Убей меня нежно

      — Сонхва… Я занята.       Я ненавидела себя за то, что уже третий раз за вечер — вечер обещанного выходного дня! — обязана была произнести своему чудесному, самому нежному и замечательному парню эту фразу.       Но мне жизненно необходимо было доделать чёртов дурацкий отчёт!       Я не повернула головы от экрана компьютера, но буквально левой щекой и периферийным зрением ощутила раздражённый недобрый взгляд Сонхва, замершего в дверях нашей спальни, который также временно служил мне и кабинетом. Я всей душой разделяла эмоции своего парня — он имел полное право злиться, однако я была бессильна в этот момент что-либо с этим сделать.       Ещё в начале недели предстоящие выходные казались мне наступающим раем: близились даты, когда Сонхва наконец-то возвращался из-за заграничного тура, который длился почти пять месяцев, и мы планировали провести все выходные и его отпуск вместе. Затянувшееся ожидание лишь подогревало скорую встречу: невыносимую тоску по любимому человеку не могли утолить в полной мере ни созвоны по видеосвязи, ни обмен сообщениями и фото. Я заранее пообещала устроить Сонхва сюрприз, понимая, что он уж точно устал поболе, чем я на своей работе…       Но, как обычно, всё пошло наперекосяк.       Проблемы начались ещё вечером в пятницу, когда начальство неожиданно обнаружило, что сроки проекта, заданного нам одной крупной японской фирмой, оказались… порядочно сдвинуты. И не в нашу пользу. И с этого мгновения отовсюду полетели сверхурочные: в отделе звуковиков не спали ночами в попытках вовремя свести звук для новой компьютерной игры, монтажёры отсматривали десятки слайдов в попытке обнаружить мельчайшие косяки, отдел связи обрывал телефоны в попытках вызвонить из отпуска не вовремя уехавших специалистов, отдел пост-продакшена… просто превратился в бешеный курятник. Вишенкой на торте стал вызов меня, как единственного опытного из наличествующих специалиста по графике: в итоге, вечером пятницы я приползла домой сильно позже одиннадцати вечера с общением оказаться в офисе в шесть утра. Однако тогда, когда я отключалась после горячего душа и пакета дешёвой заварной лапши, у меня ещё брезжила в голове смутная надежда, что я успею: просто посижу до шести вечера, а после — упорхну встречать Сонхва из аэропорта и мы придумаем на ужин что-нибудь на скорую руку. Ну, или закажем еды на вынос из какого-нибудь итальянского ресторанчика. Однако, на следующий же день, мне стало понятно, что беды мои не закончились, а лишь преумножились как снежный ком: нужно было подготовить презентацию и отчёт в кратчайшие сроки о проделанной работе (это же японцы, точно! будь они не ладны со своей любовью к бюрократии). И вот тогда-то надежды мои и пошли прахом: мне пришлось в срочном порядке написать Сонхва, что я не смогу забрать его из аэропорта и дома буду поздно. Я настрочила ему с десяток извинений, скрепя сердце отослав сообщение: всё, что было сказано, было абсолютной правдой, и разрулить весь этот непредвиденный кошмар в одночасье было не в моих силах, но… каждое извинение казалось мне фальшивым и глупым на фоне нарушенного обещания и разрушенных мечтах о скорой встрече.       Сонхва, однако, как и полагается идеальному парню, отреагировал лишь беспокойством обо мне и словами поддержки: он пообещал приготовить ужин и ждать меня. И даже написал "ничего страшного, я всё понимаю".       Стукнувшись лбом о столешницу я тогда зажмурилась, искренне не понимая, как такой как я? — за что?! — достался такой прекрасный парень?       Однако к исходу третьего дня мучений, даже ангельское терпение Сонхва подошло к концу.       — Рэйен… — позвал он меня, вырывая из пут задумчивости. — Ты не хочешь прерваться хотя бы на то, чтобы поесть?       — Прости, Сонхва, — подала я голос, не отвлекаясь от клацанья мышкой и щёлканья по клавиатуре. — Я почти закончила, клянусь!       — Ты говорила это вчера утром, — с притворным спокойствием напомнил Сонхва.       — Я знаю-знаю… — простонала я мученически, на автомате потянувшись за чашкой, но чая в ней не обнаружилось; я в раздражении стукнула ею по столу, отодвигая и принимаясь яростнее стучать пальцами по клавишам. — Мне просто нужно ещё буквально полчаса…       Сонхва молча подошёл к моему столу, забирая кружку и бесшумно покидая комнату.       Откинувшись на спинку кресла, я протёрла уставшие болевшие глаза и с громким вытьём принялась разминать затёкшую ноющую шею.       На стол передо мной опустилась чашка с ароматным крепким чаем с чабрецом. Аромат только заваренного горячего напитка стремительно распространился по спальне, соблазняя.       — Спасибо тебе, Сонхва. — я повернулась в сторону парня, устало улыбаясь.       Сонхва ответил мне зеркально улыбкой и ласково погладил меня по плечу. Он зашёл за спинку моего компьютерного кресла, опуская уже обе руки мне на уставшие напряжённые плечи, принимаясь своими длинными сильными пальцами творить магию: я застонала от облегчения, когда сведённые спазмами каменные мышцы стали разминать чуткие подушечки, и прикрыла глаза, откидывая голову назад. Сонхва воспользовался своим положением, легонько касаясь моих губ своими губами в невесомом нежнейшем поцелуе. Заботливые пальцы переместились на заднюю часть, забирая из мышц боль и измотанность последних дней: я только в этот миг ощутила, какая оказывается неподъёмно тяжёлая голова для моей шеи.       Сонхва углубил поцелуй, увлекая меня соблазнительным танцем наших языков, которые начинали сплетаться в вихре зарождающегося влечения, как вдруг…       Телефон оглушительно зазвонил: я судорожно оторвалась от Сонхва, на автомате принимая вызов.       — Директор У? — поспешила сымитировать деловой тон, отозвалась я, игнорируя раздражённый взгляд моего парня. — Да-да… презентация готова… Как, конференция вечером? Вы же говорили, что перенесёте её на пятницу? Да… Да… Но господин У… Понимаю, я понимаю… Да, хорошо… Конечно, я проведу…       Сбросив вызов, я устало потёрла лицо ладонями, только сейчас повернув голову и заметив слева от моего рабочего стола недовольно хмурящегося Сонхва, сложившего руки на груди.       — Мы собирались провести вечер вместе, — напомнил низким псевдоспокойным тоном мой парень.       — Прости, Сонхва. — взмолилась с неприкрытым отчаянием я. — Вечером будет конференция по видеосвязи. Обещаю тебе! Как только я сдам проект — я сразу же целиком и полностью твоя.       Сонхва смерил меня долгим нечитаемым взглядом с прищуром, но затем бросив лишь короткое:       — Конечно, Рэйен. — он покинул комнату.       Я смотрела ему вослед с полминуты, прежде чем хлебнуть подостывшего чаю, прокляла себя в сотый раз и с огромным нежеланием тем не менее вернулась к ненавистной уже работе.       До конференции оставалось всего около пары часов и мне необходимо было подготовиться. А уж после сотру недовольство Сонхва любыми доступными мне способами.

***

      Отправив в общий чат представителей делегации ссылку на подключение для видеосвязи, я терпеливо разгладила рубашку и пиджак, подтянула галстук, краем глаза проверяя свой внешний вид в крохотном окошке камеры. Вскоре на экране стали одни за другим появляться многочисленные проверяющие: все сплошь в строгих костюмах, на фоне книжных шкафов и убранств типичных офисных кабинетов. Их постные суровые лица не выражали ни капли заинтересованности или одобрения, из-за чего внутри меня начала зарождаться тревога, однако я была профессионалом своего дела, так что, мастерски подавив неприятные опасения внутри, приветливо и бодро начала выступление и демонстрацию.       И всё шло просто замечательно, пока на середине презентации, ближе к её концу, дверь в комнату бесшумно не распахнулась: я заметила движение боковым зрением, но решила проигнорировать его на мгновения отодвигаясь от стола в сторону сканера — мне нужно было нажать кнопку и отправить ксерокопии документа всем присутствующим.       Свою оплошность я поняла буквально мгновением позже и даже пискнуть не успела — сильные руки схватили ножку стула и незамедлительно придвинули меня обратно.       Сонхва нырнул под мой рабочий стол, явно замышляя что-то очень нехорошее. И вполне возможно совсем неприличное.       — Сонхва, я… занята. — запнувшись пробормотала я, опасливо поглядывая на множество окошек с серьёзно-глядящими людьми на экране моего компьютера.       Бросив молниеносный взгляд вниз, я прокляла себя за то, что вообще додумалась это сделать: Сонхва, коварно-предвкусительно ухмыляющийся, как самый настоящий чертёнок, стоял на коленях под моим столом и нарочито медленно задирал подол моей короткой домашней юбки.       — Я не буду мешать. — шёпотом произнёс Сонхва, намекающе подмигивая мне и хищно облизывая свои дьявольски-притягательные пухлые губы. — А ты не отвлекайся, раз занята.       — Прекрати этот саботаж… — в отчаянии прошипела я, пытаясь за волосы оттянуть Сонхва прочь от моей промежности и начиная не на шутку паниковать, понимая всю серьёзность намерений моего парня. — Мне всё ещё очень нужна эта работа…       — Ну, так работай, — безжалостно пропел Сонхва одними губами, ухмыляясь Чеширским котом и игриво поглаживая внутреннюю сторону моих бёдер, уже покрытую мурашками. — У тебя конференция в самом разгаре. Ты же не хочешь… — он поцеловал кожу на моём бедре втягивая её до болезненного чпока, вынуждая меня чуть скривиться и шикнуть. — …чтобы все эти серьёзные господа поняли, что на этом важном мероприятии ты занимаешься совсем не тем, чем положено…       Сглотнув, я вернула взгляд к экрану монитора и постаралась натянуть на лицо обратно обаятельную улыбку, хотя со стороны она, наверное, выглядела так, словно лицо мне свело судорогой.       — Так вот, арты для финальной части игры… — начала было я, и тут же запнулась, с усилием закусывая губу.       Сонхва по-хозяйски оттянул пальцами полоску моих трусиков, прильнув широким мазком языка к половым губам и принимаясь вылизывать вход в лоно. Губами он всосал клитор, щедро смачивая его слюной и играясь с ним кончиком языка.       — …и поэтому мы должны предоставить игрокам большой выбор концовок в зависимости от их выбооо… — я закусила палец, пытаясь справиться со сбившимся дыханием и собраться с силами.       — Предоставь мне больший обзор для действий… — усмехнулся Сонхва снизу, раздвигая мне ноги сильнее и вынуждая меня сжать челюсти.       К языку и губам он добавил два своих длинных шикарных пальца, проникая в тугую дырочку, растягивая её с помощью своей слюны и моей смазки. Он чередовал широкие мазки с хлёсткими толчками кончиком языка, посасывал клитор, нарочно слегка касаясь его зубами и сжимая. По моему телу побежала пульсация, разум затуманился и сосредотачиваться на конференции стало слишком сложно.       У нас слишком давно не было секса, поэтому тело, изголодавшееся по нему и его ласкам, так рефлекторно и остро отвечало на бесхитростные манипуляции: Сонхва с трудом протолкнул в лоно третий палец, чуть сгибая их, медленно покачивая рукой, но постепенно усиливая нажим и темп. Он старался держать один и тот же ритм: поцелуи на внутренней стороне бёдер он чередовал с играми с клитором и длинными мазками языком вдоль всей промежности. Ощутив, что я близка, он прильнул клитору, принявшись активнее его теребить, а пальцы внутри задвигались быстрее…       — Блять… — ругнулась я себе под нос, искренне надеясь, что через микрофон это никто не услышал.       Понимая, что закончить конференцию в таком состоянии не смогу, я сумбурно извинилась перед инвесторами, используя какой-то нелепый надуманный предлог и поспешно, едва услышав их прощание, вырубила связь, откидываясь на стуле и вцепляясь руками в подлокотники. Хитрый сытый взгляд из-под стола лучше всяких намёков показывал довольство владельца его выходкой. Но мне теперь было абсолютно всё равно: всё, что оставалось — дикая закрученная пружина внизу живота, которая из-за действий Сонхва вот-вот должна была лопнуть, отпустив всё напряжение последних месяцев из моего несчастного тела…       Но когда до оргазма оставались какие-то считанные мгновения, Сонхва вдруг резко отстранился, слегка отталкивая мой стул от себя: не понимая, что происходит, я, ещё не отошедшая от волн колкого так и нераспустившегося до конца удовольствия, как в каком-то ступоре наблюдала за тем, как Сонхва неспешно вылез из-под моего стола, с притворной чопорностью отряхивая джинсы. Пульсация в клиторе была почти болезненной, когда мой парень окинул меня — разбитую, покрасневшую, взъерошенную и так и не дошедшую до финала — мстительным коварным взглядом.       — Извини, что всё-таки отвлёк. Больше мешать не буду. — елейно проговорил Сонхва, но как бы он ни старался скрыть хрипотцу собственного возбуждения за злость до конца ему не удалось. — Удачного окончания работы.       И с гордо поднятой головой он направился к выходу из спальни, с лёгким хлопком двери оставляя меня в одиночестве.       — Твою ж… — выругалась я, потирая собственное лицо и одёргивая юбку и бельё, в попытках проигнорировать так не выплеснувшееся беснующееся возбуждение. Я прекрасно понимала, что мой парень, будучи ангелом во плоти, сочетал в себе всё-таки и истинного злого гения, умеющего-таки добиваться своего.       Я, впрочем, почти не злилась на него, понимая, что действительно заслужила… небольшое наказание за то, как бессовестно игнорировала его в течение трёх дней. Надо было пойти и загладить свою вину — и я даже знала предполагаемый способ, которым могла бы наиболее эффективно это сделать.       Перед директором всё же придётся потом извиниться.