Le nouveau Barista?

Your look got me hypnotized

When I gazed into your eyes

I could see the stars

And so much love filled up my heart

Baby, I want you, I need you

I know that I gotta have you

Baby, I want you, I love you

I don't wanna live without you

***

Родион и не подозревал, что сможет найти общий язык с кем‑то из обитателей цирка. Пьеро относился к нему с прохладной настороженностью — ведь он часто бывал рядом с Элеонорой. Зато с Доктором, Билетёром и, что особенно удивительно, с Джестером ему удалось выстроить едва ли не дружеские отношения. Больше всего его поразила близость с Джестером. По словам Билетёра, он не слишком жаловал людей, хотя всегда держался изысканно и учтиво. И всё же с Родионом он был… другим. Сейчас они сидели напротив друг друга, потягивая чай и ведя неспешную беседу о пустяках. Родион невольно пытался уловить, испытывает ли Джестер к нему хоть каплю искренней симпатии. Его маска полностью скрывала лицо, но парень давно заметил: на гладкой поверхности то и дело проступают едва уловимые эмоции. Как такое возможно? Это же просто пластик… Или его догадки верны? Родион не был наивным дураком, готовый слепо довериться первому встречному. У него имелись свои способы считывать людей - даже тех, в ком он не до конца уверен. — Знаете, дорогой посетитель, — произнёс Джестер, как всегда избегая называть его по имени, — вы и впрямь неплохой собеседник. Для первого раза. — Ммм? Ох, благодарю. Могу сказать то же самое, — с мягкой, чуть ироничной улыбкой ответил Родион. «Интересно, это можно считать за комплимент или за осторожное оскорбление?» — подумал он, делая небольшой глоток чая. Они провели вместе уже около тридцати минут, и последние пять Родион ощущал странную слабость - не отравление, нет, а какую‑то тягучую, колючую усталость, разливающуюся по телу. «Неужели Джестер что‑то подсыпал в чай?» — мелькнула тревожная мысль. Надо было догадаться, что их непринуждённая беседа может скрывать подвох. Подняв глаза, Родион заметил, что улыбка на маске Джестера стала чуть шире - почти хищно. — Наконец почувствовали? — мягко произнёс он. — Я уж думал, что сделал слишком маленькую дозировку. Он изящно поднялся, поставив чашку на кофейный столик. Каждое его движение было отточенным, почти танцевальным. — Вы решили отравить меня? Хотя… на яд это не очень похоже, — Родион вздохнул, осторожно опуская свою чашку. Физически сопротивляться он уже не мог - мышцы ослабли, но разум оставался ясным. — Что? Нет-нет-нет, дорогуша, — Джестер обошёл его и открыл ящик в тумбочке. — Всё совсем наоборот. Вы мне нравитесь… И я не собираюсь вас так быстро отпускать. Плавно приблизившись к Родиону сзади, он надел на его шею фиолетовый чокер. Тот защёлкнулся с тихим, но отчётливым звуком - будто поставил точку в их прежней игре. — Вы мне нравитесь, и вам придётся с этим смириться, дорогуша, — прошептал он, почти касаясь губами его уха. Вновь оказавшись перед ним, Джестер опустился на одно колено между его коленями, наклонился и легко коснулся губами его лба. Затем его палец, увенчанный острым когтем, скользнул под чокер - едва ощутимо, но достаточно, чтобы по спине пробежали мурашки.

***

— Вы странный и загадочный, Джестер, — тихо произнёс Родион, когда он наконец отстранился от его губ. — Сначала нежность, а теперь… вы ведёте себя как голодный волк. — Хм, ты прав, дорогуша, — его голос стал ниже, бархатнее. — Это странно, но ты скоро свыкнешься. Он снова прижался губами к его шее — сначала нежно, почти невесомо, затем чуть сильнее, оставляя лёгкий след зубов. Родион вздрогнул, но не от боли — от странного, волнующего ощущения. Джестер слегка прикусил кожу, до крови, а затем так же внезапно провёл языком по ранке, слизывая алую каплю. Его дыхание участилось, а пальцы впились в плечи парня - не грубо, но властно. Родион замер, пытаясь совладать с бурей эмоций. Страх смешивался с любопытством, сопротивление - с необъяснимым притяжением. Он глубоко вздохнул, пытаясь сохранить остатки самообладания, но мир вокруг уже начал кружиться — то ли от действия наркотика, то ли от близости этого загадочного, опасного монстра.