Чай с молоком

Всё случилось не сразу. Они вообще никуда не торопились. Денис Александрович боялся спугнуть Ваню своей взрослостью, своей неуклюжей нежностью, своим желанием. А Ваня боялся показаться навязчивым или смешным. Они так и жили в этом предчувствии - долгие вечера на диване, поцелуи на кухне, совместные ночи в одной постели, но всегда на грани. Всё изменил случай. Денис Александрович проверял курсовые, сидя за столом в очках для чтения. Ваня лежал на диване, делал вид, что читает, а сам смотрел на профессора поверх страниц. Смотрел, как пальцы сжимают ручку, как хмурится лоб, как свет лампы золотит седину на висках. — Денис Александрович, - позвал он тихо. — М? - не отрываясь от тетради. — Идите сюда. Голос прозвучал иначе, чем обычно. Денис Александрович поднял голову, встретился с Ваней взглядом и замер. В глазах мальчика было что-то новое. Тёплое, тягучее, зовущее. Он медленно отложил ручку, снял очки и подошёл. — Что случилось? Ваня поймал его за руку, потянул на диван. Денис Александрович послушно сел, и Ваня тут же забрался к нему на колени, обхватил ногами талию. — Соскучился, - прошептал он, прижимаясь губами к его шее. — Я же здесь. — Мало. Денис Александрович обнял его за спину, притянул ближе. Вдохнул запах Ваниных волос - яблочный шампунь, немного улицы, немного дома. У него закружилась голова. — Вань… — Я хочу вас, - выдохнул Ваня ему прямо в губы. - По-настоящему. Пожалуйста. Денис Александрович замер. Сердце колотилось где-то в горле. Он мечтал об этом, боялся этого, ждал этого - и сейчас, когда Ваня сидел у него на коленях и смотрел такими честными глазами, он вдруг понял, что не знает, как правильно. — Ты уверен? - спросил он хрипло. — Никогда не была более уверен, - улыбнулся Ваня и поцеловал его. Они целовались долго. Сначала осторожно, пробуя, изучая, а потом жаднее, глубже, пока у обоих не сбилось дыхание. Руки Дениса Александровича забрались под Ванину футболку, гладили горячую кожу поясницы, поднимались выше. — Холодные, - выдохнул Ваня, когда ладони профессора коснулись его лопаток. — Согрей. Ваня стянул с него свитер. Потом футболку. Остановился, разглядывая. Денис Александрович смущённо дёрнулся, хотел прикрыться, но Ваня поймал его руки. — Не надо. Вы красивый. — Я старый. — Вы красивый, - упрямо повторил Ваня и прильнул губами к его груди. Дальше всё было как в тумане. Они переместились в спальню, путаясь в одежде, смеясь от неловкости и замирая от нежности. Денис Александрович боялся сделать больно, боялся навредить, боялся, что Ваня передумает. Но Ваня не передумал. Он шептал «ещё», «пожалуйста», и профессор терял голову окончательно. А потом случилось самое сокровенное. После, когда они лежали обессиленные, переплетённые руками и ногами, Ваня вдруг потянулся и приник губами к груди Дениса Александровича. Тот вздрогнул от неожиданности, но не отстранился. — Вань… Молоко пришло само - как всегда приходило по утрам, как всегда появлялось, когда Ваня был рядом. Тёплое, сладкое, успокаивающее. Ваня пил медленно, и Денис Александрович чувствовал, как от каждого глотка по телу разливается странное, ни на что не похожее тепло. — Ты как будто… - начал он и запнулся, не зная, как сказать. — Как будто что? — Как будто забираешь мою тревогу. Они уснули под утро, не разлепив объятий. А когда проснулись, за окном уже вовсю светило солнце, и Денис Александрович впервые за долгие годы не хотел никуда вставать. Хотел лежать вот так, чувствуя Ванино дыхание на своей груди, и ни о чём не думать. — Доброе утро, - прошептал Ваня, не открывая глаз. — Доброе. — Я люблю вас. — Я люблю тебя, - ответил Денис Александрович и поцеловал его в макушку. И это было правильнее всех слов на свете. ~ В университет в тот день они опоздали оба. Денис Александрович - на свою лекцию, Ваня - на семинар по древнегреческой литературе. — Это вы виноваты, - шепнул Ваня на лестнице, когда они расходились по разным аудиториям. — Я? - притворно удивился профессор. — Кто меня ночью не отпускал? Ваня покраснел до корней волос и шлёпнул его учебником по руке. — Идите уже, Денис Александрович. Студенты заждались. — А ты? Ты вернёшься сегодня? — Куда ж я денусь, - улыбнулся Ваня и побежал вверх по лестнице. Денис Александрович смотрел ему вслед и думал, что жизнь, кажется, только начинается. В тридцать с хвостиком.