Lookism with a twist

Мама Пак стояла в маленькой квартирке, нежно поглаживая по волосам спящего пухлого Хёнсока. Она любовалась его спокойным лицом, чувствуя только материнскую любовь. В этот момент в комнату вошёл Хенсок в своём «красивом» теле. Увидев мать, он впал в ступор и невольно выпалил: — Мама? Мама Пак обернулась, удивлённо моргая: — Да? А вы... кто? В голове Хенсока начался настоящий пожар. «Почему мама здесь?! Как мне это объяснить? Она пришла навестить меня, а тут... я?» Запинаясь и обливаясь холодным потом, он выдавил: — Здравствуйте, мэм. Приятно познакомиться... Так вы — мать Хёнсока? Я так много о вас слышал! Спустя пару минут Хенсок сочинил легенду: мол, они живут вместе, чтобы экономить на аренде. Он объяснил, что пухлый Хёнсок работает по ночам и всё время тратит на учёбу, поэтому сейчас спит. Мама Пак, растроганная до слёз, сложила руки у груди: — Мой сын так вырос... работает, учится, да ещё и с таким хорошим другом живёт! Сердце Хенсока разрывалось от лжи, но видеть гордость в глазах матери было бесценно. — А как тебя зовут, сынок? — спросила она. После долгого колебания он ответил: — Меня... тоже зовут Пак Хенсок. «Ну вот, это судьба!» — просияла женщина. — У тебя есть немного времени? Я так хочу поговорить о своём Хёнсоке!

...

В кофейне «Star Coffee» Они зашли в ближайшую кофейню. Бомчжэ, сидевший неподалёку, тут же навострил уши. «Хм! Это же тот красавчик из отдела моды, Пак Хенсок!» — пронеслось у него в голове. По залу пошёл шёпот. Девушки за соседними столиками вовсю обсуждали Хенсока, а одна даже тихонько гавкнула от восторга. Мама Пак усмехнулась: — Ты такой популярный. Наверное, мой Хёнсок тебе завидует. «Мама, это же я!» — мысленно кричал Хенсок. Бомчжэ подошёл принять заказ. Хенсок выбрал американо, но когда мама Пак увидела цены, она в ужасе зашептала: — Как дорого! А растворимый кофе у вас есть? «Три в одном»? Бомчжэ неловко ответил, что такого не держат. Тогда она спросила про бесплатную воду. Она уже была готова ограничиться водой, но Хенсок мягко настоял: — Пожалуйста, я угощаю. Выпейте американо. Она осторожно попробовала напиток и честно призналась: — Я пью это в первый раз... Хенсок поник. «Как же это печально...» Тем временем за другим столом Бомчжэ шептал своей компании: — Эй, смотрите, тот новенький здесь. — Ого, он реально красавчик! — подхватили друзья. — Ведите себя прилично, — предупредил Бомчжэ. — Особенно ты, Васко. Но Васко уже вперился в Хенсока своим фирменным тяжёлым взглядом. Мама Пак продолжала с упоением рассказывать о сыне: — Хёнсок всегда был лучшим! Такой милый, немножко пухленький, но для меня он — самый красивый! Хенсок слушал её с комом в горле. У него никогда не было возможности вот так открыто поговорить с ней, будучи в прежнем теле. Внезапно мама Пак подняла руку и окликнула Бомчжэ, чем шокировала и его, и Хенсока. — Да? — нервно отозвался Бомчжэ, подходя. — А можно мне забрать эти пустые картонные коробки? — спросила она, указывая на упаковку за стойкой. Хенсок замер. «Мама... ты собираешь картон, чтобы заработать копейки?» Она улыбнулась Хенсоку и сунула ему в руку помятую купюру в 5000 вон: — Только не говори Хенсоку, ему будет неловко. Спасибо, что присматриваешь за ним. Хенсок посмотрел на её поношенные, застиранные рукава — немое доказательство её тяжёлого труда. — Пожалуйста... не бей Хенсока. Не издевайся над ним, — тихо попросила она, и эти слова пронзили его сердце насквозь. Уходя, она напомнила Хенсоку: — Передай сыну, что я заходила. У него скоро день рождения, я обязательно приду ещё раз! Хенсок остался стоять один, совершенно забыв про собственный праздник. Его мысли прервал грубый голос: — Эй, новичок! Хенсок обернулся и увидел Васко. Тот выглядел разъярённым. — Я всё видел, ты, мерзавец! — прорычал Васко. — Думаешь, тебе всё можно? Ты перешёл черту! А ну, иди сюда! Хенсок запаниковал. «Что?! Что я сделал не так?!»