Одинокие волки

— Его сердце.. — голос охрип. — Оно не бьётся.. — Вы один? — тут же спросил диспетчер и после тихого «нет» продолжил. — Один из вас должен зажимать рану, а другой делать массаж сердца и искусственное дыхание. Вы ещё можете спасти его, помощь скоро будет. Под инструкции диспетчера Фушигуро положил телефон на землю, поставив на громкую связь. Единственный платок, который у них был, являлся маской Камо, которая сильно испачкалась, поэтому дыхание надо было делать напрямую. Он не мог это доверить кому-то, поэтому сложил руки на груди Итадори и начал вслух отсчитывать количество толчков, диспетчер вторил ему и направлял дальше делать дыхание. Норитоши молчал, только шумно сопел и напрягался на массаже сердца, боясь сделать ранению ещё хуже. Наконец, вой сирен стал приближаться к ним. Фушигуро, сквозь головокружение в голове от очередного искусственного дыхания, слышал голоса, кто-то хлопнул его по плечу. Итадори положили на носилки и увезли в машину. Диспетчер всë ещё оставался на линии, он сказал им позвонить взрослым и попросить отвезти их в больницу, чтобы рассказать о произошедшем, потому что ножевое ранение – это серьёзно. Иджити приехал так быстро, как мог. В его машине оказалась пачка салфеток, и Камо смог оттереть трясущиеся руки от крови. В больнице он обрисовал ситуацию медсестре, по его словам их должно было быть только двое, и непонятно откуда взялись ещё люди, потому что о своих планах Камо никому не рассказал, а людей он опознал только, как учеников школы Хошо Рю Нинпо. Фушигуро ему слабо верил, но был ещё прямой свидетель произошедшего – Итадори, который просто обязан был очнуться. Им передали, что его состояние в норме, и операция с большой вероятностью пройдёт успешно. Иджити закончил рассказывать директору по звонку случившееся с Итадори и обратился к парням. — Я должен отвезти вас обоих в отель, завтра новые соревнования и… — он вздохнул. — Вам бы попробовать выспаться. Фушигуро покачал головой. — Я хочу дождаться, когда Итадори очнётся, — он бы готов спорить с сенсеем. — Я бы тоже хотел убедиться, что с ним всë будет в порядке, — Камо заламывал пальцы. — Хотя бы остаться до окончания операции. Иджити поправил очки. — Когда у вас отбой начинается? Камо глянул на настенные часы. — Через 15 минут. — Ты должен предупредить, что задержишься. Будет плохо, если тебя искать начнут, — Иджити снова поправил очки. Камо кивнул, достал телефон и отошёл в сторону. Фушигуро встретился взглядами с сенсеем и нахмурился. — Если вы будете пытаться меня убедить ехать в номер спать из-за завтрашних соревнований, — он знал, что это невежливо, но говорил исподлобья, чтобы показать свою уверенность. — То оставьте эту затею. Я не смогу уснуть. Иджити вздохнул и в очередной раз поправил очки. — Я так и знал. Надо директора предупредить о случившемся, — и он тоже ушёл разговаривать по телефону. Фушигуро приложился затылком об стену и прикрыл глаза. Кого так сильно обидели немногочисленные победы Итадори? Да и случалось такое, что новички оказывались очень сильны и выигрывали в таких турнирах, нечасто, но всë же бывало. Итадори желали смерти по какой-то ещё причине, и школа Хошо Рю Нинпо тут точно завязана, единственное – непонятно зачем им это. То, что один из них был в маске не спасёт его от опознания, как убийцы, потому что учеников этой школы там было много, значит подозрения на них однозначно будут, и Фушигуро готов лично каждого проверить. Наговорившись по телефону, Камо с Иджити вернулись, и они сидели в полной тишине до выхода первого врача из реанимационной. Фушигуро тут же подскочил на месте, Камо за ним. Врач стянул маску с одного уха и передал, что пациент спасëн, сейчас без сознания и нескоро, но гарантированно проснётся. Иджити начал благодарить мужчину, а Фушигуро нашёл в себе силы лишь облегчённо выдохнуть и плюхнуться обратно на сидение. Всë обошлось. — Фушигуро, — вдруг его позвали, и он нашёл взгляд сенсея. — Я отвезу Камо Норитоши домой, а тебе разрешили остаться в палате, в которую перевезут Итадори. Но обязательно соблюдай правила безопасности! Фушигуро сглотнул, поднимаясь, и кивнул. — Спасибо, — вышло хрипло. — Пойдём, — врач хлопнул его по плечу и повёл по коридору. Сначала его отвели в столовую и заставили поесть. Кусок в горло не лез, но Фушигуро пытался жевать под столь напористым взглядом человека, поспособствовавшего спасению его друга. За это время как раз перевезли Итадори, и подготовили под него палату. Медсестра выдала ему белый халат и попросила вызвать их, когда Итадори проснётся, с помощью кнопки у его кровати. Фушигуро поблагодарил их за то, что его пустили, и, как только все вышли, сел на стул рядом с койкой. Итадори дышал через маску, на щеке виднелся синяк, под глазами залегли тёмные круги, и выглядел он бледным по ощущениям, несмотря на то, что ему точно переливали кровь, чтобы восполнить её недостаток. Фушигуро упёрся локтями о колени и спрятал лицо в ладонях. Мысли о том, кому могло понадобиться навредить Итадори, который особо засветиться не успел, не давали покоя. Он с силой протёр лицо и набрал номер Годжо-сенсея, раньше, чем объяснил самому себе зачем. Тем более тот сейчас должен был спать. Фушигуро дождался последнего гудка, после которого начал отвечать автоответчик, и сбросил трубку, опустив голову. Приборы в палате раздражающего пикали и пищали, но в то же время успокаивали, потому что это означало, что Итадори жив. И формулировка медсестры позвать когда он очнётся, а не если, очень обнадёживала. Вдруг экран его телефона засветился. Он неохотно посмотрел на него и поспешил ответить. — Годжо-сенсей! Вы не спите? — Фушигуро старался говорить негромко, но и так, чтобы его услышали. — Неа, Кенто не даёт. А ты чего не спишь? Фушигуро закатил глаза, ему не хотелось представлять, как именно Нанами-сенсей не даёт ему спать, поэтому поспешил рассказать всë случившееся с Итадори. Закончив, ему понадобилось отдышаться, и он делал глубокие вдохи, вслушиваясь в тишину по ту сторону. — Вот это действительно неожиданно, — Годжо, наконец, подал голос. — Но я уверен, что Камо Норитоши к этому непричастен. Какой бы гордой ни была его семья, таким они не стали бы заниматься. Ну, это мы уже узнаем только напрямую от Итадори. В какой больнице он говоришь? Фушигуро сказал адрес, наотрез отказался даже пытаться поспать, не желая выпускать Итадори из виду, и они закончили разговор. Кажется, Годжо решил приехать к ним. Было бы хорошо, если бы к этому моменту Итадори очнулся. Фушигуро стал прислушиваться к приборам, и понял, что те издавали звуки иначе, чем сначала. Он не знал хорошо ли это, поэтому нажал кнопку вызова врача, ещё и грудная клетка парня стала надуваться сильнее. Зашедшие две медсестры обрадовали его тем, что Итадори начал дышать самостоятельно и сделал это быстрее, чем они все ожидали. Они убрали маску, помогающую дышать, и вышли из палаты. Фушигуро снова склонился к койке. Он не позволит себе уснуть, пока кто-то из взрослых не придёт его подменить, или пока Итадори не очнётся, хотя и тогда он бы остался. Вряд ли в таком ослабленном состоянии этот простачок сможет дать отпор в случае, если убийца решит завершить задуманное. Вдруг в палату вошёл Годжо, а за ним Нанами. Фушигуро поспешил встать и поприветствовать их, затем глянул на часы, с их разговора прошло два часа. Видимо, учителя, как узнали, так сразу помчались в больницу. — Как он? — спросил Годжо, подойдя ближе. — Уже сам дышит, — Фушигуро подумал и всë же добавил: — Раньше, чем прогнозировали врачи. — Ну, даёт, малец, — усмехнулся Годжо. Фушигуро кивнул и, почувствовав на себе острый взгляд, повернулся к Нанами-сенсею. — Я отвезу тебя в отель. Годжо присмотрит за пацаном. Его тон не давал возразить, но Фушигуро всë равно медлил. Ему было страшно снова оставлять Итадори. Крупная ладонь опустилась ему на плечо, отвлекая от мыслей. — Я ни за что не дам Юджи в обиду, — он встретился с голубыми глазами. — Ты же мне доверяешь? Фушигуро вздохнул и кивнул. — Конечно, Годжо-сенсей. Он ещё раз взглянул на спящего Итадори и направился к выходу из палаты.       *** — Фушигуро, ты следующий, — напомнила Маки. Он встал со своего места и направился вниз к стадиону. — Без победы не возвращайся! — кинула в спину Кугисаки. У него больше нет желания затягивать бой, пока бóльшая часть его мыслей занята благополучием Итадори, ему не до предельных возможностей противника. После команды судьи Фушигуро, как обычно, стал наворачивать круг, чтобы застать соперника врасплох. Когда тот кинулся в атаку, Фушигуро тут же уложил его на лопатки, перекинув через себя, и не давал встать весь отсчёт судьи. Пожалуй, это была самая быстрая его победа. — Неужто он был достоин того, чтобы ты не затягивал бой? — сразу спросила Кугисаки, как он вернулся на место. — Нет, как раз наоборот. Кугисаки громко фыркнула, сложив руки на груди, и отвернулась. Фушигуро порадовался этому внутри, потому что болтать настроения не было. Когда Нанами довёз его до отеля, решил проводить прямо до номера, чтобы убедиться, что он не сбежит, и потом уехал обратно в больницу. Впервые за долгое время, хотя Итадори присутствовал в его жизни не так много, Фушигуро почувствовал себя одиноко в пустом номере. В общежитии они жили в разных комнатах, но присутствие Итадори всë равно всегда было слышно. Его громкий раздражающий будильник звонил на 5 минут раньше собственного Фушигуро. Он думал уже свой убрать, но оставил на случай, если вдруг тупая мелодия Итадори не заиграет. Он слышал, как сосед делает упражнения Мей-Мей и при этом кряхтит, как старый дед. Порой даже были слышны его раздражённые вздохи, Фушигуро был уверен, что тот в это время решал задачи по физике, потому что вскоре после особенно громкого стона, Итадори шёл к нему просить помощи с домашкой. Директор Яга объявил организаторам, что один его ученик не сможет продолжать участие, поэтому следующий противник Итадори автоматически прошёл дальше. Махито. Имя без фамилии. Полностью закрыт чёрной формой. Не нравился он Фушигуро. Пока он учился в средней школе им не удавалось встретиться в поединке, только наблюдать. Но теперь они встретятся в полуфинале. Он был нестандартным противником, и в обычной ситуации Фушигуро даже попытался бы узнать все его сильные стороны. Но сейчас он чувствовал, что с этим парнем надо покончить быстро. Вдруг перед его лицом оказался телефон с открытой группой «с Годжо». Фушигуро перевёл взгляд на Инумаки, который только кивнул на телефон, намекая читать. Годжо-сенсей: «как же громко он храпит» «Кенто даже сбежал» И приложил фотографию с Итадори, напускавшим слюней на подушку. — Жив мелкий, — прозвучало почти грозно над ухом. Фушигуро обернулся к Маки, стоящей с другой стороны. Они встретились взглядами, и она ему усмехнулась. Фушигуро тут же расслабил лицо и понял, что улыбался всë это время. — Что там? — подскочила Кугисаки и упëрлась руками ему в ноги, пялясь в телефон Инумаки. — У тебя есть свой телефон, — Фушигуро легко шлепнул её по плечу. Она отмахнулась от него, но сразу же выпрямилась, выглядя довольной. — Надо же было так напугать, идиот. Хоть сейчас Итадори не было рядом, он точно должен был почувствовать настрой Кугисаки и начать икать. — Победил и идёт счастливый, — протянула Маки. Фушигуро проследил за её взглядом и увидел направляющихся к ним второгодок. — Вы чего довольные такие? — Панда приподнял одну бровь. — Ничего мы не довольные, — Кугисаки скрестила руки на груди, но несмотря на слова выглядела она уже не такой хмурой. Инумаки протянул и им свой телефон. Глаза Оккоцу тут же расширились. — А Итадори уже явно лучше себя чувствует, — он улыбнулся краем губ. — Наверняка, скоро очнётся, — кивнул Панда. Фушигуро оглядел всех. По сравнению с утром, когда им выложили новость о случившемся, сейчас их команда выглядела пободрее. Маки с Кугисаки сокрушались, что в отличие от Фушигуро, не почувствовали ничего плохого, и так легко отпустили Итадори. Остальные второгодки сохраняли траурное молчание, только Инумаки тогда похлопал его по плечу. Одно было точно – не зря он пошёл за Итадори, потому что Камо в панике вряд ли смог бы сделать что-то дельное. Фушигуро и самому хотелось забиться где-то и ничего не делать, когда понял, что сердце его друга не бьётся. Его первого настоящего друга... Но намного сильнее хотелось не дать ему умереть. Только не так, не в подворотне из-за какого ублюдка. Пусть Итадори считает, что это его спасли тогда в их первую встречу, но Фушигуро точно не справился бы с ними один, и Годжо-сенсей мог не успеть вовремя. Если бы не Итадори, они с Кугисаки не нашли бы общий язык и не смогли бы общаться, может, только по делу. И Фушигуро так и остался бы один, а после смерти сестры это ощущается особенно остро. Только Широ с Куро, его божественные псы, иногда позволяли думать, что он не один. Когда он только нашёл их в лесу у школы, то скрывал это, – боялся, что ему не разрешат с ними видеться. Но однажды Годжо застал его врасплох, выйдя из-за дерева, пока он игрался с щенками. Именно он предложил дать им клички, а потом рассказал, как надо воспитывать собак, чтобы они в будущем могли защитить, и помогал дрессировать их. Фушигуро тогда попросил его никому о них не рассказывать, ему хотелось, чтобы они были только его. И Годжо сдержал обещание, а вот сам Фушигуро почему-то рассказал о них Итадори, и теперь даже хочет показать их ему, лишь бы он очнулся. — Я теперь просто обязана выиграть, чтобы Итадори локти кусал, когда узнает, что он пропустил, — лицо Кугисаки исказилось в оскале. — Это значит, что следующим твоим противником буду я, — усмехнулась Маки, сложив руки на груди. — Никогда не узнаешь, насколько хорош твой союзник, пока не сразишься с ним, — Кугисаки с умным видом подняла указательный палец вверх. Фушигуро хмыкнул и покачал головой, хотя был абсолютно с ней согласен. Он тоже хотел выиграть, чтобы похвастаться Итадори, и показать, что он силён, он способен спасти его… — Мегуми Фушигуро, — вдруг протянули ехидным голосом. Фушигуро обернулся к позвавшему его и тут же нахмурился. — Чего надо? — Маки задрала подбородок, опередив его с вопросом. — Как грубо, — протянул Махито, сощурив глаза. — Пришёл вот к своему следующему сопернику узнать, как он себя чувствует, не переживает ли за своего друга. Слышал Итадори в тяжёлом состоянии... — Спит, как убитый, — отрезала Кугисаки. Фушигуро почувствовал, как вся их команда бросила на неё взгляд, и они молча решили, что это всë, что они скажут. — Прям, как убитый? — Махито сложил руки вместе, потирая их. — Странно, что не совсем убитый. Или вы радовались, потому что он умер? У Фушигуро зубы заскрежетали друг об друга. На его плечо внезапно опустилась ладонь и крепко его сжала. Он обернулся к Оккоцу и заметил, что тот ещё и Маки держит. — А тебе с этого что? — спросил он удивительно холодным тоном. Махито промычал, покачиваясь. — Итадори.. Опасные они. Лучше, когда их нет. — Впервые слышу, что наш дурак из какой-то известной семьи, — усмехнулась Кугисаки, и снова Фушигуро восхитился её умением подбирать слова. — Таким людям нельзя быть известными, — Махито развёл руками. — Для профессии вредно. Полагаю, вы о своём друге не знаете совершенно ничего. — А ты прям много знаешь, — не выдержал Фушигуро. Ладонь на его плече сжалась сильнее. — Вы ещё мне спасибо скажете, когда узнаете, что за человек такой этот Итадори, — гордо заявил Махито, подняв подбородок. — Это можно считать признанием за нападение с покушением на убийство? — холодно поинтересовался Оккоцу. Махито тут же сощурился. — Странно, что такой, как ты, решил вот так подставить себя. Правда считаешь, что мы должны радоваться? Махито неожиданно прекратил вести себя, как шут, и потянулся к своей маске. Фушигуро услышал, как кто-то из их команды охнул, увидев его лицо, он и сам скривился. Ощущение, будто его сшивали. — Вот, что сделал со мной Итадори, — Махито расплылся в улыбке. — И я не один такой. Это месть. Так что не лезьте в это дело, детишки. — Он младше тебя, как он к этому причастен? — Фушигуро пытался быть отстранённым, как Оккоцу, но выходило плохо. — Своей фамилией, — он натянул маску обратно и снова сощурился. — Оккоцу, встретимся в финале. Никто ему ничего не стал отвечать, пока Махито спускался вниз. Совсем недавнее хорошее настроение всей команды снова испортили. — Я теперь жалею, что не подал заявку на спарринги, — Панда впервые подал голос. — Набить бы ему морду, чтобы стал ещё страшнее, — Маки хрустнула костяшками. — Фушигуро, — Оккоцу всë ещё крепко держал его. — Ты же понимаешь, что он это специально сделал прямо перед вашим боем? Постарайся успокоиться. — Нет, Фушигуро, — Кугисаки вышла вперёд, глядя на него сверху вниз. — Выбей ему мозги, чтобы даже не думал больше приближаться к нам. — Согласен, — вдруг произнёс Инумаки. Фушигуро с удивлением посмотрел на него и усмехнулся. Итадори с ними всего ничего, а уже успел стать неотъемлемой частью команды, и никто не даст его в обиду. Фушигуро обязан выиграть.       *** Итадори отложил телефон в сторону и откинулся на подушку. Он только что досмотрел видео поединка Фушигуро с Махито, что прислала Кугисаки в чат «с Годжо», и находился в небольшом шоке. Он не ожидал, что Фушигуро решит пренебрегнуть своей обычной тактикой и пойти в нападение сразу. Тем не менее их битва не закончилась быстро и всë время держала Итадори в напряжении. Для начала Фушигуро выглядел на удивление грозно, никогда он ещё не видел друга таким. Тот всегда так расслаблен, ну, максимум глаза закатит да повздыхает, а тут прям злую ауру испускает вокруг себя. Так ещё его соперник Махито… Итадори не то, что бы хорошо его запомнил, но этот безумный взгляд человека в маске, вонзившего в него нож, точно принадлежал Махито. Ему едва удалось не позволить вытащить нож, хотя от боли скрутило так, что перед глазами поплыло. Ещё комбинезоны эти разорались, и уши начало закладывать до потери в пространстве. Кажется, Норитоши разогнал их тогда, даже Махито ушёл, а с его уходом пропало и равновесие. Итадори не удержался на своих двоих и грохнулся на землю. Падение ему казалось таким долгим, и во время него он думал только о том, как бы не упасть на живот, а потом затылок прострелила такая боль, что ему ещё хуже стало. Норитоши крикнул «Не умирай!», и Итадори отключился, как ни старался оставаться в сознании. — Похоже, Мегуми скоро привезут сюда же, — произнёс Годжо, тоже откидываясь на спинку своего стула. — Ага, — Итадори был уверен, что Фушигуро вывихнул плечо, когда его руку взяли в захват. И то, как Махито целился по жизненно важным органам… Итадори надеялся, что Фушигуро просто прикусил язык, и у него не было внутреннего кровотечения, когда он сплюнул кровь. — И Махито. Тому хорошо так досталось от Фушигуро. Его, наверное, дисквалифицируют, раз об этом упомянул Годжо, из-за того, что он не остановился бить отрубившегося Махито после сигнала судьи. И вероятно, Фушигуро ему тоже что-то сломал, пока выворачивал суставы. Камера в руках Кугисаки ещё дёргалась на этих моментах. — А этого бы не хотелось, — Годжо-сенсей улыбнулся, склонив голову. Итадори только хотел спросить почему, потом решил что и сам бы этого не хотел, как в палату вошла медсестра с капельницей. Он жалобно простонал. Надежды о том, что они шутили, расписывая его рацион, только что разрушились. — Давай, слушайся врачей, — Годжо хлопнул его по плечу, вставая с места. — А я пойду узнаю кое-что. Итадори проводил его жалобным взглядом и с обречённым видом подал руку медсестре. Та усмехнулась и напомнила, что подобный приём пищи у него будет всего несколько дней. Итадори кивнул, набираясь мужества достойно пережить этот период, что он не будет чувствовать вкуса еды. Перед тем, как уйти женщина спросила у него, надо ли ему в туалет. Итадори прислушался к себе и понял, что с самого пробуждения не чувствовал в этом необходимости, но вспоминая, как ему запрещали даже пытаться самостоятельно сесть, у него возник вопрос. — Если я не могу встать.. То как мне ходить в туалет? Женщина снова улыбнулась, и Итадори почувствовал, что ему не понравится ответ. — Выбирай: подгузник или «утку»? Итадори со свистом вздохнул, переводя взгляд на потолок. — Это же вам вот это всë сделать… а потом еще убрать за мной, — он закрыл лицо руками. — Как же неловко... — Да, такова наша работа, — усмехнулась медсестра. — Если тебя слишком сильно смущают незнакомые люди, то можешь попросить помочь близких. Мы им всë объясним. Итадори представил, как Годжо-сенсей будет убирать из-под него поднос.. Нет! Он не хочет об этом думать. А если будет помогать кто-то не из старших, а, например, Фушигуро... Итадори почувствовал, как лицо заливается краской и снова закрыл лицо, глухо простонав. Они хоть и видели друг друга голыми, когда ходили в баню, но это же совсем другое… Женщина рассмеялась, понимая его переживания. Наконец-то, решив этот непростой вопрос, она вышла, а Итадори потянулся за телефоном, что получилось нелегко. Его раздражало, что он не может нормально двигаться, но стоило радоваться, что он не парализован полностью. Вредина: «итадори жди мегуми» «скоро он к тебе присоединится» «его кст дисквалифицировали так что победитель Оккоцу» «весь зал так расстроился из-за этого» «а у нас победила Маки» Итадори усмехнулся с того, как их имена с Фушигуро Кугисаки писала с маленькой буквы в отличие от имëн старших. Юджи: «жду не дождусь уже» Вредина: «О ТЫ ОЧНУЛСЯ» «как давно???» Юджи: «минут 20-30 назад» Вредина: «ПОЧЕМУ НЕ СКАЗАЛ?» «остальные тоже возмущаются» Итадори улыбнулся. Юджи: «да я пока очухался и понял где я нахожусь» «потом поболтал с Годжо-сенсеем и твоё видео посмотрел» «как там Фушигуро?» Вредина: «уже направили к тебе, не переживай» «он даже вполне себе вменяемый» «хотя разозлил его махито не на шутку» Панда: «Кстати, об этом» «Это Махито на тебя напал?» Итадори прислал активно кивающую собаку. Панда: «Ты раньше виделся с ним?» Итадори прислал собаку, активно мотающую головой. Панда: «Интересно…» Инумаки: «++» Юджи: «что такое?» Вредина: «он успел с нами поболтать уже» «вот фушигуро и разозлился» Юджи: «что он там такого сказал?» Он отправлял сообщение, широко зевая, и глаза начали слипаться. Вредина: «что мстит тебе за что-то» «ты бы видел какое у него лицо страшное» «сказал это из-за тебя» Итадори прислал обиженный смайлик. Он непричастен! Грозная женщина: «Скорее уж из-за прошлого твоей семьи» «Что ты знаешь о своих родителях?» Итадори подумал секунду и решил, что это не стоит замалчивать. Юджи: «они погибли в автокатастрофе когда я ещё младенцем был» «дедушка только жаловался что отец неудачно жену выбрал и радовался что я на неё не похож» Вредина: «хахахха» Оккоцу: «жесть…» Грозная женщина: «А дедушка твой чем занимался?» Итадори начал печатать, но не нашёл в себе силы закончить. В сон клонило очень сильно. А ведь он ещё не встретился с ребятами… Грозная женщина: «Итадори?» Вредина: «куда пропал?» Годжо-сенсей: «не переживайте, ребятки, он уснул. сон ему полезен для восстановления сил» «мы с Кенто уже немного узнали о его семье. потом все вместе обсудим ;) » Грозная женщина: «Опять этот отвратительный смайлик» Годжо-сенсей: « ;( » Грозная женщина: «Всë так же отвратительно» Инумаки: + Вредина: + Годжо-сенсей: в этом чате меня только булят» Грозная женщина: «Ого так вы не только старпëрские слова знаете» — Да как она себе позволяет так со мной общаться? — Годжо негодовал. — Это ты ей позволяешь, — легко ответил Нанами. — Почему ты вообще есть в чате с детьми? — Чтобы быть к ним ближе, конечно, — Годжо улыбнулся, упираясь лбом в его бок. — Встреть Мегуми. А я останусь с Юджи. — Почему сам не хочешь его встретить? — в голосе Нанами слышалось удивление, он даже от телефона оторвался. Годжо усмехнулся и поднял голову, встречаясь с ним взглядами. — В вопросе сохранения спокойствия в любой ситуации он больше поверит тебе, чем мне. Нанами вздохнул и, потрепав его по волосам, вышел из палаты. Ещё Годжо не сказал, что его было бы проще уломать сначала дать увидеть Итадори и только потом идти лечиться. Сам ведь такой же. Он взглянул на спящего Юджи и пообещал самому себе, что позаботится о благополучии своего ученика.       *** Итадори еле разлепил глаза, голова пульсировала, и он потянулся протереть веки. Кажется, ему снилось, как он бегал в лесу, очень похожим на тот, что у их школы, и за ним кто-то гнался. А… он убегал от дико хохочущего Махито. Потом Итадори ещё начал убегать от диких собак, а оказалось, что они преследовали Махито. Там внезапно появился Фушигуро, отдал им какую-то команду, и они набросились на непрекращающего хохотать парня. Итадори пытался разглядеть, что с ним происходит, но Фушигуро закрыл весь обзор и пафосно произнёс: «Снова я тебя спасаю», добавил «балбес» и влепил щелбан, после которого Итадори и очнулся. В комнате было темновато, он вспомнил, что находится в больнице до сих пор и похоже проспал до самого вечера. Итадори стал оглядываться в поисках телефона, чтобы ответить Маки, и заметил на стуле спящего человека. Приглядевшись к его растрёпанной причёске, он признал в нём Фушигуро и усмехнулся. Сам ведь весь побитый, с перевязанной рукой, а всë равно пришёл к нему и сидит в такой неудобной позе. И как только уснуть получилось? Устал видимо сильно. Итадори нашёл телефон, в конце концов, его убрали на тумбочку, ещё чуть-чуть и он бы не дотянулся до него. Ему стало интересно, что же такого нашёл Годжо-сенсей и кто такой Кенто. Итадори отправил в чат пару сообщений о том, что его дед автомехаником был, а про родителей не любил рассказывать, вот он ничего и не знает. Никто ему не спешил отвечать, так что Итадори отложил телефон и повернулся к спящему Фушигуро. В сон не клонило абсолютно, а о состоянии друга хотелось узнать напрямую. Ещё немного подумав, стоит ли нарушать его сон, Итадори решил, что сильно пытаться разбудить его не станет. Если Фушигуро будет очень крепко спать, то он просто посмотрит какой-нибудь фильм. Жалко, что ему наушники не принесли. Итадори попытался достать до Фушигуро телефоном, но не дотянулся, кидать в него что-либо он не осмелился. Выдохнув, Итадори начал подниматься на руках, хоть проверит насколько ослаб. Живот неприятно кольнуло, и он перевалился на бок, дальше поднимая себя, упираясь обеими руками в кровать. Наконец-то сев, так ещё и лицом к Фушигуро, он глубоко задышал, продолжая крепко держаться за кровать. Логика подсказывала, что мышцы пресса не стоит напрягать. — Хей, Фушигуро, — Итадори прервался на вдох-выдох, — А ты не хочешь сам проснуться? Он упёрся одной рукой о бедро, и со всеми этими кряхтениями остро ощутил себя старым дедом. Возможно, ему придётся теперь будить Фушигуро, чтобы тот помог ему лечь обратно. Зато теперь до него было легко дотянуться, он так удачно разложился на кресле, что Итадори не пришлось сильно напрягаться, чтобы переложить руку со своей ноги на его. Почувствовав прикосновение, Фушигуро весь вздёрнулся, напугав Итадори, так что он резко отдёрнул руку, и живот снова закололо. Итадори тут же схватился за него, но в последний момент сделал это аккуратно. Фушигуро протёр лицо рукой, и он так забавно выглядел с чуть опухшими глазами и надутыми губами, что Итадори не сдержал смешка. — Ты чего встал? — хрипло спросил Фушигуро и растрепал волосы ещё больше. — Тебя увидел. А ты чего не в отдельной палате? — Итадори не мог сдержать улыбки от такого забавного вида. — Всë не так плохо, — Фушигуро снова протёр лицо ладонью. — Тебе что-то надо? Итадори опешил от внезапного вопроса и задумался. — Пить хочется, если честно. Фушигуро кивнул и отошёл в угол палаты, где на тумбе стоял кувшин, чего раньше Итадори не замечал. Выпив, он протянул стакан обратно с тихим «спасибо» и сжал ткань простыни в руках, не зная, о чем сейчас можно говорить. — Ты точно в порядке? — Итадори решил для начала убедиться в состоянии друга. Фушигуро вздохнул и вдруг слегка улыбнулся. — Точно. Не беспокойся за меня. Всë-таки тебе больше досталось. Итадори внимательно посмотрел на него. — Это не значит, что ты не пострадал, — он чуть наклонил голову, заглядывая в глаза напротив. — Не обесценивай совсем свои травмы. Фушигуро тоже наклонился, облокотив свободную руку о колено. — Я в порядке. Меня бы не пустили сюда, если бы было что-то серьёзное. Тут врачи нормальные. Итадори улыбнулся, довольный этим заявлением, и насколько мог откинулся. — Тебе помочь лечь обратно? Итадори снова глянул на Фушигуро, пройдясь взглядом по перевязке на плече, и через секунду кивнул, решив, что тот справится. Он сразу встал и положил здоровую руку ему на плечи, приказав облокотиться на неё. Итадори сомневался, что так получится, но послушался, и Фушигуро выдержал его вес, аккуратно уложив на подушку, а потом помог перевернуться на спину. Итадори остановил его от попыток переложить его на середину кровати, вместо этого похлопав по свободной половине. Фушигуро нахмурился, не понимая чего от него хотят. Итадори сглотнул, чувствуя себя неловко от этой идеи, но всë же. — Ложись тут. Сомневаюсь, что на стуле удобно. У Фушигуро глаза расширились в удивлении. — Нет, ты что, — его взгляд забегал по всей кровати. — Это твоя койка. И.. Тебе надо полноценно отдыхать. Чтобы силы восстановить. — Тебе тоже надо хорошо отдохнуть, — вернул Итадори. Фушигуро нахмурился и уже открыл рот, но Итадори продолжил, заставив смотреть на себя. — Ты отомстил за меня. Никогда бы не подумал, что такое возможно в моей жизни. Но похоже у меня появился самый настоящий лучший друг. И я хочу, чтобы ты хорошо отдохнул, поэтому ложись давай, — он снова похлопал по свободной части кровати. Фушигуро выглядел растерянным, хоть и пытался хмуриться, сминал здоровой рукой штанину, и метался взглядом по койке. Итадори вздохнул. — Это просьба самого больного в мире человека, — он пропел, выделяя каждое слово, и улыбнулся. — Раз ты переживаешь за меня, то.. Я просто не усну, если буду знать, что ты всë ещё сидишь там, — Итадори кинул взгляд на кресло, умолчав, что сейчас, в целом, не хочет спать. Фушигуро переступил с ноги на ногу и стал обходить кровать. Это была победа. Он медленно сел, снова посмотрел на Итадори и после его кивка так же медленно лëг, скинув ботинки. — В летнем лагере мы с парнями часто спали все вместе, — начал рассказывать Итадори. Было ощущение, что этому действию необходимо придать нормальности. — На полу и на татами, правда. Но как будто все спали на одной большой кровати. Кто-нибудь обязательно к утру должен был распластаться звёздочкой на соседе. Ко мне ещё часто липли, потому что тёплый, как печка. Фушигуро глянул на него и вернул взгляд потолку. — А я, кажется, в последний раз спал вместе с кем-то лет в 6. — С мамой? — улыбнулся Итадори. — С сестрой, — и Фушигуро улыбнулся самой нежной улыбкой, что у него была с их первой встречи. — Где она сейчас? — аккуратно спросил Итадори. Фушигуро вздохнул, и улыбка пропала с его лица. — Её не стало в этом году. Заболела сильно и попала в кому. Из которой не вышла. Итадори глубоко вдохнул. Тут нечего было сказать. Он лучше всех знал, что соболезнования никак не облегчают ситуацию. Итадори подвинул руку и легонько коснулся пальцем его бока. — А с родителями что? — Ушли и не вернулись, когда я был ещё совсем мелкий, так что не задумываюсь об этом, — Фушигуро произнёс намного хладнокровнее, чем в прошлый раз, тёплых чувств к своим предкам он не питал. — А мы с тобой похожи больше, чем можно подумать, — задумчиво произнёс Итадори и, встретив удивлённый взгляд, продолжил. — Наши родители ушли ещё в детстве, а самого важного человека не стало в этом году. Фушигуро смотрел на него удивлённо, а потом усмехнулся. — Как ты там сказал? Волки-одиночки? У Итадори улыбка сама полезла на губы. — Ага, но знаешь.. — он отвернулся к потолку. — Вместе мы не такие уж одинокие. У нас же целая команда нереально крутых чуваков. Кстати! — он резко повернулся к Фушигуро. — Жаль, что тебя дисквалифицировали, Боже, какое сложное слово, — Фушигуро усмехнулся. — Оккоцу засчитали, как победителя. — Меня заслуженно выкинули, — Фушигуро опустил глаза. — Позволил эмоциям захлестнуть меня. Теперь вероятно Махито будет это использовать. — Это, конечно, грустно, но.. — Итадори попытался убрать улыбку, но не вышло. — Он будет использовать то, что я для тебя важный человек? Фушигуро с раздражением вздохнул, закатив глаза. — Иди ты. — Ну признайся, это же так? — Итадори стал тыкать пальцем в его бок. Фушигуро глубоко вдохнул-выдохнул. Итадори хмыкнул и отстал от него. — Стесняешься пока. Ну ничего. Ещё признаешь это. — Слишком много хочешь для того, кому я откачивал сердце, — Фушигуро пихнул его в плечо, но веселье начало спадать. — Кто откачивал? — переспросил Итадори. — Я, — уже не так уверенно ответил Фушигуро. — А зачем.. — Итадори сглотнул и вдохнул поглубже, положив руку на сердце. — Оно остановилось? Фушигуро смотрел на него мгновение и медленно кивнул. — Как так вышло, что это делал ты? — Итадори решил немного переключиться. — Я пришёл туда, за дворы, из-за плохого предчувствия, — Фушигуро смотрел на свои пальцы, которыми теребил край кофты. — Ты уже лежал с ножом в животе. Вызвал скорую и выяснил, что у тебя нет пульса. Диспетчер сказал откачивать тебя, — он замолчал, но Итадори чувствовал, что тот ещё что-то скажет, поэтому не прерывал. — Правда я не помню, чтобы это помогло… При мне ты так и не вздохнул… кажется. Итадори задумался, подбирая слова. — А Норитоши, что делал в это время? Фушигуро нахмурился, и весь его вид сразу стал раздражëнным. — Когда я пришёл, он просто сидел и паниковал. Заставил его твою рану держать. — Ну, зато не сбежал, — Итадори попытался улыбнуться. Фушигуро невесело хмыкнул. — Хей, — Итадори взял его здоровую руку в свою и приложил к своей груди. — Сейчас-то оно бьётся. Всë в порядке. Благодаря тебе. Фушигуро смотрел на него широко раскрытыми глазами и глубоко дышал так, что грудная клетка высоко поднималась. Была ещё одна вещь, с помощью которой можно разрядить обстановку. Или сделать её ещё более неловкой... — Слушай, а ты... — Итадори поджал губы. — Искусственное дыхание делал? — Дурак, — Фушигуро вырвал руку и отвернулся, надув губы. — Прости, наверное, противно было, — теперь Итадори смотрел на свои пальцы, перебирающие ткань. Ещё и Фушигуро молчал, точно злился на него. — Когда спасаешь друга от смерти, о таком не думаешь. У Итадори взметнулись брови вверх и он повернулся к Фушигуро. Возможно ему казалось, но тот выглядел скорее смущённым, чем злым. Итадори улыбнулся и проговорил тихое «спасибо». Фушигуро закатил глаза и пихнул его в плечо. — Слушай.. . — Ты сейчас скажешь что-то глупое? — Фушигуро хмуро оглядел его. Итадори закатил глаза, но улыбка не сошла с его лица. — Для тебя всë, что я говорю глупое. Мне это кажется скорее забавным. Да и кому ещё такое рассказать… — Ну что там? — вздохнул Фушигуро. — Ну, это был. .. — Итадори закрыл лицо ладонью, чувствуя себя неловко. — Да, пожалуй, это глупо. Ну ладно. Только не бей, — Фушигуро обещания не дал, только подозрительно прищурился. — Это был мой первый поцелуй. И я в нём даже не участвовал. Он с опаской посмотрел на друга, ожидая реакции, и ему на голову с силой опустился кулак. — Ауч! Попросил же не бить, — Итадори потирал ушибленное место, надув губы. — Это просто искусственное дыхание. Какой поцелуй? — Ну, знаешь, когда люди касаются губами друг друга, — Итадори изобразил это руками, и ему снова прилетел кулак по голове. Он не удержался от смеха и тут же схватился за живот, причитая. — Всë в порядке? — Фушигуро резко сел на кровати. — Да, просто нельзя же напрягаться, — Итадори откинулся на подушку. — А когда смеешься, напрягается пресс. — Зачем смеялся, дурак? — Фушигуро лёг обратно. — А что ещё делать, когда смешно? Фушигуро только вздохнул, покачав головой, но вскоре спросил: — Ты точно в порядке? — Уже прошло, — Итадори повернулся к нему, заглядывая в глаза. — Такой заботливый. О себе-то думаешь? — За меня не переживай. Итадори вздохнул, но смысла дальше лезть не было, ответил бы тоже самое. — Фушигуро. — Ну что ещё? Итадори усмехнулся его напыщенной раздражённости. Как бы он ни пытался это скрыть, в глазах читался интерес. — А ты когда-нибудь целовался? — Закрыть бы тебе рот чем-то, — и начал оглядываться так, будто правда искал кляп. Итадори тыкнул его в бок пальцем. — Да ладно тебе. К такому симпатичному парню точно подкатывала куча девчонок. Похвастайся с каким красотками прятался по углам. — Да не было у меня никаких девчонок, — отмахнулся Фушигуро. Итадори с подозрением ухмыльнулся. — С парнями прятался? — Нет! — Фушигуро ошарашенно оглядел его и отвернулся, вздохнув. — Не было у меня никого. — Что ж, — Итадори понимал, что ему за это прилетит, но не мог остановиться. — Тогда я чувствую себя виноватым за то, что твой первый поцелуй прошёл так. Очередной кулак опустился ему на голову. Он хихикнул и оставил попытки достать Фушигуро, но спать всë ещё не хотелось, значит надо придумать, о чëм поговорить. Кажется, у него даже какой-то вопрос был… Вроде, когда он читал переписку в чате. Итадори прям представил, как в голове зажглась лампочка, когда он вспомнил. — Кстати, я сегодня читал переписку в беседе «с Годжо». Сенсей там писал, что уже что-то выяснил о моей семье с каким-то Кенто. Ты не знаешь, кто это? Фушигуро прыснул пару раз, покачав головой. — Это Нанами-сенсей. — Нанамин?! — Итадори от удивления даже голос повысил, а Фушигуро снова посмеялся с этого глупого прозвища. — Мне казалось он ко всем учителям по фамилии обращается. — Ко всем кроме Нанами-сенсея, и я уверен, что Годжо просто нравится издеваться над ним, — усмехнулся Фушигуро. — И Иэйри-сан, потому что они вместе учились. — Ого, — протянул Итадори. Интересно, удастся ли ему тоже сохранить школьные взаимоотношения так надолго. Он обернулся к Фушигуро. — Может кино посмотрим? — Ты спать не хочешь? — Вообще нет, — Итадори даже головой помотал. Фушигуро вздохнул. — Ну давай. И, конечно, совершенно не было удивительно, что он вскоре уснёт. Вот только Итадори теперь боялся лишний раз пошевелиться, чтобы не разбудить его, особенно после того, как Фушигуро придвинулся к нему во сне. Лишь бы его больное плечо не разболелось. Дальше фильм он смотрел в одиночестве, еле успевая делать потише, когда происходит что-то активное. После просмотра второй части и его самого начало клонить в сон. Стоило закрыть глаза, как он сразу уснул.       *** — Итадори, просыпайся, — какой-то знакомый женский голос звал его. Итадори разлепил глаза и тут же закрыл от яркого света. Промычав от досады, он начал протирать их. — Без конца просто дрыхнешь, сколько можно уже? Точно, такой язвительный голос может быть только у Кугисаки. Итадори чуть открыл один глаз, прикрываясь рукой. Вокруг него столпились все, кто только мог. Даже Годжо с Нанами тут и медсестра. Фушигуро стоял среди них, видимо проснулся раньше, а будить не стал. — Мы забираем тебя, — весело объявила Кугисаки. — О нет, как же я буду жить без прекрасной медсестры, — Итадори добавил в голос трагичности. Женщина ответила ему только скептично поднятой бровью. Он начал садиться, опираясь на руки, как ночью. — А не рано? — Ох! — громко вздохнул медсестра, и все дëрнулись в его сторону. Наконец, сев, Итадори оглядел всех с удивлением. — Нельзя тебе ещё двигаться! — Но не болит уже, — Итадори положил ладонь на живот, чтобы удостовериться. — Может и не так рано... — пробормотала медсестра. — Заживает, как на собаке, — резюмировала Маки. — Не, собаки не такие живучие, — не согласился Фушигуро, и все усмехнулись. Медсестра рассказала всем, в какой момент можно начинать давать телу нагрузки, какой должен быть рацион и ещё много всякого важного, после чего попросила всех выйти, чтобы помочь пациенту собраться. После всех процедур Итадори не представлял, как будет сам справляться без неё и даже предпринял попытку уговорить её поехать с ним. Но она вздохнула со снисходительной улыбкой, ответив, что у него достаточно друзей для помощи. Когда его везли по коридорам больницы в инвалидной коляске, из-за чего он чувствовал себя крайне неловко (впервые с младенчества был настолько беспомощным), Итадори заподозрил неладное в такой спешке. — Я, конечно, рад, что буду спать в своей кроватке в общежитии… И что помоюсь, наконец-то. Но меня точно не слишком рано выписали из больницы? Я не сомневаюсь в возможностях Иэйри-сан, но ведь соревнования ещё не закончились. — Закончились, когда Махито сбежал из больницы, — легко ответил Годжо, ведущий его коляску. — А так как все в курсе случившегося с тобой, то начали беспокоиться за своих учеников, и быстренько всë свернули. — И это несмотря на то, что они видели, как Фушигуро его в больницу отправил, — добавил директор Яга, грозно сверкнув очками, от чего названный вжал голову в плечи, но тут же выпрямился, шумно выдохнув. Плечо-то ещё не зажило. — Как жаль, что не получилось посмотреть, как он лежит весь побитый, — с напыщенной печалью произнесла Кугисаки, Инумаки согласно кивнул. — А ещё Махито помогли, — продолжил Годжо и улыбнулся. — Так что мы на всякий случай решили отправиться все вместе домой, где мы точно сможем за тобой присмотреть. Да и Мей-Мей уже не терпится тебе кое-что рассказать. — О моей семье? — догадался Итадори, пытаясь заглянуть в голубые глаза. — Ага, — сенсей улыбнулся шире. — А она вообще законно добывает информацию? — проявила скепсис Маки. — Скорее да, чем нет, — не сразу ответил Годжо, и по мрачной ауре остальных учителей было ясно, что в это лучше не углубляться. Сенсей ему помогал и в машину пересесть, и обратно в коляску, когда они приехали в школу, и на кровать уже в его комнате, просто поднимая его на руки каждый раз. А под спортивной формой он казался совсем худым, у Итадори не вязалось, как его так легко поднимали. — Не стесняйся звать на помощь, — перед уходом сказал Годжо. — Даже ночью. Мей-Мей и Сëко –– ночные пташки, тебя точно услышат. Итадори представил, как будет орать на весь комплекс, чтобы их позвать, и усомнился в этой идее. — А можно их номера взять? — Конечно! — Годжо хлопнул себя по лбу, словно, это он, дурак, не подумал об этом. Ну, в целом, так и было. Оставшись один в комнате, Итадори задался вопросом, что же ему теперь делать. Смотреть фильмы с утра как-то непродуктивно, уроки бы повторить. Стоило остаться в коляске, в ней хоть по комнате легко передвигаться, а теперь до стола не дотянуться. Итадори вздохнул, собираясь с силами, лёг на бок и подтянул себя на руках за перила. Теперь стол был ближе. Ближайшей книжкой на нём оказался учебник по анатомии. Что ж, теперь он точно выучит все мышцы. Спустя время Итадори услышал, как соседняя дверь открылась и закрылась, а вот шагов Фушигуро почти не было слышно. Он там ливитирует что ли? Раньше Итадори как-то не обращал внимания на его тихую ходьбу, но теперь было понятно, как он внезапно оказывался на их совместных с Кугисаки тренировках. Вдруг в его дверь постучались. Итадори уже и не ждал такого, – достаточно времени прошло с момента, как Фушигуро вышел из своей комнаты. — Входи. — Ты есть хочешь? — Фушигуро остался в дверном проёме. Итадори помотал головой. Ему в больнице сделали катетер, так что в ближайшее время он точно есть не захочет. Фушигуро помялся мгновение и снова спросил: — А просто посидеть с нами хочешь или тут останешься? Итадори широко улыбнулся. — Хочу. Фушигуро такой силой, как Годжо-сенсей, не обладал, так ещё и второй рукой пользоваться не мог, поэтому написал в общий чат прийти помочь тех, кто сможет. Долго ждать не пришлось, Инумаки с Оккоцу вместе решили прийти. От такого количества помощи Итадори чувствовал себя неловко, но зато парням вдвоём не было тяжело его поднимать. — О, Итадори, чай будешь? — спросила его Кугисаки, только завидев на кухне. — По-моему мне сегодня ещё нельзя ничего пить кроме воды. — Эта тётка же сказала, что только через 3 дня, — Маки заканчивала расставлять приборы. — А что 3 дня ещё не прошло? — Кугисаки уже наливала воду. — Не тётка, а многоуважаемая медсестра, — Итадори с умным видом поднял палец. — Только завтра третий день будет, — Фушигуро ответил Кугисаки, забирая у неё стакан. — Настолько уважаемая, что ты её имени не запомнил? — усмехнулась Маки. Итадори надулся, взяв стакан. — А ты правда по ней скучаешь, — позабавился Оккоцу. Итадори вздохнул. — Не хотелось бы некоторые вещи говорить к столу, но вы и сами начнёте скучать по ней. На мгновение на кухне повисла тишина. — Я тебе жопу мыть не стану, — заявила Кугисаки и закинул в рот кусок мяса. Итадори чуть не поперхнулся водой, что начал уже пить. — А я бы и не попросил тебя. — Да ладно, разберёмся, — утешительно произнёс Панда. Ребята его точно не собирались бросать одного со всем справляться. Надо только всем каким-то образом преодолеть неловкость, Итадори надеялся, что уже скоро начнёт самостоятельно ходить, и им не придётся заботиться о нём. Пока они сидели все вместе, Годжо решил, что это лучшее время узнать о семье Итадори, и привёл Мей-Мей. Оказалось у его дедушки был брат-близнец, который работал наёмным убийцей, но как так вышло, ей не удалось выяснить. Оба Итадори занимались когда-то боевыми искусствами, но непонятно, в какой момент один из них свернул не на ту дорожку, и продолжили ли они общение, потому что этот наёмник очень хорошо скрывался. Но вероятно Васукэ, дедушка Юджи, не хотел иметь ничего общего с братом и потому не упоминал его. А ещё вполне вероятно, что он жил в пригороде специально подальше от суеты, потому что знал, что недоброжелатели могут отыскать его. Годжо пообещал продолжить поиски и узнать, зачем напали на Итадори, для понимания не грозит ли ему снова внезапное нападение. Мей-Мей проворковала, что ей невероятно интересно будет искать информацию о его втором дедушке, таких скрытных мужчин она любит. Итадори ошалело поблагодарил учителей. После завтрака, когда Фушигуро вёз его обратно в общежитие, Итадори попросил его позаниматься вместе с ним и отказался пересаживаться из коляски. Фушигуро вздохнул, но настаивать не стал, да и Итадори хотелось научиться управлять коляской самому, что оказалось непросто. Сначала они прошлись по недавно выученной биологии для проверки, потом проверили задачи по физике, и оказалось, что Итадори наделал ошибок. Фушигуро пришлось по несколько раз объяснять ему, почему нужно подставлять сюда именно эту формулу, и как она работает. Когда мозги уже начали кипеть, и мысли путаться, Итадори предложил посмотреть, как проходят тренировки у остальных. Всë равно Фушигуро тоже нескоро к ним присоединится. Наблюдать за тренировкой было даже полезно, Итадори под конец начал считывать движения. Фушигуро оценил этот навык, и они начали спорить, кто больше предугадает. Итадори проиграл, но пообещал, что ещё обойдёт его. Фушигуро с крайне высокомерным видом пожелал ему удачи. Итадори замахнулся, чтобы ударить его, но тот слишком быстро отскочил, мол, это он тоже предугадал. После общего обеда Панда с Фушигуро отвезли Итадори в медотсек, где его полностью проверила Иэйри-сан и сделала катетер. Когда они расходились в общежитии, Панда напомнил, что можно звать его на помощь в любой момент, если Фушигуро один не справляется. Итадори поблагодарил его и обернулся на соседа. — Что, опять физику будем делать? — Полагаю, что да, — Фушигуро пожал плечами. Итадори удручённо вздохнул, но что поделать, если больше нечего делать. Хорошо хоть завтра учёба возобновится, и половина дня будет занята. А ведь надо будет ещё как-то форму надеть. И в спальное бы переодеться вечером.. — Ты чего? — Фушигуро оторвался от задачи, услышав его жалобный стон. Итадори посмотрел на него взглядом полным печали. — Я не представляю, как переодеваться. Ну, то есть, верх-то я одену. А вот штаны уже проблемно. — А у меня наоборот, — Фушигуро растрепал волосы на затылке и кивнул на свою перевязанную руку. Итадори смотрел на него мгновение и захрюкал, пытаясь сдержать смех, но вышло так себе, и внутренности всë равно закололо. — Видимо, будем помогать друг другу, — он положил руку на живот. — А ты справишься? Тяжело не будет? — засомневался Фушигуро. Итадори закатил глаза. — Я не разваливаюсь ещё. Хотя бы проверить сможем. Фушигуро кивнул, удовлетворённый таким ответом, и задумался о чём-то. — Ты же ещё помыться хотел, — начал он неуверенно. Итадори промычал, подтверждая. — В наших душевых сидеть неудобно, а стоять тебе точно ещё нельзя, — Фушигуро откинулся на спинку кресла. — Надо попросить разрешения в баню сходить. — Оккоцу был бы рад, — улыбнулся Итадори. Фушигуро промычал, согласившись, и начал кому-то писать. Вечером они все вместе пойдут в баню.       *** — Впервые за долгое время буду в женском отделе, — задумчиво произнесла Маки. — Мы превосходно проведём время без этих особей мужского пола, — Кугисаки повисла на ней, сверкая глазами в парней. — Хорошо вам потереть друг другу спинки, — пожелал Итадори, прищурившись. — И вам того же, — таким же елейным голосом вернула Кугисаки. В раздевалке Оккоцу остановил попытки Фушигуро стянуть футболку одной рукой и помог снять её. — Какой кошмар, с меня другие мужики снимают штаны, — поделился Итадори, когда его голой задницей усадили обратно. — Готовь очко, — усмехнулся Инумаки, складывая его штаны. — О нет, семпай! — Итадори повысил голос и закрылся руками. — Я стесняюсь при других. Панда тут же заржал в голос, Инумаки с Оккоцу широко улыбались, только Фушигуро отвесил ему щелбан с презрительным «дурак». Итадори усадили на пластиковый стул со спинкой, чтобы не напрягался, который Инумаки где-то откапал, и его начали поливать тёплой водой. — Ой, хорошо, — протянул Итадори, подставляясь под струи. — Держи, — Оккоцу протянул ему гель с мочалкой. — Голову сам будешь мыть? — поинтересовался Фушигуро, который поливал его уже снизу вверх, усевшись рядом. Итадори задумался и решил, что сначала сам попробует, если что попросит помощи. Это скорее уж Фушигуро надо помогать мыть его шевелюру, тот пожал плечами и перестал его поливать, чтобы дать намылиться. Итадори на всякий случай медленно, без резких движений прошёлся по голове, потом по рукам и ногам, насколько смог, и вздохнул, понимая, что дальше нужна помощь. Он обернулся к Фушигуро, чтобы попросить смыть всë, и уставился на его недовольное лицо, пока Инумаки тщательно намыливал его волосы. Итадори не сдержал смешка, и Фушигуро послал ему уничтожающий взгляд. Какие же они два беспомощных придурка. Одеваться обратно было ещё более неловко, потому что на влажную кожу ткань натягивалась дольше, хорошо он ещё догадался сразу взять спальное, чтобы потом опять этими переодеваниями не заниматься. А Оккоцу снова пресёк попытки Фушигуро надеть футболку самому, помогая ему. У Итадори руки зачесались ущипнуть его за надутую губу. На выходе они встретились с девчонками, и Кугисаки начала хвастаться тем, как хорошо они провели время без мужчин. Итадори напыщенно счастливым голосом порадовался за неё, но она не обратила внимания на его тон и продолжила распинаться, как хорошо, что их всего двое с Маки. А потом вдруг сказала, что случись такая жесть с кем-нибудь из них, то им вдвоём пришлось бы туго, так что Итадори очень повезло с парнями. Он позабавился с её странного проявления заботы, но согласился с ней. Панда поднял его на руки, перекладывая на кровать, и Итадори изобразил из себя принцессу в беде. Фушигуро хмыкнул, что это недалеко от правды. Позже в общем чате «без Годжо» Оккоцу спросил нужна ли им будет помощь с утра одеться в форму. Фушигуро, впервые на памяти Итадори, моментально ответил, что они сами справятся. Он усмехнулся с этого, видимо, его соседу очень не хотелось принимать помощь, и ответил тоже самое. Но по их недавнему разговору, Фушигуро вроде согласился дать ему одеть его. Итадори улыбнулся, задумавшись об этом. Фушигуро так же, как и он, не хочет быть обузой и казаться слабым, но из-за того что они оба во многом обездвижены, то он готов принять помощь от Итадори, который без посторонних вообще не справлялся бы. И ведь Фушигуро понимает, что Итадори тоже не хочется напрягать остальных заботой о себе. Слишком это непривычно. Ему легче самому заботиться о ком-то, как он всегда делал с дедушкой, а тут так обстоятельства сложились… Итадори рад, что его друзья явно без пренебрежения ему помогают, это очень ценно. А ещё он сам себя записал в список особенных людей для Фушигуро, всë-таки позволить себе быть слабым с кем-то для них это хухры-мухры. Да и когда о тебе заботятся с самого первого дня знакомства, ещё не зная даже имени… Итадори заснул с глупой улыбкой на лице.