Где кончается небо

Человек раскрывается не тогда, когда на него смотрят. А тогда, когда уверен, что его никто не видит. Утро началось с идеально разыгранного спектакля. Спортивные сумки . Смех. Селфи «перед выездом». — Кто первый на горку? — громко спросил Джин, подмигивая в сторону визажистов. — Только не ты, хён, — усмехнулся Чонгук. — Ты будешь держать наши полотенца. Менеджер демонстративно закрыл дверь микроавтобуса. Машина выехала за ворота. Через две минуты она остановилась за углом. Чёрный ход особняка открылся бесшумно. Они вошли внутрь и спустились в потайную комнату наблюдения. За двусторонним зеркалом открывался полный обзор зала. RM включил систему. — Production начинается, — тихо произнёс он. В зале сначала царила обычная рабочая суета. Но когда входная дверь окончательно захлопнулась и звук мотора исчез вдали, атмосфера изменилась. Люди расслабились. Маски начали трескаться. Ю Наыль первой сбросила улыбку. Она медленно сняла жакет и кинула его на диван, небрежно. — Ну что, герои сцены уехали спасать мир? — протянула она. Ли Сора рассмеялась коротко, почти хищно. Чон Хэри уселась на столешницу. Они образовали треугольник. — Видели вчерашнюю игру? — Наыль скривилась. — «Я сомневался в себе». О, как трогательно. — А этот… — Сора закатила глаза. — Звездец хренов . Как будто святой. Речь шла о Тэхёне. Он стоял у кухни, проверяя список продуктов. Бам лежал у его ног. — Интересно, — медленно произнесла Наыль, — он правда такой тихий или просто пустой? Сора подошла ближе к Баму. — Пёсик… иди сюда. Она взяла лакомство со стола. Запрещённое. Чонгук в потайной комнате сжал кулаки. — Спокойно, — тихо сказал Шуга. — Наблюдаем. Бам насторожился. Наыль резко хлопнула ладонью по столу — отвлекающий звук. Сора потянула поводок. Через секунду дверь туалета захлопнулась. Щёлкнул замок. Изнутри послышался низкий глухой удар. — Эй! — голос Тэхёна впервые прозвучал резко. — Расслабься, — лениво бросила Наыль. — Он же охранник. Пусть посидит. Сора постучала в дверь. — Ну что, элитный защитник? Не такой уж и грозный? Чонгук вскочил. — Я её убью. Шуга резко схватил его за предплечье. — Не спеши. Игра только начинается. В зале воздух стал плотным. Сора продолжала стучать по двери, издеваясь над запертым псом. И тогда Тэхён сказал: — Перестань. Тихо. Но твёрдо. Троица замерла. — Ты что-то тявкнул? — медленно повернулась к нему Наыль. — Я сказал — перестаньте. Сора подошла вплотную. — Ты мне противен. Как заметил Чонгук — ты никакой. Бесцветный. Безвкусный, как картон. И ещё смеешь открывать рот? Удар был резким. Браслет был намотан на кулак. Металл рассёк губу. Кровь выступила мгновенно. Тэхён не пошевелился. Даже не поднял руки. Чонгук холодно прошептал: — Он ещё большее ничтожество, чем я думал. Трус. — Посмотри на себя, — прошипела Хэри. — Ни силы, ни харизмы. Ни стержня. Пустое место. Она медленно, демонстративно открыла бутылку с апельсиновым соком. Жёлтая струя потекла по его волосам, по лицу, смешиваясь с кровью. Ни одного движения в ответ. — Если вздумаешь что-то сделать с едой во время готовки… — холодно сказала Сора, наклоняясь к его лицу. — Я тебя закопаю. Понял? Я вырву твой кадык . Хотя , у тебя наверняка его нет, ведь ты недомужик не добаба. Остальные визажисты стояли в стороне. Испуганные. Никто не вмешался. Кто-то поспешно начал собирать вещи. Плечики падали, косметички захлопывались небрежно. Они избегали смотреть в сторону происходящего. Через несколько минут в доме стало тихо. Дверь захлопнулась. Тэхён остался один. Из туалета доносилось глухое рычание Бама. Он подошёл к двери, открыл её. Пёс вылетел наружу. — Бам… Голос мягкий, без приказа. И вот тогда случилось то, от чего у ребят буквально перехватило дыхание. Огромный пёс, который подпускал к себе только Гука, рванул вперёд — не агрессивно, не настороженно — а как ребёнок, которого наконец выпустили из темноты. Он почти врезался в Тэхёна, прижимаясь всем весом, тяжёлым, тёплым, живым. Тэхён не удержался — сел прямо на пол, смеясь тихо, и обнял его. Обнял по-настоящему. Не сверху вниз. А на равных. Бам уткнулся мордой ему в грудь. В этой огромной собаке вдруг проступила детская обида. За закрытую дверь. За одиночество. За несправедливость. Тэхён медленно взял его морду в ладони и прислонился лбом к его лбу. Тихо. Спокойно. — Всё. Я здесь. Бам замер. Его дыхание выровнялось. Тяжёлое напряжение ушло. Они сидели так долго — человек и пёс — в каком-то странном, древнем согласии. Ритуал родился именно в этот момент. Лоб ко лбу. Дыхание в дыхание. Ребята стояли в дверях в полном ступоре. — Он никого к себе не подпускает… — тихо сказал кто-то. — Кроме Гука, — добавил другой. Гук молчал. Он смотрел. И понимал больше остальных. Собаки не ошибаются. Бам не просто подпустил. Он выбрал. Потому что псы чувствуют не статус. Не славу. Не красоту. Они чувствуют душу . А Бам выбрал его без колебаний. Тэхён медленно прошёл к зеркалу. Он не знал, что с другой стороны стекла на него направлены шесть пар глаз. Он поднял голову. Уголок губы разошёлся сильнее. Десна кровоточила. Зубы были в крови. Он посмотрел на своё отражение. В потайной комнате повисла тишина.Тэхён наклонился к раковине… смыл кровь… поднял глаза… И выражение его лица изменилось. Спокойствие исчезло. Взгляд стал точным. Холодным. Просчитанным. Очки Тэхёна слетели из за удара и отскочили к стене . Без очков лицо Тж изменилось. Открылись глаза — большие, раскосые, с хищным разрезом. Янтарные, как у тигра в сумерках. Свет отражался в радужке, делая взгляд опасно глубоким. На одном глазу — лёгкая асимметрия двойного века, придающая взгляду особую выразительность. Не дефект. Особенность. На кончике аккуратного носа — маленькая родинка. Почти незаметная. Почти детская. Кровь на губе стала темнее. Он провёл большим пальцем по ранке. Спокойно. Затем медленно поддел ногтем край искусственных брекетов. Щелчок. Конструкция снялась легко. Она всегда была частью образа. Не необходимостью. Тэхён положил её на раковину. Провёл языком по зубам — ровным, острым, естественно красивым. Движение получилось почти инстинктивным. До одури сексуальным . Не демонстративным. Просто возвращение к себе. В зеркале на него смотрел не «замухрышка». Не удобный проект. Не мальчик под контролем. В зеркале стоял хищник. И ни один из тех, кто стоял за зеркалом, ещё не понимал, что наблюдали не жертву. А игрока.