Такая уставшая и жаждущая

Исаги ужасно напугана ответственностью, которая на ней лежит. Ей стало тяжелее уснуть последнии пару ночей, а также она постоянно витала в облаках. Это заметила каждая в Синей Тюрьме, но и те сами находились не в самом спокойном своём состоянии, потому решили не обращать слишком большого внимание на ту, кто своей тревогой выделилась чуть больше остальных. Ну, кроме её подруг, с которыми она была в этом проекте от начала и до конца — Чигири и Бачира. Первую уже изрядно достало, что сердце тюрьмы постоянно ходит в таком несвойственном себе состоянии, а другая просто расстраивалась не меньше Исаги, видя её такой каждый день. Они решили с этим разобраться, пробравшись в комнату к синеволосой ночью, ближе к отбою, зная, что та в это время ещё не спит. Они хотят ей помочь расслабиться прямо как в старые добрые. Находясь в закрытом здании так долго, они стали интересоваться друг другом. Эти трое не единственные такие. Уже много кто тут попробовал так или иначе понежиться с другой девушкой здесь. Так они и оказались тут, в таком положении: Чигири сидит перед Исаги, опирающейся о грудь Бачиры. Йоичи кажется достаточно величественной и, на самом деле, материнской. При проблемах часто хочется всё бросить и просто пойти к ней, молча требуя поддержки. А сейчас ей самой требуется поддержка. Бачира, сидящая позади, нежно прижимает её к себе за талию и трётся носом о затылок. Её ручки периодически делают круги по чужой коже, перед этим в своей детской манере пробираясь под кофту. Её ласковые движения вызывают щекотку, под которой Йоичи чувственно хихикает и извивается, будто поддерживая её игру, начиная играть в салочки. В её глазах возникает больше света, который подмечает Хёма, наслаждаясь её видом. Чуть влажные волосы после душа, стали выглядеть настолько чёрными, насколько это возможно, что изящно дополняется яркими большими синими глазами. В этом хотелось утонуть. Руки принца непроизвольно потянулись к щекам Исаги, чтобы нежно потрепать их, а затем приблизиться, почти соединяя их губы, оставляя между ними буквально сантиметр. Она ещё раз, уже ближе, смотрит в глаза перед собой, чтобы потом дать их губам встретиться. Сначала совсем нежно, еле ощутимо, потом чуть напористее — с лёгкой силой давит на её губы, но не пробирается языком во внутрь. Исаги наслаждалась тем, как её окружают два любимых человека, которые согревали её своим присутствием. Она краем язычка играючи лизнула чужую верхнюю губу. В то же время чувства на её коже обострились. Её рука неприметно потянулась к правой ноге Бачиры, чтобы не оставлять другую девушку без внимания. Она водила по ней пальцами туда-сюда, в тоже время ощущая мелкое подрагивание, вызванное этим. Давно они так не сидели. Углубив поцелуй, Исаги желает не думать о том, что будет через пару дней, то есть матч с Францией, выиграют они или проиграют, что она будет делать, ведь именно она — сердце их команды. Возможно, этой ночью она будет требовательна или капризна до внимания от двух девушек, а может выплеснет все эмоции на то, чтобы сделать счастливее и их тоже. Язык Хёмы сладок и влажен. Заполучив немного, хочется ещё больше. Исаги не знает, чего ей сейчас хочется больше: мягких объятий Мегуру или чуть более ярких эмоций от Чигири. Её лицо уже определённо стало красным, может быть даже такого же цвета, как и волосы девушки перед ней. Ладони немного вспотели, но никого это не напрягает. Она в равной степени старается уделить внимание обеим подругам, то гладя Чигири по щекам или трепля макушку, чтобы та не делала расстояние между ними больше вытянутой руки; то массируя ноги Бачиры, которые точно устали после тренировок, но та никому об этом не скажет. После некоторого времени, проведённого за поцелуями с принцем, Исаги разворачивает туловище, чтобы наконец сделать то же самое и с пчёлкой, которая с радостью смотрит на неё. Поцелуй Бачиры иной: если Чигири более напористая и почти никогда не даёт себе пойти на уступки, то Мегуру старается в равной степени с Исаги. Их невинные лобзания продолжаются дольше. Они больше уделяют своё внимание тому, чтобы прочувствовать друг друга. Они даже не закрывают глаза, разглядывая друг на друга из за чуть приспущенных ресниц. Они следуют друга за другом в этом “танце”. Исаги приподнимает кофту Бачиры, чтобы оголить её мягкую грудь. Кончики пальцев сразу же задевают торчащие соски, отчего другая девушка вздыхает в поцелуй. Грудь легко проминается под касаниями — такая она нежная. Очень похоже на бисквит, который так и хочется укусить. Мегуру против этого точно не будет. Подключая уже и вторую руку, синеволосая скорее даже расслабляется сама, всё нежно сжимая и сжимая две мягкие драгоценности. В то же время Чигири не остаётся без дела. Пока двое других так увлечены друг другом, она потянулась к самой ценной части тела, что может быть у Исаги и это даже не её ножки, так необходимые для футбола. Их пижамные штаны достаточно тонкие, чтобы ей не пришлось прикладывать слишком много усилий, дабы быть замеченной. Йоичи дёрнула бёдрами, всё ясно почувствав, но даже и не думала отодвигаться. Пока одну руку Хёма сосредоточила на чужой вагине, то второй решила поиграть с чувствительной спинкой подруги. Она знала, что та будет дёргаться и метаться, только надо знать, где коснуться. Очерчивая лопатки, она проговаривала разные комплименты и слова поддержки, а когда они стали кончаться, ненадолго прервала девушек, чтобы стянуть кофту Исаги, что повлекло чуть больше смущения, но в конце концов они продолжили; и стала молчать целовать её кожу. Взгляды Хёмы и Мегуру встретились. Первая довольно улыбнулась, а вторая показала не меньшую радость глазами. Всё проходит отлично. Почувствовав, как под пальцами становится влажно, Чигири решает, что можно продолжать, но перед этим, чтобы не оставаться в стороне, стягивает и свою кофту тоже, а заодно и спортивный топ, уравнивая своё положение с другими. Она приспускает чужие штаны и смотрит на вид, который перед ней открывается. Трусики промокли и чётко очерчивали форму вагины, которая непременно сейчас жаждет внимания. Чигири хорошо знает, что любит Исаги. Исаги плавится под ощущениями игривого язычка в своём рту, мягкостью в ладонях, пробирающих касаний на пояснице и пальцами на своём клиторе, которые пока только ласково касаются, специально затягивая момент удовольствия. Чигири щипает её через ткань, вероятнее всего лукаво улыбаясь в этот момент. — Принц, ну пожалуйста, — Йоичи ненадолго прерывает поцелуй, всё ещё разминая чужую почти плюшевую грудь, чтобы возмущённо пролепетать эти три слова. А вот и капризы.