Can See Through You

Absolute Zero - Stone Sour

«My mouth is a gun i can shoot

I can show you the truth,

And I don't need a reason to lie to you».

***

[my hope reminds me a fool - Big Brave] Она умирает. Девушка проснулась в собственной крови. Ее нещадно колотило. Подушка была мокрой, а кожа лица и шеи липкой. Разбудил ее собственный крик. Тот был полон невыносимой боли. Ее разрывало изнутри. Голова была тяжелой и пульсировала. Словно в ней, там, сидело что-то и выколачивало насквозь колья. Бам. Бам. Бам. А из дыр, которые уже успели появится, нескончаемым потоком струилась теплая жидкость. Багряно красная. Глазницы ее пульсировали. В них будто что-то давило, да с такой силой, что девушке казалось ее сейчас вывернет наизнанку. Сердце безостановочно стучало, грудь сдавливало. Дышать было чертовски тяжело. Жар не отпускал ее тело. Футболка была насквозь мокрой от пота. Ее желудок словно свернулся в ком. Вязкая слюна наполнила рот. Девушка сглотнула, что было ошибкой. Ее тут же вырвало прямо на постель. Трясущейся рукой, она утерлась. Дверь распахнулась. Со скрипом. Неестественно громким, от которого руки ее метнулись к ушам. Берушей она не обнаружила. Что-то грохочет по ее комнате. Девушка чувствует, как подрагивают стены и продолжает сдавливать руками голову. Еще немного и та лопнет. Чья-то рука ложится ей на плечо. - Эри? – знакомы голос воплем проникает в ее голову. Девушка морщится. Зубы чуть ли не трещат, настолько сильно она сжимает их. Вопль Тамзи, ворвавшегося к ней, эхом бился о стенки ее черепа. - Тише, - собственный голос звенел в ее ушах. Прерывистый, дрожащий, но до невозможного оглушительный. Ее неровное дыхание ощущалось как буря. Воющая, свистящая. – Не кричи. Она слышала, как спокойное, еще не проснувшееся сердцебиение соседа нарастало в ритме. Казалось сердце его пробьет грудь и упадет ей на колени. Она слышала все. Вплоть до того, как юноша моргает. Он быстро вышел из ее комнаты, поднимая новую волну грохота. Еще чуть-чуть и со стен посыплется штукатурка. Дышать становилось все труднее. Грохот нарастал. Она слышит жизнь над собой, под собой, справа, слева и вглубь по коридору. Ощущает, как на крыше гремят люки и как на парковке ревут моторы машин. Она слышит кто не спит, кто просыпается, а кто только мирно посапывает в постели. Она сходит с ума. Заткните этот мир. По коридорам, сравнимо взрывам, стучит по кафелю обувь. В ее комнате словно оказалось стадо из желающих разорвать ее в клочья зверей. Они тяжело дышат. Зубы их словно металл, острые, гулко лязгающие. Она хочет закричать, но не может издать ни звука. Она боится собственного голоса. Звери подходят ближе. Она чувствует давление. Сейчас от нее ничего не останется. Руки ее касаются чьи-то тонкие пальцы. Холодные, дрожащие. Они обхватывают ее кисть и пытаются оторвать от головы. Эри морщится, сопротивляется. Рука поглаживает ее кожу, с противнейшим шорохом. Но прикосновения мягкие, не несущие угрозы. Девушка сильнее сжимает зубы и позволяет взять свою руку. Пальцы проходятся по локтевому сгибу. Резкий шорох, словно гром, заставляющий ее резко втянуть воздух. Она чувствует запах спирта. Руки касается что-то холодное. Снова металлический лязг. Чужие прикосновения возвращаются, придерживая предплечье. Под кожу заходит игла. Она ощущает леденящий холод, с которым препарат растекается по телу. Шум постепенно утихает. Веки тяжелеют. Ее забирает бездна.

***

Когда она очнулась, звуки больше не хотели ее убить. Но голова все еще была ватной, а веки невозможно тяжелыми. Она не могла понять, находится ли в помещении кто-то кроме нее. Пыталась разомкнуть губы, позвать, но тело ее еще не до конца проснулось и попросту ее не слушалось. Через большое усилие, она попробовала хотя бы пошевелить плацами на руках. Те послушались, простынь под ней еле слышно зашуршала. - Эри? – почти шепотом позвала ее Эйша. Девушка подошла к ней и дотронулась до ее руки. – Постарайся сильно не двигаться, ладно? Эри слегка дотронулась до нее кончиками пальцев и тут же убрала, давая понять, что слышит. Какое-то время она и вправду старалась лежать в покое, но этот покой уже разрывал ее изнутри. Она старалась разлепить веки. Поначалу получались у нее лишь мелкие щелки, которые тут же смыкались. Эри их домучила. Наконец, медленно, почти сонно моргая, держала их открытыми. Перед ней по-прежнему стояла непроглядная тьма. Эйша все это время сидела рядом. Как Эри успела понять, там было и несколько других медиков, но те занимались своими делами и близко не подходили. Все последующие время было изматывающим, выделенным на то, чтобы привести тело к жизни. Через час внутри нее кипело примерно все. Она одновременно не может больше лежать и не может подняться. Когда она услышала, как Эйша встала с места и отошла куда-то, Эри попробовала сесть. Получилось у нее неуклюже, тяжелая голова подалась назад. - Тебе вообще спокойно не лежится, да? – раздался над головой голос одного из медиков. Эри повернулась на звук и тут же сморщилась. Резкое движение отозвалось болью во лбу. - Ляг, - сказали ей. - Я уже не могу, - почти сонно тянула она. - А если снова приступ? – спрашивал медик. – Опять тебя химией накачивать будем? - Ну зачем химией… - Эри лениво улыбнулась. – Можно просто по голове дать. - Ну-ну, – смеялся он. - Эри, ляг пожалуйста, - вернувшись, попросила Эйша. Девушка тяжело вздохнула, но сползла обратно на подушку. - А меня не слушала, - удивился медик. - Так я вас и не видела, - улыбалась девушка. - Можно и на «ты», не думаю, что я сильно старше, - сказал он и представился: – Тони. Девушка кивнула: - Эри. - Знаю, - усмехнулся он. – Для того, кто недавно появился в штабе, ты слишком часто бываешь в лазарете. - Да уж, - улыбалась девушка. – Чересчур. Она услышала, как распахнулась дверь. Ритм шагов тяжелый, уверенный и до боли знакомый. - Очнулась? – спросил Энзин, подойдя к ней. - Как видишь, - Эри тяжело вздохнула. Так. Ладно. Она не может лежать, когда все вокруг нее стоят. Девушка аккуратно приподнялась и оперлась спиной о стену. - И что это было? – мужчина сел на соседнюю кушетку. - Энзин, давай потом, а? – Эри поморщилась. Ей было лень с ним разговаривать. - Какого хрена с тобой постоянно что-то происходит? - В чем ты меня обвиняешь? Он не ответил. Тяжело вздохнул, а затем спросил: - Как? - Я не знаю, - Эри, вздернув брови, слегка покачала головой. – На мне даже дзинки не было. - Я не понимаю, - мужчина потер переносицу. – Только все встанет на места. Деталька к детальке. И ты тут же умудряешься что-то выкинуть. - Я, да? – кивнула девушка. – Здорово. Он свел брови к переносице, сожмурился, снова открыл глаза. В его голове разворачивался дикий мыслительный процесс. - Ладно, - в конце концов сказал он и поднялся. – Откисай. Потом поговорим. Эри поджала губы и кивнула. – А. Я зачем пришел, - мужчина чем-то зашуршал. – Тебе выделили время на восстановление. Выйдешь на работу по мере самочувствия. Наши беспокоятся. Собрали тебе тут… Девушка ощутила, как мужчина поставил рядом с подушкой небольшой пакет. Судя по звуку – бумажный. - Ага, - протянула Эри. – А теперь просвети меня. Что там? - Сухпаек от Семиу в виде орехов и печенья, Рию накидала леденцов и закинула плеер… Эри усмехнулась: - Ну да, плеер после такого – это то, что мне нужно, - саркастично сказала она. Без упрека, но с явной иронией. - Она заморочилась, - улыбнулся Энзин. - Накачала туда джаза. - Серьезно? – искренняя улыбка появилась на лице Эри. – Спасибо ей. Вот только навряд ли я сейчас смогу слушать хоть что-то, кроме собственного дыхания. - Она старалась, - пожал плечами Энзин. - И я оценила, - кивнула Эри. - От меня тебе шоколадный батончик и твои беспантовые дамские, твой наставник положил кофе. - Может чаще болеть? – усмехнулась Эри. – У меня как будто день рождения. Столько внимания. - Ты давай вот это не начинай, - своему голосу он предал напускной серьезности. – Как только зрение вернется сразу в строй. Эри хмыкнула. - Я серьезно, - он тяжело вздохнул. – Эри, давай без приколов. - Они сами меня преследуют, - девушка поджала губы. Энзин ничего не сказал. Подошел к ней и потрепал рукой по голове. Челку размотало по лицу. Эри поморщилась. Мужчина усмехнулся, увидев ее реакцию и поспешил удалиться.

***

Она весь день провела полусидя-полулежа. У нее уже конечности немели. Но каждый раз, когда она пыталась встать, рядом тут же оказывались Тони и Эйша в попытках уложить ее обратно. Делать было абсолютно нечего. Все кричало от скуки. Кроме нее в лазарете никого не было. Медики на протяжении дня носилась туда-обратно по штабу. Поговорить было не с кем. Эри исследовала пакет, принесенный Энзином, вдоль и поперек. Орехи она съела в первые десять минут после того, как ее оставили одну. К печенью почти не притронулась, но через упаковку насчитала ровно двадцать штук. Леденцы были на палочках в количестве пяти штук. Их девушка раздала команде медиков, по очереди заходивших проверить, в каком она состоянии. Кофе был растворимый в небольшой банке, но ни кружки, ни кипятка у нее не было. Она просила некоторых врачей об услуге, но те, загруженные работой, попросту забывали. Эри не настаивала. Шоколадный батончик она открыла. Надкусила и ощутила нугу. Замотала обратно в упаковку и больше не притрагивалась. Эри совершенно не понимала, что делать с плеером. Она водила по нему пальцами, исследуя кнопки. Девушка нащупала динамики. Такой можно слушать и без наушников. У них с братьями были похожее. Два на четверых. Это была борьба насмерть, в которой Эри почти всегда уступала. Возможности приноровится к устройству у нее не было. А сделать это вслепую… [You Wanna Be A Hippie? - Funky Destination] Эри тыкала кнопки наугад. Вдруг попадет. Боковая кнопка справа, два раза вниз, дважды верхняя левая боковая кнопка, круглая серединка и… Девушка вздрагивает, чуть не выронив устройство. Звук взорвался в тишине неожиданно громко. Она потыкала на еще какие-то кнопки. Ничего. Дотронулась до боковых, звук пошел на спад. Эри слушала плеер почти на минимальной громкости. Да… Музыка, которую скачала Рию, тяжело походила на привычное ей звучание. Джаз был какой-то тусклый, плавный, не ритмичный, как привыкла исполнять его Эри. Кул ей никогда не нравился. Слишком медленный. Они с бэндом давно отошли от традиционного звучания, ударились в Эйсид. Теперь Эри тяжело было воспринимать что-то с отсутствием электроники. Когда специализируешься на одном жанре невольно наслушанность перерастает в плоскость звучания. Потому она долго не могла определиться с жанром. Ей нравилось все. Но при этом терялась узнаваемость и приходилось останавливаться на чем-то одном. Эйсид смешивал в себе жанры. Тут тебе и фанк, и хоп, и иногда даже немного рока. Эри описать не могла, какой кайф получала от музыки, которую исполняла. Она бы все отдала, лишь бы еще раз его прочувствовать. Но как же она боялась. Эри перелистывала композиции в поисках той самой мелодии, которая приводила ее душу в трепет. Но кроме традиционного Свинга и Кула словно ничего и не было. Но все равно. На душе становилось тепло. По родному. Она и сама не заметила, как невольно начала выстукивать ритм. Треки сменяли друг друга, и она с легкой улыбкой на лице, подстраивалась под них. Внезапно из плеера раздалась та самая долгожданная динамика. Но грув какой-то до боли знакомый. Три доли - кач. Вторая фраза, два такта, ходит бас. Третья – синкоп, включились ударные. Призрачные ноты тарелок между долями… Черт. Пятая, два такта – саксофон. Седьмая – к циклу синкопа - пэд. Два такта, духовая секция – «вопрос». Восьмая… …«Ответ» – вокал. Блять. Девушка выключила плеер. Слезы сами подступили. Она запрокинула голову, не дав тем скатиться по щекам. Черт. Жжение в глазницах не отпускало. Шрамы словно саднили. И вправду знакомая. Чересчур. Зазубренная до дыр. Самая любимая и самая ненавистная. Где Рию вообще ее нашла? Она знала, что это было не хорошей идеей. Но соблазн… Нельзя связывать музыку с воспоминаниями. Этот звук бьет похлеще любого удара. Но что делать, когда воспоминания приходят с музыкой? Отказаться? Она совсем дура? Если нет, почему так больно от собственного голоса? - Эри? По помещению прошелся знакомый голос. Тамзи. – Все нормально? Она не слышала в этом голосе беспокойства. Он пришел ради приличия. Потому что он ее учитель. Потому что надо. Девушка опустила голову, по привычке обернувшись на звук. - Ага, - кивнула она. – Нормально. - Точно? - Да. - А что за страдающие выражение лица? Она уловила в этом вопросе едва слышную усмешку. - Думаю. - О чем? Девушка не понимала, почему он продолжал спрашивать. Отвлечь? А зачем? - О музыке, - не стала врать Эри. - А-а, - лениво протянул он. – Точно, ты же звезда. - Давно нет, - девушка поджала губы. - Почему нет? А то он не знает… Задает короткие вопросы. Просто поддержать беседу. Вот только она немного не в состоянии. Эри тяжело вздохнула. - По той же причине, по которой я весь день маюсь без дела. В лазарете воцарилось молчание. Парень прошел к ней и сел рядом. - Я думал это работает, только тогда, когда дзинки при тебе. - Я тоже, - вздохнула Эри. – Но сегодняшнее «доброе утро» говорит о другом. - Может быть такое, что ты ошиблась в своей теории? – предположил Тамзи. - Может, - Эри покачала головой. – Но никто точно не скажет. - Может рискнешь попробовать? – спросил он. – Я мог бы помочь. - Чем? – усмехнулась Эри. – И как? Я все еще ничего не вижу. Очки не работают. - Ты когда-нибудь пела без этого сценического образа? Без дзинки? – спросил он вдруг. – Как объяснить то, что сегодня утром он словил тебя на расстоянии? Может он реагирует на твой голос? - По твоей гипотезе я говорю во сне, - Эри скептически подняла бровь, эта гипотеза ей не нравилась. - Когда ты говоришь без очков, ты чувствуешь то же, что с ними? - Нет, - Эри свела брови к переносице. Она понимает, к чему он ведет, и это ей нравится еще меньше. - А когда поешь? - Я не пробовала, - девушка покачала головой. – И не стану. - Почему? - Потому что стоит мне услышать ритм и люди уже не в себе, а если я запою, то ты тут вообще овощем станешь! - Давай попробуем, - гнул свое он. - Ты сумасшедший? – веки Эри распахнулись так широко, как ей позволял разрез глазниц. Она тут же прикрыла их и слегка завесила челкой. - Эри, мы вроде условились помогать друг-другу. Кто еще предложит тебе ставить над собой эксперименты? - Не надо мне такого предлагать, - девушка нахмурилась. - Что ты будешь делать, если что-то пойдет не так? Ты под контролем. Ты ничего не сможешь. - Все люди, испытавшие это на себе, все еще живы, верно? - Не все… - Эри, я говорю именно про вокал. - Я не хочу, - девушка начинала закипать. – Я боюсь, ясно? - Один раз. И я отстану. Эри покачала головой. Она не станет. - А если бы тебе что-то угрожало и это было единственным вариантом? – спросил Тамзи. Девушка покачала головой. Знает она эти варианты. - Чтоб ты понимал, - она тяжело вздохнула. - Меня пару недель назад домогались. Тишина. - И ты не пыталась отбиться? Она благодарила судьбу, за то, что не видела его взгляда. Она бы его не выдержала. - Пыталась, - кивнула она. – Но без манипуляций. Без дзинки. - И как? – парень наклонил голову в вопросе. – Помогло? Девушка хмыкнула и покачала головой. - Мне помогли. Он молчал. Ей казалось, что стены сжимаются. Тишина, в которой они сидели, звенела. - Эри, что ты здесь делаешь? Девушка вздернула брови. - То есть? - То есть - что ты здесь делаешь? Юноша выдержал паузу. Он знал, что она не ответит. Девушка совершенно не ожидала услышать этого вопроса. Может в глубине души. Именно от него. С той же усталой интонацией. Через время. Когда он примет тот факт, что не смог заставить ее сделать больше, чем она реально может. Но не сейчас. - Ты хоть чему-то учишься? – продолжил он. - Мы это уже проходили. Ты опускаешь руки на пол пути. У тебя такие возможности, а ты их… игнорируешь? Что ты делаешь в «Рьяных»? Да даже в уборщиках? Эри не сказала ни слова. Это он ее так отчитывает? Выглядит похоже. Во всяком случае в том, как она это воспринимает. Девушка поймала себя на том, что держит голову опущенной. Волосы ее закрывают лицо, словно прячут стыдливый взгляд. Ей можно было сидеть ровно и ничто бы не выдало влияния, которое оказывали на нее эти слова. Но когда ты сам осознаешь, в чем твоя ошибка, а тебя в это еще и тыкают... Бьет больно. - Где в тебе хоть капля того, что из тебя пытаются выбить? Вот, я никак в толк не возьму, тебе нравится быть жертвой? Когда все вокруг тебя скачут и пытаются помочь? - Ты что несешь? – Эри сжала кулаки, кончики ногтей больно впивались в кожу. Она злилась. Не на него. - Правду, - сказал юноша. - Не нравится? Он ее не просто упрекал. Парень копал глубже. Задевал уже имевшуюся рану, как бы случайно. Проверяя, где ее зацепит больше. - Докажи, что я не прав. Эри понимала, что он от нее хочет. Но девушка четко определила границу своих возможностей. Она не будет ее переходить. Не потому что не хочет. Потому что не может. - Применив на тебе дзинки? Я может и жертва, - согласилась Эри. – Но не идиотка. У меня принцип. Говори что хочешь. Против него я не пойду. - Ладно, - кивнул Тамзи. Но интонация говорила за него сама. Он не собирался уступать. Она уже было выдохнула, но почувствовала нарастающее в комнате давление. Он не уходил. Сидел и смотрел на нее. Она не видела, но чувствовала, как парень пожирает ее взглядом. Эри напряглась и невольно подалась назад, уткнувшись спиной в стену. Дальше было некуда. - Что-то не так? – голос ее дрогнул. Она и не ожидала, что вопрос прозвучит так. Парень не ответил. От чего-то дышать становилось сложнее. Она не знает почему, но атмосфера накаляется. Словно перед бурей. Тяжелеет. Становится душно. И полная тишина. Он просто молчит, нагоняя жути. Она не станет участвовать в этом. Девушка зашевелилась. Если он планирует сидеть здесь и пытаться ее спровоцировать таким образом - она уходит. И ее сковывает. Девушка в полной обездвиженности. Окутанная его нитями. Эри дернулась. Канаты быстро затянулись, впиваясь в ее кожу. Они всегда были чувствительны к движению, но сейчас больше, чем обычно. Стоило ей вздохнуть чуть глубже, и они утягивались, готовые ее раздавить. Свободная рука потянулась к очкам у подушки. Веревки тут же оцепили ее, оставляя на коже борозды. Нити вдавливались все глубже. След от них багровел с каждой секундой. - Тамзи, мне больно, - шипела девушка. Парень молчал. Его словно и не было. Но она чувствует. Чувствует его давящие присутствие. - Слышишь? – голос ее в панике прерывался. – Я с тобой говорю. Отпусти. В абсолютной тишине его холодный тон казался звенящим: - Заставь меня. - Ты издеваешься? – она чуть ли не срывалась на крик. – Я не могу! - Жаль… - абсолютное равнодушие. Все, что она услышала. – Я тоже не могу тебе ничем помочь. Он сейчас серьезно? Она не собирается идти у него на поводу. Она ясно дала это понять. Девушка даже не уверена в правдивости его гипотезы. Но парень продолжает изменять натяжение нитей, которые все глубже врастают в ее тело. - Я серьезно. Хватит, - девушка не знала, что делать. – Я буду кричать. - Пожалуйста, - парень хмыкнул. Эри уже было открыла рот, готовая звать на помощь, но нити затянулись на ее животе. Диафрагму сдавило. Из нее вырвался сдавленный, едва уловимый звук. Нити ослабли. Она тут же резко вдохнула. Ей хотелось плакать. - Прекрати! – она не может нормально вдохнуть. Резко втягивает в себя воздух, а кислорода все еще не хватает. – Пожалуйста! Я в теории не смогу! У меня нет дзинки! Он молчит. Смотрит, как канаты стремятся раздавить ее. Парень не собирается ничего делать. Он ждет, когда она подчинится. Когда Эри в очередной раз попробовала достучаться до него словами, веревки снова затянулись на ее животе. Держались. Не собираясь отпускать. Кислорода становилось все меньше. Голова ее уже готова была взорваться от нехватки воздуха. Сознание девушки медленно уплывало. В миг, когда оно почти ее покинуло, нити ослабли. Нос резко втянул спасительный глоток воздуха. Она закашлялась, жадно ловила каждый вздох, но с каждым ее движением все глубже вдавливались в кожу канаты. Она здесь умрет. - Ладно! – выкрикнула Эри. – Я сделаю! Только, пожалуйста… - она зашипела сквозь зубы от боли. – Пожалуйста, хватит... Тишина. Ни слова в ответ. Нити продолжают держать натяжение. Он ничем не собирается ей помогать. Она сдалась. Вспоминая мелодию, которую слушала недавно. Ей было невозможно стыдно. Она ощущала себя до противного жалкой. Спасало лишь то, что она не видит того презрения, с которым он должно быть на нее смотрел. От унижения, которое она испытывала, девушка уже была не против чтобы ее раздавило. От прерывающегося дыхания голос дрожал, возникая из страха, что нависал над ней. Когда звучит музыка, пространство становится мягче. Сейчас оно лишь больше напитывалось тревогой. Привычной легкости не было. Усилия, которые она прилагала чтобы выдавить из себя голос были колоссальными. Мелодия исходила не из нее, она проходила насквозь и отдавалась дрожью в теле. Ноты нервно плавали. Призывающие фразы текста потеряли шутливость, становились умоляющими. Песня, которую она тянула, когда-то динамичная в ее исполнении, сейчас плакала. Ничего не выйдет. Она просто позорится. Падает еще ниже. Но не останавливается. Втягивается в звучание, слушает, запоминает. И сдерживает накатывающие слезы. Дрожь в голосе спадает, звук ложится плавнее, мелодия приближается к приятной. Но все еще плачет. Если бы не ситуация, она предположила бы, что могла играть спокойном стиле. Нити немного ослабли, позволяя ей вдохнуть. Излучая меньшую угрозу. Ноты стали мягче. Чуть слышно они раскрывались в тишине, наполняя ее тихим сиянием. Она словно давно держала именно это звучание в себе. И только сейчас позволила ему существовать. Но теперь эту мелодию в изначальном виде, воспринимать как раньше навряд-ли сможет. Голос поднимался почти незаметно, как легкое движение воздуха. Пространство словно меняло плотность. Чернота становилась прозрачнее. Девушка услышала с какой силой стучало ее сердце. Слышала, как колотится сердце сидящего напротив Тамзи, которое не совпадало со спокойствием в его дыхании. Эри продолжала петь и с каждой нотой хотела бросить все и оставить как есть. Полную темноту и еле уловимые звуки. Она не хочет, чтобы это сработало. Девушка не хочет, чтобы юноша был прав. Но… Черт. С каждым мгновением гипотеза, выброшенная наугад, подтверждалась. Очки все это время пролежали рядом. На кушетке. Около подушки. На ней их не было. Но она, блять, его видела. Тамзи тоже видел ее. Замечал, как меняются эмоции на ее лице. И в конце концов понял, что оказался прав. Светлые глаза ехидно сверкнули, уголки его губ едва заметно дрогнули в улыбке. Нити снова пришли в натяжение. Нужен был другой результат. Эри поморщилась. Она больше никогда и ничего не станет обсуждать с этим человеком. Девушка вспомнила, как делала это тогда. Просто слушать. Просто представлять. И люди сами сделают, что нужно. И не вспомнят ничего. Ничего сложного. Ничего страшного или замороченного. Ей просто нужно чтобы он оставил ее в покое. Мгновение и взгляд его мутнеет. Теряет жизнь. Токушин приходит в движение, нити наматываются на него, отпуская ее тело, по которому с новой силой проходит боль. Воздух проникает в борозды, что успели закровоточить. Эри сдерживается, чтобы не закричать. Парень просто уходит. Словно сам принял это решение. Никто бы и не подумал, что в нем нет воли. Но глаза сами за него все скажут. Дверь в лазарет захлопнулась. Эри свалилась на подушку и зашлась в истерике. - Пошел ты на хуй, - ругалась она, утирая слезы.

***

На следующий день она, можно сказать, буквально сбежала из лазарета. Медики сказали, что ей лучше отлежаться еще денек и понаблюдать за своим состоянием. Она и так им все скажет. Состояние недобитого скота. Убивать начали, а в процессе подумали, что еще понадобиться и отпустили зализывать раны. О вчерашнем вечере Эри никому не сказала ни слова. Она проревела от боли и собственного идиотизма. У нее просто не осталось сил на разговоры. Она до ночи пролежала овощем. Никто и не видел, что тело ее выглядело, как перевязанное мясо. Сон не приходил. Все это время раны пульсировали, напоминали о себе, не давая сомкнуть век. «Я хочу помочь» Если он планирует помогать ей таким образом, она сама справится. Убьется, но справится. Он ненормальный. У нее в голове не укладывалось, как можно так издеваться над человеком в попытках слепить из него что-то. Что-то что он сам себе придумал. Что это за методы такие? О чем он думает? Что после такого она просто возьмет и пропустит ситуацию мимо? «Ты хоть чему-то учишься?» Знал бы он, сколько раз она задала себе этот вопрос. У нее не было конкретного ответа. Девушка понимала, что она сейчас и месяц назад – два разных человека. Но это по силе. А по духу она все та же. «Ты опускаешь руки на пол пути» Да. Потому что не вывозит. Все больше в голове растет мысль чтобы уйти. Сегодня она была похожа на сумасшедшую. Волосы ни расчесывать, ни собирать не стала. Иссиня-черные пряди спадали на лицо. Сколько бы она не заправляла их за ухо, те снова возвращались на место. Высоко натянутые, привычные очки только больше делали из нее фрика. Длинный кардиган скрывал тело. Рукава его были расклешенными, от того не сильно спасали. Стоило ей неосторожно дернуть рукой и ткань обнажала красно-синие борозды. Девушка сжала кулаки, захватив в них ткань и шагала прямиком к столовой. Состояние было нервным. Она спрятала в карман кардигана одну сигарету, зажигалку и плеер. Девушка подключила к нему проводные наушники. Вставила один в ухо и вслушивалась в ритм на минимальной громкости, просто чтобы занять чем-то мысли. Выспаться у нее не получилось. Допросится стакана с кипятком тоже. Значит сама возьмет. Зрение потихоньку возвращалось, вместе с ярким звучанием окружающего ее мира. Ее удивлял контраст, с которым она его воспринимала. Если сравнить ее слух и слух обычного человека, мир для них звучал также, как для нее сейчас мелодия на минимальной громкости. Для нее с дзинки в нормальном состоянии - это колонка с мощностью около ста децибел. Видела она плохо. Только то, что находилась в метре. Ориентирами служило граффити на стенах. За то время, что она здесь работала, она успела запомнить их расположение. Периодически ей встречались люди. Их она тоже видела, но пятнами. И только в случае, если они разговаривали или находились в движении. Когда ей удалось добраться до столовой, она услышала шум. Народ проснулся. Девушка постаралась максимально тихо открыть дверь и тенью вошла внутрь, держась ближе к стенам. Она добралась до барной стойки. Перед ней все плыло, сливаясь в единое месиво. Не ясно вообще ничего. Кроме серой массы с вкраплениями она ничего не видит. Черт. Кто-то сзади дотронулся до ее плеча. Девушка вздрогнула и обернулась. - Доброе утро, - улыбалась ей уже совсем бодрая Рию. – Ты чего крадешься? Эри вытащила наушник и спрятала в карман. Девушка улыбнулась в ответ, пусть и устало. - Доброе, - ответила Эри. – Медики бдят за тем, чтобы я отлеживалась. Я скрываюсь. Рию усмехнулась и закатила глаза. - Мы им не скажем, - девушка дернула ее за рукав кардигана. – Пойдем к нам? Она отвела глаза куда-то в сторону. Но сколько Эри не всматривалась, дальше бара только темнота. - Я не совсем все вижу, - пояснила Эри и махнула на барную стойку перед собой. – У меня небольшие проблемы. - Помощь? – тут же уловила девушка. - Было бы здорово, - кивнула Эри. - Чего хочешь? – Рию встала сбоку от девушки. – Есть тосты, глазунья… - Кофе, - Эри положила руку ей на плечо, останавливая. – И если найдутся – сливки. - Ща найдем, - сказала Рию и пропала из ее поля зрения. Через пару минут Рию вернулась и вручила ей больно увесистый для одного кофе поднос. Эри сощурилась, голова ее болела в попытках разобрать, что именно она туда наложила. Она заметила ореол чего-то черного. По всей видимости кофе. Из серединки к краям растягивались белым пятном сливки. Два вытянутых пакетика, края которых размывало, вероятнее всего были сахаром к нему. Эри поморщилась. Дальше она ничего не разобрала. Две каких-то тарелки, на обеих что-то бежево-коричневое. В середине второго, бежевого пятна, наслаивалось еще одно - малиново-красное. Эри открыла было рот, в попытке выяснить, что Рию ей насобирала, но девушка уже выталкивала ее из-за бара к столам. - Какие люди, - донеслось до нее, когда они с Рию остановились. – А ты что здесь делаешь? Эри поморщилась, вслушиваясь в голос Энзина. Видеть все силуэтами ее бесило еще больше, чем ничего не видеть. Мужчина красно-желтым пятном сидел слева, откинувшись на спинку стула. - Прячусь, - сказала Эри и села на свободное место. - Ну удачи, - усмехнулся мужчина. – Медики сегодня еще не завтракали. У тебя все шансы попасться. - Не сглазь, - девушка открыла сахар и высыпала в кофе меньше половины. – У меня внутри уже все взрывается от того, что я лежу без дела. - Пользуйся, пока возможность есть, - продолжал улыбаться Энзин. – Семиу тебе уже работы выискала. Эри поджала губы. - Энзин? – аккуратно позвала Эри. Мужчина почувствовал контраст в ее голосе и напрягся. Когда девушка говорила таким тоном, чаще всего за ним следовал неприятный разговор. - Когда заканчивается стажировка? - Недели две, - он опустил взгляд на ее руки, нервно теребившие края кардигана. – А что? Эри закусила губу. Помолчала. Тяжело вздохнула и выдала: - Я хочу уволиться. Рию, которая таскала у нее с подноса печенье остановилась. Она услышала смешок, со стороны. Все это время Занка тихо сидел рядом. - Че к чему? – не понял мужчина. Эри поморщилась и пожала плечами. По телу волной прошлись мурашки. Девушку передернуло. - Я… - она не знала, как объяснить, чтобы ее наверняка поняли. Слишком много факторов, которые ее волнуют и с которыми ей не по силам справиться. – Не на своем месте. Вот и все. Она заметила, как рука мужчины тянется к голове. Он тяжело вздохнул, помолчал, а потом спросил: - Что-то случилось? Эри поджала губы и покачала головой. Случилось. Но что она скажет? Ее же не пытаются убить. Все просто спишется на тренировки. - Эри, ты не можешь сейчас уйти. - Почему? – девушка развела руками. Ее вообще ничего не держит. - Эри, - мужчина выпрямился. - Расхитители, твой дзинки… - он подумал еще. – Да до хрена почему. Ты что придумала? Девушка молчала. Она не знает, что делать. Если рассуждать здраво – да, она не справится сама ни с расхитителями, ни со своей головой. С другой стороны… Она не уверена, что здесь получит меньше вреда. Девушка зажмурилась и потерла переносицу. - А я могу… - она не знала, какие слова подобрать. – Поменять наставника?.. И команду… по возможности. - А с этим-то что не так? – удивился Энзин. Девушка залезла рукой в волосы и оттянула их. - Мы немного… не сошлись характерами. Мужчина нахмурился. - Он тебя хвалит, между прочим. Эри невесело усмехнулась, покачала головой и схватилась за кружку с кофе. Поднесла ко рту и в этот момент рукав кардигана съехал к локтевому сгибу. Эри быстро поправила его и зажала ткань в кулаке. Вроде никто не обратил внимания. А вроде, она почувствовала, как рядом по ней прошелся взглядом Занка. - Эри, не торопись с принятием таких решений, ладно? – в конце концов сказал Энзин. – Еще раз все взвесь и потом уже делай. Девушка кивнула, тяжело вздохнув. Она допила кофе и встала из-за стола. - А завтракать не будешь? – спросил девушку Энзин. - Это Рию наложила, - улыбнулась Эри. – Я пришла кофе выпить. - Как знаешь, - сказал мужчина и взял что-то с ее подноса. Эри усмехнулась. Нашарила в кармане кардигана наушник и вставила тот в ухо. Плаксивое фортепиано медленным потоком проникло в голову. Из другого кармана девушка вытащила сигарету. Щелкнула зажигалкой и поспешила удалиться к выходу, сначала из столовой, а потом на улицу. Лишь бы медики не поймали. Сегодня она лежать не будет. В дверях она столкнулась со знакомой высокой фигурой. Он пусть и расплывался перед ней пятном, но не узнать Тамзи, после вчерашнего, было трудно. Девушка тут же отшатнулась и не сказав ни слова нырнула в проход. С увольнением она может и повременит, но точно задумается. Она больше не будет работать с этим человеком. Он ее угробит.