Remanence of the guilt

      Я проснулась посреди ночи, вскочив с подушки так быстро, как будто на меня вылили таз холодной воды. Оглядываясь по сторонам, я поняла, что всё ещё нахожусь в своей комнате. Опустившись обратно на кровать, я вздохнула и прикрыла глаза. Сон не шёл, но живот предательски заурчал, заставляя меня встать с кровати и надеть тапочки, стоявшие на полу. Я тихо вышла в коридор, стараясь не разбудить Воскресенье в соседней комнате, и медленно продвигалась дальше по вагонам. Глаза слипались, но почему-то спать мне совершенно не хотелось, и я, отодвинув дверь, вошла в общий вагон. Обычно свет там горел всегда, однако сейчас тут была кромешная темнота. Одна лишь лампа на дальнем столе горела тусклым светом, освещая лишь небольшой участок.       Я подошла ближе и, зевнув, посмотрела на стоящую там статуэтку. Хм, разве я не отнесла её перед сном обратно в комнату? Взяв её в руки, я обнаружила, что она придавливала небольшой клочок бумаги. Взяв его в руки, я прочитала:

«Ты всё ещё веришь, что начать сначала никогда не поздно?..»

      Листок тут же загорелся с края и истлел у меня прямо в руке. Пепел медленно падал на пол. Завтра мне попадёт от Пом-Пом… Однако… это послание — оно предназначалось мне или кому-то другому?       Внезапно лампа погасла. Я поняла, что не взяла свой телефон — фонарик достать было неоткуда. За окнами лишь блестели звёзды, слабо освещавшие всё внутри вагона. Кушать перехотелось, и, поёжившись, я направилась обратно, обхватывая себя руками. Творится какая-то чертовщина.       Свет. Ослепительно белый, режущий глаза, он засиял из окна слева от меня. Я остановилась прямо напротив двери в спальный вагон и, прикрыв глаза руками, через пальцы пыталась рассмотреть, что произошло. Когда глаза привыкли, я наконец смогла рассмотреть, что именно вызвало вспышку. Нескончаемые линии шли друг за другом, пересекаясь в удивительно правильном, непреклонном порядке. Идеально ровные, белого и серого цветов.       В ушах снова раздался звон. Я пыталась стоять ровно, но какая-то сила тянула меня вниз. Осев на одно колено, я вновь направила взгляд на окно. Линии были статичны по обеим сторонам, они накладывались друг на друга, формируя мозаику из симметричных форм. И только я попыталась встать, как из другого окна раздалась ещё одна вспышка, но она была красной с проблеском синих оттенков, чередующихся между собой. Я быстро повернула голову и увидела бесконечную винтовую лестницу вверх.       Что за шутки?! Я ничего не понимала. Слёзы начали литься самостоятельно, я не могла дышать, чувствуя, как горло моментально пересыхает. Нужно встать, нужно срочно разбудить Химеко…

Не нужно.

      Я вскочила с кровати. Я в комнате. Это был сон. Это. Был. Сон.       Я тяжело дышала. Осмотревшись, я схватила с прикроватной тумбочки стакан с водой и, осушив его до конца, повернулась лицом к окну. Всё та же пустота и бесчисленные звёзды.       Мне стоит успокоиться, надо прогуляться. Или нет, не стоит…       Схватив телефон, я начала рыться в контактах. Кого-то одного… В голове сразу всплыла Стелла, но я отмахнула мысль. Она не отвечает на звонки и сообщения ночью — крепко спит. Дань Хэн…       Вцепившись руками в телефон, я написала:       «Дань Хэн, если ты не спишь, прошу, приди ко мне в комнату».       Заблокировав телефон, я стала ждать ответа. Телефон прожужжал, и, взяв его, я увидела текст:

Ты перестала быть верной самой себе?

      Я снова вскочила с подушки. Что это было? Осмотревшись, я увидела до сих пор открытую книгу на второй половине кровати и телефон, лежащий на месте сбоку. Стакан был полон. На часах было семь утра. Потерев глаза, я пыталась ухватить ртом воздух, но дыхание было прерывистое, как будто у меня была продолжительная истерика. Голова кружилась, а глаза болели, как тогда, когда из окна экспресса возникла вспышка.       Я взяла телефон и подробно описала произошедшее в сообщении Чёрному Лебедю. Ответа не последовало, и я, встав с кровати, переоделась.       На завтраке все были в хорошем настроении, но, увидев меня, Март 7 помрачнела. Она подошла ко мне и, взяв меня за руку, обняла. К ней сразу же присоединилась Стелла, которая всё это время раскладывала тарелки по столам. Я не выдержала и расплакалась на плече у первой, пытаясь спрятать слёзы в ткани её рубашки. Отойдя на шаг, я вытерла щёки тыльной стороной руки и ощутила ладонь у себя на плече. Повернув голову, я увидела Дань Хэна. Он переживающе смотрел на меня и, мягко подтолкнув меня сзади рукой, повёл к дивану. Усевшись, я осмотрела всех присутствующих. Химеко смотрела в пол, а Воскресенье был хмурый, как грозовое облако. Вельт Янга тут не было, хотя он обычно в такой час уже уплетал завтрак за троих.       — Что такое? — спросил Дань Хэн, сев рядом, и налил мне в стакан сок. — Такое чувство, будто ты всю ночь не спала.       Я опустила взгляд. То, что я увидела во сне, было очень трудно описать, но я попробовала в деталях изложить всё, увиденное мной. Весь экипаж внимательно слушал меня, не задавая вопросов, и, когда я закончила, вместо ответа меня настигло лишь молчание.       — Я плохо разбираюсь в этом, но если мы получим какую-нибудь информацию на Лофу, то это подведёт нас к разгадке, — начал говорить Дань Хэн. Он выглядел задумчивым, и ни на секунду не отворачивался, пока я рассказывала о своём сне во сне.       Я лишь качнула головой. Тут было что-то нечисто. Уже во второй раз я получила послания во сне, и они были максимально размытые — не удовлетворяющие моё любопытство. Мы не спеша закончили с завтраком и встали с мест, собирая посуду. Я медленно продвигалась к общему вагону, когда услышала жужжание телефона. Разблокировав экран, я увидела сообщение:       «Чёрный Лебедь: Поговорим все вместе через голограмму».       Окинув взглядом экипаж, я сообщила им о послании, и все направились вместе со мной на разговор.       Чёрный Лебедь выглядела напряженной, и энергия просачивалась даже через визуальный звонок. Мне казалось, что я впервые видела её такой нервной. Она то и дело поглядывала то на меня, то на Март и кусала губы.       — Я не хочу тебя пугать, Тэй, но мне придётся сказать всё напрямую, — она сделала паузу и медленно вдохнула. — То, что ты увидела, — это отголоски сил Эонов. Меня уже очень радует, что они не явились к тебе сами. Даже через сон это могло бы иметь последствия.       Я нахмурилась и с тяжестью села в кресло. Сзади меня встал Дань Хэн, положив руку на спинку сзади меня.       — По тем описаниям, что ты мне дала, подходит небольшое количество Эонов, существующих сейчас. Но описание первого… Я не ожидала, что именно он причастен, — продолжала она, ходя из стороны в сторону.       — Это Фули?.. — тихо спросила я.       — Нет, — ответила Лебедь и выпрямилась, встав лицом ко мне. — Это ХуХ, Эон Равновесия.       И вновь тишина. Я вздрогнула и попыталась выровнять дыхание. Сущность, которая держит баланс вселенной, имеет отношение ко мне?       — На данный момент мы знаем лишь об одной фракции, имеющей отношение к этому Эону. Это Арбитры. Но они не вмешиваются в ход истории и тем самым остаются организацией с весьма размытыми для всех нас границами. Арбитры не поступают опрометчиво, и шанс, что ты имела к ним отношение, минимальный. Кинжал, который был у тебя, не имеет ничего общего с ними.       Я опустила взгляд. Внезапно в голове всплыла пирамида, стоящая у меня в комнате. Быстро поднявшись с места, я бегом направилась в спальню и вернулась через минуту, притащив артефакт в общий вагон.       — У меня есть это, — показала я всем таинственный компас. — Я не знаю, откуда оно взялось у меня, но название этой штуки — пирамида Ранта, указывающая путь Арбитрам к Равновесию.       Лебедь пристально присмотрелась к артефакту и качнула головой.       — Это подделка, дорогуша. Истинная пирамида Ранта имеет обрезанные грани — таким образом она ставится на специальный пьедестал и фиксируется на одном месте. Это либо копия, либо путеводитель иной фракции, созданной наподобие Арбитрам.       Я всмотрелась в вещицу. Песок медленно стекал по стенкам, светясь через окошко. Он был светло-золотистого цвета и завораживал. Перед моими глазами раздался щелчок пальцев. Это был Вельт Янг, появившийся будто из ниоткуда. Он забрал у меня из рук пирамиду и покрутил в руках.       — Древние письмена. Я не видел этот язык, — он просканировал артефакт со всех сторон и отправил копию Лебедю. Она на своей стороне открыла голограмму и начала внимательно изучать всё, то приближая, то отдаляя.       — Интересно… Это не язык, который используют Арбитры. Так что их сто процентов отметаем из списка. Дань Хэн, возможно, ты в курсе, есть ли на Лофу архивы древних цивилизаций?       Парень задумался, опустив глаза.       — По идее, да. Я поговорю с генералом Цзинь Юанем по этому поводу. Однако я не уверен, что там будут расшифровки подобных письмён, — ответил он и, осмотрев меня, добавил: — Я отправлюсь с Тэй на Лофу и от своего имени попрошу доступ к архивам.       Все согласно кивнули.       — Я и Март тоже отправляемся! — выступила вперёд Стелла.       Март сжала ладони в кулаки.       — Да! Мы вместе со всем справимся! — воскликнула розоволосая.       Я улыбнулась. Такой энтузиазм достоин высочайшей похвалы.       Когда мы закончили собрание, я осталась сидеть на месте. Мне нужно было переварить всё произошедшее.

***

      — Уважаемые пассажиры! Следующая остановка — Лофу Сяньчжоу. Пожалуйста, займите ваши места в вагоне!       Голос Пом-Пом через динамики уведомлял нас об отбытии и совершении гиперпрыжка. Я села на диван в общем вагоне, наблюдая за тем, как Март завалилась рядом со мной, обнимая меня сбоку, и положила голову на моё плечо. Я прислонилась виском к её макушке и закрыла глаза. Они — моя семья. И сейчас я чувствовала это как никогда раньше. Экспресс сделал рывок и растворился в пространстве, и лишь синие отблески напоминали о том, что мы двигались по серебряным рельсам Освоения.       Я тихо начинала напевать мелодию под нос. Почему-то она постоянно всплывала время от времени у меня в голове, успокаивая мои мысли и приводя их в порядок. Я легко постукивала пальцами о левое колено и почувствовала, как голова Март приподнялась.       — Что это за мелодия? — поинтересовалась она.       Я призадумалась и легко пожала плечами:       — Не знаю. Но она всегда была со мной.       Март ещё раз взглянула на меня и вздохнула, начиная повторять за мной мотив. Мы легко дополняли друг друга нота за нотой, ведя песню за нами по пути в другой мир.       Мысли, такие беспорядочные, вдруг улеглись. Я приоткрыла глаза, наблюдая за окружающими. Они с интересом смотрели на нас, вслушиваясь в синхронную мелодию. Я аккуратно приподняла голову, чтобы лечь удобнее, и заметила Дань Хэна, сидящего в кресле рядом с книгой. Но он не читал. Его взгляд замер на одной строчке, и он, ровно как и я, постукивал пальцем себе по ноге, следуя ритму. Я наблюдала за ним, слегка улыбаясь, и в один момент встретилась глазами, но не отвела свой взгляд. Он спокойно дышал и легко улыбнулся в ответ — настолько мягко, насколько это вообще возможно. Лёгкий проблеск теплоты в его глазах был почти незаметен. Если бы я предложила присоединиться к нам, он бы согласился?       Мы прибыли на Лофу через пару минут, и Март, отлипшая от меня, потянулась, разминая плечи и спину. Она оглянулась на меня и, закрыв глаза, улыбнулась.       — Мы на месте! — весело воскликнула она.       Я, встав с места, повернула голову в сторону Дань Хэна. Он, вставив закладку, закрыл книгу и тоже встал, оставив ту на столе.       — Нам пора, — сказала я ему, и он кивнул, подходя ближе.       Мы двинулись к выходу из экспресса, где нас за окнами уже ждал звёздный корабль. Стелла была в отличном настроении: смотря на меня с сияющими глазами, она схватила меня за руку и прошептала:       — Ещё одно незабываемое приключение!       Я усмехнулась и щёлкнула её по носу пальцем. Девушка зажмурилась и захихикала. Я выдохнула и посмотрела на Дань Хэна, который стоял слева от меня. Он выглядел куда более серьёзным, чем мы трое. Тронув его за предплечье, я спросила:       — Ты волнуешься?       Он качнул головой, опустив взгляд, приподнял свою руку и взял мою, слегка сжимая.       — Нет, всё хорошо. Не отставай от нас и будь всегда в поле видимости, — посмотрев мне в глаза, он слегка прищурил свои. Он беспокоился за меня, и я прекрасно понимала, почему. Но я лишь сжала свои пальцы, мягко прикасаясь ими к его тыльной стороне ладони.       — Я буду в порядке. Не переживай, — и улыбнулась, слегка наклоняя голову набок.