Секрет вишневого пирога

***

— Хён! — кричал с кухни Джисон. — Можешь присмотреть за плитой, мне очень нужно в туалет. Минхо подошел, когда парень переминался с одной ноги на другую, сдерживая себя. В духовке стоял пирог с вишней, который младший решил приготовить в честь Дня Святого Валентина. Да, хоть они и друзья, но это же не мешает им отмечать милый праздник. Сладкий запах пирога стоял на всю комнату, отчего текли слюнки. Старший надеялся, что в этот раз блюдо вышло хорошо. Не подгорело, не недопеклось, а соответствовало приятному аромату. Осталось молиться на это, ибо продукты нынче дорогие, а эксперименты Джисона всегда били по кошельку. Нет, он не против того, что друг пытается помочь вести ему быт, ведь Минхо в их доме пока единственный, кто готовит, но неуклюжесть и забывчивость парня говорили сами за себя. И старший уже начал сомневаться, что пускать Хана на кухню не опасно. Все началось месяц назад, когда младший порадовал утренней яичницей. Ну как… если простое сгоревшее нечто, пахнувшее яйцами с беконом, можно было назвать яичницей. Тот с довольной улыбкой показал свое творение и ждал, пока друг попробует, сидя напротив, не спуская с него взгляда. Пришлось все съесть до последней крошки. Минхо похвалил хрустящее нечто, чтобы не расстраивать парня честной критикой. Видимо, из-за мягкого отношения Джисон продолжил пытаться улучшить навыки, готовя то салат, который испортил большим количеством масла и соли, то дамплинги. И даже их испортил, переварив. Те были похожи на сопли какого-то монстра, но старший съел все, боясь ранить большие глаза-бобы, которые могли бы расплакаться в любую секунду. У Хана, стоит отметить, со временем действительно стали получаться некоторые блюда, но идеальными назвать их язык пока не поворачивался. Например, позавчера жареная курица в соусе терияки с рисом вышла очень даже. Минхо аж от удивления выпучил глаза, осматривая помещение на наличие втихую приглашенного повара, но никого не нашел. У Джисона получилось! Надежда умирает последней. Однако, на следующий день уже завышенные ожидания не оправдались: пришлось «наслаждаться» подгорелым стейком, с прожаркой «овер-вел-дан». А стоила вырезка очень дорого. Прощайте, денежки… — Я тут. — Джисон спустя две минуты вернулся из уборной. — Ну-ка, что тут у нас, — разговаривал он сам с собой, как сумасшедший учёный. Минхо усмехнулся, увидев эту милую картину, ведь и сам, когда готовил, становился таким же. Он частенько видел на лице младшего эту очаровательную улыбку, что растягивалась в предвкушении. Хан посмотрел на друга каким-то нечитаемым взглядом, за которым, казалось, скрывались маленькие чертята, но старший еще не понимал, к чему это, а затем повернулся к духовке, проверяя готовность теста сухой шпажкой. — Готово, — довольно произнес младший, беря в руки прихватки, чтобы вытащить приготовленное. Слюни заполнили рот от приятного аромата пирога, который разлился по всей кухне. Джисон накрыл противень полотенцем, оставив остывать, и ушел к себе в комнату. Через пару минут вернулся с маленьким подарочным пакетом в руках. У них была традиция дарить друг другу маленькие подарки, чтобы не было так обидно отмечать некоторые праздники, включая 14 февраля. Минхо, увидев пакетик, метнулся за своим. — Это тебе, хён. Основной подарок будет позже, — с мягкой улыбкой произнес Хан, отдавая пакет. — Спасибо, Хани. — Минхо принял подарок и отдал свой. — А это тебе, надеюсь, понравится. Джисон подарил старшему фарфоровую фигурку кота. Раскрас был смешением белого, серо-коричневого и рыжего — цвета Суни, Дуни и Дори. Еще одно напоминание о его котиках, что сейчас жили с родителями в другом городе. Мило. Минхо, в свою очередь, подарил кое-что побольше. Младший давно говорил про новую группу, которая ему понравилась. Он даже показывал последние клипы и давал послушать песни старшему, чтобы тот тоже проникся. Так что диск с новым альбомом был идеальным подарком. Минхо увидел, как красивая улыбка расцветает на лице напротив. Джисон обнял друга, крепко прижимая и благодаря за такой презент. — Ах, задушишь же! — смеялся Минхо, поглаживая по голове парня. Милашка. Тот отстранился с горящими щеками и подошел к столу, проверяя пирог. — Садись, хён. Думаю, он уже подостыл. Минхо поставил фигурку кота на тумбочку в коридоре, чтобы, когда приходили гости, она сразу же бросалась в глаза, и сел за стол, надеясь, что старания младшего его не подведут. Джисон отрезал кусочек, из-за чего ягоды бордовой вишни развалились, окрашивая тарелку соком. — Держи, угощайся. — Он протянул посуду с пирогом, от которого еще шёл пар. Его глаза сверкнули, ожидая реакции старшего. Минхо немного подул, взяв пальцами кусок, и положил в рот. Приятный вкус раскрылся, когда он начал жевать. Мягкое сладкое тесто и сочная ягода с небольшой кислинкой — интересное сочетание. А как же вкусно… Он откусил еще, удивляясь, что еда младшего превзошла все его ожидания. — А ты? — Я… я не буду. Натаскался, пока готовил. Ты ешь, ешь! — Улыбка на лице не спадала. Оно и понятно — приготовленное вышло не подгорелым. Минхо усмехнулся и проглотил еще кусочек. Вкус был настолько невероятен, что останавливаться не хотелось. С радостью принимая нормальную еду, он видел довольный взгляд Джисона. Сок вишни тек из теста и окрашивал полость рта в темно-красный. — Хани… — выдохнул он, отложив тарелку, так как наелся. — Ты серьезно… Ты прыгнул выше себя! Это один из лучших пирогов, которые я когда-либо ел в своей жизни! Как ты этого добился? — Спасибо, хён… — смущённо сказал он. — Просто действовал согласно рецепту. Добавил всяких приправ и еще кое-что. — По рецепту? Ты лучше с каждым днём. Я серьёзно. Это очень вкусно, настолько, что я съел аж половину, — усмехнулся старший. — Если это и был твой подарок, то я счастлив. Кстати, дашь мне это рецепт? — Дам. И рецепт тоже. Они засмеялись. Такое празднование им нравилось. Все легко, мило, непринуждённо. Так по-семейному, с дурацкими шутками. Хан рассказал подробнее про процесс приготовления, активно жестикулируя руками. Минхо невольно засмотрелся на них. Тонкие длинные пальцы, на некоторых из них металлические кольца, добавляющие образу грозности, хотя младший таким не выглядел. Минхо смотрел на то, как они в воздухе рисуют, создавая атмосферу недавней готовки. Мягкие красивые кисти поднимались в воздух и опускались. Он взглянул выше, на плечи и грудь. Те активно двигались с рассказом. Широкая грудь вздымалась при вдохе, привлекая внимание, а горлышко футболки на ней смешно комкалось. Дальше шея. Такая нежная, что хотелось к ней прикоснуться, прижаться губами или вдохнуть аромат Хана. Минхо эти мысли не нравились. Что происходит? Он словил себя на том, что половину слов младшего прослушал, тупо пялясь на него. Без причины. Просто захотелось. Хотя раньше не хотелось. Вернее, хотелось, но не с грязным подтекстом же... Температура тела начала подниматься. Парень у стола мотнул головой, распушив густые волосы. С виду они казались очень ухоженными и мягкими, вот бы пальцы в них просунуть и погладить. Джисон нахмурился рассеянности старшего, но продолжил рассказ, который звучал для того очень приглушенно. Минхо поднялся глазами выше. Изо рта друга вылетали слова, которые он не слышал, так как просто наблюдал за движением губ. Иногда те становились мокрыми, когда Хан их облизывал, убирая сухость. Вот бы их коснуться. Вот бы их поцеловать. Все, это край. Минхо резко поднялся из-за стола, тяжело дыша. Раньше подобные мысли к нему не приходили, тогда что происходит? Почему он захотел поцеловать эти пухлые, красивые губы? Черт. Что-то не так. — Минхо, ты чего? — подошел к нему Хан, заглядывая в глаза, отчего сердце застучало сильнее. — Хен, ты в порядке? Джисон спросил это с какой-то подозрительной улыбкой, от которой стало не по себе, и закусил губу, заставляя на нее смотреть. Черт возьми! Как же это одновременно невинно и сексуально… Жар поднимался все выше. Ноги почему-то стали ватными, а в голове каша, вперемешку со странными желаниями. Когда младший коснулся его плеча, Минхо понял, что нужно бежать, ведь от этого у него встал. — Я… я в туалет… — промолвил он и убежал. Что происходит? Что за странная реакция тела на обычное прикосновение? На прикосновение его друга? Он заперся внутри, ходя туда-обратно, не зная, что делать. Член стоял колом, выделяя предэкулят. Орган просто ныл от желания. Температура тела поднялась настолько, что стало дурно. Он присел на крышку унитаза, умывая лицо холодной водой. Нужно прийти в себя. Нужно перестать думать. Нужно перестать хотеть. Через несколько минут он вышел из уборной, хотя проблема внизу еще осталась. — Я спать пойду уже, поздно… — смущённо кинул он и ретировался в свою комнату. Минхо слышал, как Хан гремел посудой, убирая за собой после кулинарных творений. Он слышал все его усталые вздохи, которые походили на стоны, и… еще сильнее возбуждался. Это же его друг, Хан Джисон… Так нельзя, так не может быть… Старший залез под одеяло, пытаясь уснуть, убежать от происходящего, но жар все поднимался. — Хееен, — протянул Джисон за дверью, приоткрывая ее. — Ты в порядке? От ласковой интонации по телу прошла дрожь, а член предательски дернулся, благо, этого не было видно из-под одеяла. Парень осторожно подошел к кровати и присел, улыбаясь. Он поднес руку к его лбу, проверяя температуру. — Ох, у тебя жар… — Наклонился лицом к Минхо, чтобы проверить температуру еще и губами, как они всегда делали, когда болели, но конкретно сейчас… это заводило. Лёгкие касания будто били электрическим током, отдавая в паховую зону. Боже, как стыдно… — Тебе нужно раздеться, чтобы стало легче. И опять эта странная ухмылка на лице младшего, от которой становилось не по себе! И фраза еще такая двусмысленная. Или Минхо реально уже бредит? Младший схватил за краешек одеяла, намереваясь поднять его, но его остановили. — Стой, не нужно, Хани… — уже задыхался Минхо. — Я просто… просто лягу спать, все в порядке, — уверял он, но по взгляду напротив было ясно, что ему не поверили. Джисон-таки стянул одеяло и увидел то, что старший так не хотел показывать своему другу. Серые спортивные штаны, что были на нем, в районе паха сильно топорщились. Щеки Минхо вспыхнули пуще прежнего. Очень стыдно и неловко! Член не просто стоял, он пытался вырваться наружу. — Оу… Я могу тебе помочь, хен. — Хан сменил секундное удивление на хитрую улыбку. Минхо сильно сглотнул, понимая, что сегодня они могут перейти невозвратную грань их отношений, и неясно, к чему это приведёт. — Можно? Джисон выкатил свои большие глаза в просьбе и наклонился. Это нечестно! Старший всегда плавился под этим взглядом, что уж говорить про сейчас? Минхо кивнул, понимая, что очень хочется, и тот не стал долго возится. Младший потянул за край штанов, высвобождая истекающий орган, и тут же прикоснулся к нему губами. Теми пухлыми и на вид сладкими губами, что ловко обхватили головку, отдавая тепло. Пара движений головой — и старший с громким стоном изливается ему в рот. Голос дрожит, как и тело. Как же неловко! Минхо прикрыл ладонями лицо в смущении, как какой-то девственник. Джисон же только взял член в себя, а он уже кончил. — Ну как, лучше? — приподнялся парень с мокрыми от спермы губами. Он показательно слизал ее, смотря на старшего. Член снова встал. Ну что же Джисон с ним творит? — Я могу сделать еще лучше. Хан снова хитро улыбнулся, будто заранее ждал такой возможности, и оседлал парня, вызывая удивлённый вздох. К такому повороту событий Минхо не был готов, но тело желало еще одной разрядки. Голова кружилась, а низ сильно тянуло от возбуждения. Младший начал двигаться, прокатываясь по вставшему органу, накаляя обстановку. — Минхо… — протянул и убрал руки с чужого раскрасневшегося лица, что пытались скрыть смущение. И Минхо не выдержал, увидев перед собой такого Джисона. Ему было плевать, что им двигало, обхватив губами губы напротив. Желвя получить еще одну разрядку, он впился в них с такой силой, что вызвал тихий довольный стон на себе. Пока влажные губы сливались в поцелуе, внизу продолжалось трение промежностей. Хан активно двигал бёдрами вперед-назад. Воздуха становилось все меньше. Подняв затуманенный взгляд на младшего, Минхо быстро стянул с него пижамные штаны и сжал задницу, прижимая ее ближе к своему возбуждению. А Джисона, казалось, это не волновало, наоборот, ему нравилось —настолько, что он не сдерживался в вылизывании чужого рта. Старший никогда бы и не подумал, что младший на такое способен. Член пульсировал от прилива крови, пока пальцы без труда растягивали вход. Джисон спустился ниже, начав целовать шею и включицы. Когда тот был готов, Минхо вошёл в него, выдыхая с облегчением. Движения ускорялись, как и пульс, который давно указывал на тахикардию. Старший придерживал парня за талиюв тот момент, когда он начал быстро подниматься и опускаться по длине. Он скакал на нем, будто на лошади, держа чёткий ритм. Громкие сладкие стоны, что доносились изо рта Хана, сводили с ума, заставляя твердеть член еще сильнее. Хлопки их тел наполняли пространство, а хлюпающие звуки уже не смущали. Они оба желали этого. И оба отдавались целиком и полностью. Последний толчок — и Минхо входит глубже, получая оргазм, а Джисон пачкает их футболки секундой позже, изливаясь. Член наконец ослабел, а жар начал стихать. — Ну как, тебе лучше, хен? — После долгого молчания и приевшихся высоких сладких стонов, голос Хана прозвучал достаточно низко. — Гораздо… — выдохнул тот, выходя из парня и смотря на его милое уставшее лицо, хотя минуту назад в глазах был пожар. — Нам надо помыться, Хани. Они поднялись с грязной кровати и пошли в душ. Мысль о том, что же это такое было, до сих пор преследовала Минхо. Он со смущением помогал вымывать из дырочки парня свою сперму, а после просто мылить мочалкой тело. Одновременно и мило, и странно. Два часа назад они были друзьями, а что теперь… Хан помог старшему поменять постельное белье и лег вместе с ним, на его грудь, поглаживая. — Я рад, что смог помочь тебе, — хихикнул он. — Спасибо. Только знаешь, это было странно немного. Меня в один момент будто просто переклинило и все, — поделился Минхо, прижимая парня к себе. Они еще немного поговорили и решили встречаться, а после легли спать, устало прикрывая веки. Как жаль, что только через месяц Минхо узнает, с какой хитрости начались их отношения, но будет абсолютно не против, ведь та ситуация помогла ему перейти из статуса «друга милого Джисона» в «парня милого Джисона», а это почётно, если не брать в расчет умение готовить.

***