Часть 94
16 июня 2026 г., 23:32
«Прости меня...Мама...Джихо...Моя жизнь... она ведь подошла к концу, правда?..»
Хенсок чувствовал себя абсолютно невесомым. И в то же время — невыносимо тяжёлым.
Размытый коктейль из боли, горького сожаления и мёртвой тишины поглотил его целиком.
«Я искренне надеюсь, что твоя рана заживёт, Джихо... Пожалуйста, не позволяй этому кошмару окончательно сломать и погубить тебя. Забудь обо мне. Двигайся дальше. Живи...»
И последняя, едва уловимая искра мысли промелькнула в его гаснущем сознании:
«Хорошо провести время с другом прямо перед смертью... Это ведь... это ведь не так уж и плохо, верно?»
Полнейшая темнота. Свет окончательно погас.
Осталась лишь неподвижная, леденящая душу тишина.
И Пак Хенсок.. просто отпустил себя.
---
Но где-то в другом конце города — он резко открыл глаза и проснулся. Не в своём идеальном втором теле. Не как красивый, сильный, бесстрашный Хенсок. Он проснулся в своём прежнем, пухлом теле. Хёнсок резко сел на матрасе, судорожно хватая ртом воздух. Он весь был насквозь пропитан холодным липким потом. Его глаза в ужасе округлились, когда он уставился на свои трясущиеся, пухлые пальцы. «Быть не может... Неужели... неужели я только что потерял жизнь в том теле?!»---
Тем временем на месте трагедии... Возле заброшенной бильярдной выли полицейские сирены, а ядовито-красные и синие огни скорой помощи окрашивали тёмные улицы в тревожные тона. На холодном асфальте, среди осколков стекла, лежали два изувеченных, изломанных тела. Парамедики в панике суетились вокруг них. — Они в сознании?! — Нет, сэр! оба отключились! — Фиксируй ему шею, идиот! А если там травма позвоночника?! — Про-простите!---
Один из копов лениво повернулся к следователю: — Кофе будете, детектив? Мужчина, хмуро наблюдавший за всем этим хаосом, тяжело вздохнул: — Да уже выпил одну чашку. Его взгляд проводил испачканные в крови носилки, которые парамедики поспешно заталкивали в машины скорой помощи. А затем детектив повернулся к единственному свидетелю, оставшемуся на месте преступления. К Джихо. Джихо стоял посреди улицы. Маленький, дрожащий от холода и страха. На первый взгляд — обычный испуганный ребёнок. Но в глубине его глаз... скрывалось кое-что пугающее. Что-то очень неправильное. — Да... Они просто начали драться друг с другом... — заикаясь, со слезами в голосе произнёс Джихо. — Они оба были моими друзьями... но... они внезапно сцепились, и потом- — М-да... ну и геморрой же на нашу голову, — пробормотал детектив, на ходу делая пометки в своём блокноте. К нему подошёл другой полицейский: — Свидетелей больше нет. — Что по камерам видеонаблюдения? — Владелец заведения в этот момент торчал в туалете. — Опять эти дешёвые муляжи за четыре доллара? — Угу. Обычные пластиковые коробки. — Чёртовы ленивые бизнесмены, вечно экономят на безопасности... — выругался следователь. Но Джихо... он продолжал стоять абсолютно неподвижно. Опустив голову вниз. На его глазах всё ещё блестели слёзы. Но... на его губах играла едва заметная, слабая улыбка. «Я ведь не солгал... Они действительно дрались друг с другом. Я просто... просто недоговорил им, какую роль во всём этом сыграл я сам. Только он был моим другом. Только Хенсок. Слышишь, Хенсок... пожалуйста, не умирай, ладно? Я не хотел, чтобы всё зашло настолько далеко... Я просто... просто очень хотел, чтобы ты во мне нуждался. Чтобы ты был только моим...Но ты всё равно выбрал этого ублюдка Джеймса...» Детектив, даже не подозревая о буре безумия в голове подростка, тяжело вздохнул: — Что ж, придётся ждать, пока кто-нибудь из них придёт в себя в больнице. От этих слов Джихо внутри весь заледенел. «...А что, если они вообще никогда не очнутся? Неужели я... неужели мне реально удастся выйти сухим из воды?» Он медленно моргнул. А затем снова низко опустил голову, пряча от полицейских безумную, торжествующую улыбку, которая так и тянула его губы вверх.---
Тем временем в первой машине скорой помощи, куда погрузили Джеймса, началась паника: — Его сердце сдаёт! Пульс подскакивает до 130-140! — Срочно кислородную маску сюда! Кислород, живо!---
В этот же момент к оцеплению бильярдной, тяжело дыша и спотыкаясь, прибежал пухлый Хёнсок. Он успел как раз вовремя, чтобы увидеть, как его идеальное второе тело — окровавленное, безжизненное и практически неузнаваемое под слоем бинтов и соуса — заносят в задние двери второй скорой. Внутри Хёнсока взорвалась дикая, первобытная паника. Он потерял контроль над собой и истошно закричал на всю улицу, пытаясь прорваться сквозь заградительную ленту: — СТОЙТЕ!! ЭТО ЖЕ Я!! ЭТО МОЁ ТЕЛО!!! ПОДОЖДИТЕ!!! — Эй, задержите его! — рявкнул один из офицеров. Двое здоровых копов тут же мёртвой хваткой перехватили плачущего Хёнсока, заламывая ему руки и оттаскивая назад. — Тебе туда нельзя, парень! Отойди за ограждение! — МНЕ НУЖНО ТУДА!! ОТПУСТИТЕ МЕНЯ, ВЫ НЕ ПОНИМАЕТЕ!! ЭТО МОЁ СОБСТВЕННОЕ ТЕЛО!!! — в полном отчаянии, захлёбываясь слезами, кричал Хёнсок, провожая взглядом закрывающиеся двери скорой помощи... Хёнсок успел заметить лишь последний, мимолётный проблеск — его собственная рука. Его рука. Безжизненные. Свисающие с каталки. Изнутри уезжающей машины скорой помощи доносились панические выкрики врачей: — Дыхание Чейна-Стокса! — Проверь пульс! Быстро! — Электрокардиограмму — ЖИВО! — Нам нужен эпинефрин! Сердце пухлого Хенсока готово было выпрыгнуть из груди от ужаса. «Не уезжайте! Пожалуйста! Это же я! Это моя жизнь!» А медики внутри продолжали кричать: — Личность пострадавшего установлена? — Мы ищем законного представителя или опекуна! — При нём нет телефона — только наличка! — Нам нужно срочное согласие на операцию! Быстрее! Глаза Хенсока расширились от шока. Его сердце сковал леденящий стужу страх. «Операция...? Что они имеют в виду под операцией?! Это же я! Я здесь, я жив!!* Он попытался рвануться вперёд, догнать каталку, но тяжёлые двери скорой помощи с оглушительным грохотом захлопнулись прямо перед его носом. Сирены взвыли с новой силой. Машина тронулась. Она уезжала. Забирая его. Его второе «я». «Не уезжайте... пожалуйста, не бросайте меня здесь. Если я потеряю это тело...» Хенсок в растерянности опустил взгляд и посмотрел на свои ладони — пухлые. Медлительные. Слабые. «Всё, что я так долго и упорно строил... всё, что у меня есть сейчас... всё это заперто в том теле. Мои друзья. Моя сила. Моя уверенность в себе» Если он потеряет его сейчас — он снова станет абсолютным никто. Обычным неудачником.---
Внутри машины скорой помощи: — У него остановка сердца! — Дефибриллятор! — Готово! — Рви рубашку — ЖИВО! — Разряд! Тяжёлый электрический разряд эхом отозвался в салоне машины — но монитор сердца продолжал издавать лишь один сплошной, удушающий плоский писк. — Ещё раз!---
Снаружи Хёнсок бежал за машиной до тех пор, пока его лёгкие не начало выжигать адским пламенем. Он споткнулся на мокром от дождя бетоне и со всего маху рухнул на землю, яростно колотя кулаками по асфальту. «Переключись! Переключись ПОЖАЛУЙСТА!-»---
— Разряд! Линия на мониторе оставалась абсолютно прямой. Слёзы градом лились из глаз Хёнсока. Он истошно закричал на всю улицу, в отчаянии начиная биться лбом о холодную дорожную плитку: «Я всё ещё жив! Мне просто нужно ПЕРЕКЛЮЧИТЬСЯ!-»---
Внутри скорой: — Последний раз! — Три... — Два... Хёнсок на улице намертво стиснул зубы и в последний, финальный раз с силой ударился головой о холодную землю. — ОДИН!---
БИП.. БИП... БИП..! Монитор сердечного ритма снова ожил, подавая прерывистые знаки жизни. Его душа успела вернуться назад. На самой грани. Буквально в последнюю долю секунды. У него получилось. Он вернулся.---
Тем временем далеко от этого кошмара, возле тихого круглосуточного магазинчика... Ханыль сидела на пластиковых ступеньках, поплотнее укутывая шею тёплым шарфом. Рядом с ней Сучжон нежно прижимаясь к её плечу, грела ладони о тёплую баночку готового кофе. Вокруг них большими хлопьями мягко падал снег. Первый снег этой зимы. — ...Его всё ещё нет, — тихо прошептала Ханыль. Сучжон подняла глаза на темнеющее зимнее небо: — Думаешь, он забыл про нас? — Нет, — Ханыль мягко покачала форменной головой. — Хенсок никогда ничего не забывает. Она шмыгнула носом, пытаясь сдержать подступающую грусть. — ...Он ведь обещал, что обязательно придёт и во всех красках расскажет нам, как прошло его свидание с Васко... Ханыль попыталась улыбнуться, но на душе у неё было как-то странно и необъяснимо тяжело. — ...К тому же сегодня первый снег в этом году... Похоже, мне приходится встречать его в компании моей любимой девушки... Сучжон тепло приобняла её за плечи, притягивая ближе к себе, чтобы хоть как-то защитить от наступающего зимнего холода.
Примечания:
:р
