Аркнайтс: Сильнейший маг завтрашнего дня

Глава 8: Безграничные стрессоры Мегуми уже знал, что ввязаться в преступный мир и его дела будет не так-то просто. Особенно если он задержится в этом занятии слишком надолго. Именно поэтому он планировал заработать достаточно денег, чтобы сбежать из преступного мира, получить легальное удостоверение личности (каким-то образом), а затем убраться оттуда к чёртовой матери. Если для этого придётся переехать в другую страну, так тому и быть. «…Но не слишком ли это быстро?» — он уставился на девушку с розовыми мышиными ушками на макушке, а также с человеческими ушами там, где им и положено быть. «Она, кажется, какая-то влиятельная фигура в преступном мире. Если те наёмники и бармены так отреагировали, это очевидно… Что я сделал, чтобы так сильно привлечь её внимание?» Мегуми завели в заднюю комнату, где хранились файлы с другими заказами, не указанными напрямую в таверне. За этими дверями была ещё одна комната, представлявшая собой шикарный кабинет, или, скорее, стол для переговоров, к которому они и подошли. Теперь он довольно сильно нервничал, но не собирался показывать это на лице, сохраняя то же выражение, что и во времена учёбы в Магическом Техникуме. Он её разозлил, убив Ханши? Нет, этого не может быть, зачем бы тогда вообще давать на него заказ. Или это потому, что выполненный им заказ был чрезвычайно важен, в том или ином смысле? Линь Юйся наконец открыла рот, чтобы заговорить: — Полагаю, вы не знаете, кто я? Мегуми поднял бровь: — …Нет, не знаю, — затем он покачал головой. — Разве вы не говорили, что перейдёте прямо к делу? — Мои извинения, но не будет ли в наших общих интересах сначала представиться? — Линь сцепила пальцы в замок и села прямо, сохраняя профессиональный вид. — Будет уважительно, если я начну первой, не так ли? Меня зовут Линь Юйся. — …Меня зовут Зенин, приятно познакомиться, Линь, — Мегуми потребовалось некоторое время, чтобы обдумать фальшивое имя, но он остановился на этом. Линь с лёгкой улыбкой закрыла глаза, словно знала, что это была очевидная ложь. Мегуми не понравился этот взгляд, «она знает, что я выдумал имя?» Он изо всех сил старался не выглядеть так, будто лжёт, чёрт, он даже не почувствовал никаких эмоций, когда произнёс фальшивое имя. — Что-то не так? — черноволосый мужчина продолжал сохранять вид. — Ах, нет, ничего, — Линь покачала головой и скрестила ноги. Женщина вернулась к своему «естественному» выражению лица. — Мне тоже приятно познакомиться, Зенин. «Она определённо знает», — Мегуми был встревожен, но всё же нашёл в себе силы сохранить безразличное выражение лица. — Итак… С какой целью вы привели меня сюда? Не хотите ли теперь это объяснить? — Разумеется, в конце концов, вы убили Ханши, — ответила Линь с той же прямотой, что и в предыдущем заявлении мужчины, — не в обиду, но весьма поразительно, что такой незнакомец, как вы, выполнил этот заказ, он был сложным, и многие его сторонились. — …И один из ваших барменов просто отдал его мне?.. В первый же день? — Мегуми указал на себя. Теперь он был по-настоящему сбит с толку, «неужели это было так безумно?» Линь молча смотрела на него, сохраняя то же холодное и собранное выражение лица, что и с тех пор, как они вошли в комнату: — …Прошу прощения? Это был ваш первый заказ? — Но то, как она сузила глаза, было неприятно для черноволосого мужчины. Мегуми задумался, взвешивая варианты, стоит ли ему отвечать на это или нет… «С одной стороны, покажет ли это, что я неопытен и мной легко манипулировать? Или это просто покажет способности, которые можно использовать?» Он не мог недооценивать эту женщину, видя, насколько она опытна в распознавании лжи. «Хорошо, я солгу очень скрытно». — Ну, моё самое первое задание с тех пор, как я появился в этом мире, — Мегуми говорил как можно более расплывчато, надеясь, что это спутает её, подразумевая, что это было его первое задание с рождения. А не то, что его забросило в этот мир по неизвестным причинам. Это сработало. «…Он не лжёт, значит, это его самый первый заказ, и он его выполнил? Он проходил специальную подготовку? Так вот как… Нет, нет, но это также означало бы, что ему не хватает опыта, а Ханши смог одолеть многих опытных убийц…» В мгновение ока Линь собрала все детали, которые могли бы окружать этого человека. «Если только он не какой-нибудь гений-самородок, очень искусный в бою и рождённый с большим талантом к искусствам… Что объясняет его дорогую одежду, возможно, за ним кто-то стоит в Хигаши? Но что он делает в Лунгмэне, оставаться в Хигаши было бы гораздо лучшим местом для тренировок и набора опыта, а не в Лунгмэне, или тот, кто его поддерживает или тренирует, хочет, чтобы он набрался больше опыта в других местах?» Мегуми размышлял, не стоит ли ему планировать побег из этой комнаты, если всё пойдёт наперекосяк. «Хорошо… Так, дверь позади нас не такая уж и прочная, я оценил её прочность, её можно сломать любым из моих Шикигами, хорошо подходящих для боя. Но я также почувствовал пятерых охранников, которые появились за дверью после того, как мы вошли. У неё есть какой-то способ связи, чтобы их предупредить? Она планирует убить меня, потому что я слишком опасен? Если я вступлю в бой с Линь и теми пятью охранниками снаружи, у меня может не быть возможности сбежать… Что говорит о том, что мне, возможно, придётся использовать два варианта в крайнем случае, если я захочу выбраться… Второй вариант будет стоить мне жизни». Они продолжали молча смотреть друг на друга. Линь Юйся решила заговорить: — Тогда я хотела бы знать, Зенин, какова ваша цель пребывания в Лунгмэне? Или, точнее, в трущобах? — …Никакой особой причины, — Мегуми почувствовал, как напряжение немного спадает после того, как она заговорила первой. — Просто единственное место, которое я смог найти. «Единственное место, которое он смог найти?» — Линь была озадачена этим заявлением, «он уехал из Хигаши один? По собственной воле или что-то заставило его уехать?» Её теории о том, что за ним кто-то стоит, угасали. — Хотя, трущобы… Думаю, это потому, что у меня нет удостоверения? — пожал плечами Мегуми. «…Ему определённо не хватает опыта… Так легко это выдать. Кроме того, почему у него нет удостоверения? Если он переехал из Хигаши в Лунгмэнь, он должен был хотя бы привезти какие-то документы, чтобы узаконить себя…» Линь не могла не смотреть сквозь всю кровавую бойню, о которой кричала его аура, и сначала анализировать его поведение. «Как будто я разговариваю с подростком, который только что достиг совершеннолетия, поразительно, как его внешность контрастирует с манерами», — мышиные ушки Линь дёрнулись. Линь глубоко вздохнула, закрыв глаза и скрестив руки. Она собиралась перейти прямо к делу: — Скажите мне, вы хотите подвергнуть Лунгмэнь или его трущобы какой-либо опасности? Мегуми моргнул один раз, «что?.. Мне вообще нужно об этом лгать?» Он заговорил: — Нет? С чего бы мне? Я всё равно не могу ничего сделать против целого города. — Если только он не призовёт определённого Божественного Генерала, но разрушения мог причинить Махорага, а не он. — …Вы довольно честны, хм? — на лице Линь появилось очень маленькое удивлённое выражение. «Единственная ложь, которую я до сих пор обнаружила, — это его имя. Хотя, интересно, почему ты излучаешь такое присутствие, несмотря на то, что выглядишь таким неопытным?» Её внимание всё ещё было сосредоточено на метафорическом тёмном тумане, который, казалось, цеплялся за него. Мегуми задался вопросом, не было ли это ошибкой, возможно, манеры, которым его научила сестра, начали проявляться. — Я бы так не сказал? — Хах~, — Линь выдохнула, как такой человек, как он, взаимодействует с преступным миром Лунгмэня? — Если вы честны, то было бы вежливо с моей стороны ответить тем же, не согласны? — Думаю, да? — Мегуми задался вопросом, к чему она клонит. «Эта женщина не похожа на Крёстного отца… или, скорее… Крёстную мать преступного мира из тех фильмов, которые Годжо заставлял меня смотреть…» — Тогда я должна поблагодарить вас за то, что избавились от Ханши, уверена, вы уже слышали о проблемах, которые он причинил Лунгмэню? — Да, — безучастно произнёс Мегуми. Честно говоря, он взялся за этот заказ только потому, что парень был полным ублюдком. Если бы это был кто-то другой, скажем, случайный владелец компании, у которого не было много проступков, он бы даже не подумал браться за это. Линь на мгновение переоценила мужчину. В тот момент она пришла к выводу, что всё ещё не может полностью доверять другому человеку из-за кровоточащего призрака, что цеплялся за него. Более того, глубоко в его глазах она видела, насколько они пусты, словно смотришь в бездну. Даже если Зенин звучал честно, чувство, которое он излучал, полностью противоречило его словам и тону. Линь не назвала бы себя величайшим знатоком человеческих характеров, но сама усталость в глазах мужчины говорила о том, что с ним что-то случилось. Оставить его таким сломленным и пустым было странно… «Но что им движет? Что заставляет его двигаться вперёд?» Было странно видеть то, что было практически «трупом», разгуливающим и ведущим себя как любое нормальное существо. Иметь такую мотивацию и силу воли, чтобы двигаться вперёд, несмотря на то, что твой разум, казалось, был разбит вдребезги пять раз подряд, было чем-то, чего Линь не могла понять. Этому Зенину нечего было терять, потому что он уже всё потерял; верное предположение, которое пришло к ней, как только она получше рассмотрела его глаза. «Он опасен, очень опасен», — её глаза напряглись. Говоря словами, у него, скорее всего, был менталитет террориста-смертника. Мегуми наклонил голову, капля пота образовалась на его затылке, он гадал, не придётся ли ему прибегнуть к драке. Он думал, что дела начинают налаживаться после того, как узнал, что Линь на самом деле выступала за устранение Ханши. Но когда она глубоко заглянула ему в глаза, что-то, казалось, изменило атмосферу. — …Смерть Ханши была благом, как я уже говорила, но вы… Зенин, я не думаю, что могу вам доверять, — Линь вынесла свой вердикт, не сводя взгляда с его пустых глаз. — …Могу я тогда спросить, почему? — Мегуми не знал, выйдет ли это ему боком или нет. Линь уточнила: — У вас здесь нет никаких записей, вы застряли в трущобах, принимая заказы от преступного мира, и у вас нет никакого удостоверения личности. Эти слова словно вонзились в него. — Так что, пожалуйста, скажите мне, как я могу быть так уверена, что вы не причините непоправимый ущерб, когда окажетесь в опасности? Это занятие, в которое вы окунулись, кишит подобными. — Вы мне слишком много приписываете, — покачал головой Мегуми, «откуда она вообще берёт эти предположения?» Это было отчасти точно, но мужчину больше беспокоило, на чём основывались её выводы. — Я не так силён… — Вы осознаёте присутствие, которое излучаете? — прервала его Линь, скрестив руки и вставая. Прежде чем Мегуми успел отреагировать на её резкое действие, мышь снова заговорила: — Вы выглядите как окровавленный труп, любой компетентный воин видит вас насквозь. «…Чёртов Сукуна», — Мегуми прикусил внутреннюю сторону рта. — Вашим словам трудно поверить. Пожалуйста, скажите мне, какой здравомыслящий человек мог бы полностью поверить словам того, кто представляет себя так, как вы? — Линь сталкивалась со многими людьми, чьи чувства полностью предавали их слова на протяжении всей её деловой карьеры. «Неужели всё рушится?..» Мегуми нужно было сосредоточиться и обдумать свой следующий ответ. Ему нужно было показать, что он не представляет опасности, а не просто полагаться на навыки другого жителя в распознавании лжи. Но мог ли он на самом деле сделать такое? Мегуми мог попытаться звучать как можно честнее, но его Проклятая Энергия сильно это обесценивала, «это уже само собой разумеется». Одно Мегуми знал наверняка: Линь очень заботилась о Лунгмэне и, возможно, даже о трущобах. Либо потому, что она ценила власть, которой здесь обладала, либо по более личным причинам. «Она большая шишка в преступном мире, не может быть, чтобы она заботилась об этом по личным причинам… Вероятно, первое». Но так ли это на самом деле? Мегуми вспомнил, как Линь сказала, что Ханши создавал проблемы для Лунгмэня, а не для неё самой. Была ли это оговорка или манипулятивный приём, чтобы сбить его с толку? Может, он слишком много думает и не должен считать её идеальным манипулятором, который дёргает его за ниточки? Его выбор был сделан, он собирался поставить на предполагаемую заботу женщины о Лунгмэне, даже если это была всего лишь догадка с в лучшем случае «обоснованной» логикой, но ни в коем случае не «здравой». Надеюсь, это не выйдет ему боком. *** Линь очень заботилась о трущобах, надеясь, что однажды они станут «центром» Лунгмэня, а не тем, чем были сейчас. Но возможно ли это вообще? Её отец был очень способным человеком, и всё же они всё ещё находились в том состоянии, в котором были сейчас. Заражённые составляли большинство тех, кто проживал в трущобах, люди, отвергнутые жителями этого мира и лишённые из-за этого своих прав. Так что это стало противоречием: как трущобы могли когда-либо достичь более высокого статуса, как могло увеличиться благосостояние в этом районе, когда он состоял из самых ненавистных людей в мире? Пока что это не имело значения. Линь сосредоточится на этом вопросе, как только сменит своего отца на его посту. Настоящее было гораздо важнее прямо сейчас. По малейшим изменениям в чертах Зенина Линь поняла, что он в смятении. «Как ты ответишь?» — …Я взялся за заказ на Ханши, потому что мне не понравился этот парень, — заговорил Мегуми, откинувшись на спинку стула и скрестив руки. — Хм? — Линь наклонила голову, не говоря ничего больше, чтобы дать ему зелёный свет для продолжения. — Выдавать себя за технологическую компанию и использовать это как прикрытие для воровства — это мерзко, да, но я не могу закрыть глаза на то, что он втихаря занимался торговлей детьми, — начал Мегуми. Он молился богу, чтобы он не разглагольствовал о чём-то, что Линь не волновало, это было бы всё равно что рыть себе другую могилу. Он продолжил: — И в файле было указано, что это происходило в основном в трущобах, верно? Линь кивнула. — Тогда я действительно не мог пройти мимо этого, не так ли? Особенно потому, что я тоже живу в тех краях… — Надеюсь, недолго, но Мегуми не стал этого добавлять; это было бы лишним. — …Вот почему я решил взяться за этот заказ. Розоволосая мышь продолжала молча смотреть на него, её взгляд был пристальным. «Чёрт… Я всё испортил?» Мегуми почувствовал, как у него зачесались руки, словно он хотел их свести вместе. «Спокойно… Спокойно… Сначала дождись ответа…» — …Вы хотите сказать, что взялись за заказ только потому, что методы Ханши были в ваших глазах отвратительны? — Линь повторила сообщение, которое Мегуми пытался донести до неё. — …Да, — это было самое честное, что Мегуми мог сказать, он никогда бы не подумал, что сможет быть таким искренним. Но на кону стояли его жизнь и безопасность, а ложь была неэффективна против этой безумно хорошо распознающей ложь женщины-мыши. Линь действительно не могла хорошо понять этого человека. Прошлое, окутанное тайной, которое она, вероятно, не сможет эффективно исследовать, потому что он приехал из Хигаши. Страна, имеющая некоторые культурные сходства с Лунгмэнем, но в целом находящаяся на довольно большом расстоянии. Расследовать целую страну только ради одного человека, страну, в которой она не так опытна, как в Лунгмэне, было бы одним словом — утомительно. Ей пришлось поверить в его честность, потому что он практически выжимал её из своего тела, когда говорил. «И всё же… Я ожидала, что он будет больше лгать?» Линь не могла понять, что творилось в голове этого человека, и его интуитивная аура не помогала. Он был довольно честен до сих пор, но была одна вещь, о которой он всё ещё лгал, то, что Линь хотела выяснить; — …Назови мне своё настоящее имя. — Линь посмотрела на него с отстранённым выражением лица, произнося своё последнее условие. — Прошу прощения? — Мегуми хотел знать, почему она спрашивает его имя именно сейчас. Он солгал об этом, когда впервые вошёл, это было само собой разумеющимся, но быть разоблачённым прямо в лицо было немного… — Назови мне своё настоящее имя, и я подумаю о том, чтобы полностью поверить твоим словам, — это служило двум целям: во-первых, знание его имени значительно облегчило бы расследование его личности в Хигаши (если она вообще существовала). Вторая причина была такова: если он снова солжёт, то это будет означать, что Линь не может ему доверять, по сути, это была проверка. «Ты ответишь на это, Зенин?» Мегуми подпёр подбородок рукой, наклонившись вправо на роскошном стуле, на котором сидел. «Стоит ли мне это делать? Если я это сделаю, то это будет означать…» Что ему придётся отказаться от своей личности Фушигуро Мегуми, если она просочится в ДГЛ или в трущобы. «Но я всегда могу подделать своё имя, верно? Уехать из Лунгмэня и найти какое-нибудь другое место…» Отказаться от своего имени, Мегуми не особенно нравилось его имя, так как его отец, скорее всего, не заботился о его поле, а следовательно, и о своём потомстве; видя, как Мегуми на самом деле родился мужчиной, а не женщиной. «И всё же…» Благословение, это было благословение — иметь имя в первую очередь, и он к нему привязался. Хотя и несколько неохотно. Было много сложностей, которые возникли бы из-за раскрытия его настоящего имени, так что всё, что мог сделать Мегуми, — это глубоко вздохнуть и рискнуть полностью от него отказаться. — Фушигуро Мегуми, вот моё имя. Линь на мгновение замолчала, позволяя этому зарегистрироваться в её сознании… — Разве это не женское имя? Мегуми наблюдал, как на губах женщины появилась едва заметная ухмылка, «да вы издеваетесь…» Неужели Линь нашла это настолько забавным, что нарушила свой стоический характер и почти улыбнулась? «…Неужели всё так плохо?» Мегуми начал ещё больше не любить своё имя, «забудьте, что я сказал ранее, это имя — мусор». Мышь снова задумалась над именем, «я прошла много языковых курсов… «Мегуми» означает благословение, но это женское имя, но, судя по его реакции, этому Мегуми тоже, кажется, оно не нравится?» Наклонив голову в сторону, Линь могла лишь строить догадки о его семейной ситуации, «его родители назвали его так, потому что им было всё равно на его пол? Или они хотели, чтобы он был женщиной?» Судя по недовольному выражению лица мужчины, она могла подтвердить одно: «имя является для него формой негативного влияния». — Это не имеет значения, — Мегуми защищался, нахмурившись. — Неужели? — Линь закрыла глаза и прикрыла рот рукой, скрывая улыбку, — Фушигуро Мегуми тогда, несмотря на ваши уникальные обстоятельства, я вам доверюсь; пока что. Мегуми проворчал, повернув голову в сторону и переоценивая выходную дверь, «те пятеро охранников всё ещё там…» — Любопытно насчёт тех пятерых? — заговорила Линь, словно читая его мысли. Мегуми не ответил, повернувшись к ней с невозмутимым видом. — Ах, ну, они вообще-то не мои люди, — розоволосая женщина скрестила руки. «Хм… кажется, «они» сейчас делают свой ход, вопрос в том, как им удалось получить доступ к этому месту без помех?» Пользователь Десяти Теней замер, совершенно неподвижный от шока и осознания. — Что вы имеете в виду? Они не ваши люди? — выражение лица Мегуми сменилось на раздражением, он пытался сохранить ровный тон, чтобы не предупредить тех пятерых. «Если они не люди Линь… Тогда… Кто они, чёрт возьми?!» — О? Они и не ваши? — Честно говоря, у Линь уже было сильное подозрение, что они не могли быть людьми Мегуми. В конце концов, они следили за ней задолго до того, как она вошла в Таверну Наёмников, когда Мегуми уже был там. «Хм, я думала, они перестали преследовать, когда я взглянула в их сторону». — …Я не в том положении, чтобы кого-то нанимать, — Мегуми снова повернулся к двери, чувствуя гораздо более зловещее предчувствие. — Они нас не услышат? Если они обученные убийцы, преследующие вас, то у них должен быть хороший слух, не так ли? — Он принял более серьёзную позу, готовясь к бою. Что касается его первого заявления, Линь хотела указать на его дорогой хигашинский наряд, но вместо этого переключилась на второе. — Комната звуконепроницаема, и, кроме того, они, скорее всего, преследуют и вас; видя, как вы убили Ханши, — довольно скучающе заметила Линь. — Позвольте мне спросить вас ещё раз, могу я вам доверять? Мегуми ещё раз повернулся к ней, видя то же выражение на её лице. «Кажется, она не питает ко мне злых намерений… И, похоже, нас обоих преследует эта группа убийц, так что у меня нет выбора, кроме как…» Мужчина вздохнул. — Хорошо, — сказал он, вставая и глядя на дверь, — но могу ли я доверять вам? — О? Не слишком ли вы кокетничаете? — Линь вытянула правую руку в сторону, создавая розовое аурическое стекло, которое превратилось в меч. — Я помогаю вам разобраться с вашим беспорядком, — Мегуми отошёл вправо, пока Линь заняла левую сторону. — Моим беспорядком? Разве я не объяснила, что они, скорее всего, преследуют и вас? — Линь приняла свою типичную боевую стойку, искоса взглянув на мужчину. «У него нет его кинжала и цепного оружия, он будет драться кулаками? Его поведение тоже изменилось, от обычной сдержанной манеры, когда мы впервые вошли в комнату, до гораздо более холодной». — Забудьте, вы знаете, кто они? — Мегуми полез в своё хаори, не желая, чтобы она видела, как он использует свои теневые силы, и вытащил Перевёрнутое копьё небес. «Если они также преследуют меня за убийство Ханши, есть ли у них какая-то связь с ним?» — Теория, но они, скорее всего, Кровавые Гончие, — Линь наблюдала, как он вытащил кинжал, слегка удивлённая тем, что она не знала, что у него всё это время было оружие. У неё был намётанный глаз на скрытое оружие, так что представьте её удивление, когда мужчина смог держать его полностью скрытым от неё на протяжении всей встречи, — в конце концов, у Кровавых Гончих была какая-то связь с Ханши, переговоры, я бы сказала. — Хорошо, теперь я понял, — Мегуми сузил глаза, разматывая ткань и кладя её в своё хаори; но на самом деле он поместил её в свою пространственную тень. — Я уверен, вы уже знаете их позиции? — Конечно, — Линь прислонилась к стене слева от двери, пока Мегуми прислонился справа. — Итак, окажете ли вы любезность и откроете её? Мегуми фыркнул, прежде чем сложить ручную печать пса, небольшой размер и манёвренность его кинжала позволили ему это сделать. — Божественные Псы. Он вспомнил, как Сукуна призывал Божественных Псов без стабильной формы, опустившись на одно колено, когда он это вспомнил. «Если я смогу получить то же чувство, то я смогу создавать расходуемых Шикигами, которые не будут потеряны, если умрут, но я также не смогу контролировать их по своему желанию… Они также станут слабее и не будут действовать независимо… Но я могу компенсировать это своей более высокой Проклятой Энергией». Линь молча наблюдала, как тени собрались вокруг него в три волчьи головы, которые появились из земли, пресмыкаясь. «Искусства теневого типа? Или это разновидность искусств призыва?» Она не могла не быть очарована чуждым чувством, которое исходило от мужчины… Пока волна чистой злобы и злости не вырвалась из него, заморозив её на месте. Три силуэта теней Божественного Пса рванулись вперёд, прорвавшись сквозь дверь и разорвав её на части, увеличиваясь в размерах, когда они затопили следующую комнату. Раздались крики, когда зазвенели клинки, раздался рык волков, разрывающих убийц. Двое из них сумели прорваться сквозь волков, оставив трёх других убийц истекать кровью и пытаться оправиться от боли. Линь Юйся моргнула, чувствуя, как влияние ауры Мегуми ослабевает, стоило ей сосредоточиться. «Что… это было?» Холодный пот пробежал по её шее, пока она смотрела на невозмутимого мужчину. «Он… нет, сейчас это неважно, я расспрошу его позже». Линь сделала свой ход, грациозно развернувшись за спиной Мегуми, когда двое убийц, прорвавшихся сквозь волкоподобные тени, бросились на него, и взмахнула клинком. Их головы тут же упали на пол, кровь хлынула из обрубков шей. Остальные трое убийц закончили уничтожать волков своим оружием, прежде чем вытащить арбалеты, спрятанные под плащами, и прицелиться. Но Мегуми рванулся вперёд на высокой скорости, превратившись в размытое пятно. Линь воспользовалась возможностью, чтобы послать режущий удар искусств, но тут же поняла, что он может задеть её нынешнего союзника. — Мегуми… — Но её опасения были напрасны, так как он пригнулся, позволил удару пролететь мимо и разбить грудь убийцы вдребезги, словно стекло. «Тогда ладно». Пока те были ошеломлены, Мегуми положил правую руку на землю, опустившись ниже, и сделал подсечку, сбив их всех с ног. Выдохнув, он взял кинжал обратным хватом и, используя уже набранную инерцию, провёл им по широкой дуге, чисто срезав все их головы. Кровь брызнула во все стороны, забрызгав комнату с файлами. Черноволосый мужчина выдохнул, вставая и выпрямляя осанку. — Ты мог бы сделать это и почище, — заметила Линь, изо всех сил стараясь игнорировать присутствие, подобное горе трупов, что стояло перед ней… «Постойте, нет, оно исчезло? Что?» Мышь внимательно изучала его с ещё большим недоумением, не чувствуя того экстремального присутствия, что он излучал ранее. — Что-то не так? — Мегуми повернулся к ней, уже подавив свою Проклятую Энергию. «Такой резкий переход — это слишком, но я не хочу, чтобы она слишком насторожилась из-за влияния Сукуны». — Забудь, — подозрения Линь в отношении этого человека только возросли, «очевидно, что он боеспособен, раз смог разбить барьер искусств элитного телохранителя Ханши простым кинжалом… Нет, постойте, этот кинжал выглядит…» Она не смогла лучше рассмотреть оружие, так как оно было завёрнуто в чёрную ткань и убрано в его хаори. «…Хорошо… Значит, его искусства основаны на тенях и, возможно, даже включают призыв, довольно полезно», — Линь также задалась вопросом, мог ли он использовать это, чтобы создавать устрашающее присутствие, возможно, приписав это странному способу, которым он воздействовал на чувства людей одним своим существованием. «Довольно широкий арсенал… Можно ли это вообще считать искусствами?» Её ушки дёрнулись, когда она пыталась сложить его образ, словно головоломку. Линь сдалась, не найдя ничего полезного, и обратила свой взор на трупы. «Они, скорее всего, использовали искусства скрытности, чтобы пробраться внутрь, бармены ведь не так уж хорошо обучены». — Я видел, как они слонялись по трущобам, — Мегуми опустился на колени, не заботясь о том, что его обувь испачкается в крови. — Эти люди определённо похожи на Кровавых Гончих, — Линь развеяла свой меч, скрестив руки и глядя на тела издалека. Она не хотела пачкаться в их крови. — Вы видели их раньше, какими они были? — Вымогали деньги и заставляли детей перевозить их наркотики, да, я видел, — Мегуми слегка повернулся к женщине, увидев, как её выражение лица потемнело от этих слов. «Это вызвало реакцию, да?» Линь уже знала, что подобные вещи происходят в трущобах, особенно когда Кровавые Гончие решили нацелиться на Лунгмэнь. — Я уже знала, — она изо всех сил старалась успокоиться, но слышать это лично было гораздо неприятнее. Её взгляд задержался на мужчине, на том, как он методично анализировал сцену и обладал хоть каким-то чувством морали, насколько женщина могла судить. Возможно, это именно тот человек, которого она искала… Вот и всё, Линь сделала свой выбор. — …Фушигуро… — Просто зови меня Мегуми, — прервал он её, снова вставая, чтобы посмотреть на неё. — …Тогда Мегуми, — слегка раздосадованная его прерыванием, Линь просто пропустила это мимо ушей, — не хотите поработать на меня? — А? — Мегуми моргнул, удивлённо глядя на неё, прежде чем множество мыслей пронеслось в его голове. «Она хочет нанять меня? Это из-за навыков, которые я продемонстрировал? Или…» — У нас общий интерес, — слова Линь прервали мысли Мегуми, — Кровавые Гончие хотят избавиться от нас обоих, от меня — за контроль над преступным миром Лунгмэня, а от вас — за то, что вы им мешаете. Мегуми слушал её, обдумывая её слова. «Если я свяжусь с ней, я, скорее всего, не смогу покинуть преступный мир после того, как заработаю достаточно денег, чтобы сбежать из трущоб…» — Деньги и защиту от ДГЛ — вот что я могу предоставить, а также избавиться от этой сиракузской занозы в нашей заднице, — объяснила Линь дальше, с уверенным выражением лица. «Я не жалую тех, кто пытается разрушить Лунгмэнь, а он не любит тех, кто переходит черту в своих преступных начинаниях, наши интересы полностью совпадают…» — Нет. — Я рада… — Линь слегка улыбнулась с удовлетворением, но тут же замерла, когда до неё дошли слова, — …что? — Нет, спасибо, — Мегуми повернулся, направляясь к выходной двери, — я не заинтересован. — Не могли бы вы сказать, почему? — Линь снова скрестила руки, наклонив тело вправо. — Преимущества значительно перевешивают недостатки, особенно учитывая, что у нас одни и те же враги. — Не перевешивают, не для меня, — произнёс Мегуми, положив руку на дверь и повернув ручку. — Было приятно немного поработать с вами, наверное. — Это был единственный комплимент, который он мог ей сделать. — …Если передумаете, я открыта для дальнейших переговоров, — выдохнула Линь, наблюдая, как мужчина открыл дверь и закрыл её после выхода. «…Он и вправду ушёл? Просто так?» Глядя на трупы, всё ещё лежащие на полу, Линь ущипнула себя за переносицу, зная, что ей придётся вызвать уборщиков, чтобы избавиться от этого беспорядка. «По крайней мере, он не представляет опасности… Пока». Из некоторого уважения мышь, по крайней мере, позвонит Свайр, чтобы сказать им, что о черноволосом мужчине не стоит беспокоиться. «В конце концов, я уже с этим разобралась». Ещё раз взглянув туда, где ушёл Мегуми, Линь повернулась, чтобы сделать телефонный звонок, сначала чтобы убрать беспорядок, а затем в ДГЛ. «Угх, забудьте пока об этом человеке, мне нужно сосредоточиться на том, чтобы поставить Кровавых Гончих на место». Низкая тень легла на её глаза. *** Мегуми тяжело вздохнул с облегчением, прислонившись к стене заброшенного здания. «Чёрт, это было утомительно». Его мысли вернулись к встрече с Линь Юйся и сделке, которую она ему предложила. «Ни за что… Ни за что на свете». Мегуми нахмурился, снова вставая и позволяя адреналину уйти из его вен. Мужчина не хотел ограничивать себя преступным миром, принятие такой сделки полностью разрушило бы его шансы жить так, как он хотел. «Это было бы всё равно что снова стать колдуном, только в тысячу раз хуже…» Мегуми нужно было обеспечить себя достаточным количеством денег, чтобы легально получить удостоверение личности, но способ его легального получения не обязательно должен был быть законным… «Я уверен, что найдётся кто-то, кто сможет это сделать, если ему достаточно заплатить… И тогда я смогу жить свободно». Его мысли вернулись к сестре… «Нет, забудь, это только демотивирует тебя», — стиснув зубы, его охватили паранойя и стресс. «Если я буду слишком зацикливаться на прошлом, меня, вероятно, поглотят слишком много негативных эмоций». Мегуми нужно было стать сильнее, ему нужно было стать неудержимой силой природы, если он хотел получить то, чего желал, Сукуна, как никто другой, научил его этому. «Если я хочу защитить людей, которых я…» — Мегуми моргнул и остановился. «А-ах… Точно, у меня никого нет…» Он начал размышлять, зачем он вообще борется за жизнь в этом мире, никого из его прошлой жизни здесь не было, и он никогда больше их не увидит. «Чёрт, чёрт!» Он схватился за лоб, чувствуя, будто его мозг ударил грузовик. «В чём вообще смысл?!» А должен ли вообще быть смысл? Жить просто ради того, чтобы жить? Разве не это проповедовал Юджи во время своей последней схватки с Сукуной? «…Сделай это ради Юджи, потому что он не хотел бы видеть тебя таким…» Оторвавшись от своих депрессивных мыслей, Мегуми собрался с духом. «Мне нужно тренироваться… Стать сильнее и, надеюсь, найти способ вернуться домой». Если вообще существовал способ вернуться домой, но это был практически современный магический мир, так что, может быть, был один шанс на миллион на какой-то способ перемещения между мирами? «Эта женщина-мышь выстрелила каким-то стеклянным мечом, а у той женщины-дракона был меч, который мог поразить меня лучом на расстоянии… Мир велик, должен же быть какой-то способ параллельного путешествия или что-то в этом роде, верно?» Это было просто самообманом, но Мегуми нужно было любое подтверждение или мысль, чтобы немедленно не сдаться в плен своей ситуации. «Просто тренируйся пока… А экзистенциальные мысли оставь на потом…» — Мегуми замер, чувствуя ужасное чувство, царапающее спину. «Что-то не так…» Послышались звуки чего-то падающего, гигантская тень нависла над ним, прежде чем мужчина вздрогнул и посмотрел вверх. На него падала целая половина здания. — Чёрт! — Ему нужно было действовать быстро, он решил попытаться призвать Шикигами, который сможет его защитить. Мысли Мегуми были прерваны, когда он увидел беловолосую ухмыляющуюся Лупо, выпрыгивающую из окна падающего здания, смеющуюся, когда её взгляд встретился с его. — Нашла! — Женщина размахивала двумя белыми катанами, с… транспортирами, прикреплёнными к рукоятям? Это не имело значения, но женщина падала на него на высокой скорости, и Мегуми нужно было действовать быстро, чтобы справиться с двумя опасностями. — Великий Змей!