Show me the side you hide

Голова безжалостно раскалывалась, в горле пересохло. Тело ныло так, будто секунду назад он скатился кувырком со склона. Веки ощущались невыносимо тяжелыми, открывать глаза совершенно не хотелось. Кровать была предательски тёплой и уютной: «Ещё минутку», — подумал парень, переворачиваясь на бок. «Стоп!» — секунда за секундой разум возвращался из страны снов, восстанавливая картинку происходящего. Место было незнакомым. Приподнявшись на локтях, парень осмотрелся вокруг. Типовой гостиничный номер, но это был не тот номер, что он снял. Глаза начали бегать в поисках личных вещей. Прикроватная тумбочка пустовала, чемодан аккуратно стоял в углу, комод закрыт, ничего не валялось на полу. Взгляд скользнул на кресло в другом конце комнаты, на нем висела подозрительно знакомая кофта. Илья зажмурился, будто бы это могло что-то решить, он не верил в происходящее. «Отец меня убьёт» — мысль ударила не отошедшее от сна сознание. Пулей вскочив с кровати, он спешно начал собирать свои вещи, чтобы быстрее убраться. «Телефон, кофта. Телефон, кофта…», — парень остановился, вспоминая, что было при нем. — I don't give a shit, — тихо сматерился Илья, он не мог вспомнить и половины того, что произошло. Нужно было спешить, успеть вернуться к себе до прихода отца. В поездках тот часто заходил с утра, чтобы проверить сына, обсудить план тренировок, Илья и раньше сбегал гулять ночью, но всегда возвращался сам, чтобы родители не волновались, чтобы отец не читал нотации о том, как ему стоит вести себя, он хотел хотя бы иногда быть, как все остальные. Он понимал, что сам выбрал этот путь, но молодость всегда берет свое, желание гулять с друзьями, пробовать эту жизнь вкус, делать глупые вещи, как все ровесники, забыть на день, что он спортсмен и ему «нужно» что-то делать. Уже в Убере, на пути к своей гостинице, Илья решается открыть телефон, возможно там осталось то, что поможет ему вспомнить вчерашний вечер. Может сообщения или фото? Что-нибудь… Открыв галерею, он не мог поверить своим глазам. Сердце сменило ритм, колотясь с каждой секундой все сильнее и сильнее, его бросило сначала в жар, затем в холод, щеки предательски краснели. «Что это было?» — он застыл. Находка не проясняла ровно ничего. На фото был он, целующийся с Петром. Возможно фото было сделано случайно, ракурс был странный, а в галерее помимо него, было несколько смазанных кадров, разобрать которые, было невозможно. — We're on the spot, — голос водителя вернул его в реальность. Илья, смущенный своим собственным состоянием, выскочил из машины, кратко бросив вежливое «thanks». Он сам не заметил как добрался до номера. Мысли о вечере заполнили его голову. «Мы пошли в клуб с Максом, я позвал Петра с нами. Мы пили… Мы пили…», — парень хлопнул входной дверью, застыв в проходе. Он не мог вспомнить, что было после, лишь обрывки, ощущения и то фото. Испугавшись, что Максим мог что-то увидеть, Илья спешно открывает телефон в поисках сообщений от друга. Одно непрочитанное сообщение. «R u okay dude? If ur leaving so early, u should have warned me. Is everything okay?» Илья выдохнул, садясь на кровать. Это он накрутил себя, все в порядке, никто не заметил, ни его ухода, ни поцелуя… Но тревога не отпускала, сердце билось ужасно, что способствовало этому? «Все хорошо, все окей, никто ничего не заметил», — пытался он успокоить себя. Сев на кресло, парень продолжал прокручивать мысли в голове, одна за одной, тревога вновь нарастала. «Он помнит? Нет, не может быть, чтобы он запомнил все, такое невозможно», — Илья пытался найти ответы на нескончаемые вопросы внутреннего голоса, не замечая, что внутреннее и внешнее состояния сливаются. Нога предательски начала отбивать такт об пол — тело пыталось разгрузить себя от стресса. Стук вернул парня в реальность. Отец за дверью подождал несколько секунд, прежде чем войти. Илья растрялся. Пытаясь скрыть свое состояние, он резко подскочил с кресла: «Что он хотел этим сказать? Черт, вдруг отец всё-таки заметит?» — Доброе утро! Как отдохнул? — отец перешагнул порог комнаты, закрывая за собой дверь. — А, все хорошо. Я немного плохо спал сегодня, — Илья соврал отцу, не желая посвящать родителя в подробности своего «отдыха». — Переживаешь перед предстоящим сезоном? — поинтересовался отец. Он прошёл к окну, пересекая комнату. — Наверное. — Не переживай, я уверен ты справишься. Мы верим в тебя, вся страна в тебя верит, сынок, — отец задумчиво смотрел на пейзажи, открывающиеся из окна гостиничного номера. По-отцовки тихо, просто смотрел вдаль, не зная что сказать, — или пытался вот так, по-своему, выразить поддержку. Минуту Илья не находил себе места, снаружи он держался, но внутри все кричало. «Хорошо, что я не вижу сейчас его лицо», — подумал он. Наверное, сейчас, увидев добрый, но строгий взгляд, он бы не смог так стоически выдерживать этот немой допрос. Отец что-то пробормотал себе под нос и направился к выходу, оставляя сына наедине с самим собой. Илья проводил отца взглядом. Дверь закрылась, а парень рухнул на кровать, ноги не держали. Он лежал не в силах сделать что-либо, да и что ему оставалось? «Побежать за отцом? Признаться ему? Бред. Написать Пете, узнать, были ли его страхи реальностью? Ещё хуже», — все что он мог сделать, просто постараться делать вид, что ничего не произошло, что «все хорошо». Хотя бы на сегодня, в единственный выходной между тренировками.

***

Выходной тянулся бесконечно, Илья провалялся в кровати почти весь день, разрывая себя тревожным мыслями. Ему не хватало открытости, хотелось рассказать кому-то, чтобы снять с себя часть тревоги, разделить эмоции от пережитого опыта, но он так и не решился. Не решился написать участнику этого самого опыта. Впереди их ждала совместная тренировка, парень не хотел лишний раз тревожить спортсмена, он знал, как моральное состояние может повлиять на ход тренировки. Все что ему оставалось это попытаться уснуть, попытаться отпустить. Лёд был местом силы Ильи, безопасным пристанищем, местом, где он мог отпустить все, что его тревожило в обычной жизни. Так ему казалось до сегодняшнего дня. Парень с отцом подошли к катку, около бортика стоял Рафаель Владимирович, а на льду был тот, от кого Илья так усердно пытался сбежать. Он знал, что Пётр будет там, он готовился к этой встрече, но вдруг, вся его подготовка рухнула. Вмиг его парализовало, ноги отказывались идти. Отец, заметив состояние сына, спросил: — Ты в порядке? Что-то случилось, — действительно, случилось… Илья почувствовал, что тело выдаёт его с потрохами начинает разминаться, стараясь скрыть бурю, которая вот-вот готова накрыть его с головой. — Да, все в порядке. Немного задумался, ничего страшного? Взгляд отца стал мягче, он хлопнул сына по плечу: — Конечно, все в порядке. Илья кивнул, давая знак, что готов: «Глубокий вдох, выдох», — он вышел на лёд. Сейчас он не ощущает привычную лёгкость, нет, это было нечто иное. Он ощущает, как внутри что-то вспыхивает, азарт, страсть, чувство, которое сложно описать. Это не тот мандраж, что бывает перед выступлениями. Сейчас нет публики, нет судей, только он, лёд и неприодолимое желание выплеснуть все, что накопилось за это короткое время. Та тренировка была другой. Петя между подходами бросал редкий взгляд на Илью, они не говорили с того вечера, но это напряжение между спортсменами, было видно невооружённым взглядом. Парень старался держаться: «их отношения, дело их двоих, никого больше». Спортивная этика и присутствие тренера сковывали. До конца тренировки оставалось минут десять. Но Илья решил, что сегодня, с него хватит. Все, что мог сделать Петя, смотреть, как фигура удаляется в сторону коридора. Где-то внутри, он чувствовал, что что-то не так, но времени на подумать не было: «Нужно закончить тренировку». Уже после, в раздевалке Петя решается написать. Тот вечер в его памяти подсвечивался обрывками, но самое главное, что его волновало, был конец, поцелуй. Он до конца не понимал, было ли это сном, но реакция Ильи говорила сама за себя, он должен прояснить ситуацию.

«Привет. Ты рано ушёл»

Парень задумался, перечитвая свое же сообщение.

«Все в порядке?»

Мгновенного ответа не последовало. Петя, недолго простояв в ожидании, решил начать собираться: «Может он занят?» «Yeah все нормально I had plans with my family, and I was in a hurry» Илья уходил от ответа, стараясь мягко перевести тему: «Нужно действовать».

«Тот вечер. Я все помню.»

Петя врал, но понимал, что другого способа вытянуть Илью на разговор — нет. В данный момент он хотел одного, прозрачности.

«Хочешь встретиться?»

Сообщение было рискованным, но он решился, либо выяснить все сейчас, либо вся оставшаяся часть поездки будет обречена личностными страданиями, сожалением, что не сказал, не сделал. «okay» Пете этого было достаточно. Он был рад факту того, что Илья не пытается его избегать. Собрав вещи, парень выдвинулся обратно в гостиницу, готовясь к предстоящему, вероятно, тяжёлому разговору. "Мы только учим языки друг друга. И пока мы далеко, нам легче складывать буквы в слова, не боясь ошибиться в произношении. Ведь когда мы встретимся, придется говорить без черновиков".