Секрет.

Пыль ещё не осела после боя, когда Джаббер повалил Занку на землю. Это было грубо, резко - Джаббер просто использовал момент, когда Занка потерял равновесие, толкнул, навалился сверху, прижимая запястья к пыльной земле по обе стороны от головы. Колено уже втиснулось между бёдер, раздвигая, и Джаббер замер сверху, тяжело дыша, готовый к сопротивлению. Он ждал, что Занка сейчас начнёт вырываться. Ударит коленом, лягнёт, попытается скинуть. Но Занка не двигался. Джаббер нахмурился, всмотрелся в лицо - и увидел, как по скулам разливается румянец. Глаза Занки были широко открыты, дыхание сбитое, но не от ярости. Губы приоткрыты, грудная клетка вздымается часто-часто, но ни одной попытки вырваться. Ни одной. Джаббер замер, всматриваясь в это лицо, и вдруг понял. Осознание пришло не сразу - слишком дикой была эта мысль. Но румянец на щеках Занки, этот взгляд из-под ресниц, то, как он дышит - часто, поверхностно, будто не может вдохнуть полной грудью... - Ты чё? - выдохнул Джаббер, всё ещё не веря. Занка отвернул лицо в сторону, но щёки горели ещё ярче. Джаббер фыркнул. Резко отпустил запястья, оттолкнулся от земли и начал подниматься. - Э-э-э… Ну и скука, - бросил он, отворачиваясь. - Неинтересно с тобой. - Почему ты остановился? Слова вылетели раньше, чем Занка успел их поймать. Они повисли в воздухе между ними - глупые, неловкие. Джаббер замер. Медленно, очень медленно повернул голову, глядя на Занку, который всё ещё лежал на земле, приподнявшись на локтях. На лице Джаббера отразилось такое удивление, будто ему только что сообщили, что мусорные твари научились говорить. - Чё? - переспросил он. Занка открыл рот, чтобы сказать что-то, чтобы оправдаться, чтобы сделать вид, что ничего не было. Но слова не шли. Только румянец на щеках становился всё ярче. - Ты… - Джаббер медленно повернулся к нему всем телом, и на лице начала расползаться улыбка - широкая, безумная, предвкушающая. - Ты серьёзно? Занка промолчал. Но взгляд не отвёл. - Охренеть, - Джаббер присел на корточки напротив, глядя на него с таким интересом, будто видел впервые. - Ты хочешь, чтобы я снова... ну? Чтобы я снова тебя трахнул? Занка дёрнулся, будто от пощёчины. Но не ушёл. Остался сидеть на земле, глядя куда-то в сторону. - Охренеть! - повторил Джаббер громче и рассмеялся - радостно, удивлённо, совершенно по-дурацки. - Ты хочешь заняться со мной сексом! Занка Ниджику хочет, чтобы я снова его трахнул! После того, как я в первый раз это сделал без спроса! - Заткнись, придурок! - Занка наконец сел, запустил пятерню в волосы, чувствуя, как горит лицо. - Я не… это не… - Не ври, - Джаббер ткнул пальцем ему в грудь. - Ты сам спросил, почему я остановился. То есть ты хотел, чтобы я продолжал. То есть ты лежал подо мной и хотел, чтобы я… - Хватит! - взвыл Занка. - Ну уж нет! - Джаббер расплылся в счастливой улыбке. - Хах! Как прикольно, а. Ты думал о том, чтобы повторить… Я, знаешь ли, тоже думал. Занка замер. - Что? - переспросил он тихо. Джаббер улыбнулся - широко и по-опасному, так, что у Занки по спине пробежали мурашки. - Конечно я думал. Ты довольно… необычный. Это меня в первый раз ТАК завело! Ты не представляешь просто! - он подался чуть ближе, голос стал ниже, тягучее. - Я потом ещё долго думал. Как ты там… какой ты на вкус… как пахнешь, когда… - Заткнись, - выдохнул Занка, но совсем без силы. Он весь смутился, опустил голову, поджал губы. Пальцы теребили край куртки, дыхание всё ещё было сбитым. А потом он поднял взгляд на Джаббера - исподлобья, но с такой надеждой, что самому стало стыдно. - Так мы повторим? - спросил он тихо. Джаббер задумался. Откинулся назад, опёрся на руки, покрутил в пальцах свои дреды, глядя куда-то в небо. Потом перевёл взгляд на Занку - и выдал: - Не-а. Занка моргнул. Не сразу понял. А когда понял - вскипел мгновенно. - Мне тебя ещё уговаривать надо, подонок?! - На это было бы прикольно посмотреть, - Джаббер осклабился. - Но считай, щас настроя нет. Я всё-таки… хотел иного исхода. - Ну ты и мудак, Джаббер. - Э-э-э, слышал, ничего нового не сказал. Джаббер уже поднялся на ноги, отряхнул штаны от пыли и глянул на Занку сверху вниз. Тот всё ещё сидел на земле, смотрел куда-то в сторону, и вид у него был такой, что Джаббер на секунду задумался - а не перегнул ли? Но отступать было поздно. - Ла-а-адно, - протянул он, закатывая глаза. - Не смотри на меня так умоляюще. - Я на тебя умоляюще не смотрю, - огрызнулся Занка, но взгляд действительно был - полный надежды и злости одновременно. Джаббер усмехнулся. - Да ладно тебе. Я же вижу. Занка закатил глаза, тяжело вздохнул и начал подниматься. Отряхнул штаны, поправил куртку - и вдруг сказал, глядя куда-то в сторону: - Я сниму комнату. Джаббер аж прыснул со смеху. - Ка-а-ак же тебе хо-о-очется, - протянул он, довольно скалясь. - Ой, да замолчи. Занка слегка толкнул Джаббера в плечо - беззлобно, скорее для вида - и вновь закатил глаза, пряча за этим жестом смущение, которое разливалось по щекам горячим румянцем. - Мотель «Ори». Адрес говорить не буду, сам найдёшь. Часов в восемь вечера. Он поднял с земли свой посох, отряхнул его машинально и пошёл мимо, уходя с поля боя, не оборачиваясь. Спина прямая, шаг твёрдый - только уши горели так, что видно было даже со спины. Джаббер проводил его взглядом, ухмыльнулся чему-то своему и пошёл в другую сторону. Занка пришёл в мотель заранее. Почти за час. «Ори» оказался дешёвой забегаловкой на окраине - облезлая вывеска, пыльные окна, запах дешёвого освежителя вперемешку с сыростью. Женщина средних лет за стойкой даже не спросила ничего - взяла деньги, протянула ключ и вернулась к своему журналу. Номер оказался под стать всему остальному. Узкая кровать с продавленным матрасом, тумбочка, стул в углу, пожелтевшие обои. Занка сел на край кровати, упёрся локтями в колени и закрыл лицо руками. “Как я вообще к этому пришёл?” Прошлый раз… Джаббер его изнасиловал. Жестоко, грубо. Занка помнил эту боль, помнил унижение, помнил, как первые недели после того дня просто существовал - ел, спал, дрался, но внутри была пустота. Депрессия накрывала волнами, и он тонул в ней, не зная, как выплыть. А потом что-то изменилось. Сначала он просто перестал вздрагивать при мыслях о том дне. Потом начал замечать, что вспоминает не боль, а другое. Как Джаббер двигался. Как дышал ему в шею. Как его пальцы сжимали бёдра - до синяков, до боли, но от этого почему-то становилось жарко. Он был опытным. Чёртовски опытным. А Занка - совсем нет. И в какой-то момент, лёжа ночью без сна, Занка поймал себя на мысли, от которой захотелось провалиться сквозь землю: “Я хочу повторить.” Хочет его. Джаббера. Эти руки, этот голос, эту дикую, пугающую энергию, от которой у Занка внутри всё переворачивалось. Он думал бы ещё долго - перебирал бы в голове эти мысли, пытаясь понять, как докатился до жизни такой, - но в дверь постучали. Ритм. Занка поднялся, подошёл к двери, замер на секунду, собираясь с духом. Открыл. Джаббер стоял на пороге. Улыбнулся приветливо, широко, довольно. - Пришёл. - Агась, пришёл. Они просто стояли и смотрели друг на друга. Занка не знал, как сказать. Как начать. Как объяснить, что он хочет, но язык прилипал к нёбу, а мысли разбегались тараканами. Джаббер смотрел на него - и улыбался, потому что эта нерешительность читалась на лице Занки так явно, будто была написана крупными буквами. Джаббер прошёл в номер, скидывая куртку на ходу. - Знаешь что, спросить хотел, но тогда не было… шанса. Ты всегда был таким? - Таким? - Чел, у тебя вместо члена вагина. Так что да, таким! Занка дёрнулся, будто его ударили, но быстро взял себя в руки. - Да с рождения… - Кру-у-уто… Джаббер кинул куртку на стул и глянул на Занку - тот всё ещё стоял одетый, в куртке, сжимая край рукава. - Ты раздеваться-то будешь? Занка будто очнулся. Заторможенно, словно во сне, начал расстёгивать куртку, стаскивать её с плеч. Джаббер просто наблюдал. Видел эту нерешительность, это волнение, этот страх, затаившийся в глубине глаз. Но видел и другое - желание. Такое же явное, как румянец на щеках, как сбитое дыхание, как то, как пальцы дрожат, когда пытаются справиться с молнией. Джаббер шагнул ближе. Оказался вплотную. Протянул руку к лицу Занки, намереваясь поцеловать, но Занка дёрнулся в сторону, уворачиваясь. - Ты чё дёргаешься? - Джаббер… сходи помойся. - Хочешь сказать, что я во… - Да, хочу сказать, что ты воняешь! - перебил Занка и фыркнул, отворачиваясь. Джаббер замер. Посмотрел на себя, принюхался - и закатил глаза. - Боже, какой ты привередливый. Но в душ пошёл. Занка слышал, как зашумела вода, и выдохнул, прислоняясь спиной к стене. Разделся до трусов. Аккуратно, почти педантично сложил вещи стопкой на стуле. Остался в одних трусиках, стоя посреди номера, и чувствовал себя неловко до дрожи в коленях. “Что я здесь делаю?” Вода перестала шуметь. Скрипнула дверь. Занка поднял глаза - и замер. Джаббер вышел из душа совершенно голый. Вода стекала по груди, по животу, по бёдрам. Член уже был чуть привставший - набухший, тёмный, с блестящей головкой. Занка сглотнул, чувствуя, как жар заливает щёки, шею, грудь. Джаббер тёр голову полотенцем, растрепав и без того мокрые дреды, потом отбросил его в сторону и улыбнулся Занке. - Нравится видок? Занка промолчал. Не мог выдавить ни слова. Джаббер начал подходить ближе к кровати, и Занка - сам не понимая, зачем, - начал отползать к изголовью. Словно тело действовало само, помимо воли. Джаббер оказался между его ног - колени упёрлись в матрас по обе стороны от бёдер Занки, - и потянул за резинку трусов. Ткань сползла вниз, открывая… Джаббер замер. Тоненькая ниточка смазки тянулась от входа, блестящая, прозрачная, влажная. Она переливалась в тусклом свете номера, и Джаббер аж закусил губу, разглядывая это. - Охренеть, - выдохнул он. - Ты такой мокрый… Занка хотел что-то сказать, огрызнуться, прикрыться - но не успел. Джаббер уже опустил взгляд ниже, туда, где кожа была гладкой, без единой волосинки. - Побрился, - заметил он, и в голосе проскользнуло что-то тёплое, почти нежное. - Специально? Занка отвернул лицо в сторону, но щёки горели огнём. Джаббер провёл рукой - сначала просто погладил по бритому месту, по нежной коже, раздвигая половые губы, рассматривая, изучая. Пальцы скользнули ниже, нащупали клитор - маленький, уже набухший, спрятанный под складочками, - и надавили. Занка выдохнул со стоном. Рвано, громко, не сдерживаясь. - О, - Джаббер улыбнулся довольно. - Какой чувствительный? Он надавил снова - круговыми движениями, умело, точно зная, куда жать. Занка выгнулся, вцепился пальцами в простыни, закусил губу, пытаясь сдержать новые стоны. Бесполезно. - Не молчи, - Джаббер наклонился, поцеловал в шею - влажно, горячо, прикусывая кожу. - Я хочу тебя слышать. Он вошёл пальцем - одним, осторожно, проверяя, насколько Занка готов. А готов он был - смазки было столько, что палец скользнул внутрь легко, до самого основания. Занка застонал - громко, уже не пытаясь сдерживаться, - и Джаббер довольно хмыкнул ему в шею. - Какой же ты узкий…И мокрый…Боже… Он добавил второй палец, растягивая, раздвигая, слушая, как Занка дышит - часто, со всхлипами. Про клитор он не забывал - гладил большим пальцем в такт движениям, доводя до исступления. - Джаббер… - выдохнул Занка. Голос сел, сорвался. - Что? - Джаббер поднял голову, глядя ему в глаза. - Скажи, что ты хочешь. Занка смотрел на него - на эти безумные глаза, на мокрые дреды, на улыбку, от которой внутри всё переворачивалось. И понял, что не может сказать. Слишком стыдно. Слишком страшно. Язык присох к нёбу, горло сжалось спазмом, и единственное, что получалось - смотреть на Джаббера умоляющим, растерянным взглядом. Джаббер понял без слов. Он убрал пальцы - Занка всхлипнул от потери, чувствуя, как пустота между ног становится почти невыносимой, - и переместился выше. - Ну раз ты молчишь... Джаббер улыбнулся и начал сползать вниз. Целуя по пути - живот, бёдра, пах. Медленно, со вкусом, оставляя влажные дорожки. Занка смотрел, как его голова опускается всё ниже, и чувствовал, как сердце колотится где-то в горле. “Не может быть. Неужели он...” Джаббер устроился между его бёдер, широко раздвинутых, приподнятых так, что всё было видно - влажное, раскрытое, готовое. Он провёл носом по лобку, вдыхая запах, смесь пота, смазки. - Красиво тут у тебя, - выдохнул он, и его дыхание обожгло клитор. Занка дёрнулся, застонал - и тут же закусил губу, потому что Джаббер наклонился и лизнул. Медленно. Широким языком, от самого входа до клитора, собирая влагу, пробуя на вкус. Занка выгнулся, вцепился пальцами в простыни, зажмурился - и мир исчез. Джаббер лизал умело. Опытно. Со знанием дела, от которого становилось одновременно стыдно и безумно хорошо. Он водил языком по половым губам, раздвигал их, проникал внутрь, собирал смазку, которая текла так обильно, что хватало на всё. Чавкающие звуки заполняли комнату - влажные, громкие, неприличные, - и Занка горел от стыда, но не мог попросить остановиться. Джаббер нашёл клитор - маленький, набухший. Обводил языком, посасывал, давил, заставляя Занку вскрикивать и выгибаться. Нос упирался в лобок, дреды щекотали бёдра, а Джаббер только причмокивал довольно, когда Занка особенно громко стонал. Смазка текла по подбородку Джаббера - прозрачная, тягучая, она капала на простыни, на его собственную грудь. Он только сильнее вжимался лицом между ног Занки, ел это всё жадно, с наслаждением, будто пробовал лучшее блюдо в своей жизни. - Джаббер… - выдохнул Занка, не в силах больше терпеть. - Я… я сейчас… Джаббер только мыкнул довольно - и усилил натиск. Засосал клитор так, что Занка закричал, выгибаясь дугой. Стенки сжимались вокруг языка, пульсировали, выплёскивая новую порцию влаги, и Джаббер пил это всё, не отрываясь, пока Занка не обмяк на кровати, тяжело дыша. Он поднял голову. Подбородок блестел, мокрый от смазки, губы распухли, глаза горели тёмным огнём. Он улыбнулся - довольно, сыто. - Вкусно, - сказал он хрипло. И сел, устроившись между бёдер. Похлопал ладонью по влажному, раскрытому входу - шлепок вышел влажным, громким, заставив Занку дёрнуться. - Ну что, готов? Занка не ответил. Только смотрел на него затуманенным взглядом и раздвинул ноги шире. Джаббер усмехнулся. Раздвинул пальцами половые губы - широко, рассматривая, как пульсирует вход, как сжимается впустую, ища заполнения. Поднёс член - твёрдый, набухший, с блестящей головкой, - и начал входить. Медленно. Очень медленно. Миллиметр за миллиметром, давая прочувствовать каждое движение, каждое растяжение. Занка застонал - длинно, низко, закусывая костяшки пальцев. Джаббер вошёл до конца. Замер, давая привыкнуть. Смотрел в лицо Занке - на то, как губы приоткрыты, как глаза закатились, как слёзы текут по вискам. - Красивый, - повторил он. И начал двигаться. Медленно, плавно, почти нежно. Он гладил бёдра, живот, грудь, целовал везде, куда мог дотянуться. Но постепенно ритм ускорялся. Джаббер входил глубже, жёстче, теряя контроль. Хватал за талию так, что пальцы оставляли синяки. Тянул за волосы, заставляя запрокидывать голову. Кусал плечи, шею, грудь, оставляя следы. - Хорошо, - рычал он между толчками. - Как же хорошо...! Занка только мычал, сжимая простыни, и подавался навстречу, насаживаясь глубже. Второй оргазм накрыл быстро - Занка закричал, выгибаясь, сжимаясь вокруг члена так сильно, что Джаббер зарычал. Но не остановился. Он трахал его сквозь оргазм, не давая прийти в себя. Перевернул на живот, хватая за бедра и подтягивая к себе. Двигался так, что, казалось, достаёт до самого горла. Занка уже не соображал, где верх, где низ, только чувствовал эти толчки, эту силу, этого безумца, который брал его снова и снова. - Джаббер… - выдохнул он, когда почувствовал, что член внутри набухает сильнее, пульсирует чаще. - Ты… не… Джаббер толкнулся в последний раз - глубоко, до упора, - и замер, вжимаясь всем телом в Занку, прижимая его к кровати своим весом. Член дёргался внутри, изливаясь горячими толчками, заливая стенки спермой, которая смешивалась со смазкой и потом. Занка чувствовал, как наполняется. Как горячо растекается внутри. Как член пульсирует в такт сердцу Джаббера. Джаббер рухнул сверху, тяжёлый, потный, довольный. Уткнулся носом в шею, обнял, прижимая к себе. - Как же, блять, хорошо, - выдохнул он куда-то в кожу.