Последний глоток свободы

Вай открыла глаза и оглядела комнату, залитую ярким солнечным светом. Потянулась, перевернулась на бок, и странное чувство пустоты накрыло её почти сразу. Воспоминания о вчерашней ночи вспыхнули мгновенно. С ней было так хорошо. Эта девушка показалась такой… другой. — Как я могла её отпустить? — проворчала Вай себе под нос, обнимая подушку. Вот ведь идиотка. Можно было поговорить, попытаться уговорить её остаться ещё немного, может, хотя бы на ещё что-то. А в итоге что? Она пролежала без сна почти до утра, ворочаясь и пытаясь понять, какого чёрта чувствует себя так странно. Любопытство распирало. Почему она ушла? Почему даже имени не сказала? Мысли ночью метались в хаотичном порядке. Вай прекрасно знала: найти её можно. Имя, фамилия, всё что угодно — стоило лишь поднапрячься. Но она не будет. Если девушка решила остаться неузнанной, значит… так тому и быть. Влезать в чужую жизнь без спроса Вай не собиралась. Просто понимала: что бы ни скрывалось за образом этой статной девушки, оно зацепило её слишком глубоко. И ведь нельзя сказать, что она впервые переспала с кем-то «на раз». Нет, не то чтобы она была блядунья, но случаи были, и никогда после этого она не чувствовала себя так паршиво и так охуенно одновременно. В ней было что-то другое. Не в словах, не в действиях, а на каком-то подсознательном уровне. И теперь в груди разливалась тоскливая пустота. Сначала Вай решила, что это алкоголь: выкрутил эмоции, заблудил разум. Но теперь, будучи совершенно трезвой, поняла, что ни черта не прошло. Всё так же тоскливо. Она тяжело вздохнула и разблокировала телефон. 12:45. Логично, легла поздно, точнее, рано. Ночью даже успела приготовить себе поесть, сходить в душ ещё раз и только после шести серий кулинарного шоу отрубилась. Открыла новые сообщения и нахмурилась. Ебнутый начальник: Вайолет, мы готовы были терпеть ваши споры с коллегами и со мной, поскольку вы выполняли работу на высоком уровне. Но, отсмотрев вчерашнее закрытие смены, я был обескуражен вашей беспечностью. Вынужден сообщить, что вы уволены с сегодняшнего дня. Зарплату переведу в конце месяца. И прошу вас больше не появляться в нашем заведении. — Приехали, блять… — прошептала Вай и с раздражением откинула телефон. — Надо было взять деньги, что она предлагала… может, и не пиздел бы. Начальник раздражал её с самого начала. Не потому, что был уж очень плохим человеком. Просто… манера общения была вычурно-вежливой, скользкой. Под этим соусом «тактичности» он незаметно заставлял персонал перерабатывать. А по факту кто он? Хрен с горы с одним еле окупающимся баром, в который вложил мамины сбережения. Да, ей не стоило пускать незнакомую девушку за бар. Не стоило пить на смене. И уж точно не стоило трахаться в подсобке. Ладно, тут вину признавала. Но ведь там никого не было… И всё же оправданий нет: если она слаба на красивых девушек и готова ради них подставляться, значит, за это придётся платить. Теперь она ещё и безработная. Значит, можно хотя бы пару дней ничего не делать, хоть и голову поломает. Учёба никуда не денется, но и занятий в ближайшие дни мало. — Сходить к Паудер в гости, что ли… — пробормотала Вай, глядя в потолок. Пока она приводила себя в порядок и добиралась до соседнего района, пешком, конечно, теперь и на бензине экономить придётся, шла медленно, оглядывала витрины, выискивала объявления: может, кому-то нужен продавец, уборщик, грузчик — кто угодно. Любая работа сойдёт на время. Она не была привередлива. В коллективах сходилась легко, почти всегда мгновенно набирала себе «очки симпатии», кроме, пожалуй, прошлого начальника. И в бар она попала так же: толком ничего не зная, просто подружилась со старшим барменом, а тот обучил её за пару недель. Вай схватывала быстро и пользовалась этим как читерством… или просто удачей. О потере работы думать хотелось меньше всего. Теперь это место ассоциировалось не с бестолковыми сменами и тройной обязанностью кассира-уборщика-бармена, а только с той самой девушкой. Её прикосновения будто всё ещё жгли кожу. А дорогой, тонкий запах всплывал снова и снова как фантом. Хотя на ней уже была свежая одежда, и она успела побывать в душе. Запаха не должно было оставаться… но казалось, будто он въелся. Как и поцелуи, всё ещё чувствовались почти физически. От этого было тяжело отделаться, хотя она пыталась. Ведь ясно даже дураку: это просто случайность, совпадение или ошибка. Пусть и слишком приятная. Войдя в квартиру сестры, она нагло плюхнулась на диван в гостиной, даже не проверив, дома ли та. Открыла дверь своим ключом, зашла и первым делом нашла глазами диван — единственное, о чём сейчас могла думать после вчерашней смены на ногах и сегодняшних пеших прогулок. Но сестра, разумеется, была дома. Открытая дверь на балкон — мелочь, но слишком уж характерная. Сестра закрывала её всегда, когда уходила. Даже после того как они перестали жить вместе, Вай безошибочно знала такие привычки Паудер. Не нужно было заглядывать в холодильник, чтобы понять, что яйца так и лежат в коробке — Паудер считала выкладывание их в отдельный отсек пустой тратой времени. Не нужно было идти в ванную, чтобы понять, что нижняя часть шторки скомкана и забита в углу, потому что «так правильно». Таких мелочей была сотня, и Вай знала их о ней так же, как Паудер знала её. Они были близки. «Ближе, чем кто-либо в мире», — могла бы сказать Вай в минуту редкой сентиментальности… за что немедленно получила бы подзатыльник, ведь нежности Паудер любила ещё меньше, чем перекладывать яйца или расправлять шторку. — И что случилось? — послышался голос за спиной. Вай повернулась и встретилась с возмущённым взглядом Паудер. — Меня уволили, — вздохнула она, переключая канал и разваливаясь на диване ещё удобнее. — За что? — нахмурилась Паудер и плюхнулась рядом. — Формально за то, что обучала незнакомую девушку управляться с напитками. — А неформально? — усмехнулась сестра. — Лучше не вдаваться в подробности, — Вай щёлкнула пальцами, требуя подушку с другого конца дивана. — Говори уже, — Паудер взяла подушку, но не отдала, удержав её и ожидающе глядя на сестру. — Я с ней там… ну… — начала Вай. — Фу! — фыркнула Паудер и врезала ей подушкой по лицу. Вай расхохоталась и уложила подушку под голову. — Теперь не знаю, куда податься. — Ну, иди ко мне. Официанты у нас вроде нужны были, — сказала Паудер, не отрывая взгляда от экрана. Вай скривилась. Это было как раз то место, куда она меньше всего хотела возвращаться. Паудер проходила практику поваром в небольшом ресторане, и в первый же день, когда Вай приехала её забрать, увидела там в официантах свою бывшую. — Там эта странная работает. Я туда не пойду, — пробурчала она. — Она нормальная, — усмехнулась Паудер. — Это ты… сердце ей разбила, между прочим. — Нормальные у двери по полдня не стоят. — С разбитым сердцем стоят, — спокойно ответила Паудер. — А ты откуда знаешь? Когда тебе успели сердце разбить? — Я просто знаю, — она шлёпнула Вай по бедру раскрытой ладонью, оставляя жгучий след. — Ай! За что?! — зашипела Вай. — За то, что умудряешься даже на работе девушек зажимать. Вела бы себя нормально — работала бы до сих пор. — Не веди себя как Вандер, — проворчала Вай, потирая бедро. — Мы с самой школы говорим тебе: головой думай, прежде чем что-то на эмоциях делать! — Ты сама такая же! — рассмеялась Вай. — Я умею говорить «нет», в отличие от тебя, — прищурилась Паудер. — Я тоже умею! Вот твоей новой подружке-официантке, например. Я сказала «нет», а она всё равно не поняла. Ходила за мной везде, писала, звонила… Но виновата всё равно я, да? — Она сказала, что ты ей обещала шесть свиданий! Шесть, Вай! Как можно такое обещать, даже не зная человека?! — вспыхнула Паудер. — Стой-ка. — Вай резко села и уставилась на сестру. — Она серьёзно тебе так сказала? — Ну да. А что? Вай рассмеялась и отвернулась к окну, не зная, на кого злиться больше: на сестру или на ненормальную бывшую. — А то, — она подняла голос, — что это ОНА мне это сказала, а не я ей! Я пригласила её к себе, а она сказала, что только после шести свиданий! Вот так это было. Я ничего ей не обещала! Паудер нахмурилась и задумалась. — Звучит так, будто вы просто друг друга не поняли, — сказала она наконец. — Слушай, она, может, и нормальная подруга-коллега, но в плане отношений странная, ладно? — уже спокойнее ответила Вай, снова садясь. — И что в ней странного? — Да навязчивая она. Пишет, звонит постоянно: смена у меня, сплю я — ей плевать. Мне такое не нравится. — Зато трахаться на рабочем месте с незнакомками — нормально, да? — Вообще не так было! — Вай выставила палец почти угрожающе. — Ты не знаешь — не говори. — Ой, да признай уже, что просто не влюблялась нормально никогда, — отмахнулась Паудер. — Ты после того, как с Экко сошлась, стала такая… всезнающая, — покачала головой Вай. — Ничего я не знаю, только узнаю, — фыркнула Паудер. — Но когда сама это почувствовала, сразу понимаешь, был ли человек перед тобой когда-то по-настоящему влюблён. — И как ты это определяешь, позволь спросить? — с вызовом сказала Вай. — Всё, что ты говоришь об отношениях, поверхностно и глупо. — Я встречалась почти год с Син, если что, — серьёзно ответила Вай. — Потому что никого сильнее не полюбила. Встреть ты что-то по-настоящему нормальное, убежала бы от неё раньше. — Син нормальная вообще-то. Мы уважительно расстались, — фыркнула Вай и закинула ногу на ногу, будто прячась от неприятных мыслей. — Раз нормальная, чего расстались? — подняла бровь Паудер. — Ты сама знаешь, — буркнула Вай. — Будь она нормальной — не изменяла бы. Так что не защищай её. Вы с ней больше дружили, чем любили. Хорошо — не значит по-настоящему, — раздражённо сказала Паудер. — А у тебя-то, значит, по-настоящему, да? — усмехнулась Вай. — Ну… пока похоже, что да. Но и это не гарантия. — Гуру нашлась тут, — фыркнула Вай. Она встала, пошла к холодильнику, достала маленькую газировку и вернулась обратно, отхлёбывая на ходу. — Так что с работой? — уже серьёзно спросила Паудер. — Не знаю. Позвоню Джейсу, может, что-нибудь найдёт, — пожала плечами Вай. — Куратор? — удивилась сестра. — Ну да. А что? — С каких пор кураторы студентам работу подыскивают? — рассмеялась Паудер. — А с тех… — Вай хищно ухмыльнулась, решая, говорить ли правду. Но это же сестра, не болтушка. — Как я застала его за поцелуйчиками с одним из преподавателей. Так что он должен мне за молчание. — Ты редкая сука, — сузила глаза Паудер. — В своё оправдание скажу, что мы ещё и дружим, — Вай подняла руки, будто сдаваясь. — Ну-ну… Вай смерила её взглядом, размышляя, стоит ли оправдываться, но махнула рукой. — Ладно. Звоню прямо сейчас, при тебе. Чтобы услышала, что в моих словах даже тени шантажа не будет, — заявила она с нарочитой уверенностью и достала телефон. После нескольких гудков раздался уверенный мужской голос: — Вай? Что случилось? — обеспокоенно спросил Джейс. — Слушай… у меня проблема. Мне нужна работа. Любая подходящая. Можешь чем-то помочь? — жалобно начала Вай. — И почему я должен это решать? — не понял он. — Потому что твоя любимая студентка в беде! Вот почему! — прошипела она. — Так сайтов с объявлениями полно, — фыркнул он. — И где гарантия, что там не кидалово и условия нормальные? Просто скажи, нет ли у тебя чего-то на примете, — устало произнесла Вай. — Я… — Джейс вздохнул. — Всё ещё не понимаю, при чём тут я. — Мне нужна оплата хотя бы средняя. И график, который можно совмещать с учёбой. Разве у вас нет списков компаний, куда берут студентов? — Есть… но скоро практика, не самый удачный сезон для поиска подработки, — задумчиво ответил он. — Это сложно. — Это «нет»? — Это «я не знаю, почему я обязан искать тебе работу», — отрезал он. — Ты обещал мне всё, что угодно… если я правильно помню, — тихо сказала Вай. — Это когда? — Назову одно имя. Начинается на «В», заканчивается на «Р», посередине есть «К»… — Не продолжай, я понял, — тут же смиренно произнёс он. — Ладно. Как что-то подвернётся, позвоню. — Ты лучший! — Я знаю, — вздохнул Джейс. Вай сбросила звонок и победно посмотрела на Паудер. — Как у тебя совести хватает? Тебя буквально из-за «связи» с работы уволили, а ты той же картой куратору угрожаешь! — возмутилась сестра. — Я, в отличие от него, ничего никому не обещала. Никто его за язык не тянул, — рассмеялась Вай. — О да, очень благородно… — Я вообще-то благородная. Просто не тогда, когда на кону стоит оплата жилья. Жить у тебя или у Вандера я не хочу. Так что да, попользуюсь пока косяками друзей, — расслабленно заявила Вай. — Поэтому ты и торчишь у меня чаще, чем у себя дома, ага. — Ты сама сказала заходить чаще, — улыбнулась Вай. — И вообще, убираться ты не любишь, а я — бесплатная рабочая сила. Так что молчала бы. — Меня всё устраивает, — фыркнула Паудер. — Просто не делай вид, что тебя прям вынуждают. — Ладно. Лучше расскажи, как там у тебя на практике, — перевела тему Вай. День плавно перетёк в вечер, и Вай решила остаться у сестры на ночь. Экко всё равно был в отъезде. И хоть она могла бы сказать, что просто хочет составить Паудер компанию, она знала, что компания нужна ей самой. Чтобы отвлечься от проблем, от положения, в которое сама себя загнала, и от прошлой ночи, которая слишком прочно засела внутри. Сладко, едко, неправильно — но настолько ярко, что Вай всё время ловила себя на том, что прокручивает этот эпизод снова и снова. И чем ближе к вечеру, тем сильнее становилась пустота, будто она зацепилась за что-то, чего вообще не должно было быть в её жизни. Не положено так погружаться в чувства после одного короткого момента. Но на следующий день легче не стало. И ещё через день тоже. Ни поиски работы, ни учёба, ни друзья, ни Паудер — ничто не могло заставить её перестать думать об одном вечере, в котором, казалось, скрывалось куда больше, чем она готова была себе признать. Она встретила Джейса в коридоре после лекции. Уже собиралась домой, когда он буквально вынырнул из-за поворота, нахмурившись, поманил её в свободную аудиторию. Вай уселась за первый попавшийся стол и внимательно посмотрела на него. Чёрный пиджак сидел на Джейсе потрясающе, делал его старше, солиднее. Совсем не тот раздолбай, что год назад ходил в растянутых джинсах и кроссовках. Всё чаще он стал выглядеть почти галантно, и это ему чертовски шло. — Ну, что расскажешь? — с улыбкой спросила Вай. — Нашёл кое-что, — кивнул он, опираясь на стол. — Но даю тебе одну-единственную возможность. И прошу: поклянись, что это последняя услуга, которую я оказываю за свою… хмм… неосмотрительность. — Клянусь, — Вай театрально приложила ладонь к груди. Джейс усмехнулся, облокотился на стол и подпер голову. — Знаю, водишь ты отлично. Чего стоила только наша поездка на пляж в прошлом году… — он тихо рассмеялся. — Надо будет повторить, кстати. — К делу давай, — демонстративно нахмурилась Вай. — Ладно, ладно. Водитель одной влиятельной семьи уволился — бюджет урезали. Я порекомендовал тебя. — Ага… — Вай скривилась. — Они урезают бюджет, а ты предлагаешь мне рабский труд. — Ты вообще слушаешь? — фыркнул он. — Я сказал: влиятельная. То, что обычный водитель получает за месяц, для них дневная норма. Не тупи. Соглашайся. — Там точно есть подвох. Говори, — подозрительно прищурилась она. — Я… слегка… наврал, что у тебя уже есть опыт. Так что вести себя придётся галантно. Костюм есть? — Ты… что?! — Вай рассмеялась. — Костюм найду, но какие галантные манеры у меня? Ты о чём вообще? — Я сказал, что ты молодая девушка. Их это не смутило. Они берут только по связям. Семья очень… очень влиятельная. Они мне доверяют, более-менее. Поэтому согласились рассмотреть тебя. — И откуда у тебя такие связи? — Вай скрестила руки, демонстративно недоверчиво. — Учился в школе с их дочерью. Мы отлично ладим. Я у них частый гость, они меня любят, — гордо заявил он. Вай нахмурилась, но немного расслабилась. — Джейс, я вообще не представляю себя в такой роли. Таксовать пробовала, несложно, но клиенты… знаешь, особенно когда видят перед собой молодую девушку… — Чушь, — махнул он рукой. — Нормальные они. Будешь возить их и коллег. График… ненормированный, да. Учёбу, возможно, придётся пододвинуть. Но я тебя знаю, справишься. — Неужели ты мне настолько доверяешь? — Вай снова не поверила. — Моя любимая студентка в беде, а как же иначе? — усмехнулся он. — Ты никогда не делала глупостей. Ответственная, учишься хорошо, друзьям помогаешь. Водишь потрясающе. Ты же вырулила тогда из-под фуры! ФУРЫ, Вай! Любой другой — и всё, нас бы всех похоронили. — Да я знаю, — гордо усмехнулась она. — Но я всё равно боюсь… ну… облажаться. Опозорить и себя, и тебя. На этот раз она говорила искренне. Джейс выпрямился и посмотрел мягче. — Я знаю, какая ты порой… — он оглядел её рваную футболку и растрёпанные волосы. — Неотёсанная. Прости за это слово. — Да нормально, — отмахнулась Вай. — Знаю. — Но ведь я готовил тебя к дебатам в прошлом году. Ты умеешь держаться. Это просто роль, может, не самая приятная, но полезная. В отличие от баров, это работа с крупными людьми. Вай задумалась. Если всё так, как он говорит, звучит действительно достойно. — Ладно… А что за семья хотя бы? — подняла она на него глаза. — Кирамман, — сухо ответил Джейс. Она напрягла память, но в голове было пусто. — Что-то знакомое… но не знаю ничего. — Мать — Кассандра, работает в совете. Отец — Тобиас, владеет сетью клиник. Дочь — Кейтлин. Она развивает свою юридическую фирму, но живёт отдельно. Так что не так уж важно. — Ну для ликбеза сойдёт, — сдержанно улыбнулась Вай. — И что дальше? — Можешь идти на «собеседование» уже в ближайшие дни. Я сказал Кассандре, что ты придёшь. Только… пожалуйста, оденься прилично. — Да я в смокинге приду. С жабо. Для естественности, — фыркнула Вай. Джейс закатил глаза. — Вот этот сарказм… так не надо себя вести с ними. — Поняла, поняла, — уже серьёзно ответила она. — Мне ещё что-то нужно знать? — Да… — он почесал подбородок. — Они могут иногда попросить о чём-то личном. Но это опционально. Платят так, что я сам бы взялся. Думаю, ты выдержишь. — Наверное, — усмехнулась Вай. — И ещё! — поднял он палец. — Никому ни слова о том, что они урезали бюджеты. Они это скрывают. Не задавай вопросов и не болтай. Вай театрально «закрыла рот на замок» и выбросила невидимый ключ, наблюдая, как он якобы далеко летит. — О боже… я надеюсь, что не ошибся, — простонал Джейс. — Я могу быть серьёзной! — Вай встала и хлопнула его по плечу. — Честно. — Ладно, — он глянул на часы. — Пойдём. У меня занятие вот-вот начнётся. И придумай легенду о прошлой работе. — Придумаю… И, Джейс… спасибо тебе. Правда. Я ожидала какую-нибудь конторку, бланки печатать. А не это. Ты… потрясающий. И куратор, и друг… и вообще. Она сама смутилась от собственной искренности. — Сначала пройди собеседование, — рассмеялся он, пропуская её вперёд. — Неважно, пройду или нет. Важно, что ты вообще мне такое предложил. — Да не за что, — улыбнулся он и чуть тише добавил: — И, Вай… ты ничего не видела тогда. Она снова изобразила замок на губах и полёт невидимого ключа. Джейс лишь фыркнул и направился к аудитории, поправляя папку подмышкой. Стрессово. Вот что думала Вай, сидя в приёмной Кассандры Кирамман. Конечно, она бывала в таких местах, но разве что в детстве, когда они с Паудер оформляли документы об опеке у Вандера. Тогда всё казалось чужим. Сейчас было не легче. Но Вай изо всех сил делала вид, что это самый обычный день и самая обычная ситуация. Хотя взгляд сам соскальзывал на секретаршу и её маникюр, на стены с картинами. Любопытство распирало, как всегда, но Вай держалась. Костюм почти официальный. Галстук она, конечно, не завязала: решила, что хоть какая-то естественность должна остаться. Зато застёгнутая у горла пуговица душила и мешала нормально глотать. Волосы убраны, татуировку не спрячешь, но хоть пирсинг сняла. Надеялась, что всё это не станет поводом отказать ей. Нога сама начала нервно подёргиваться, пока секретарша громко печатала за стойкой. Ей сказали: «Подождите десять минут, вас позовут». Но прошло пятнадцать, и терпение было уже на исходе. Однако Вай сидела. Пока секретарша не услышала короткий сигнал и не попросила её пройти. Зайдя в кабинет, Вай сразу бросила взгляд на женщину за массивным дубовым столом. Кабинет был весь в дереве, но Вай тут же одёрнула себя, заставляя не шарить глазами. И на женщину тоже старалась не пялиться, хотя теперь жалела, что не погуглила заранее. Черты лица показались знакомыми. Женщина была явно в возрасте, но улыбка и живые глаза никак не вязались с серьёзностью обстановки. Неловкость только росла, ладони вспотели. — Садитесь, — сказала она мягко, улыбнувшись. Вай кивнула и села. Нормально. Не слишком нервно, но и не вызывающе. — Меня зовут Вайолет. Я по поводу вакансии водителя, — произнесла она, хотя и так знала, что её ждут. — Да. Джейс предупредил. Что ж… — Кассандра чуть расслабилась и начала внимательно всматриваться в её лицо. Это было… неловко. Вай старалась не дёрнуться ни одним мускулом. Женщина же разглядывала её совершенно спокойно, будто изучала экспонат. — Вайолет, должна признать: мы редко берём таких молодых сотрудников, — сказала Кассандра и отвела взгляд. — Но сейчас обстоятельства изменились. Нам требуется человек в очень сжатые сроки, и желательно тот, кому мы можем хотя бы минимально доверять. Джейс вас хвалит, а ему я верю. Ко мне уже приходили человек пять… гм… не самых приятных кандидатов. — У нас на носу важное мероприятие, и мне нужно, чтобы всё выглядело безупречно. Буквально эстетично. Вай кивнула, понимая, что сказано далеко не всё. — Для нас имидж — не пустой звук, — продолжила женщина. — Водитель-девушка — решение прогрессивное, даже смелое. Почему бы и нет? — Она тут же поправила себя: — Не поймите неправильно. Я против дискриминации. Просто в нашем обществе это… спорный шаг. — Вы физически крепкая, это видно. Но дело даже не в этом. Она снова оценила взглядом фигуру Вай. — Скажите, вы когда-нибудь пользовались оружием? Внутри всё дрогнуло. Подвох? Что отвечает человек в такой ситуации? Но паника длилась секунду. — Я посещала тир. Для общего развития, — спокойно ответила Вай. — Хорошо, — кивнула Кассандра. — Вам придётся носить оружие. Это формальность… но всё же. Вай выпрямилась ещё сильнее. Джейс точно не об этом говорил. — И ещё… — продолжила женщина. — Важно умение действовать быстро, защищать себя и пассажиров. Джейс уверял, что вы в отличной форме. И я это вижу. — Я занималась боями шесть лет. Навыки есть. — Отлично. У нас есть охрана, но водитель должен уметь многое. Если понимаете, о чём я. Да, понимала… И ей это начинало не нравиться. Но виду не подала. — И ещё кое-что… — Кассандра чуть прищурилась. — Встаньте, пожалуйста. Вай встала. Женщина поднялась тоже, подошла ближе, обошла вокруг, оценивая каждую деталь. Даже коснулась плеча. Вай стояла, будто статуя. — Да. Хорошо, — прошептала Кассандра, жестом вернув её на место. Когда Вай снова села, женщина посмотрела ей прямо в глаза. — Вы встречаетесь с женщинами? «Что? Это тут, блять, при чём?» Вай на секунду хотела кашлянуть или спрятать голову в аквариум с одинокой жирной рыбкой в углу, лишь бы выиграть паузу. Но взяла себя в руки. — Да. — Понятно… — задумчиво протянула Кассандра. — Из какой вы семьи? — Родители погибли, когда я была ребёнком. Мы с сестрой выросли под опекой дяди. — Ох… Соболезную. — Всё в порядке, — едва улыбнулась Вай. — Должно быть, вы рано стали самостоятельной. — Наверное, так и есть. — Обычно такие люди и бывают самыми сильными, — заметила Кассандра. — Скажите… вы общительная? — Нахожу общий язык легко. — Друзей много? — Несколько. И семья. — А за рулём давно? — Семь лет, — сразу ответила Вай, потому что это единственный, блин, вопрос, ответ на который она репетировала. — То есть гоняли ещё подростком? — усмехнулась Кассандра. — Ну… как гоняла, — улыбнулась Вай. — На специальных площадках. Ни одного штрафа. Гордость едва не прорвалась наружу. — Хорошо. А предыдущий опыт? Тут Вай включила свою выученную легенду. — Я занималась перевозками для нескольких постоянных клиентов, в основном юристов и врачей, которым требовалась пунктуальность и конфиденциальность. Иногда меня просили отвезти документацию или дождаться их на деловых встречах, так что с подобными поручениями я знакома. — Много разговаривали? — улыбнулась Кассандра. — Старалась не слушать. Это приходит не сразу, но со временем любые разговоры превращаются в фон. — Верю, — хмыкнула Кассандра. Она молчала несколько секунд, а Вай терпеливо рассматривала жирную рыбку, чтобы не провалиться в анализ происходящего и не разнервничаться ещё сильнее. — Итак, Вайолет. Честно говоря… — она вздохнула. — Вы подходите нам только наполовину. Вы сдержаны, но вижу, что это даётся вам с усилием. Вы молоды, и ваши навыки я не умаляю. Но я должна учитывать всё. Вай напряглась. Похоже, это отказ. — Но! — быстро добавила Кассандра. — Водитель мне нужен для одного конкретного события. И как раз такая, как вы, впишется идеально. Маленькая роль. Идеальная картинка. Вай подняла взгляд. — Но вас будут фотографировать. Много, полагаю. И эта небольшая публичность может отразиться на вашей будущей карьере. — Для меня это не проблема, — сразу сказала она. — Возможно… И всё же. — Кассандра протянула ей белый лист. — Здесь условия. Ознакомьтесь и дайте ответ в течение трёх дней. Вай взяла лист, но заглядывать не стала. Посмотрела на Кассандру. — Есть вопросы? — спросила она. Вопросов было миллион. Но язык не повернулся спросить только одно. — Это событие… это? — Свадьба моей дочери, — спокойно ответила Кассандра. — Понятно. Тогда вопросов больше нет. Спасибо. — Спасибо и вам, что пришли. Вай кивнула и вышла. Только в коридоре поняла, что почти не дышала всё это время. У зеркала остановилась, посмотрела на себя. Выглядела… нормально. Даже хорошо, на удивление. Она расстегнула верхнюю пуговицу и шумно выдохнула. — Ну хоть не поседела… — прошептала она себе под нос. Как вообще работать в таком мире? Вай была здесь чужой. Максимум однажды в жизни она сидела в роскошной машине — на свадьбе какого-то богатого друга Вандера. Они росли в скромности, и теперь Вай предстояло постоянно притворяться человеком «не из простого теста». Или хотя бы стараться не выбиваться из круга тех, кто действительно был не из простого. Но риск оправдывает средства. Так ведь говорят? Особенно это стало очевидно, когда она села в машину и развернула листок с условиями, который дала Кассандра. Список обязанностей оказался ерундой: возить, ждать, быть на связи, носить строгий костюм и прочее. Но когда взгляд зацепился за сумму, Вай округлила глаза. — Сколько, блять?.. — выдохнула она. Да сколько же тогда платили до урезания? За такие деньги она выучит этикет хоть ночью, научится стрелять, ходить на руках и спасать президентов каждое воскресенье. Когда перед глазами такой набор нулей, только дурак откажется. Воодушевленная, Вай завела двигатель и поехала домой. Решимость стать более собранной и научиться хорошим манерам настолько захватила её, что впервые после увольнения она поймала себя на улыбке. Ответ она дала через три дня: позвонила и согласилась. Ей сказали, что приступить можно уже через два. Вай была готова. За это время она пересмотрела сотню роликов об этикете, речи и поведении в высшем обществе, если с ней вообще кто-то там заговорит. Гуглила буквально всё, даже то, как правильно открывать людям двери. И вот настал день икс. Она стояла у ворот особняка Кирамман и не могла понять, как вообще можно жить в таком доме. Не приезжать в гости, не работать здесь, а просыпаться в этом великолепии каждый день. Каждая деталь говорила о роскоши и власти. Пока её будущий коллега, крупный добродушный мужчина лет сорока пяти по имени Стив, объяснял детали, Вай впитывала информацию как губка. Запоминала расписание садовника, фамилии друзей семьи, маршруты, важные адреса. Даже то, что в обычной жизни пропустила бы мимо ушей, казалось важным. Эта перемена затянула её целиком. Паудер поначалу только фыркнула и не поверила ни слову, но позже подошла, ткнула Вай в плечо и шёпотом спросила: — Нет, правда, что ли? Всё шло идеально. Но перед сном, в тишине, Вай неизбежно возвращалась мыслями к той ночи. К девушке из бара, с которой всё это началось. Будто именно она стала рычагом, превратившим ошибку в преимущество. Она не выходила из головы. В её голосе, словах и взгляде было что-то, что зацепило глубже, чем следовало. Вай шумно выдохнула, садясь за руль нового автомобиля. Он был почти идеальным: новый, кожаный, пахнущий дорогим салоном. Она пару раз прокатилась по району, чтобы освоиться, и вернула машину в гараж. Рабочий день шёл уже два часа, но пока было тихо. Она решила пройтись по саду, но телефон зазвонил. Кассандра. Через десять минут нужно было выезжать. Вай бодро направилась обратно. Она стояла, опершись о каменную стену у входа в особняк, когда увидела выходящую Кассандру. Выпрямилась, подошла к машине, открыла дверь. — Добрый день, Вайолет. Как освоились? — тепло спросила женщина. — Всё отлично, спасибо, — кивнула Вай. Она уже закрывала дверь, когда Кассандра остановила её жестом: — Подождём ещё минуту. Спустится моя дочь. Вай молча отступила к другой двери, глядя на вход… и думая о навигаторе, потому что, по правде, она ни черта не знала, где находится половина мест из списка. Дверь особняка открылась. И тогда она появилась. Вай моргнула. Сердце сорвалось куда-то под рёбра, мышцы будто превратились в тёплое тесто. Мысли рухнули в голове, как лавина, но ни одну нельзя было поймать. Кейтлин не сразу посмотрела на неё — лишь спустя несколько шагов. Их взгляды встретились. Она остановилась лишь на мгновение. В её выражении мелькнула неловкость, может даже шок. Но она сжала кулак, моргнула и продолжила идти к машине. Вай застыла. Она только смотрела — не дышала, не моргала. То ли от страха, то ли от злости, то ли от чего-то ещё. Кейтлин не взглянула на неё, и Вай тоже отвела глаза. Внутри всё кричало, рвалось наружу, но жест она совершила чётко, так что рука не дрогнула: открыла дверь. Закрыла. Села за руль. Вдохнула. Смотрела только прямо. «Потом. Только всё потом.» — Отвезите нас, пожалуйста, сначала в Совет, — спокойно сказала Кассандра. — Я зайду минут на пять, а потом поедем к Бирку. Хотя… может, туда рано? Как думаешь, Кейтлин? Тишина. — Кейтлин? — М? — глухо отозвалась она. — Не рано ли к Бирку? — Нормально. Поехали, — коротко ответила Кейтлин. — Отлично. Тогда можем ехать, Вайолет. Вай осторожно тронулась. Обычно она водила уверенно, но сейчас своим рукам не доверяла. Злость поднималась медленно, из самой глубины, будто онемевшая нога, в которую возвращается кровь. На Кейтлин. На то, что она… использовала её для измены. Грязно, мерзко. У неё же свадьба. И всё равно — вот так, накануне, с первой встречной. Кто так делает? Вай сжала руль до побелевших костяшек. «Не сейчас… Не сейчас…» — Отец завтра уезжает, не хочешь остаться дома? — спокойно спросила Кассандра. — Для чего? — ровно ответила Кейтлин. — Побыть вместе. Обсудить планы. Нам с тобой многое нужно решить, — мягко, но с нажимом сказала мать. — Разве вы с отцом всё ещё что-то не решили? — фыркнула Кейтлин. — Нет. Нам нужно и твоё участие. И… я просто хочу провести с тобой время. Не обязательно же грубить, — в голосе Кассандры мелькнула тонкая, плохо скрытая обида. — Не знаю. У меня работа. — Она есть у нас обеих, но время всё равно нужно находить, — сухо заметила Кассандра. — Тебе или мне? — Кейтлин! — вспыхнула мать. — Что происходит? Откуда этот тон снова? — Ничего… Просто давай закончим дела и всё. Я подумаю насчёт остаться. Кассандра промолчала. А Вай… Вай вдруг поняла, что слышать голос Кейтлин сейчас ей только больнее. Но вместе с раздражением поднималось другое — то самое, что она всеми силами пыталась вытравить. Было в её голосе что-то, заставляющее внутри зудеть воспоминаниями, и это сводило с ума. Очередной красный. Чёртов красный светофор — сегодня хуже пыточной камеры. Стоять — хуже всего. Когда едешь, мысли хотя бы текут, но стоять… «Потом. Всё потом.» К моменту, когда они доберутся до первой точки, Вай ожидала, что станет легче. Не стало. Она открыла Кассандре дверь. Та вышла, но Кейтлин — нет. Вай застыла снаружи. Тянуло сесть в машину, сказать хоть слово или хотя бы не думать. Она глубоко вдохнула, огляделась, пытаясь раствориться в людях и воздухе, и даже не заметила, как Кейтлин оказалась рядом — слишком тихие двери, непривычно тихие. Вай чуть вздрогнула, поняв, что Кейтлин стоит прямо возле неё. И смотрит. — Мы не должны были больше видеться, — сказала Кейтлин ровно. Первым порывом Вай хотела, если честно, на неё наорать. Сказать всё: какой мерзкой была эта измена, как отвратительно использовать людей, как сейчас ещё и говорить таким спокойным тоном. Но при дневном свете она выглядела иначе — смягчённой, красивой до боли, до сумбура, который мешал удерживать хоть одну мысль. — Мы живём в одном городе. И ты явно не из тех, кто может остаться незамеченной. Чего ты ожидала? — тихо бросила Вай, встретившись с ней взглядом. — По крайней мере не так скоро. И не в доме моих родителей, — выдохнула Кейтлин. Вай отвернулась. Нечего сказать. Ничего, что не вышло бы криком. — Ты не расскажешь никому? — наконец спросила Кейтлин. Вай посмотрела на неё и вдруг посмеялась — коротко, горько, с надрывом. — Что ты грязная изменщица? — усмехнулась она, прикусывая губу. — Что? — нахмурилась Кейтлин. — У тебя свадьба на носу, а ты вот так… используешь людей. Так мерзко. Не знаю, чего я ожидала от тебя. Хотя могла бы догадаться. Кейтлин аккуратно взяла её за локоть и потянула к машине. — Ты чего… — начала Вай, напрягшись, но сопротивляться не стала. Люди вокруг. — Сядь в машину! — процедила Кейтлин. Вай нахмурилась, но села. Закрыла дверь, повернулась, когда Кейтлин села на заднее сиденье. — Ты ни хрена не знаешь, о чём говоришь, — зло сказала она сразу. — Ну так просвети, — усмехнулась Вай. — Это не… — Кейтлин осеклась, глядя прямо. Потом откинулась, скрестила руки. — Это не твоё дело. — Серьёзно? А чьё? Забавлялась-то ты со мной. О таком предупреждают! — Я тебе даже имя своё не сказала, а ты всё равно согласилась! — вспыхнула Кейтлин. — Не строй из себя невинность. Ты сама была не прочь. — Откуда тебе знать, что у меня в голове? Кейтлин резко наклонилась вперёд. — Мне нужен был просто секс в грёбаной подсобке, ясно? Всё дальше — твоя инициатива. И ты сама позвала меня за стойку. Так что не нужно взваливать всё на меня! — Просто… — Вай откинулась и выдохнула. — Это мерзко. — Мерзко валить всё на меня, — фыркнула Кейтлин. — Это твоя ответственность. — Я знаю! — Ну и что тогда? Чего ты хочешь?! Повисла тишина. Вай смотрела вперёд, потому что на Кейтлин смотреть было опасно. — Чтобы ты молчала, — тихо сказала та. — Я не идиотка, ладно? — процедила Вай. — О таком не болтают. — Хорошо. Больше мне ничего не нужно. Тишина снова заполнила салон. — Как ты вообще устроилась на эту работу? — вдруг спросила Кейтлин ровно, будто ни при чём. — Какая тебе разница? — Через Джейса? — скользнуло еле слышное хищное. Вай машинально обернулась, просто чтобы увидеть её лицо. И увидела ухмылку. — Угу. — Что вы там наплели моей матери, раз она решила, что ты идеальная кандидатка? — У него и спроси. Я тут ни при чём. — Ага. И тут снимаешь с себя ответственность. — Слушай, у меня из-за тебя и так всё к чертям перевернулось. Может, хотя бы перестанешь… пиздеть под руку? — выдохнула Вай раздражённо. — Ещё скажи, что тебя уволили после того вечера, — хмыкнула Кейтлин. — Представь себе. — И в этом я виновата? — В том числе. — Да ни хрена, Вай, — тихо сказала Кейтлин, снова подавшись вперёд. — Ты сама пошла. Ты сама согласилась, сама позвала. Это твои решения. — Спасибо, знаю, — глухо ответила Вай. — Тогда не смей валить всё на меня. — Я никому не изменяла. — Это не твоё дело. — Да моё это дело! — снова сорвалась Вай. — Ты использовала меня. — С чего я вообще взяла, что это хорошая идея — трахаться с тобой? — грубо бросила Кейтлин. — Хотела спросить о том же. — Что же ты тогда пела мне про групповухи, раз такая моралистка? — Я не моралистка. Просто измена — это… мерзко. — Ты ничего не знаешь. — У тебя свадьба скоро. Это всё, что мне нужно знать. Вай увидела выходящую из здания Кассандру и мгновенно оборвала разговор. Вышла, открыла ей дверь. Снова путь, найти адрес Бирка — плевать. Это сейчас было проще всего. Ехали они почти в тишине. Кассандра лишь один раз повернулась к дочери: — Примерка, должно быть, займёт время. Ты не голодна? — Нет, — сухо ответила Кейтлин. И всё. Гробовая тишина. Но Вай и не хотела слышать её голос. Кейтлин раздражала уже не просто фактом, что она ею воспользовалась, но и тем, как разговаривала с собственной матерью. Вай не могла представить, что позволит себе так разговаривать с Вандером. Что это за девушка такая? Как же она ошиблась. Видела в ней другую — милее, мягче... пусть даже с оттенком статности, может быть, эгоизма, но не такой глубины. Сейчас стало ясно: она способна задеть словом до крови и не посчитает это ни странным, ни неправильным. И появилась новая мысль: скорее всего, Кейтлин всё так просто не оставит и не даст Вай работать здесь. И, возможно, Вай бы и не стала сопротивляться. Одна лишь мысль о том, что им придётся пересекаться, колола. Но у Вай есть чем крыть. Как и у самой Кейтлин. Когда они подъехали к небольшому частному, но явно дорогому дому, Вай снова подошла к машине и открыла дверь пассажиркам. Кассандра благодарно кивнула. А вот Кейтлин выходить не спешила. — Кейтлин, ты идёшь? — спросила Кассандра. Кейтлин что-то печатала и, не отрываясь от телефона, ответила: — Дай мне пару минут, я закончу и приду. — Надеюсь, ты не заставишь ждать Бирка. Это невежливо, — сухо заметила Кассандра и направилась к дому. Вай прикрыла дверь и осталась стоять рядом, но Кейтлин резко открыла её и тихо шикнула: — Быстро сядь в машину. — Чего ты со мной так разговариваешь? — едва слышно возмутилась Вай. — Сядь! — уже громче приказала Кейтлин. Вай цокнула, но села подальше, на другом конце заднего сиденья. Приближаться не стала. В этой тесноте близость с ней была слишком сильной, неприятной, и в то же время сердце билось так, будто тело слушало совсем не разум. Она посмотрела на Кейтлин вопросительно: чего той ещё нужно? — Я не говорю матери, что ты… — Кейтлин оценивающе окинула её взглядом. — Слабо подходишь на эту роль, а ты молчишь о том, что было. Я постараюсь сделать так, чтобы мы с тобой не пересекались. И всё. Друг другу мешать не будем. Вай смотрела несколько секунд. Должна была согласиться — это разумно. Но не выдержала: чувства путались, эмоции шли впереди. — Твоя мама и так знает, что я слабо подхожу на эту роль. Так что особо нечем меня шантажировать, — усмехнулась Вай. — Ты серьёзно? — не поверила Кейтлин. — Я предлагаю тебе нормальный план. Что тебя не устраивает? — То, как ты со мной говоришь. — Как? — Невежливо. Кейтлин фыркнула и нервно потёрла лоб. — Слушай, иди нахрен, — выдохнула она со смешком. — Предложила нормальное решение — отказываешься. Готовься к тому, что работать ты тут не будешь. — Правда рискнёшь угрожать девушке, с которой изменяла? — рассмеялась Вай. — Да у тебя смелости не хватит даже озвучить это, — с вызовом бросила Кейтлин. — Хочешь проверить? — приподняла бровь Вай. — Кроме пустой болтовни у тебя ничего нет. — Вообще, есть, если подумать, — Вай снова усмехнулась. — Мы целовались прямо под камерами в баре. Кейтлин сразу посерьёзнела, но уголок губ дрогнул. — Там было темно. Вряд ли это сработает, — усмехнулась она. — И я не верю, что ты реально пойдёшь на такие махинации, только чтобы мне насолить. — А не думала, что заслуживаешь? — ядовито бросила Вай. — Я тебе ещё раз говорю: ты ничего не знаешь, и это не твоё дело, — угрожающе ткнула пальцем Кейтлин. Эта её дерзость, эта надменность, то, что она даже не пыталась показать ни капли раскаяния, злило Вай до дрожи. Принципиальность играла против неё: она знала, что должна замолчать, отступить. Знала, что не должна копаться в этом. Но чувство несправедливости жгло изнутри. Она слишком хорошо знала, что такое быть преданной, и видеть, как Кейтлин вот так поступает, было отвратительно. А хуже всего — то, что та будто даже не переживает. Вай оттолкнула её ладонь, бросила острый, ядовитый взгляд и, криво усмехнувшись, спросила: — Мужчина или женщина? — Что? — нахмурилась Кейтлин. — С кем свадьба? — Какая разница? — Любопытно. — Это не твоё дело. — Ну не знаю… — Вай откинулась на сиденье со смешком. — Даже если с мужчиной, удобно, что я тебя подготовила, не правда ли? Кейтлин опустила лицо в ладони и тяжело выдохнула. — Боже… ты отвратительна, — простонала она. Потом выпрямилась, посмотрела серьёзно. — Выкинешь ещё что-то — и я не дам тебе спокойной жизни. Просто держи это в голове. — Ну и я тебе её не дам, — усмехнулась Вай. — Делай что хочешь. Но унижаться перед идиотками вроде тебя я не собираюсь, — холодно сказала Кейтлин. — Говори что хочешь. Поверят тебе или нет — мне плевать. Но договариваться с тобой я больше не буду. Она вышла, не дав Вай ответить. Вай откинулась на сиденье и погрузилась в мысли. Внутри всё кипело. Она понимала: возможно, переборщила. Просто Кейтлин была той, кто задевал что-то слишком уязвимое. Открывала то, что хотелось закрыть грубостью, колкостью, лишь бы ничего лишнего не проникло внутрь. И чтобы не вырвалось наружу. Она знала, что и сама виновата. Сама признавала. Но признать это вслух, особенно Кейтлин, вызывало странный, почти детский страх.