Не клише

Трое детей из одного класса обходили район, развешивая объявления о пропавшем коте.    — Спасибо, что помогайте, — сказал Яньцин, аккуратно приклеивая очередной листок.     — Да ладно, мы же друзья! — Цинцюэ лениво потянулась и тут же заметила грустное лицо подруги: — Что такое, Хохо?   — Уже четыре дня, как Мими нет… Что, если он… — голос Хохо дрогнул, глаза наполнились слезами.     — Не думай о плохом! — решительно перебил Яньцин. — Он же боевой! Помнишь, как в прошлом году гонял огромного пса? Чуйка подсказывает, что он обязательно найдётся!   Цинцюэ кивнула в знак согласия.   — Во-во. Пойдёмте, там ещё расклеим, — бодро махнула рукой в сторону следующего столба.     Они двинулись дальше, и разговор незаметно перешёл к школьным делам.     — Опять Юньли из параллели обошла меня! — Яньцин скрипнул зубами. — Всего на один балл больше!    — Да как у вас вообще хватает сил гнаться за высшими оценками? — Цинцюэ закатила глаза. — Достаточно быть хорошистом, не заморачиваться, побольше отдыхать.     — Говоришь так, будто Фу Сюань тебе это позволит, — усмехнулся Яньцин.    — Ой, да не напоминай! — Цинцюэ скорчила недовольную гримасу. — Она со всеми строгая, но ко мне – просто беспощадная! Ну ладно, прогуливаю иногда… Но чтобы классным руководителем был директор – это же смех сквозь слёзы!    Вдруг Хохо резко изменилась в лице, её взгляд застыл на чём-то впереди. — О нет... — прошептала она. — Там дядюшка Хвост...   Яньцин и Цинцюэ мгновенно поняли ситуацию. На их лицах отразился неподдельный ужас.   — Быстро сворачиваем, пока не заметил! — прошипела Цинцюэ, хватая друзей за руки. — Сейчас не время с ним сталкиваться!   Втроём они юркнули в ближайший переулок, даже не пытаясь выяснить, видел ли их Игнамар – тот самый мужчина средних лет с вечно недовольным выражением лица, которого все в округе знали как «дядюшку Хвоста».  Сосед Хохо славился своим дурным нравом и любовью придираться к местной детворе. Особенно доставалось робкой девочке – он постоянно ворчал, что она слишком трусливая, и что нужно «воспитывать характер». За свою манеру вечно быть у всех «на хвосте» он и получил прозвище, которое давно стало общепринятым. И хотя внешне Игнамар вёл себя как настоящий грубиян, в глубине души он действительно переживал за Хохо. Просто выражал это... своеобразно. В прошлом месяце, когда девочка заболела, он молча оставил у её дверей пакет с лекарствами и апельсинами. И конечно же, сделал это так, будто просто избавлялся от хлама.   Спрятавшись за углом, троица перевела дух.   — Фух, пронесло... — выдохнула Цинцюэ.   — Он правда думает, что такие методы помогут тебе стать увереннее? — покачал головой Яньцин.   Хохо только пожала плечами. Она-то знала, что за грубой оболочкой скрывается... ну, если не забота, то что-то очень похожее. Но признаться в этом вслух было бы слишком неловко.  

***

  — Мими пропал, — Ян провела пальцем по свежей листовке.    — Эй, чего застыла? — донёсся голос Бутхилла, который лениво ковырял кроссовком асфальт в паре метров от неё. — За тебя не собираюсь покупать шавуху, если ты вдруг решила тут замереть на полдня.   Ян даже не повернулась, лишь махнула рукой, отмахиваясь от его слов, и достала телефон.    — Ай, погодь, щас сфоткаю номер, — пробормотала она, тыкая в экран. — Авось найдётся.     Бутхилл вздохнул, закинул руки за голову и подождал, пока Ян закончит своё благородное дело. Потом они наконец добрались до шаурмичной будки, сделали заказ и устроились на ближайшей лавочке. Ян тут же раскачалась на месте, как ребёнок, которому не терпится получить мороженое.     — И всё же шаурма от Галлахера – самые лучшие! — восторженно выдохнула она, подперев подбородок ладонью и мечтательно закатив глаза. — Ойх, я бы за него вышла.    Бутхилл скорчил такую гримасу, будто откусил лимон.     — Ты чего? — Ян приподняла бровь, игриво поправляя очки. — Ревнуешь, что ли?   — Мда, уж, — фыркнул он, отворачиваясь, но уголки его губ дёрнулись – то ли от досады, то ли от желания огрызнуться.     Ян не унималась.   — Понимаю... В такого горячего мужчину грех не втюриться. Сильный, хозяйственный... — протянула она, разводя руками. — Но я тебе его не отдам!    Бутхилл резко повернулся к ней, глаза сверкнули раздражением.   — Да хватит уже со своими голубыми шуточками! А может, я…   — Заказ готов! — перебил его владелец шаурмичной, высовываясь из окошка с двумя дымящимися свёртками в руках.     Ян тут же вскочила, будто забыв всё на свете, и помчалась за едой. Бутхилл же остался на месте, недовольно поправляя шляпу. Его взгляд метнулся от убегающей подруги к Галлахеру   «Не нравится мне этот "Ашот"» — прошипел он себе под нос, сжимая кулаки в карманах.   

***

  Кафе. День расследования.   — …Итак, Аки забрала горшок с цикламеном, — поведала ссору из цветочного Роял.    — Ничего себе драма вышла... И даже не выкинула? — в голосе Ами звучало неподдельное удивление. До этого Аки неизменно избавлялась от всех цветов, полученных от Аргенти.   — Кто знает? — Роял пожала плечами. — Но в тот день она держала его бережно, когда я провожала её до дома.   «Тогда я и подумать не могла...» — пронеслось в голове у Ами.   Коридор университета.    Ами направлялась в кабинет 180, зная по видеозвонку, что «детективы» допрашивают Сильвер. По пути наткнулась на Гвиневру и Март, которые торопились на пары.     — Из-за скорого звонка решили собраться после занятии в библиотеке, — объяснила Гвиневра, закрывая блокнот.    — Понятно. А где Аки? — оглянулась Ами.     — Всё ещё в кабинете, — Март кивнула на дверь, из которой они только что вышли.     Ами подошла и уже собиралась войти, когда сквозь щель в дверях донеслось:   — Сильвер! Э… Чисто из интереса… ты можешь раздобыть чей-то номер?   Голос Аки звучал странно – сдавленно, будто она боялась даже спросить.     «Чей это ей номер понадобился?»    Рука Ами замерла на ручке, но вмешиваться не стала. Развернулась и ушла, оставив их наедине.   Пара. Аудитория.   Ами сидела сзади Аки и случайно заметила, как та открывает чат и отправляет… фото цикламена в горшке.   «Кому это? Роял? Или... — сердце неожиданно ёкнуло. — Тому самому "добытому" номеру?»   Библиотека. После пар.   Ами пристроилась рядом с Аки, и краем глаза уловила, как та раз за разом проверяет один и тот же чат.   И тогда она увидела…    Имя контакта.    «Так вот оно что...» — пазл сложился. В груди странно заныло.    Ами испытывала симпатию к Аргенти. Даже больше – иногда ловила себя на том, что задерживает взгляд, когда он проходит мимо. На его улыбку, на то, как он всегда вежлив, даже когда фанатки докучают.  И да, она чувствовала это – лёгкое, почти незаметное покалывание ревности, когда замечала, как он смотрит на Аки.   Иначе.   Глубже. Теплее. Влюблённо.   Но сейчас, глядя на то, как Аки – та самая Аки, которая презирала Аргенти, – нервно ждёт ответа от него…     Ами улыбнулась.   «Хорошо».    Даже если где-то внутри оставалась капля сожаления… Её подруга была важнее. И если Аки хотела поговорить – значит, Ами поможет.    Настоящее время.    Ами сидела на качелях, бесцельно покачиваясь. Глубокий вздох вырвался из её груди, когда она мысленно возвращалась к недавним событиям.   «Как далеко всё зашло... Аки теперь даже в гости к Аргенти ходит, в его домашнюю библиотеку... — губы её непроизвольно сложились в грустную улыбку. — Рада за них, конечно... Но не от всего сердце».    Внезапный визг вырвал её из раздумий. Ами обернулась и увидела, как Хаджи замерла перед доской с объявлениями, буквально впившись взглядом в одну из бумажек.   — Ой, бедный Мими… — пробормотала Ами, подойдя ближе и разглядывая объявление.   — П-получается, у меня есть номер самого Цзи-Цз-Ц…— Хаджи вдруг затрясла кулаками, лицо её стало пунцовым. — Нет! Не могу!    Она зажмурилась, будто пытаясь стереть с лица краску.  — Сначала кота! Тогда... тогда...   «Кошмар... Так вот что имели в виду Роял и Аки», — мысленно ахнула Ами, наблюдая за необычайной трансформацией всегда бесцеремонной Хаджи. Вдруг её осенило.    — Ты же не… — она сделала паузу, — …прячешь кота у себя?    — Что?! — Хаджи вздрогнула, как ошпаренная. — За кого ты меня принимаешь? Я никогда ничего не воровала!   Ами многозначительно приподняла бровь.  — Куртка Блэйда ничего не говорит?   — Э-э... Я её не крала! — залепетала Хаджи, размахивая руками. — А-а… временно позаимствовала!   — Мгм, — Ами скрестила руки на груди. — И кота тоже «временно позаимствовала»?   — Ну всё! — Хаджи в ярости вырвала объявление с доски. — Сейчас же пойду искать и докажу свою непричастность! А когда найду... Цзин Юань меня поблагодарит и... и... в-влюбится! — С этими словами она бросилась прочь, оставив Ами одну.   — Эй! Это же вандализм! — крикнула ей вдогонку Ами. Она покачала головой.    «Знаете, я ей даже завидую – этой беспечности... Похоже, мы с Хаджи так и останемся старыми девами...» — подумала она с горьковатой иронией.   Мысли её прервал лёгкий толчок в плечо. Сумка выскользнула из рук и с глухим стуком упала на землю.   — Ох, прошу прощения! — раздался мягкий мужской голос. — Совсем витаю в облаках... Вы не ушиблись?   Ами подняла глаза и замерла. Перед ней стоял молодой человек с серебристыми волосами, отливающими голубым, словно утренний иней. Его фиолетовые глаза, глубокие, как сумерки, смотрели на неё с беспокойством.     — Всё в порядке? — он наклонился, подбирая рассыпавшиеся вещи. — Если что-то разбилось, я обязательно компенсирую ущерб.   — Все нормально... — Ами автоматически потянулась за сумкой, и их пальцы случайно соприкоснулись. Внезапная искра пробежала по её руке, заставив сердце учащённо забиться, — …спасибо, — закончила она шёпотом.   Они застыли, глядя друг на друга. В его взгляде Ами увидела то же смятение, что чувствовала сама.     — Миш, ты идёшь? — позвали со стороны. Неподалеку стояли двое: высокий парень с коричневыми волосами и девушка-брюнетка в очках, наблюдавшие за ними с любопытством.    — А, да, Тьернан! — юноша (видимо, Миша) в последний раз взглянул на Ами и улыбнулся. — До свидания...   Он ненадолго замолчал, словно ожидая, что она назовёт своё имя. Но девушка, смутившись, лишь молча кивнула.     Когда он ушёл, Ами невольно прижала ладонь к груди.    — Миша... — прошептала она, наблюдая, как троица отдаляется.  Внутри разливалось тепло, прогоняя прежнюю тоску.   «Интересно... Неужели это и есть тот самый знак судьбы?»  

***

Солнечные лучи мягко скользили по асфальту, оставляя тёплые блики на фонарном столбе. Лия стояла, прислонившись к металлической опоре, и внимательно изучала объявление о пропавшем коте.   — Лия! — прозвучало за спиной.    Алый вихрь волос мелькнул в периферийном зрении, и Лия, даже не оборачиваясь, уже улыбалась.     — Химеко! — распахнула она объятия, и подруга буквально влетела в них, обдавая ароматом дорогих духов и едва уловимым кофейным шлейфом.   — Я не опоздала? — в глазах Химеко читалась лёгкая озабоченность, а пальцы нервно поправляли прядь за ухом.     — Да я просто пришла пораньше, — рассмеялась Лия, ловко подхватывая соскользнувший с плеч тонкий кардиган.    — Вот как... — Химеко расслабила плечи. — Теперь не хватает...   — Меня, — как снег среди весны, прозвучал бархатный голос. Лёгкое прикосновение кожаных перчаток коснулось их плеч, соединяя троих.   — Кафка, — хором откликнулись Лия и Химеко, но их интонации разнились: у первой – искренний восторг, у второй – сдержанное признание.   Так началась их традиционная встреча в любимой кофейне «Квартет утончённого вкуса». За стойкой Цзяоцю, ставший за эти годы другом, встретил их одобрительным кивком – их вкусы он знал наизусть.   Беседа текла плавно, пока…   — Кстати, я уволюсь после весенней сессии, — невозмутимо бросила Кафка.   Лия замерла с вилкой в воздухе, а Химеко замедлила движение, поднося кофе к губам.   — Ректор Химеко, что за взгляд? — голос Кафки звучал игриво, но глаза оставались холодными. — Боитесь потерять ценного преподавателя?   — Это из-за Блэйда? — вопрос от Химеко прозвучал неожиданно резко.    Глаза Лии вопросительно метнулись между подругами. — Я чего-то не знаю?   Химеко оставила чашку, её взгляд стал пристальным, почти аналитическим. — Ты слишком избирательно интересуешься этим студентом. Даже для преподавателя психологии.   Кафка медленно провела пальцем по складкам вишнёвого пальто, будто проверяя безупречность линий. — Он... особый случай.   — Особенный чем? — Химеко чуть наклонилась вперёд. — Кроме склонности к дракам и хроническим прогулам?   Лия заинтересованно приподняла бровь.    Кафка взяла паузу, разглядывая свое отражение в чайной поверхности. — Некоторые студенты требуют особого подхода, — наконец сказала она. — Блэйди не из тех, кто просит о помощи. Но это не значит, что помощь ему не нужна.   Химеко обменялась взглядом с Лия.  — И ты решила стать ему кем именно? Наставником? Опекуном?   — Наблюдателем, — поправила Кафка. — Незаметным, но постоянным.   Химеко выдохнула через нос: — 3 года наблюдения? Это уже смахивает на одержимость.   Уголок губ Кафки дрогнул, но в глазах не было и тени улыбки. — Вы недооцениваете, сколько времени требуется, чтобы кто-то вроде Блэйди перестал воспринимать тебя как угрозу.   Тишина окутала кофейню. Даже привычные движения бариста прервались – тряпка в его руке так и осталась висеть над сверкающим бокалом.   — И теперь, когда он наконец... — Химеко подбирала слово, — привык к тебе, ты уходишь?   Кафка покрутила чашку в руках, следя за танцем чайных листьев. — Я сказала «увольняюсь», а не «ухожу». Разница существенна.   Лия прищурилась.  — Значит, будете видеться… без формальностей?   — Если он захочет, — Кафка отпила чай, оставляя фразу висеть в воздухе.   Химеко и Лия переглянулись. Здесь было что-то большее, чем профессиональный интерес, но Кафка явно не собиралась делиться подробностями. Некоторые истории лучше оставить недосказанными – как и этот разговор, оборванный внезапным порывом ветра, ворвавшимся в кофейню вместе с новым посетителем.  

***

  Закат окрашивал улицу в багряные тона. Парень с иссиня-черными волосами шагал неторопливо, его тенистый силуэт выделялся на фоне пустых тротуаров. За спиной – тубус с чертежами, руки в карманах. Внезапно к его ногам подкатился белый комок шерсти. Кот ласково потёрся мордой оставляя на темной ткани светлые волоски. Блэйд остановился. Алые глаза скользнули вниз, затем – на объявление, приколотое к фонарному столбу. «Пропал кот. Белый, лохматый, глаза голубые». Фотография была точной копией существа, которое сейчас мурлыкало у его ног.       Уже смеркалось. Цзин Юань подметал пол в магазине, аккуратно сгоняя опавшие лепестки в кучу.    Бубенчик над дверью звякнул.     Флорист обернулся, на миг замер, и тёплая улыбка медленно расплылась по его лицу.   В проеме, окутанный вечерними тенями, стоял Блэйд. В его руках беззаботно болтался белоснежный кот, контрастируя с темной фигурой, как луна на ночном небе.    — Все тянется к тебе, — тихо усмехнулся хозяин кота, и в глазах у него мелькнуло что-то знакомое, почти забытое. — Прямо как в старые школьные годы…   Блэйд лишь хмыкнул, осторожно передавая кота. Мими тут же устроился на прилавке, свернувшись в клубок. Цзин Юань провел ладонью по его шерстке, затем взгляд медленно поднялся к другу.    — Слушай... — он говорил мягко, но в голосе чувствовалась твердая уверенность. — Ты же знаешь, что можешь просто зайти? Без... всего этого.   Блэйд резко поднял голову, брови сдвинулись в резкую черту.   — Я не...     — А та драка с моим племянником? — Цзин Юань покачал головой, но глаза смеялись. — Оригинальный способ напомнить о себе, надо признать.   Блэйд отвернулся, скрестив руки на груди. Молчание повисло между ними, но не неловкое – скорее привычное.     — Ладно, — Цзин Юань вздохнул, упирая руку в бок. — Останешься на чай?   Не просьба и не предложение – решение уже было принято за двоих.