Dance better Flirt better

Джинни заваливается домой и закрывается в ванной, оставляя телефон в прихожей. Холодная вода освежает. И немного приводит в себя. Он поцеловался с Ли Минхо. Со своим учеником. С адолом, чёрт возьми. Пошёл у него на поводу. Не потому что нравится, а потом что хён так захотел. Отвратительно. И непрофессионально. С его стороны. Как можно было согласиться? Ещё и приватный танец станцевал, чего не делал раньше от слова совсем. Зачем? Потому что это было желание? Да к чёрту его! Репутация дороже. А теперь? Осталось ли от неё хоть что-то? — Зачем вы.... Очнувшись, первым отстраняется бета. Хочет и с колен встать, но ему не дают. — Потому что хочу. Выдыхает совсем близко от него танцор. — Как и вы. Он ловит его взгляд. И качает головой. Ну уж нет. Он не хочет. Нет. Это желание Минхо, а не его. Нет. — Вы заблуждаетесь, Минхо щи. Уверенно отвечает младший и вздрагивает, когда нос альфы проходится по изгибу шеи. — Раз так, то почему вы дёргаетесь? Их взгляды встречаются. Чёрт, что это было? — Я не... Ли улыбается. Нахально. — Отрицаете, хотя знаете, что я прав. Да что он... Что он себе позволяет!? Полным возмущения взглядом смеряет его Хёнджин. И всё же встаёт с колен. Это не игра, чёрт возьми! — Вам нравится, признайте. Ничего он признавать не собирается. Вот ещё. Не дождётся. — С этого момента, мы с вами говорим только о работе. Отрезает хореограф и, захватив рюкзак с вещами, молча покидает зал для практик. Джинни смотрит на своё отражение. На мгновение ему чудится засос. Помотав головой, бета понимает, что это всего лишь иллюзия. К счастью. Он не допустит. Ни за что. Никогда. Душ приводит его в чувства. Ситуация с Ли не выходит из головы. Он успокаивает себя лишь тем, что смог остановиться и уйти. Это главное. За остальное переживать не стоит. Разве что за то, как он будет смотреть на него.....после того как сидел у него на коленях. Уши краснеют от одного воспоминания. Айщ, давно уже не девственник, но краснеет как школьник. Что этот айдол с ним делает? «Получает своё» ехидно шепчет разум. И он прав. Совершенно точно. Раз добился, то больше лезть не будет? Почему-то Хван не был в этом уверен. — Привет всем! Машет в камеру спустя час он. — Давно меня не было. Скучали? В чат летят комментарии. Джинни читает лишь несколько. На все не хватит. Разорвётся. Ведение блога было что-то навроде хобби. Откуда у него появились подписчики он не знает. Вроде бы ничего такого не снимает. Так, парочку дэнс каверов, да собственные наработки. Но людям нравится. Раз так, то почему бы и нет, верно? — Вы давно просили прямого эфира и вот он! Разводит руки в стороны Хёнджин. В комменты летят куча "Юхуууу". Он улыбается. А потом видит вопрос и отвечает. — С рукой? О, с рукой всё нормально, просто небольшая травма, не переживайте. Отмахивается бета. Такое волнение приятно. — Сделать реакцию на хореографию EXO? Читает предложение вслух Хван. Хмм. Однажды он уже анализировал танец на публику, почему бы не повторить? — Какую песню мне выбрать? Call me baby? Окей. Зрители посоветовали ему самый классный перфоманс. Джинни нажал play. Декорации, подсветка, аутфиты, всё это проходило мимо. Он смотрел не на это, а на танец. Хореография и больше ничего. Разобрав её после просмотра по частям, Хван перешёл к комментам. "Вы могли бы стать айдолом, Хёнджин щи" Глаза цепляются за один единственный. И во рту пересыхает. — Думаю, тебе стоит попробовать? Подросток отвлекается от пейзажа за окном и рассеянно смотрит на друга. Они едут со школы. И мозг не варит совсем. — М? — Прослушивание. Поясняет тот. — Уверен, ты пройдёшь. Хан Чонги, человек, с которым он вырос. Его второе "я". — Чонги... Выдыхает лишь имя Хёнджин. — Я в тебя верю. Сжимает его плечо Хан. Он кажись зависает на добрую минуту. Непростительно. Особенно в эфире. Надо возвращаться. — Айдолом? — хрип. — Да, наверное мог бы. Хореограф прощается с аудиторией и завершает эфир. Тяжёлый вздох разрушает образовавшуюся тишину. Джинни падает на кровать. Глаза бездумно пялятся на потолок. А мысли в прошлом. Опять. — Как же так, Хёнджин?! Встречает у агентства его друг. Он не отвечает. Привычное "Джинни" заменяется формальным "Хёнджин". — Я так верил. Отчаянно пытается достучаться до него Чонги. — Думал, ты станешь известным. Не стал. — И не забудешь меня. Что!? Он не ослышался? Хан делал это всё для.....выгоды? В самом деле? — Найди себе более перспективного друга, Хан Чонги. Столько холода в его голосе ещё не было. С Чонги никогда. Но теперь их нет. Значит плевать. На него и его веру. На всё. Хван прикрывает глаза. Рука задевает тумбу. Поморщившись он невольно вспоминает. — Помажьте мазью. Помогает при ушибах. Мазь? Хмм, это может сработать.

* * * * *

— Сонсэним! Бета вздрагивает от громкого возгласа за спиной. Он пришёл всего на десять минут раньше и, к счастью, не столкнулся с Ли. — Хан щи? Вопросительно обращается он. — Как вы могли скрыть от нас, что у вас есть канал? Предъявляет ему рэпер. Брови взметаются вверх. Что? Как он.... Неужели он видел его вчерашний эфир? Да нет. Да ладно, серьёзно? — Почему HJ20? Спрашивает про название канала айдол. И выглядит искренне заинтересованным. — Инициалы имени и дата рождения. Не может не ответить младший. Хотя зачем он это делает? — Что у нас сегодня на повестке дня? Обращаясь ко всем, включается в работу Хёнджин. Хватит о нём, хореография сама себя не поставит. С заглавным треком закончили, но есть ещё. И немало. Какой в приоритете? — А где Чан щи? Замечает отсутствие лидера, хореограф. Он не предупреждал. В чём дело? — Он с координирующим хореографом, полагаю, они скоро будут. Отвечает "мама" Stray Kids Ли Минхо. Джинни окидывает его ничего не значащим взглядом и кивает. — Тогда подождём. Не проходит и минуты как появляются опоздавшие. Человеком Икс оказывается..... — Хёнджин!? Это лицо. Бета бледнеет. Они знакомы. И он знает о нём всё. О нём прошлом всё. Чёрт. — Ыджун. Как можно спокойнее реагирует Хван. — Не думал, что увижу тебя, — пауза, — после провала. На слове "провал" все как по команде поворачиваются к нему. Подогревает интерес специально. Гад. — Судя по тому, что ты здесь, ты тоже не сильно преуспел. Возвращает бумеранг он. — Почему ты здесь? Вместо старого "доброго" знакомого, ему отвечает Чан. — Ыджун щи будет работать над концептом нашего перфоманса. Поскольку он будет включать Ceremony, вы, сонэним, будете помогать ему с координацией танца. «Чтобы я когда-нибудь помогал этому уроду» проносится в мыслях. Но говорит он другое. — Что ж, хорошо. Слова даются с трудом. Наружу так и лезет мат. Но он не может. Не при группе. — Как скатился то. Наклонившись, ехидно замечает Ыджун, отвлекая от хореографии, которую повторяют айдолы. Хван сдерживается, проглатывая колкости, осевшие на языке. И не реагирует. — Знаменитый Хван Хёнджин. Глаз дёргается. Руки чешутся от желания вмазать по этой довольной морде. — Если что-то не устраивает, вали. Не глядя полурычит Джинни. И его наконец оставляют в покое. Стоять с ним бок о бок уже невыносимо, а тут ещё работать... Повезло так повезло. Этот придурок ещё придвигается. Специально. Хочет вывести. Но Хёнджин не позволит. — Какие у тебя предложения, Кан? Обращаться на "вы" к нему много чести. По имени тоже. Не заслужил. — Можно добавить интро. Интро? Хмм. А идея ничего. — Займёшься? А, так вот почему он предложил. Чтобы работы подкинуть. Джинни даже рад: будет слишком занят для стёба с его стороны. 10 минут ушло на подбор композиции к интро. Найдя подходящую, хореограф расставляет ребят в форме, отдалённо напоминающую звезду, и, убедившись, что все стоят как надо, разворачивается к зеркалу. — Интро должно подготовить зал к тому, что последует за ним. С первых нот бета пригибается, указывая влево, потом делает тоже самое, но уже вправо. На третий раз он плавно опускается, а затем резко стучит кулаком по полу и, изогнувшись, поднимается на ноги. Потом отворачивается и застывает, просчитывая что-то в голове. А затем скользит к центру и отрывает ногу от пола, сгибая вторую для опоры. — Начнём. Развернувшись, командует Хван. — Когда начинается музыка, не ждёте, опускаетесь на одно колено, сгибаете вторую ногу и указываете влево, потом меняете сторону и указываете вправо. Руку держите прямо. Эту часть они проходят быстро. — Здесь важно попасть в ритм. Хёнджин перематывает музыку и повторяет вторую часть движений. Дважды. — То есть, мы опускаемся на второй дроп? Проанализировав, уточняет лидер. — Да. Младший включает интро снова. В этот раз группа делает и вторую часть. Правда, не совсем так как задумано. — Добавьте экспрессии с кулаком. Вы долго шли к победе и наконец добились её. Во второй раз получилось лучше. Даже подъём выходит хорошо. — На этом этапе вы, Минхо щи, становитесь в центр и с разворота делаете удар ногой. Задача остальных – встать в круг, спиной к центру. С ударом также проблем не возникает. — С этой частью будет непросто. Предупреждает хореограф и без музыки медленно скользит по полу, попутно объясняя, что именно надо сделать. — В случае с вами, Минхо щи, вы отходите назад и присоединяетесь ко всем. Это, как и предсказывал Джинни, выходит не с первого раза. И даже не со второго. — Вам не нужно касаться полной стопой друг друга. Вы делаете это по кругу. Дотроньтесь краями ботинка. Третья попытка получается идеально. Почти идеально. Не успевает он похвалить, как влезает молчавший до этого Ыджун. — Не думаю, что такая комбинация удачна. Гнилой. Противный. Каким был, таким и остался. Бета медленно оборачивается. — Объяснишь? Берёт на слабо Хван. — Ты сам не видишь? Предсказуемо пытается отсрочить объяснение тот. Но его не проведешь. Раз начал, пусть объясняет. — Не вижу. — Значит, смотри лучше. Смотрит на него свысока "друг". Джинни подходит к нему. — А ты не изменился. Разглядывает его с долей презрения он. — Как и ты, — явная насмешка, — всё ещё мечтаешь о сцене? Айдолом не стал, так в хореографы подался? Бета вздрагивает, будто он дал ему пощёчину. Хотя лучше бы дал, чем это..... Ыджун раскрыл его. На глазах у всех. — Я помню тебя. Несщадно продолжает Кан. — Как ты провалился. Ударяет снова он. — Как тебе сказали "нет". Слова пригвождают к месту. Хёнджин не двигается. И кажется не видит. Ничего. Кроме позора. Знакомый отходит, добивая. — Ты проиграл, Хван Хёнджин. Всем. Ыджун откручивает крышку и, отбросив её, заявляет. — Тебе нехорошо? — фальшивая забота. — Освежись. Чтобы кинуть в него водой. Зажмурившись, хореограф с удивлением понимает, что не чувствует её. Это как? Хван открывает глаза и шокированно смотрит на Хан Джисона, что встал между ними, закрывая его собой. Старший ловит его взгляд и замирает.