Восточный ветер

Рэдрик недовольно поправил высокий воротник, бросил короткий взгляд в зеркало. Тут же отвернулся. Все еще сложно было признать, что отражающийся на отполированном серебре юноша с алыми глазами, багровой кожей и черными, как сажа волосами — он сам. Словно отвечая его мыслям, подала голос лютня, выдав печальный аккорд. — К чему все эти церемонии, — бросил Рэдрик недовольно, позволяя слугам застегнуть камзол. — Для народа, — равнодушно отозвался Мор. — Иерархи присягнули вам, но людям важно увидеть своего герцога и принести должные клятвы. — Все бы тебе пререкаться по пустякам, мальчик, — хмыкнул Хунор и стукнул палкой между лопаток, — держи спину, принцесса. Ох, и мороки с тобой будет… — Как вы разговариваете с герцогом? — безнадежно огрызнулся Рэдрик. — Как и с твоим предшественником в этом возрасте, — невозмутимо отозвался наставник, — молод ты еще зубы скалить. Рэдрик мог бы приказать убрать проклятую палку куда подальше — но не стал. Хунор словно понял что-то, усмехнулся одобрительно. В воздухе повисла очередная звонкая нота. Мор склонил голову: — Позволите мне отлучится и проверить приготовления к коронации? — С удовольствием, — искренне выдохнул Рэдрик, глядя на тонкий парадный плащ с искренней ненавистью. Слуги, держащие его, перетаптывались и не решались приблизится, пока на них не цокнул Хунор. Под очередной пронзительный стон лютни Мор вышел. — Можно ли прекратить это дребезжание? — возмутился наставник. Рэдрик посмотрел через плечо на устроившуюся под окном барда. — Я не решусь оскорбить уважаемого гостя. — А мой слух, значит, оскорблять можно? — Хунор недовольно скривился. — Как знаете, герцог, а я отказываюсь это терпеть.. Байче оторвалась от новенькой лютни, лучезарно улыбнулась: — Быть может, мне сыграть для вас что-нибудь? — Помилуй Тьма, — с чувством выплюнул Хунор, придирчиво наблюдая, как крепят плащ на плечах Рэдрика. Кивнул удовлетворенно: — Вот так. И чтобы ничего не помял. И следи за осанкой. И… — И не дыши, — подхватил Рэдрик. — Было бы неплохо, — наставник хмыкнул, покачал головой. Взмахнул палкой на слуг: — Ну, что застыли? Прочь! Дайте герцогу отдохнуть под звуки изысканной музыки! Байче зафыркала, спрятав рот в ладонь. Проводила взглядом Хунора, обернулась к Рэдрику: — Они у тебя славные. — Никогда не пойму твой взгляд на мир. Старшие иерархи — и славные? — Этот так точно, — Байче кивнула на дверь. — Он о тебе заботится. Рэдрик только плечами дернул. Обернулся к зеркалу, потянулся поправить хвост, но вовремя отдернул руку. — Куда тебя понесет дальше? — спросил с нарочитым недовольством. — Разве тебе не нужен придворный бард? — лукаво отозвалась Байче. — Да ты и месяца на месте не высидишь, — фыркнул Рэдрик. — Я бы предложила заключить пари, но ты ведь выиграешь… В дверь постучали. Рэдрик недовольно скривился, обернулся к вошедшему. Ну что еще? — Мастер, — слуга склонился в почтительном поклоне, — Какой-то адепт просит вашей аудиенции. — Адепт? — растерянно переспросил Рэдрик. — О, он все-таки дошел! — обрадовалась Байче. — Как хорошо, что у тебя патрули на границе стали менее лютые! — Проводи сюда, — отрывисто скомандовал Рэдрик. Снова дернул воротник. — Порвешь, — заметила наблюдающая за ним Байче. — Ну и Тьма с ним! Отошел к окну, уперся ладонями в подоконник. Из герцогских покоев нельзя было увидеть двор крепости, зато открывался взгляду кусочек узкого кольца города, пристань и разлив Теребы, синие воды которой поблескивали золотом отраженного солнца. На плечах все словно по пудовому мешку лежало, да между ребер кололо. Байче молчала, только тихо пела уютно устроившаяся на ее коленях новенькая лютня. Дверь деликатно скрипнула, словно боясь потревожить. Рэдрик встряхнулся, обернулся, чувствуя странный стук в груди, хоть и нечему было биться. Джейс замер на пороге, комкая в руках дорожный плащ, смотрел исподлобья, не сердито, скорее опасливо. Один, он что, считает, что его сейчас выставят из крепости? — Я не ждал тебя, — криво усмехнулся Рэдрик. Склонил голову к плечу: — Все еще представляешься адептом? Джейс развел руками: — До мага мне еще полгода учится. — То есть мне не обращаться к тебе Ваше Высочество? — Никогда, — усмехнулся Джейс. — Я отказался от права наследования. Моя сестра справится с ролью правительницы куда лучше. — Это же против всех традиций, — встрепенулась Байче. Глаза ее просияли любопытством. — Традиции молоды, — Джейс пожал плечами, — и несправедливы. Отец согласился со мной в этом. Рэдрик покачал головой. Не знал, что его больше удивило, новости ли, то ли, с какой легкостью Джейс произнес слово “отец”, которого так избегал раньше. Или же то, как легко и спокойно ему было сейчас, втроем, словно не было ссор, и не жили они полгода каждый своим. Джейс, кажется, этого ощущения не разделял. Опустил глаза на свой, уже изрядно измятый, плащ. Вздохнул, словно с силами собирался. Рэдрик уже хотел было спросить, что случилось, когда он все-таки задал вопрос: — Ты не станешь искать озеро? — Стану, — Рэдрик отвел глаза, поправил тесный манжет. — Но не для себя. Здесь достаточно иерархов, которые хотели бы вернуться к нормальной жизни, теперь я это понял. — А ты сам?.. — Джейс выглядел растерянным. — Я не могу, — Рэдрик криво усмехнулся. — Я старший иерарх. Теперь все это — моя ответственность. Лютня замолкла. Губы Джейса задрожали, он неопределенно мотнул головой, словно отгоняя что-то. Рэдрик вздохнул, улыбнулся старательно беззаботно: — Мне, на самом деле, чудовищно с тобой повезло. Вряд ли я бы сумел остаться собой, пройди перерождение как-то иначе. Так что не о чем сожалеть, поверь. Говорил — и сам все больше верил в свои слова. Нет, не сожалел и до этого, ни мига, но только сейчас понял, как ему невероятно повезло, не с перерождением даже, а что они втроем однажды встретились. Что есть друг у друга. — Я скучал, — невпопад ответил Джейс, делая шаг навстречу. Ноги словно ватными стали, ненадежными, а дыхание не помещалось в груди. — Я... — Джейс сбился, будто давясь всеми невысказанным словами разом. Рэдрик бросился навстречу, только отброшенный за спину плащ плеснул — и обнял, поддерживая и приветствуя разом.