на возможность стать живым.       Дмитрий почувствовал панику и открыл глаза. В теле плескался адреналин, а мысли кружились вокруг единственного желания — увидеть объект 1NGC в реальности. Сейчас же, немедленно. Сумасшедше стучало сердце, от нетерпения вспотели ладони.       Отправиться на закрытый объект ночью и без разрешения у него не выйдет. Единственная возможность — выйти на смотровую площадку.       Дмитрий накинул на майку пиджак, надел простую обувь и поспешил. Внутри бушевало желание непременно увидеть объект, пусть через телескоп, пусть лишь смотря в непроглядную темноту ночи. Но быть твердо уверенным — взгляд направлен в нужную сторону.       Дмитрий вбежал вверх по лестнице и увидел, что не одинок в безумном желании. Малин рассматривал объект в телескоп. Дмитрий тихо подошёл ближе.       — Смотри, — сказал Малин и отошёл от телескопа, давая возможность Дмитрию удовлетворить желание.       Дмитрий с трепетом заглянул.       — Смотри левее. Там область темнее. Это и есть то, что тебе нужно, — подсказал Малин.       Дмитрий шумно дышал, пытаясь сосредоточиться. Глаза привыкли к ночной темноте и он увидел неоформленную, дрожащую черную субстанцию. Его напряжение спало, прояснились мысли. Близость Малина, тишина ночи и чернота далёкого объекта 1NGC сложились в безупречную картинку. Дмитрия переполняли эмоции правильности и счастья. Он отошёл от телескопа и взял Малина за руку.       — Ко мне или к тебе? — прямо спросил он.       — У меня в комнате есть смазка, — поспешно ответил Малин и улыбнулся.       Дмитрий засмеялся и уткнулся ему в плечо. Ему было радостно и спокойно. Объект и Малин — это все, что нужно для счастливой жизни.       Они шли по станции весело разговаривая, шутя и игриво касаясь друг друга. Они зашли в комнату Малина и торопливо разделись. Не теряя времени, они легли на кровать и сосредоточились друг на друге.       Дмитрий провел носом по изящной шее, дурея от отсутствия человеческого запаха. Другой бы насторожился, но не Дмитрий. Ему нравилась искусственность Малина и отсутствие запаха он воспринимал, как чистоту и непорочность. Что странно, ведь Малин не был невинен.       Малин взял со стола тюбик со смазкой.       — Увлажни меня. — Он сломал колпачок и передал Дмитрию. — Весь тюбик.       С Дмитрия упал груз тайны, они могли не притворяться. Он возбужденно и шумно задышал. Малин всегда ощущался внутри скользко и влажно. Дмитрий отложил смазку, взял Малина за бедра и притянул ближе.       — Позже, — пояснил он. — Сначала оближу каждый кусочек твоего тела.       — Быстрее, — простонал Малин и запрокинул голову, утонул в подушках.       — Нет, я буду очень медленным и нежным, — самоуверенно сообщил Дмитрий, удобно располагаясь между его ног.       Начал он с ленивого посасывания члена, затем деликатно вылизал между ягодиц. Тот, кто создал это тело, был поистине эстетом. Каждая часть Малина была восхитительно гладкой, чистой, идеальной.       Он провел языком по округлым ягодицам, спустился и одарил поцелуями бедра, колени, лодыжки. Он плыл от похоти, ведь его рот доставлял удовольствие совершенному телу. Дмитрий понимал, что мозг Малина правильно воспримет ласку. Как если бы эти изящные ноги, плоский живот и яркие опухшие губы были настоящими.       Малин крутился на подушках, погружаясь в безумие от прикосновений сильных пальцев, от теплого дыхания на искусственной коже, от мокрых звуков языка и губ. Он остро нуждался в нежности и невыносимо скучал по лучшему мужчине. Без притворства и лжи они начали отношения заново.       — Если ты продолжишь меня мучить, я сойду с ума. — Малин притянул Дмитрия за шею и поцеловал.       Тот схватил смазку и одним уверенным движением опустошил содержимое. Ему также не терпелось снова стать частью идеального создания. Заполнить его рот своим языком и слюной, его тугой вход своим возбуждённым членом и спермой.       — Потрясающий, так узко и мокро, — произнес он, шумно втянув воздух носом.       Малин руками ухватился за его спину, прижимая к свой груди. Он хотел забрать себе материю живого организма, столько, сколько сам Дмитрий желал ему дать.       Дмитрий вколачивался в страстно стонущего Малина, стараясь также уделить внимание его губам. Целоваться удавалось, лишь применив силу воли и концентрацию. Ему все ещё было странно воспринимать Малина единым целым.       Это по-прежнему завораживало, вызывая иррациональный страх и волнение. Крошечные волоски на теле поднялись вверх, задрожали руки, а в голове прояснилась дикая мысль: «Бей или беги». Дмитрий словил неконтролируемый адреналин и отдал Малину в виде жадных поцелуев и сладостных толчков. Тот отвечал на поцелуи и с восторгом принимал силу и напор человека.       Происходящее точно было реальностью, но снова, как будто во сне, возникли разноцветные нити. Они тянулись от Дмитрия к искусственному телу Малина. В этот раз они не касались, а проникали внутрь.       Едва ощутимые покалывания, вызывали в теле Малина приятную дрожь. Что-то неведомое откликалось в нем, желая больше вобрать разноцветных нитей. Дмитрий в этот момент казался энергитическим ресурсом, в котором тело Малина беспрерывно нуждалось. Его неживое тело наполнялось яркими красками жизни. Малин находился на тонкой грани, готовый в любую секунду сорваться в оргазм.       Поцелуй Дмитрия вернул в реальность, и Малин застонал от осознания скорого пика наслаждения. Нити исчезли из пространства вокруг, но Малин ощущал их внутри. Подобно грибнице, они строили сложную сеть взаимопереплетений. Малин не контролировал процесс, тело само знало — так будет лучше.       Увлеченно целуя шею Малина, Дмитрий вытащил член и спустил сперму на пульсирующее колечко мышц. Малин шумно выдохнул, когда все еще твердый и липкий член, снова в него вошел. Дмитрий пару раз глубоко толкнулся, и Малин выгнулся под тяжелым телом, улетая к блаженству. Он благодарно поцеловал Дмитрия в щеку и прошептал:       — С ума сойти, тело до сих пор дрожит.       Дмитрий перевернулся на спину и улыбнулся.       — Согласен… принесу полотенце, — он собрался встать, но Малин его придержал.       — Позже вместе в душ сходим.       Дмитрий уютно устроился у Малина на груди, ощущая ее движение. Отсутствие стука сердца его ничуть не смутило.       — Кажется, понял, почему ты прятался от меня, когда кончал.       Малин опустил взгляд вниз и напрягся.       — Следующий раз направь туда воду. — Дмитрий пальцем показал на его расслабленный член. — Хочу посмотреть, как ты зальешь себе живот и грудь. Нам обоим точно понравится.       Малин хмыкнул, но не стал отрицать — точно понравится обоим.       — Я вчера первый раз был на объекте, — прервал уютное молчание Малин.       — Странные ощущения, да?       — Да. Учитывая, что я там неоднократно был, но только во сне.       Дмитрий приподнялся, посмотрел удивлённо.       — Ты тоже часть сна? Хотя вряд ли, ты же не человек, — Дмитрий тут же осекся, он мог этим обидеть Малина. — Прости, я не …       — Все нормально.       — О! У тебя же человеческий мозг. — Дмитрий сам удивился, как сложились в голове пару пазлов.       — Да, по крайней мере теперь я в этом уверен. Я не знаю, где и когда родился, но частица объекта каким-то образом встроилась и в мой генокод. — Он усмехнулся. — Капитан Янис Аскар рассказал об объекте. Я поделился сновидениями. Я никому ранее о них не рассказывал. Мне казалось безумным общаться со своим сном. Не знаю почему, сон выбрал именно меня для передачи знаний.       — Ты гений, — прямо ответил Дмитрий и обнял Малина. — Воплотил информацию в реальные технологии.       — Да, но многое ещё остаётся недоступным для понимания. — Малин вспомнил о разноцветных нитях, и тело отозвалось приятной вибрацией.       — Думаю, твой прибор что-нибудь да прояснит. Когда я пытаюсь разложить имеющуюся информацию об объекте на части, мой мозг не выдерживает масштаба. Я боюсь сломаться, — тихо закончил Дмитрий.       — Помогу не сломаться. — Малин заботливо погладил его по голове.       — Ты изменился, — прошептал Дмитрий. — Мне это нравится.       — Мне нравится, что ты остался собой, несмотря на сложные обстоятельства. — Малин улыбнулся и увлек Дмитрия в нежный поцелуй. — Пойдем в душ. Воду можно не экономить, — прошептал он в чуть припухшие губы лучшего мужчины.

***

      В день эксперимента Малин ощущал волнение. Он не знал, как сработает прибор. Сможет ли он преобразовать неживую материю объекта 1NGC в живую. Команда была готова пересечь невидимую границу, когда потрясеный мыслью, Малин остановился.       Его накрыла паника от очевидного факта. Труд его жизни способен преобразовать не только неживые частицы объекта 1NGC, но и его искусственное, неживое тело. Он пошатнулся, не в силах справиться с замешательством и отчаянной надеждой. Кто-то подхватил под руку, спасая от падения.       Он посмотрел на своего спасителя и почувствовал болезненную пульсацию в висках — человеческий мозг силился вспомнить нечто жизненно важное. Молниеносно пришло осознание, что скоро произойдет главное событие всего его существования. Он пожалел, что рядом не будет Дмитрия.       — Капитан Олсон, вы в порядке? — спросил рядовой Волков, придерживая его за руку. — Сегодня важный день.       — Знаю, — тихо ответил Малин, отстраняясь от рядового. — Я в порядке.       Рядовой Волков искренне улыбнулся и подмигнул. От этой улыбки по телу Малина прошла волна необъяснимого страха, и тело спешно перезагрузилось. Иначе бы не выдержало напряжения. Он постарался выровнять состояние, и поспешил за командой, которая уже успела пересечь границу и медленно шла по белому песку объекта 1NGC.