«Многоликий- Хроники мультивселенной Мидории»

Экран вспыхнул холодным, равнодушным светом, выхватывая из темноты ночной город. Ветер завывал в динамиках так реалистично, что многие зрители в амфитеатре невольно поежились, а Сущий Мик зябко поправил воротник своей куртки. В кадре появились двое. Один — избитый мужчина с разбитым лицом, сидящий на грязном покрытии крыши. Напротив него стоял зеленоволосый, совершенно простой на вид парень в спортивном костюме. Зал дружно выдохнул. Это был Изуку Мидория, но с тяжелым взглядом человека, который не спал уже очень давно. Они не дрались. Они разговаривали. — Очевидно, я люблю его, он мой отец, — произнес Изуку с экрана. Его голос звучал хрипло и глухо. Бандит хмыкнул и заговорил тоном заправского психоаналитика: — Что значит это твое «очевидно»? Просто скажи то, что хочешь сказать. Когда ты добавляешь «очевидно», это звучит уже не так уверенно. Поэтому я спрошу снова: как ты на самом деле относишься к отцу? Может, всё немного сложнее, чем ты готов признать, и это абсолютно нормально. Вы ведь почти не общались, его вечно не было рядом... — Он просто пытается вывести его из себя? — нахмурилась Мина Ашидо, наклоняясь к соседке. — Этот парень явно не понимает, с кем играет, — тихо ответила Кёка Джиро. — Ну, теперь ты будешь видеть его еще реже, — вдруг жестко усмехнулся бандит. — Потому что он мертв. — Какой чувствительный, — сухо отозвался Изуку. — Слушай, если бы я его не любил, нас бы здесь не было, верно? Мы можем не углубляться в это. — Нет уж, мы уже углубились, — парировал преступник. — Зачем бы мне пытаться найти человека, который его убил, если бы я его не любил? Зачем бы я делал всё это дерьмо? Изуку провел тыльной стороной ладони под носом, стирая кровь. — Я уж думал, это я так расчувствовался. — Нет, это, наверное, из-за того, что я ударил тебя ногой по лицу, — огрызнулся бандит. — Ага, спасибо, что напомнил. — Значит так, — голос Изуку стал ледяным. Он шагнул вперед, схватил бандита за грудки и одним мощным рывком поволок его к краю крыши, перевешивая через парапет. — Сейчас произойдет вот что: я буду держать тебя над краем этого здания, и ты скажешь мне, где скрывается Полог. Или я отпущу руку. Амфитеатр взорвался потрясенным вздохом. — Каминари, ты это видишь? — прошептал Ханта Серо, не веря своим глазам. — Вижу, но мой мозг отказывается это обрабатывать, — сглотнул Денки Каминари. — Этот «герой» сейчас держит здорового мужика над пропастью одной левой, — усмехнулся Бакуго Кацуки, откинувшись на спинку кресла. Его глаза хищно блеснули. — И делает он это без всякой дурацкой причуды. Наконец-то задрот начал действовать жестко. Бандит на экране запаниковал, начал сыпать проклятиями и визжать во всё горло. — Эй. Эй! Я вытащу тебя, если ты, мать твою, заткнешься, — процедил Изуку. Но паника преступника только усилилась. Изуку посмотрел на него пустым взглядом. — Сэр, если вы хотите повода для крика... я дам вам повод для крика. И он разжал пальцы. — Изуку! Нет! — вскрикнула Инко Мидория, вскакивая с места. Тошинори Яги тут же оказался рядом, осторожно поддерживая её за плечи. Тело бандита с истошным воплем полетело вниз во тьму переулка. Спустя мгновение раздался глухой, упругий удар. Изуку на экране невозмутимо перегнулся через парапет. — Эй! Я испортил отличный матрас, чтобы убедиться, что ты не сдохнешь! Не благодари! — Матрас?! — истерично хохотнула Очако Урарака, оседая обратно в кресло. — Слава богу! — Жестоко, но абсолютно рационально, — кивнул Айзава Шота, пряча легкую ухмылку в складках своего шарфа. Экран потемнел, выдав быструю нарезку кадров: Изуку в полумраке надевает базовую броню, камера мельком выхватывает огромный металлический силуэт в тенях. Резкая вспышка — и что-то тяжелое взмывает в небо. Сцена сменилась на сталелитейный завод. Изуку проник внутрь тихо, полагаясь на стелс. В главном помещении он обнаружил наемника, который явно ждал его. — Слушай, — протянул Изуку, скрестив руки на груди, и на его губах заиграла дерзкая ухмылка. — А можно мне копию этого видео, когда мы закончим? Потому что я собираюсь выбить из тебя всё дерьмо, а такие ролики собирают кучу просмотров. Может, станем вирусными? — Да ну ладно! — Эйджиро Киришима ударил кулаком по ладони. — Мидория только что выдал крутую фразу перед боем?! Мужик! Бандит попытался задеть Изуку рассказом о смерти его отца. На экране Изуку лишь холодно процедил: "Я понял". В следующую секунду стену пробила массивная металлическая фигура боевого робота и снесла бандита в коридор. — О МОИ МАЛЫШКИ! — истошно завопила Мэй Хацумэ, чуть не перевалившись через переднее сиденье. — ВЫ ЭТО ВИДЕЛИ?! ПОЛНОЦЕННЫЙ БОЕВОЙ МЕХ! — Идеальное использование тяжелой техники для эффекта внезапности, — с серьезным видом прокомментировал Иида Тенья, активно рубя воздух руками. В комнате на экране повисла тишина. Спустя пару минут из коридора послышался влажный, хрустящий звук. Избитый бандит, тяжело дыша, заполз обратно в помещение. Его кости были явно сломаны в нескольких местах. На экране Изуку смерил его холодным, почти презрительным взглядом. — Начинаю думать, что мне не стоило портить отличный матрас, чтобы смягчить твое падение, — хмыкнул Мидория. — Отличный? — булькающе рассмеялся избитый бандит, выплевывая кровь на пол. — Я полагаю, этот сборник спермы и так валялся в мусорном баке. Зал в амфитеатре поморщился от столь грязной шутки. На экране же бандит выпрямился, и его улыбка стала шире: — Может, просто пропустим ту часть, где ты раскрываешь свою дерьмовую суперсилу, чтобы мы могли подраться по-настоящему? В зале повисла тишина, а затем Бакуго разразился хриплым смехом. — Ха! А задрот-то с яйцами! Он сам вызывает его на бой, зная, что тот сейчас превратится в монстра! Тело бандита содрогнулось. Сломанные кости хрустнули, кожа лопнула, и из-под неё начала вырываться огромная масса ядовитой, булькающей слизи, которая мгновенно оплела скрытые в теле механические импланты. — Можешь звать меня Токсик, бро... — булькающим голосом произнес монстр. И только в этот момент Изуку шагнул вперед. Кабина робота раскрылась, впуская пилота, и с лязгом запечаталась. Глаза машины вспыхнули неоновым светом. Битва превратилась в хаос из скрежета металла и плеска токсичной слизи. Внезапно из темных коридоров посыпались другие злодеи. Наемники открыли шквальный огонь по Мехамену. А на верхнем ярусе, в тени металлических конструкций, словно призрак, появилась высокая, неподвижная фигура Полога. Он стоял, скрестив руки на груди, холодно и расчетливо наблюдая за тем, как уничтожают героя. Токсик растекся по полу и мощным рывком обвил ноги робота. Слизь затвердела, смешиваясь с металлическими скобами. — Сколько у тебя там осталось на щитах? — расхохотался Токсик. — Босс сказал, что у тебя двадцать восемь... Полог говорит, что ему нужен только Астральный импульс. Изуку внутри кабины выслушал расчеты ИИ: 12.89 секунд до критического урона. — К черту, — выдохнул он. Двигатели робота взревели на предельной мощности. Изуку рванул вверх с такой чудовищной силой, что Токсик не смог его удержать. Металл заскрежетал, и массивная бронированная нога робота с треском оторвалась, оставшись в цепкой хватке Грязевого злодея. Но Мехамен вырвался. Он пробил крышу сталелитейного завода и взмыл в ночное небо. На экране Изуку, тяжело дыша, позволил себе слабую, искреннюю улыбку. — Идеально. Всё идет по плану. Выбираемся отсюда, детка. Давай! — радостно засмеялся он. Но камера сместилась вниз. Далеко внизу Полог и Токсик спокойно уходили прочь. В кабине робота зазвучал голос ИИ: "Статус стабилен. Обнаружено постороннее устройство." Улыбка мгновенно сползла с лица Изуку. Камера показала спину робота. Там, на броневых пластинах, угрожающе мигала прикрепленная бомба с таймером. — Твою мать... — только и успел выдохнуть Изуку. Ослепительная вспышка поглотила ночное небо. Оглушительный грохот сотряс динамики. Огромный, пылающий шар огня разорвал облака, и искореженные, горящие обломки металла дождем рухнули вниз. Камера зафиксировалась на искореженной кабине, которая камнем падала с небес, оставляя за собой густой черный дым, пока с чудовищной силой не врезалась в землю. Экран потемнел. В амфитеатре началась настоящая паника. — ИЗУКУ! — в голос закричала Инко, рванувшись вперед. — Он мертв?! Скажите мне, что он не умер! — в слезах взвизгнула Урарака, вцепившись в волосы. — От такого падения не выживают... — с ужасом прошептал Иида, его губы дрожали. Даже Бакуго застыл, его зрачки сузились в точки, пока он смотрел на черный экран, отказываясь верить, что Деку мог вот так просто погибнуть. Вспыхнула заставка экстренного выпуска новостей. На экране появились архивные кадры: чертежи, первые грубые прототипы брони и старые вырезки из газет. Строгий голос диктора начал свой рассказ. Личности пилотов не раскрывались — они были величайшей тайной. — Прошло чуть больше четырех месяцев с тех пор, как эти кадры облетели Южную Калифорнию, — вещал диктор. — Погодите-ка... — Айзава поднял голову, вслушиваясь в слова диктора. — Выпуск новостей спустя четыре месяца? Если они обсуждают это сейчас... — Он выжил! — выдохнула Урарака, и слезы ужаса моментально сменились слезами облегчения. — Деку жив! Инко обессиленно опустилась в кресло, прижимая дрожащие руки к лицу. Герои в зале коллективно выдохнули, сбросив напряжение. — Почти пятьдесят лет этот символ защищал Лос-Анджелес от организованной преступности, — продолжал диктор. — Построенная обычным гражданином, человеком без суперсил, опирающимся лишь на свой интеллект и технологии, династия Мехаменов стала щитом для этого города. Голос диктора дрогнул, став тяжелее: — Но они не всегда выживали. На экране всплыла пронзительная, жуткая фотография. Разрушенная улица, покрытая серой бетонной пылью. На переднем плане — спасенные люди, среди которых сидела испуганная, перепачканная в саже, но живая маленькая девочка. А прямо за её спиной, из-под огромных, неподъемных бетонных завалов, безжизненно торчала искореженная металлическая рука первого Мехамена. Он пожертвовал собой, чтобы они жили. В амфитеатре повисла гробовая тишина. Всемогущий медленно склонил голову, закрыв глаза. — Истинный герой... — тихо, с безграничным уважением прошептал Тошинори Яги. — Отдать свою жизнь, не имея ни капли сверхсил, ради улыбки одного ребенка. Кацуки Бакуго смотрел на экран, стиснув зубы до скрежета; даже он не мог отрицать величия этого поступка. — После героической гибели Прайма в бою, мантию принял его сын — следующий Мехамен, известный под позывным «Астрал», — продолжал диктор. — Он стал легендой, объединившись со звездной группой героев «Храбрая Бригада». Но величайшая трагедия ударила изнутри, когда Полог, уважаемый член этой же команды, предал их. Став злодеем, он хладнокровно убил второго Мехамена. На экране появилась тюремная фотография Полога. Строгое лицо, идеально зачесанные волосы и пронзительный взгляд сквозь очки. Зал ахнул. Всемогущий побледнел и вцепился в подлокотники. — Сэр... Ночноглаз? — хрипло выдавил из себя Тошинори. — Наш Сэр... предатель? Убил напарника? — Мирио Тогата в ужасе закрыл лицо руками. — Город погрузился во тьму, и люди потеряли всякую надежду, — голос диктора стих, уступая место шуму океана. Кадры сменились на залитый солнцем пляж. Люди, до этого ходившие с опущенными головами, вдруг начали останавливаться. Они указывали пальцами ввысь. Там, высоко в ярком небе, с ревом двигателей промелькнул мощный, безошибочно узнаваемый силуэт новой брони. — Но затем появился он. Третий Мехамен принял мантию, — с надеждой произнес диктор. — Значит, местный Мидория — сын второго Мехамена! — с восторгом воскликнул Иида. — Он не бросил город в беде и смело принял мантию отца! — Да! Он продолжил семейное дело! — с широкой улыбкой добавил Киришима. Голос диктора на фоне снова стал мрачным: — Но смерть не пощадила и нынешнего Мехамена. Трагедия ударила вновь. Однако, в отличие от предыдущих версий, на этот раз Мехамен выжил... по крайней мере, его пилот. И снова резкий переход. Плотно набитый зал для пресс-конференций. За трибуной стоял осунувшийся, невероятно бледный Изуку. Его лицо покрывали свежие, еще не зажившие ссадины, а правая рука была тяжело перебинтована и жестко зафиксирована на перевязи у груди. Жуткое напоминание о смертельном взрыве. Журналисты кричали, перебивая друг друга. — Пилот! Пилот! Можете ли вы подтвердить текущее состояние костюма Мехамена?! Изуку опустил взгляд. Его голос был ровным: — Костюм поврежден без возможности восстановления. В связи с этим, я ухожу с поста Мехамена. Немедленно. По залу амфитеатра прокатился гул. — Означает ли это, что всё кончено? Вы больше не вернетесь? — протиснулся второй репортер. — У меня нет костюма и нет суперсил, — сухо ответил Изуку. — Так что да, за исключением чуда, я закончил. И тут к микрофону вальяжно подошел журналист с издевательской усмешкой. Нейто Монома. — Итак, — сладко протянул экранный Монома. — Полог убивает вашего отца, садится в тюрьму, сбегает через пятнадцать лет и немедленно заманивает вас в ловушку, где уничтожает костюм Мехамена и отправляет вас в кому на целых четыре месяца. У меня вопрос из двух частей. Первая: почему Полог просто не убил вас? Вы были без сознания всё это время. Убрать вас было бы проще простого. Изуку посмотрел на журналиста. — Пологу нужен был Астральный импульс и полное уничтожение Мехамена. Он получил и то, и другое. Не думаю, что я сам имел для него большое значение. — Верно, вы незначительны, — с жестоким удовлетворением припечатал Монома. — Эй, какого черта?! — взревел Кацуки Бакуго, ударив по подлокотнику. — Вырви ему кадык, Деку! Экранный журналист продолжал: — Что подводит меня ко второй части. Большинство героев мстят за свою семью. Вы же сделали прямо противоположное — вы убили их наследие. Скажите, насколько сильно был бы разочарован ваш отец, будь он сейчас здесь? Ваши отец, ваш дед... должно быть, они прямо сейчас переворачиваются в гробах. Амфитеатр взорвался возмущением. Камера взяла крупный план израненного лица Изуку. Его глаза, до этого пустые и усталые, вдруг вспыхнули стальным, пугающим блеском. Он выпрямился, несмотря на боль, опершись здоровой рукой о край трибуны, и подался вперед, прямо к микрофону, словно нависая над всем залом. — Я думаю, он был бы горд тем, что я жив, — голос Изуку обрушился на журналистов, тяжелый, непоколебимый и пугающе спокойный. — Что, как вы так чутко заметили, к нему не относится. Я знаю, что пожертвовал всем. Я отдал свою кровь, свое тело и свою жизнь этому городу. Быть Мехаменом и защищать это общество было величайшей честью в моей жизни. И теперь мне придется жить, зная, что я сделал всё, что мог, пока вы стояли в стороне и просто смотрели. Спасибо, что пришли. Он развернулся и ушел со сцены под гробовое молчание репортеров. — Черт возьми... — выдохнул Серо. — Это было невероятно. Он просто уничтожил его словами. Экран плавно перешел от студийного изображения к экрану телевизора. Кадр расширился. Оказалось, что этот самый выпуск новостей — повтор с аналитикой — прямо сейчас транслировался на плазме, выставленной в витрине магазина на ночной улице. Дикторы на фоне продолжали искажать его слова и спорить, трус он или жертва. Камера отъехала еще дальше. Прямо на этой улице стоял сам Изуку. В простой куртке, засунув здоровую руку в карман и бережно придерживая поврежденную, он молча смотрел на то, как медиа пережевывают остатки его жизни. Внезапно картинка дернулась. Двое парней в масках, кряхтя, выдернули шнур из розетки и потащили плазму прямо из разбитой витрины. Изуку устало вздохнул. — Эй, придурки, — спокойно произнес он. — Просто поставьте телевизор на место, и можете уходить. Я не скажу копам, и этому не нужно перерастать в конфликт. Бросив плазму, один из бандитов выхватил пистолет и направил его на Изуку. — Кого ты назвал придурками, мудак?! Давай грузи, у нас тридцать секунд. А ты вообще кто такой, гребаный рейнджер-бомж? Изуку спокойно посмотрел на них: — Я — Мехамен. Бандиты переглянулись и громко расхохотались. Тот, что стоял рядом с телевизором, достал монтировку и насмешливо ткнул ею в сторону погасшего экрана, на котором только что транслировали репортаж про павшего героя. — Вот Мехамен! — издевательски протянул он, указывая на стекло. Изуку посмотрел на направленный на него пистолет, затем на монтировку. В его глазах не было ни капли страха. Он выпрямился, сделал тяжелый шаг вперед, и в его голосе зазвучала та самая непреклонная сталь. — Это мой костюм, — отрезал Изуку, глядя прямо на грабителей. — Я и есть Мехамен, придурок. Бандиты переглянулись и разразились хриплым, лающим смехом. Тот, что держал пистолет, презрительно хмыкнул, переведя взгляд на безжизненно висящую, искалеченную после недавнего взрыва левую руку Мидории. — Слушай, ты ранен, и соображаешь сейчас не очень, — процедил грабитель, поигрывая оружием и откровенно наслаждаясь своим мнимым превосходством. — Тебе точно не стоит лезть в драку с тем, кто прекрасно знает, из какой руки прилетит каждый твой гребаный удар. Он ждал выпада с правой. Он был абсолютно уверен, что раненый человек инстинктивно будет беречь сломанную конечность и попытается бить здоровой. И это стало его фатальной ошибкой. Изуку рванул вперед. Но вместо того, чтобы ударить правой, он с пугающим, звериным рывком выбросил вперед искалеченную левую руку. Раздался тошнотворный, влажный хруст — кости Мидории сместились еще сильнее, пронзая мягкие ткани, но удар достиг цели. Тяжелый кулак, прорвавшись сквозь пелену невыносимой агонии, с сокрушительной силой впечатался прямо в челюсть вооруженного главаря. — О БОЖЕ! — в ужасе вскрикнула Очако Урарака в амфитеатре, в панике прикрывая рот обеими руками. — Он ударил сломанной рукой?! — побледнел Иида Тенья, его голос предательски дрогнул. — Это же чистое безумие! Болевой шок должен был вырубить его на месте! Главарь рухнул как подкошенный, выронив пистолет. Изуку пошатнулся, его лицо приобрело мертвенно-бледный, почти серый оттенок от пронзившей всё тело боли, он едва держался на ногах. И в этот момент его короткий триумф обернулся катастрофой. Подельники, на секунду опешившие от такой самоубийственной жестокости, с яростными криками набросились на него. — Ах ты сука! — завопил парень с монтировкой, наотмашь обрушивая тяжелый кусок металла на ребра героя. Из густой тени переулка выскочили еще двое. Изуку пытался отбиваться здоровой правой рукой, но их было слишком много. Они повалили его на грязный, усыпанный битым стеклом асфальт, навалившись всей толпой, жестоко вдавливая в землю и нанося глухие, тяжелые удары. — Вставай, Деку! Вставай, черт тебя дери! — зарычал Бакуго Кацуки, побелев от злости и так сильно вцепившись в подлокотники своего кресла, что плотная ткань затрещала по швам. На большом экране Изуку глухо хрипел под тяжестью нападавших. Казалось, это конец — глупая, бессмысленная смерть в грязной подворотне после того, как он чудом выжил в адском взрыве. И тут сверху раздался нарастающий, пронзительный свист рассекаемого воздуха. БАМ! В самый центр кучи-малы приземлилось что-то невероятно тяжелое. Ударная волна была такой силы, что бандитов буквально смело в разные стороны. Один из них с истошным воплем улетел куда-то высоко в темноту, и через секунду раздался глухой, гудящий звук удара о металлический короб вентиляции на соседней крыше. Когда густая пыль и бетонная крошка начали медленно оседать, над тяжело дышащим Изуку возвышалась высокая, статная фигура. В амфитеатре воцарилась гробовая тишина, которую внезапно разорвал потрясенный, хриплый выдох Всемогущего. — Не может быть... — прошептал Тошинори Яги, не веря своим глазам. На экране стояла женщина. На спасительнице был плотный, эластичный костюм в кричащих сине-желтых тонах. Идеально уложенные, неподвластные ветру светлые волосы, сильный, волевой подбородок и ослепительная, сверкающая в неоновом свете широкая американская улыбка. — Эй, ребята... — неуверенно протянул Денки Каминари, нервно сглотнув. — Звездно-Полосатая... — выдохнула Момо Яойорозу, в глубоком шоке распахнув глаза. — Черты лица, прическа, даже эта невероятная уверенность в себе и стойка. Одно лицо! — Только костюм совсем другой, — нахмурился Айзава Шота, придирчиво оглядывая сине-желтую экипировку героини. — Сплошной гладкий корпоративный брендинг, рассчитанный на объективы камер. Местная версия Кэтлин Бейт работает на какую-то сеть по найму героев? Героиня на экране картинно отряхнула руки. — Тот парень, которого я швырнула... он приземлился на крышу, всё путем! Хух! — бодро и мелодично заявила она. — Привет. Я Блонд Блейзер. Работаю в Супергеройской Диспетчерской Сети. Изуку, всё еще мучительно морщась от боли, поднял на нее полный скепсиса взгляд. — Да. Я знаю, кто ты. Ты типа знаменитость. — О, я бы не стала так говорить, — Блонд Блейзер скромно потупила взгляд. — Я просто корпоративный герой по найму. А вот ты — настоящее дело. Это ты знаменитость. — Не думаю, что печальная известность — это то же самое, что и слава, — мрачно отозвался Мидория. Улыбка мгновенно исчезла с лица Блонд Блейзер. Она посмотрела вниз, и её идеальные черты исказила гримаса отвращения при виде вывернутой левой руки Изуку. — О боже, твоя рука... Твою мать. Да уж, выглядит просто мерзко. Ты сейчас похож на какого-то мима-диджея. Дай взгляну, я помогу. Она быстро присела рядом. Изуку весь напрягся. — Ладно... но ты вообще делала это раньше? Потому что может... ХРУСТ. Блонд Блейзер резким, абсолютно безжалостным, но пугающе выверенным движением вправила смещенную кость на место. Изуку неестественно выгнулся дугой и глухо, утробно закричал сквозь намертво стиснутые зубы. — Грубое, варварское исполнение, но анатомически абсолютно верное, — внезапно раздался скрипучий, старческий голос с самых задних рядов амфитеатра. Зал дружно вздрогнул. В кресле, которое еще секунду назад пустовало, невозмутимо сидела Исцеляющая Девочка, опираясь на свою фирменную трость-шприц. — Исцеляющая Девочка?! — хором воскликнули пораженные Урарака и Иида. Воздух в просторном зале слегка завибрировал. «Я счел необходимым пригласить эксперта,» — прогремел бесстрастный, всеобъемлющий голос сущности. «Вселенная, которую вы сейчас наблюдаете, отличается крайней жестокостью и бескомпромиссным реализмом. Учитывая то колоссальное количество тяжелых травм, профессиональный медицинский комментарий будет для вас весьма познавателен.» Блейзер помогла тяжело дышащему Изуку подняться. — Выглядишь так, будто тебе не помешало бы выпить. Сцена плавно сменилась. Они сидели в полутемном, прокуренном баре для супергероев, залитом резким неоновым светом. Изуку сидел за потертой барной стойкой в своей старой куртке, а Блонд Блейзер продолжала допрос. — Значит, как ты всё это оплачивал? Миллионы? — Да. Я практически сжег всё свое наследство, — криво усмехнулся Изуку. — Последние пару лет это были просто изолента, обрезки металла и абсолютное упрямство. — Зачем ты это делал? Довести себя до полного финансового краха? — Не знаю. Наверное, мне просто нравится помогать людям. Почувствовав сильную жажду, он машинально потянулся к стоящему перед Блейзер большому прозрачному стакану со льдом, решив, что это вода. Он сделал большой, жадный глоток. Горло обожгло, словно он проглотил раскаленные угли. Изуку резко подался вперед и с силой выплюнул всё содержимое рта прямо в лицо сидящей напротив героине. В зале амфитеатра грянул абсолютно истерический смех. Серо Ханта зашелся кашлем, а Денки схватился за живот. — Господи... — прохрипел Изуку на экране. — Это же... это не вода! Это чистый спирт! Блонд Блейзер сидела абсолютно неподвижно. С её лица стекали капли. — Я знаю, — ледяным тоном произнесла она. — Потому что ты только что выплюнул его мне прямо в открытый рот. Я пойду приведу себя в порядок. Она раздраженно встала и направилась в уборную. Изуку остался один у стойки. И тут тишину разорвал грубый, визгливый крик: — Эй, сучка! Эй, я с тобой разговариваю, сучка! Изуку медленно обернулся. К нему развязной походкой направлялся парень. Он был одет в облегающий черно-оранжевый костюм с глубоким V-образным вырезом, который полностью обнажал его мускулистую грудь. На его лице красовались нелепые солнцезащитные очки, но зрители в амфитеатре смотрели не на костюм. Они в шоке уставились на взъерошенные пепельно-светлые волосы, на вечно оскаленную челюсть и вызывающую стойку. Сходство было абсолютным. — БАКУГО?! — хором заорал весь класс 1-А. Кацуки Бакуго застыл, словно пораженный ударом молнии. Глаза его мгновенно налились кровью, а из ладоней повалил дым. Позади местного, орущего двойника Бакуго маячили еще две колоритные фигуры. Один из них оказался невероятно низким, коренастым мужиком с густыми черными усами. На нем была надета зеленая рубашка с подтяжками, а правая рука, хоть и была такой же длины, как левая, оказалась сплошь покрыта огромной цветной татуировкой розы. Вторая фигура — темнокожая девушка в облегающем серо-черном костюме с маской. За её спиной угрожающе поблескивали раздвинутые веером острые металлические крылья-лезвия. — Это же... Амаджики-семпай и Хадо-семпай?! — в ужасе воскликнул Мирио Тогата. — Наша Большая Тройка?! Почему лучшие ученики Юэй здесь выглядят как усатый коротышка и летающий ассасин на подхвате у этого придурка в очках?! — Просто чтобы ты знал, я обернулся только потому, что кто-то крикнул, а не потому, что я сучка, — ровно ответил Изуку. — Ты что, новости не смотришь, придурок? — рявкнул экранный двойник Бакуго. — Это бар для супергероев! Меня зовут Фламбе! Изуку слегка прищурился, скользнув усталым взглядом по коренастому усачу и крылатой наемнице. Он видел их впервые в жизни, эти двое были ему абсолютно незнакомы. Но вот крикливый парень в центре в солнцезащитных очках... — Подожди... да, я вспоминаю тебя, — медленно произнес Изуку, глядя прямо на Фламбе и полностью игнорируя его свиту. — Ты тот самый парень «в солнцезащитных очках в помещении ночью». Твоя суперспособность в том, что ты даешь всем понять, какой ты мудак. Потому что так нельзя делать, если только ты не за финальным столом Мировой серии покера. Но даже если ты выиграешь, ты всё равно останешься полным неудачником. Фламбе взревел. Кожа на его руках стремительно покраснела, и из ладоней вырвались ревущие языки пламени. — Я настоящий герой, а ты больше не Мехамен! Он бросился в атаку. Изуку даже не удосужился встать со стула. С невероятным спокойствием он взял со стойки стакан с ледяной водой и плеснул всё содержимое прямо в горящее лицо нападающего. ПШШШШ! Огонь мгновенно потух. Фламбе, ослепленный водой, оступился, его ботинок предательски скользнул по луже на полу. Он рухнул вперед и с сочным хрустом приложился открытым ртом прямо об острый угол барной стойки. Фламбе обмяк и осел на пол. Из его рта на доски с тихим звоном выкатился выбитый зуб. Он потерял сознание, так и не нанеся ни одного удара. Незнакомые Изуку Громила и Купе в шоке уставились на поверженного лидера. В амфитеатре Киришима заржал в голос, а за ним и весь класс 1-А. — Он вырубил его... просто стаканом воды и мокрым полом! — задыхаясь от смеха, выдавил Серо. Бакуго сидел молча, но вокруг него буквально плавился воздух от ярости. — Какому-то хрену срочно нужен дантист, — равнодушно заметил Изуку. — Передайте Блейзер, что я жду снаружи. Кадры на экране слегка дрогнули и сменились. Шумный бар остался позади. Изуку стоял на темной улице у кирпичной стены, рассматривая что-то в куче мусора. Блонд Блейзер, наконец приведя себя в порядок после спиртового душа, вышла из черного входа бара, держа в руках два бумажных стаканчика с напитком «НайтКап». — Я не могла тебя найти, — сказала она, подходя ближе. — Всё нормально. Я просто любовался искусством на этом мусорном баке, — невозмутимо ответил Изуку, указывая на неразборчивое граффити. — Ума не приложу, зачем кто-то соединил эти слова вместе. — Почему ты держишь выпивку? — он кивнул на стаканчики. — НайтКап. А у тебя неприятности, — строго произнесла Блейзер. — Собственно, по словам бармена, именно неприятностью ты и являешься. Что там произошло? Я выхожу, бармен в бешенстве, вся атмосфера в заведении неловкая, и я чуть не вывихнула лодыжку на этом чертовом скользком полу. Изуку сохранил абсолютно невинное выражение лица. — О, мой стакан выскользнул из рук, и я немного намусорил. Совсем чуть-чуть. — Да, звучит не очень убедительно, — вздохнула Блейзер, протягивая ему стаканчик. — Держи. Я знаю одно местечко, немного в стороне. Проще будет долететь. Она активировала системы своего костюма, подхватила Изуку, и они взмыли в холодное ночное небо. Полет был недолгим. Блейзер мягко приземлилась, опустив Изуку на твердую поверхность огромного, подсвеченного рекламного щита высоко над сияющим Лос-Анджелесом. Они постояли в тишине, глядя на мерцающий город. Ветер трепал их волосы. — Всё это... было довольно ошеломляюще, знаешь, — тихо признался Изуку. — Я не часто выбираюсь куда-то. И, думаю, мне это было нужно. Так что спасибо, что вытащила меня. Я правда отлично провел время. Блонд Блейзер повернулась к нему, её лицо смягчилось. — Не переживай об этом, Роберт Робертсон. Изуку резко замер, словно наткнулся на невидимую стену. Его взгляд посуровел. — Откуда ты знаешь мое имя? Блейзер неловко моргнула и слегка улыбнулась. — Упс. Что ж... Ладно, я скажу тебе, но только после того, как ты объяснишь мне, как ты вообще оказался с таким именем. — О, ты имеешь в виду имя вроде Роберт Робертсон Третий? — криво усмехнулся он. В амфитеатре повисла звенящая тишина. — Роберт Робертсон... Третий? — недоуменно переспросил Каминари, нахмурившись. Блонд Блейзер на экране тоже выглядела искренне удивленной. — Третий? Трижды? — Да, трижды это случалось, — кивнул Роберт, глядя на огни мегаполиса внизу. Его голос стал тяжелым, пропитанным застарелой горечью. — Сначала был дедушка Бобби. Потом мой отец, которого я называл папой, но для всех остальных он был Робби. А потом появился я. Роберт. Потому что я хотел, чтобы меня воспринимали всерьез. Инко Мидория судорожно затаила дыхание, вслушиваясь в эту чужую, трагичную историю своего сына из другого мира. — Это семейная традиция во многих смыслах, — продолжил Роберт. — Дед был первым Мехаменом. Он погиб в костюме еще до моего рождения. Отец был убит в бою со Шраудом. Именно тогда я принял эстафету. Оставалось немного наследства и деньги по страховке жизни. Блейзер опустила взгляд. — Мне так жаль. Я не знала... — Да, просто заурядная, грустная история происхождения супергероя, — Роберт пожал плечами, делая глоток из стаканчика. — Семейная традиция, если она вообще есть — это умирать в этом костюме. О чем мне, видимо, больше не нужно беспокоиться. Он замолчал, глядя в пустоту. Блейзер подошла ближе, её тон стал абсолютно серьезным, деловым. Вся корпоративная мишура бесследно исчезла. — Извини. Я здесь с определенной целью, — сказала она. — То, как я вела себя сегодня вечером... извини, это было немного сумбурно. Немного непрофессионально. — Непрофессионально? — хмыкнул Роберт. — Не уверен, что это слово здесь подходит. — Я действительно здесь по официальному делу, — продолжила Блейзер. — Откуда я знаю твое имя... То предложение, о котором я упомянула прямо перед тем, как ты плюнул мне в открытый рот. — Я всё еще сгораю от стыда из-за этого, — виновато поморщился Роберт, отводя взгляд. — Всё в порядке, — отмахнулась она. — Помнишь супергероя по имени Трекстар? Глаза Роберта слегка расширились от удивления. — Конечно. Он вроде как семья, с которой я очень давно не общался. — А что насчет него? — Я работаю с ним в СДС, — объяснила Блейзер. — Он рекомендовал тебя. Упомянул, что работал с твоим отцом. — Да, он был самым молодым членом Храброй Бригады, так что какое-то время работал моей нянькой, — кивнул Роберт, и на его губах промелькнула слабая тень улыбки. — Как он там? — У него всё отлично. И он — главная причина, по которой я здесь, Роберт. Зал амфитеатра вновь вздрогнул от этого имени, впитывая тяжесть наследия. — Я хотела бы сделать тебе предложение, — продолжила Блейзер, повернувшись к нему всем корпусом. — В обмен на диспетчеризацию и наставничество некоторых наших начинающих героев, СДС может снова сделать тебя Мехаменом. Но на этот раз со всеми ресурсами, которыми располагает такая огромная корпорация, как наша. Больше никаких платежей из своего кармана за ремонт, никакого вспомогательного персонала за твой счет. Весь пакет. Роберт слушал её, не перебивая. — Да, ты прав, это был довольно непрофессиональный способ завербовать кого-то в нашу корпоративную чушь, — Блейзер развела руками. — Я знаю. Мне жаль. Это большие инвестиции. Потребуется немало времени и баснословных денег, чтобы полностью починить костюм и заменить утерянные детали. Времени как раз хватит, чтобы в совершенстве научиться диспетчеризации и повысить уровень выживаемости некоторых героев из нашего списка. Твой уникальный опыт, твоя бешеная трудовая этика, твоя перспектива уличного бойца — всё это бесценно. Поделись этим, Роберт. Тебе еще есть что дать этому городу. Так когда мы начнем? Роберт медленно поднялся. Холодный ветер яростно трепал его поношенную куртку, но в его осанке, несмотря на боль в руке, снова появилась та самая стальная, несокрушимая уверенность. — Подожди. Значит, вы хотите, чтобы я диспетчеризировал... Что это вообще значит? — О, точно, — Блейзер ударила себя по лбу. — Я же должна была протестировать тебя в баре. Пьяные люди не должны бросать вещи в пьяных людей. Учту. Так мы ждем или как? Что происходит? Блейзер с легкой улыбкой бросила ему какой-то небольшой металлический предмет. Роберт рефлекторно поймал его здоровой рукой и непонимающе покрутил в пальцах. — Ждем? Что происходит? — нахмурился он. — Что это? — Эта штука должна была эффектно раскрыться, пока летела к тебе, — со вздохом пояснила Блонд Блейзер, скрестив руки на груди. Спустя пару неловких секунд предмет в руке Роберта наконец тихо щелкнул и механически трансформировался, развернувшись в пару высокотехнологичных очков. — Ладно, надевай, — кивнула Блейзер. — Это часть твоей оценки. И не слишком дергайся, пока будешь там, мы всё-таки сидим на самом краю рекламного щита. Роберт надел очки. Стекла мгновенно ожили, проецируя сложный, многоуровневый тактический интерфейс, и окутывая его лицо холодным синим светом. Голос системы эхом разнесся по виртуальному пространству, проецируемому высокотехнологичными очками прямо на сетчатку Роберта. Холодный, стерильный синий свет заливал его избитое лицо, пока он неподвижно сидел на самом краю гигантского рекламного щита, высоко над мерцающими в ночи огнями Лос-Анджелеса. Ветер трепал его поношенную куртку, но внутри очков разворачивалась совершенно иная реальность. «Приветствуем вас в этой обучающей симуляции, — произнес женский, неестественно бодрый и идеально поставленный голос ИИ. — Мы можем быть супергероями, но мы ничто без настоящего героя СДС... диспетчера». В амфитеатре повисла напряженная тишина. Ученики класса 1-А, затаив дыхание, наблюдали за тем, как перед глазами измученного, потерявшего всё ветерана разворачивается глянцевая имитация геройской работы. На огромном экране интерфейс симуляции выглядел как продвинутая видеоигра со всплывающими окнами, графиками риска и аккуратными цветными иконками доступных бойцов. — Настоящий герой — диспетчер? — недоверчиво переспросил Эйджиро Киришима, нахмурив брови. — Это звучит как-то... принижающе по отношению к тем, кто реально рискует жизнью на улицах. — Это корпоративная психология, Киришима, — мрачно отозвался Айзава Шота, не отрывая взгляда от экрана. — Они внушают сотрудникам техподдержки их исключительную важность, чтобы оправдать тотальный контроль над полевыми агентами. «Итак, диспетчер, с чего мы начнем?» — жизнерадостно, с пластиковой интонацией спросил аватар условного героя на экране Роберта. Роберт, чья варварски вправленная левая рука всё еще горела тупой, пульсирующей болью, здоровой правой рукой неуверенно потянулся к виртуальному интерфейсу. «Ну-ну, кажется, прошлой ночью я видел каких-то пугающих, подозрительных типов, выходящих из старого кинотеатра», — сообщил диктор симуляции, подкидывая первое тренировочное задание. Система начала сыпать инструкциями, объясняя базовые принципы распределения ресурсов. На экране замелькали графики: Роберт должен был оценивать уровень угрозы и подбирать героя с идеальным навыком для конкретной ситуации. «Вы получите требования... этот график покажет героя с талантом, который звучит как минимум как разумный подход...» — монотонно вещал голос, пока Роберт пытался разобраться в переплетении меню и подменю. — Это... это невероятно эффективно с логистической точки зрения, — пробормотал Изуку Мидория, быстро строча в своем блокноте. — Они превратили патрулирование и реагирование на угрозы в холодный математический алгоритм. Никаких случайных столкновений на улицах, тотальная минимизация сопутствующего ущерба. — Но в этом нет ни капли души, ква, — тихо отозвалась Тсую Асуи. — Это выглядит так, будто они управляют курьерами по доставке пиццы, а не спасают жизни. «Я сейчас вернусь, — сообщил виртуальный герой на экране Роберта, успешно завершив задание у кинотеатра. — Когда герой возвращается в СДС, не забудьте оценить эффективность его работы в системе...» Голос диктора стал более торжественным и пафосным, на фоне заиграла вдохновляющая синтезаторная музыка. «Организованные преступники, часто возглавляемые номинальными суперзлодеями — это настоящий бич Южной Калифорнии. Мы неустанно работаем, чтобы искоренить их». И тут же симуляция подбросила новую задачу. «Музей проводит выставку, посвященную местным супергероям, и им нужен приглашенный спикер. Безупречное превосходство», — услужливо подсказал интерфейс. — Они совмещают борьбу с преступностью с пиар-мероприятиями в музее прямо в одной диспетчерской панели? — поразилась Момо Яойорозу. — У них нет разделения между агентством талантов и охранной структурой! «Одному из ваших героев нужны вы в качестве лидера, — продолжала вещать система, пока Роберт кликал по иконкам. — Ваши героев будут смотреть на вас, принимать решения и следовать туда, куда вы их поведете». Внезапно интерфейс мигнул красным. Тревога. «В центре города гигантский монстр! Спасите нас, СДС!» — завопил смоделированный голос гражданина. Роберт мгновенно напрягся. Инстинкты уличного бойца взяли верх над болью. Он быстро выбрал доступного тяжеловеса и отправил его на перехват. «Мудрый выбор», — похвалила система. Но проблемы не заканчивались. «Сказано — сделано! Конвой головорезов Диабло преследует дорожный патруль, как будто пробок в этом городе и так недостаточно!» — доложил интерфейс. Роберт быстро распределил еще одну группу бойцов на шоссе. Иллюзия героического эпоса была в самом разгаре... пока с треском не разбилась о суровую корпоративную реальность. Пока на заднем фоне симуляции условный герой готовился к схватке с бандой Диабло, его абсолютно спокойный голос прозвучал в динамиках очков Роберта: «Кстати, говоря о пробках и поездках... предлагает ли СДС оплачиваемый отпуск для поездок на отдых?» «Конечно! — мгновенно и радостно ответила система. — Оплачиваемый отпуск накапливается по стандартной ставке с течением времени. Используйте его как вам угодно, главное — заранее обсудите свой график с вашим менеджером!» Роберт, человек, который последние пару лет латал свой механический костюм изолентой в грязном гараже и сжег всё свое многомиллионное наследство ради того, чтобы бесплатно спасать людей, замер. Его губы дрогнули. Глаза под стеклами очков расширились от искреннего, глубочайшего непонимания. — Что, блядь, такое «оплачиваемый отпуск»? — хрипло, с надрывом выдавил из себя Роберт. В амфитеатре на секунду повисла мертвая тишина, а затем зал взорвался гомерическим хохотом. Денки Каминари чуть не свалился со своего кресла, хлопая себя по коленям. — Оплачиваемый отпуск?! — сквозь слезы смеха простонал Каминари. — Герой едет на разборку с картелем и спрашивает про отпускные?! Это что, шутка такая?! — Поразительное неуважение к долгу! — Иида Тенья вскочил на ноги, яростно рубя воздух рукой. — Герой должен быть сосредоточен на спасении мирных граждан, а не на обсуждении своего графика с менеджером! Это возмутительно! Кацуки Бакуго сидел, скрестив руки на груди, его лицо исказила гримаса чистого, незамутненного презрения. — Сборище жалких статистов в клоунских нарядах, — процедил Бакуго сквозь зубы. — Обычные наемные клерки без капли инстинкта и жажды победы. Пятно в этом мире просто захлебнулся бы от собственной ярости, вырезая их пачками. «С радостью! СДС ценит баланс между работой и личной жизнью», — продолжала щебетать система, игнорируя шок Роберта. Симуляция шла своим чередом. «Иногда герой может использовать свои таланты, чтобы склонить чашу весов, — доложил очередной аватар. — Я вывел всех детей и персонал в безопасное место. Похоже, копы сами разобрались с головорезами». «СДС решает все проблемы, большие и малые, — гордо заявил диктор. — Мы никогда не игнорируем жителей города, особенно пожилых людей». Но корпоративный абсурд только набирал обороты. «Кстати о выходе на пенсию, быстрый вопрос, Феноменальный, — непринужденно подал голос еще один виртуальный герой. — Предлагает ли СДС софинансирование пенсионных накоплений по форме 401k?» «Да, но есть некоторые ограничения, — так же услужливо ответила система. — Ваш представитель отдела кадров предоставит вам все подробности!» Момо Яойорозу тяжело вздохнула и потерла переносицу. — В этом мире буквально монетизировали каждую секунду геройской работы, — с горечью отметила она. — Они превратили самопожертвование в стандартный трудовой договор с бонусами и пенсионными отчислениями. С точки зрения бизнеса это гениальная структура. Но с точки зрения морали... это вызывает неподдельный страх. События на экране ускорялись. «Головорезы Эль Диабло в панике бегут! Мы прямо на хвосте у его приспешника, Илая Ало! Я уже в пути!» — кричал один из героев. «Люди зовут меня Правосудие», — пафосно представлялся другой. Наконец, виртуальная смена подошла к концу. «Наша смена окончена, теперь время обеда! — бодро отрапортовал аватар героя. — Я бы не справился без тебя, диспетчер!» «Это уж точно, — вторила ему система. — Я собираюсь скрасить свой перерыв парочкой закусок из наших торговых автоматов в комнате отдыха!» «Отличная идея! — ответил герой. — Еще раз спасибо, диспетчер. Надеюсь, мы будем видеться чаще. До свидания, и не забудь быть Феноменальным!» Экран виртуального интерфейса погас, оставив после себя лишь холодный синий отблеск на стеклах высокотехнологичных очков. Роберт медленно, словно выныривая из глубокого, вязкого сна, стянул гаджет с лица. Резкий порыв ледяного ночного ветра ударил ему в лицо, окончательно возвращая в суровую реальность из глянцевой корпоративной симуляции. Он сидел на самом краю гигантского рекламного щита, невероятно высоко над мерцающими огнями ночного Лос-Анджелеса. Холодный металл конструкции неприятно холодил спину, а искалеченная, зажатая в импровизированную медицинскую перевязь левая рука пульсировала тупой, изматывающей болью, напоминая о варварски вправленной кости. Роберт тяжело, со свистом выдохнул, пытаясь переварить весь тот абсурд с корпоративными рейтингами, который он только что увидел. И только в этот момент он осознал странную, непредвиденную тяжесть на своем правом плече. Он осторожно, чтобы не делать резких движений, скосил глаза. Блонд Блейзер, идеальная корпоративная героиня, лицо СДС, мирно спала, прислонившись головой к его плечу. Её дыхание было тихим и ровным, а всегда безупречно уложенные светлые волосы слегка растрепались от пронизывающего ветра. В просторном зале амфитеатра повисла долгая, невероятно комичная пауза. — Какого черта?! — пронзительно завизжал Минору Минета, вскочив на ноги и обеими руками вцепившись в свои виноградные волосы. — Она уснула на нем?! На этом грязном, избитом бродяге?! Он же только что буквально выплюнул ей в лицо глоток чистого спирта, а она преспокойно спит на его плече под романтичным звездным небом?! Где вообще справедливость в этой проклятой мультивселенной?! Я требую пересмотра сценария! — Успокойся, придурок, — Денки Каминари со смехом потянул Минету обратно за шиворот. — Чувак, ты реально сейчас завидуешь парню, которому пару часов назад сломали руку в трех местах и чуть не забили монтировкой до смерти? — Это... на самом деле довольно мило, — с легкой, искренней улыбкой произнесла Очако Урарака, подперев щеку рукой. — Особенно учитывая то, как напряженно и враждебно начался их разговор в баре. Кажется, рядом с ним она наконец-то смогла расслабиться. — Она просто устала нести на себе эту тяжелую маску идеального корпоративного продукта, ква, — задумчиво добавила Тсую Асуи, приложив палец к подбородку. — Для СДС она — рекламный щит, а этот Роберт... он настоящий. Рядом с ним ей не нужно притворяться. Роберт на экране несколько долгих секунд в полном недоумении смотрел на спящую героиню. В его взгляде читалась смесь крайнего замешательства и усталой обреченности. Затем он неловко пошевелил здоровым правым плечом и тихо, хрипло позвал её. Блонд Блейзер резко вздрогнула, словно от удара током. Её глаза мгновенно распахнулись. Она судорожно отстранилась от Роберта, быстро вытирая уголок рта тыльной стороной своей геройской перчатки. — Я... я пустила на тебя слюни? — панически и немного смущенно выпалила она, лихорадочно оглядывая плечо его грязной куртки в поисках улик. Вся её отработанная невозмутимость испарилась, оставив лишь обычную человеческую неловкость. — Вот она, истинная натура героя из топ-рейтинга, — хмыкнула Кьека Джиро, скрестив руки на груди. — Никакого пафоса, когда просыпаешься на плече у незнакомца. Роберт слегка приподнял бровь, сохраняя при этом абсолютно каменное, невозмутимое выражение избитого лица. — Эм... не думаю, — предельно спокойно и сухо ответил он. Блейзер шумно, с явным облегчением выдохнула и нервно поправила растрепавшуюся прическу. Она отвела взгляд в сторону сияющих небоскребов. — Ох... — Блейзер запнулась, собираясь с мыслями. — Теперь ты видишь, почему мы подумали о... Она резко осеклась на полуслове. Её глаза слегка расширились, и героиня поспешно исправилась: — Ну, то есть, почему Трекстар подумал о тебе. Это имеет смысл. Да. Шото Тодороки мгновенно подался вперед, его гетерохромные глаза сузились. — «Мы подумали», — холодным, ровным тоном повторил Шото. — Вы слышали? Это не было случайностью. — Ага, она спалилась, — кивнул Мезо Шоджи. — Значит, за ним вели наблюдение. Изуку Мидория быстро застрочил в своем блокноте, бормоча себе под нос: — Трекстар лишь порекомендовал его кандидатуру как старый друг семьи, но СДС... и конкретно эта Блонд Блейзер... они целенаправленно изучали его досье. Они не просто ищут новичков. Корпорация искала ветерана с реальным, жестоким уличным опытом, которого им так не хватает в их идеальных, стерильных симуляциях. Он для них — просчитанный актив. Блонд Блейзер на экране грациозно поднялась на ноги. Она идеально балансировала на самом краю узкой металлической балки над головокружительной, смертельно опасной бездной. — Встретимся завтра в офисах СДС, — сказала она, посмотрев на Роберта сверху вниз. В её звонком голосе снова зазвучала деловая уверенность. — Я еще не закончила тебя спасать. С оглушительным свистом рассекаемого воздуха она оттолкнулась и взмыла прямо в ночное небо, за долю секунды превратившись в стремительно удаляющуюся точку на фоне темных облаков. Роберт остался один. На крошечном металлическом выступе колоссального рекламного щита. Под его ногами простиралась пугающая пропасть в сотни футов. Он медленно огляделся по сторонам, посмотрел вниз на крошечные огни машин, затем перевел взгляд на абсолютно пустую, недосягаемую крышу соседнего здания. — Эм... — его голос прозвучал невероятно жалко, потерянно и до боли комично в реве непрекращающегося ночного ветра. — А тут есть лестница... или типа того? Амфитеатр буквально взорвался громовым хохотом. Напряжение лопнуло, как мыльный пузырь. — ОНА ЕГО ТАМ БРОСИЛА! — заорал Ханта Серо, задыхаясь от смеха и колотя кулаком по подлокотнику. — Просто взяла и улетела! — Не по-мужски это как-то! — сквозь смех выдавил Эйджиро Киришима, вытирая выступившие слезы. — Могла бы и спустить бедолагу на землю! Вот тебе и «я не закончила тебя спасать»! Отличный корпоративный сервис! Кацуки Бакуго яростно оскалился, хотя в уголках его губ тоже дрогнула злая усмешка. — Если этот безрукий неудачник не может сам найти способ слезть с паршивой крыши, то пусть там и сдохнет! — прорычал Бакуго. — Слабакам, которые надеются на летающих дамочек, не место в героях! Кадры на гигантском экране плавно потемнели, сменив холодную ночную панораму города на тускло освещенное, тесное помещение. Это была обычная, невероятно захламленная квартира Роберта. Воздух здесь не пах стерильным корпоративным мрамором. Здесь витал стойкий запах дешевой еды, машинного масла, застарелой усталости и чего-то неуловимо домашнего. Роберт тяжело сидел прямо на полу, привалившись спиной к чему-то массивному, скрытому в полумраке комнаты. Он уже снял куртку, оставшись в футболке, которая не скрывала багровых синяков на его мощных руках. Прямо на его коленях, вальяжно раскинувшись кверху пузом, лежал невероятно забавный, пухлый черно-белый песик с торчащим изо рта розовым язычком и ярким зеленым ошейником с выгравированным именем «Бекон». Зал Юэй мгновенно наполнился коллективным умиленным вздохом. — БОЖЕ МОЙ, КАКОЙ ОН МИЛАШКА! — пронзительно завизжала Мина Ашидо, вскочив с места и прижав руки к пылающим щекам. — Вы только посмотрите на этот пухлый животик! — Ему точно достаются все самые лучшие вкусняшки в этом доме! — радостно поддержала её Тору Хагакуре. — Я хочу его потискать! Коджи Кода, обычно тихий и застенчивый, широко улыбнулся и начал быстро показывать что-то на языке жестов. — Кода говорит, — тут же перевела Джиро, мягко улыбаясь, — что этот песик выглядит невероятно счастливым, спокойным и абсолютно сытым. Несмотря на то, что его хозяин живет в такой разрухе и едва сводит концы с концами. — Это многое говорит о характере человека, — глухо произнес Шота Айзава, не сводя усталых глаз с экрана. — Этот Роберт готов сжечь свое наследство, сломать себе кости и жить в руинах, но свою собаку он обеспечит всем необходимым. Животные, в отличие от корпораций, не судят тебя за то, какой у тебя банковский счет. На экране Роберт ласково гладил собаку здоровой правой рукой. Единственным источником света в этой части комнаты был тусклый, холодноватый экран старенького смартфона, который Роберт держал в левой, перевязанной руке, аккуратно придерживая его пальцами. На маленьком дисплее телефона безостановочно крутился рекламный ролик СДС. Ослепительно улыбающиеся герои в ярких костюмах уверенно жали руки горожанам. — Ты был хорошим мальчиком, Бекон? — предельно тихо и хрипло спросил Роберт. Собака лишь лениво дернула ухом. Роберт смотрел на мерцающий экран телефона уставшим, задумчивым взглядом. — Я встретил сегодня хорошую леди... — тихо произнес Роберт, обращаясь к собаке. В его голосе звучала застарелая горечь, но сквозь неё робко пробивалась искра надежды. — Здешние ребята, кажется... тоже хотят нам помочь. Без всяких дурных намерений. Он тяжело вздохнул, выключил телефон и откинулся назад, еще плотнее облокотившись спиной на массивную конструкцию позади себя. Камера на экране медленно, словно нехотя, начала подниматься вверх. Тень рассеялась, обнажая скрытые во мраке детали. То, на что облокотился Роберт, было огромными, искореженными обломками оригинального бронированного костюма Мехамена. Металл был покрыт глубокими вмятинами, страшными подпалинами и сквозными пробоинами. Из разбитых шарниров свисали оборванные кабели. На массивной грудной пластине зияла огромная оплавленная дыра. В амфитеатре повисла гробовая, тяжелая тишина. Умиление от вида спящей собаки испарилось без следа, сменившись первобытным шоком. — Вы... вы только посмотрите на эти повреждения... — дрожащим, севшим голосом произнес Иида Тенья, судорожно поправляя очки. — Броня буквально вывернута наизнанку. Эйджиро Киришима резко подался вперед, до хруста сжав кулаки. — Завод... — напряженно выдохнул Киришима. — Помните ту битву на заводе в начале? Те гигантские взрывы от бомб, обрушение стальных конструкций... Судя по тому, как разорван этот металл, это просто абсолютное, мать его, чудо, что Роберт вообще выбрался оттуда живым! У него должна была быть сломана не только рука, от него не должно было остаться даже мокрого места! — И несмотря на все свои ранения, истекая кровью, он не бросил этот металлолом там, на свалке, — быстро забормотал Изуку Мидория, его глаза лихорадочно блестели от нахлынувшего озарения. — Он протащил эти тяжеленные обломки через полгорода! Он принес их прямо в свою квартиру! Вы понимаете, что это значит? — Он отчаянно надеется его починить, — тихо, с глубоким уважением произнесла Очако Урарака. — Он ни за что не расстанется с этим костюмом. Шото Тодороки медленно кивнул, его разноцветные глаза пылали ясным пониманием. — Именно это всё и объясняет, — ровным, уверенным тоном подытожил Шото. — Помните, как быстро он согласился на эту абсурдную работу диспетчера? Несмотря на всю эту корпоративную фальшь с отпусками и рейтингами, которая вызывает у него тошноту. Блонд Блейзер пообещала ему неограниченные ресурсы огромной корпорации и баснословные деньги на замену деталей. — Точно! — воскликнул Денки Каминари, ударив кулаком по ладони. — Он продался корпоратам не ради комфортной жизни в офисе! Он сделал это ради финансирования! — Ради того, чтобы снова стать Мехаменом, — хрипло, с нескрываемой гордостью добавил Тошинори Яги (Всемогущий). Бывший Символ Мира смотрел на экран с безграничным уважением. — Он готов проглотить свою гордость, терпеть бюрократию и сидеть за пультом диспетчера, лишь бы восстановить свой костюм и вернуться на улицы защищать слабых. Его тело сломано, но его героический дух сияет ярче, чем когда-либо. Вот что значит быть настоящим героем. Костюм возвышался во мраке комнаты как мертвый, но всё еще гордый металлический гигант. Роберт сидел у его подножия, обнимая маленькую собаку, пока камера медленно отдалялась, погружая эту пронзительную картину во тьму. Экран полностью потемнел. Окончательный финал первого эпизода. Когда изображение исчезло, погрузив огромный амфитеатр в полумрак, воздух вокруг пораженных зрителей мягко завибрировал. Пространство вновь наполнилось глубоким, спокойным и всеобъемлющим голосом сущности. «На этом первый эпизод подошел к концу,» — плавно разнесся голос над рядами кресел. «Я предлагаю вам сделать небольшой перерыв перед продолжением. Успокойте свои эмоции, обсудите увиденное и восстановите силы». В ту же секунду с легким металлическим шелестом рядом с каждым креслом выдвинулись небольшие столики. Из ниоткуда на них материализовались подносы, уставленные разнообразной едой: дымящиеся чашки с ароматным чаем, стаканы с кристально чистой ледяной водой, свежие многослойные сэндвичи, горячая выпечка и аппетитные сладости. «Пожалуйста, перекусите и расслабьтесь,» — голос сущности зазвучал мягче, обволакивая напряженных учеников и про-героев невидимым одеялом спокойствия. «Я хочу напомнить вам важные правила этого места. Здесь вы находитесь вне привычной реальности. В этом пространстве вы абсолютно не подвержены физической или ментальной усталости. Ваш разум останется ясным и острым, а тела не истощатся от долгого сидения, отсутствия сна или эмоциональных потрясений». По залу пронесся тихий гул облегчения. «Более того,» — с твердой уверенностью продолжила сущность, — «я знаю, что многие из вас тревожатся о своем мире. Не бойтесь того, что пройдет много времени с момента вашего внезапного исчезновения. Законы времени здесь искажены и подчиняются моей воле. Когда вы все вернетесь в свой родной мир, там пройдет совсем немного времени. Лишь жалкие мгновения. Ваше отсутствие не успеет вызвать абсолютно никакой паники, и ваши близкие будут в безопасности. А пока — отдыхайте».