Сборник зарисовок

Затихнув и практически слившись с белизной сугробов, Лань Ванцзи неподвижно лежал на животе на самом склоне горы за Облачными Глубинами. Облаченный в тяжелую теплую куртку с объемным меховым воротником, из-под которой виднелись полы белоснежного ханьфу, он сосредоточенно приник к объективу профессиональной камеры. Заклинатель отчаянно пытался поймать тот самый неуловимый момент, когда редкая горная овсянка начнет свою утреннюю песню. В таком пронзительно морозном воздухе можно было запечатлеть крошечное, полупрозрачное облачко пара, которое выдыхала пичужка во время пения. На снимке возникало удивительное, почти волшебное ощущение, будто ты своими глазами можешь узреть саму трель, которую она выводит. Еще чуть-чуть, и уникальный кадр будет сделан. Овсянка уже распушила перышки и приоткрыла клюв. Но стоило Ванцзи затаить дыхание и приготовиться нажать на спуск, как прямо ему на голову со старой сосны свалился шумный, угольно-черный комок шерсти с огромными ушами. Повалившись прямо на безупречную лобную ленту, пушистый пришелец бодро и заливисто затявкал, мгновенно вспугнув несчастную птицу. — Вэй Ин... — с мягким укором произнес Лань Ванцзи, отрываясь от видоискателя, и аккуратно щелкнул проказника по мокрому носу. Маленький хули-цзин смешно скосил глаза к переносице, тщательно проверяя, не повредилась ли эта важная часть его тела, и, не обнаружив никакой потери, весело запрыгал по любимому человеку. Сделав пару победных кругов по широким плечам заклинателя, лисенок внезапно осознал, что лучшая забава на сегодня — это использовать Лань Чжаня в качестве аттракциона. Вэй Ин принялся с разбегу забираться ему на макушку и с визгом скатываться по идеально прямым, длинным черным волосам прямо на спину. Получилась отличная горка. После пятого такого головокружительного спуска Вэй Ина наконец перехватили нежные, сильные руки и бережно сняли с головы. Лис на это возмущенно тявкнул, изо всех сил завертел хвостом и, подавшись вперед, влажно ткнулся носом прямо в бледную щеку Второго Нефрита. Лань Чжань смущенно покраснел до самых кончиков ушей. — Не балуйся, Вэй Ин, — попытался пожурить он лисенка, но тот, окончательно разыгравшись, не обратил на строгий тон никакого внимания. Пушистый бандит извернулся, ловко подцепил маленькими острыми зубками пластиковую крышку объектива и с победным, заливистым тявканьем рванул прочь по сугробам в сторону цзинши, ни секунды не сомневаясь, что его человек обязательно пойдет за ним. — Вэй Ин... — удрученно вздохнул Лань Чжань, медленно поднимаясь со снега и отряхивая измятый меховой воротник. Он был абсолютно уверен, что маленький негодяй сейчас затолкает эту нужную вещь куда-то в самый дальний угол и благополучно о ней забудет, а Ванцзи теперь предстоят долгие, утомительные поиски. Но, тем не менее, улыбка отразилась в краешке его губ, а глаза счастливо засияли. Лань Чжань поправил камеру и неторопливо пошел по цепочке крошечных следов на снегу — вслед за своим личным пушистым хаосом.