Крест на крест

Это было поразительно спокойное утро. Блокада Содиума вообще была на редкость скучным занятием. Оби-Ван сидел в кают-компании «Неустрашимого» с чашкой чая, наблюдая, как за иллюминатором неторопливо проплывают патрульные кананерки. Планета внизу отчетливо кипела жизнью, переливаясь огнями и перекидываясь сообщениями, в отличие от его собственного легиона, который уже третьи сутки болтался на орбите в ожидании, пока сепаратисты сделают первый шаг. И потягивал чай. Настоящий чай, не ту бурду, что называлась кафом и что все кругом пили литрами, заедая скудным рационом (хотя за два года войны все уже приловчились пить что угодно и делать вид, что им нравится). Чай был хорош. Травяной сбор с Набу, присланный Падме в прошлой посылке (разумеется, через официальные каналы и, разумеется, с дипломатической почтой - и пусть кто попробует усмотреть в этом что-то личное. По крайней мере, так уверял его Энакин). Сепаратисты засели на планете и не желали выходить на честный бой. Блокада. Вынужденное спокойствие. Их противники, судя по всему, сами не знали, зачем они здесь. Его люди, конечно, изредка перестреливаясь с дроидами, но в основном занимаясь тем, что Оби-Ван про себя называл «космическим стоянием». Сенат не давал дозволения напасть первыми. Приходилось ждать. —«И пусть стоят», — философски изрек Пло Кун, чья голограмма покачивалась над столом в каюте Оби-Вана. — «У вас есть время передохнуть. У многих сейчас такого, к сожалению, нет».  Оби-Ван отхлебнул чай.— У меня на борту триста солдат, которые от безделья начинают творить глупости. Вчера трое клонов поспорили, да взяли и устроили соревнование по стрельбе. —«И кто победил?» — МедДройды. Они получили двух пациентов с осколочными ранениями и запретили подобные развлечения. Теперь парни играют в карты. Саббака на всем «Неустрашимом» не нашлось. Пло Кун издал тот странный звук, который заменял ему смех. На его лице всегда трудно было читать эмоции, но Оби-Ван за годы, кажется, научился данному искусству, как и любому другому. Разговор с мастером Пло для него был единственным развлечением во время данной порядком вымученной остановки. Они говорили обо всем и ни о чем - о чае, о погоде на Корусанте, о последних новостях из Сената (Пло Кун был хорошо осведомлён и умел пересказывать политические дрязги с убийственной иронией). Энакин с Асокой и 501-м батальоном держали другой сектор, в планетах так восьми отсюда. Утром бывший ученик выходил на связь и они видели аватары друг друга на голоконференции. Всё было нормально, в ровень спокойно. Даже подозрительно спокойно, если учесть, что речь идёт о Скайуокере и его шайке. Оби-Ван отставил кружку и потянулся к голо-панели с оперативными сводками. Всё чисто. Ни одной сбитой канонерки, ни одного убитого клона, ни намёка на врага. Им бы разрешение от сената получить и забыть об этой планете, но нет. Надо ждать нападения сепаратистов. Может, те решили взять паузу на перегруппировку? Длинной в три дня. — «Я вот всё думаю, насчет падавана. Слышал, Совет планирует мне кого-то подискать.»— Поделился собеседник. Кеноби поперхнулся. — И вы планируете брать? В военное-то время? —«Разумеется, нет.» — В голосе друга слышалось принятие глупости ситуации. — «Но я оценил их изобретательность. Падаваны, Оби-Ван. Совет находит всё новые способы удивлять меня.»  — О да.. иногда забываю, что мы с тобой такие же магистры. Я встречаю тебя на фронте чаще чем Мейса Винду в Зале Совета. — Кеноби отставил кружку и откинулся в кресле, поглаживая бороду. — К слову о падаванах, мой, например, вчера пытался доказать мне, что взрыв подземного коридора в джунглях был необходим. На веские доводы о том, что любую пещеру нельзя взрывать пока ты находишься непосредственно в ней, он заключил, что это была идея его падавана. Пришлось напомнить ему, что Асоке всего пятнадцать, и её примеру не стоит подражать так рьяно. Пло Кун сдержано развел руками. Ему всегда особо интересовали беседы касающиеся одной тогруты, но он не спешил это показывать и темы развивались, как и всегда с ним, плавно, но в никуда. — «Скайуокер растёт. В нём чувствуется потенциал.»— И потише добавил,—«по крайней мере, так все говорят.» — В нём чувствуется желание сократить мою жизнь лет на пятьдесят, — поправил Оби-Ван беззлобно. — Но да, потенциал тоже присутствует. Они ещё немного поболтали о политике, и о странном поведении сенаторов в последнее время. Кеноби спросил кое-что о Мандолоре (и его герцогине), благо, Кел-дор сейчас как раз вблизи нейтрального космоса. Когда разговор подошёл к концу и голограмма Пло Куна погасла, Кеноби  решил позволить себе ещё несколько минут блаженного ничегонеделания.

***

В каюту постучали.  — Скучаете, генерал? — После разрешения вошёл Бойл с колодой карт. — Составите компанию? — С удовольствием, — Оби-Ван отставил чай. — Но предупреждаю: я хоть и играю плохо, - где-то сейчас недоверчиво подавился Энакин,—но везение со мной. — Везение нам и нужно, — хмыкнул второй клон в дверях. — Потому что мастерства у нас, сами знаете... Час спустя Оби-Ван сидел в общей столовой, окружённый десятком клонов из 212-го. Коди, как обычно, хмурился, делая вид, что его не интересует игра. Ваксер и Бойл, напротив, играли шумно, эмоционально, постоянно споря и обвиняя друг друга в жульничестве. Один из лейтенантов, имени которого Оби-Ван пока не запомнил, но чье лицо уже было знакомым, сосредоточенно тасовал колоду.  Оби-Ван, выигрывая в четвёртый раз, вежливо пододвинул к себе горку пайков (и зачем ему они?) и под общий стон предложил реванш. — Да вы нас раздеваете, генерал! — Возмутился тасующий, но карты сдал. Идиллия. Редкая, драгоценная идиллия, когда война отступала на второй план, уступая место простым человеческим радостям. За второй год сражений Оби-ван научился особо ценить такие моменты. Резкий звук заставил абсолютно всех клонов дернуться - реакция на звонкий цзиньк. Спокойным остался только сам Кеноби - это комлинк завибрировал на его поясе. Коди покосился на устройство. — Снова Совет, сэр? — Скорее всего, — Оби-Ван извинился и сделал два шага к переборке, поднося устройство к уху. — Кеноби слушает. — Мастер! — голос Асоки прозвучал на тона два выше обычного, так что Оби-Ван невольно отодвинул трубку от уха. — Мастер, у меня тут нужны вы. Клоны вопросительно посмотрели на него, отвлекаясь от игры. Ребят из 501-го, к тому же Асоку, знали все. Они считали её кем-то вроде эквивалента внучки или племянницы для своего генерала и, по-большей части, жаловали. — Асока. — Одними губами шепнул он, обращаясь к клонам. — Видимо, решила сообщить, что их рота наконец добралась до Корусанта для перевооружения. — И взмахнул рукой, мол, не лезьте. — Падаван Тано, — он продолжил уже в трубку, позволяя себе лёгкую улыбку. — Какая приятная неожиданность. Как твои дела? Как Энакин? Передавай ему привет и скажи, что если он опять где-то застрял и посылает тебя как гонца, то я.. — Нет. Ответит он, не мешай.— Пробурчала Тано то ли в трубку, то ли куда-то ещё. Видимо, Тогрута говорила с кем-то параллельно. Оби-Ван поднял бровь. — Асока? — Пара клонов уже встали, чтобы выйти из вежливости, так что он опять жестом остановил их. — Оставайтесь, джентльмены. Уверен, ничего экстраординарного. Наверное, Энакин опять мучает ее тренировками. Играйте. И на меня тасуйте тоже. Звонок был переключен на видео. Голограмма зажглась, и Оби-Ван едва не поперхнулся, разом жалея о своих предыдущих словах. Асока выглядела так, словно только что побывала в эпицентре взрыва. Глаза - огромные, зрачки - расширены, вид - испуганный. И да, рядом с ней то пропадал то появлялся Файвз. Наверное на него и отвлекалась. — Мастер Оби-Ван! — выпалила она снова. — Скайгай... Скайуокер... Он... — Да он.— Оби-Ван вернулся на свое место. Коди подсел ближе, подглядывая в экран. — Поздравляю, ты наконец-то решилась на него пожаловаться. Что он сделал на этот раз? По внешнему виду могу судить, что, как минимум, скинул тебя с крыши? Асока мотнула головой. — Он исчез, мастер! Растворился прямо у нас на глазах! Мы сидели в столовой, а потом - раз! И его нет! Оби-Ван моргнул. Потом моргнул ещё раз. Коди замотал головой, отсаживаясь обратно. Пара клонов засмеялись Какой бред. Это Энакин придумал? Неужели они там подумали, что тут это воспримут всерьез? — Исчез, — повторил Кеноби ровно. — В смысле, ушёл в разведку и не вернулся? — Нет же. Мы сидели в столовой. Все вместе. А он… он просто… ну, исчез! На глазах у всех. — Ага. То есть, ты хочешь сказать, что мой бывший падаван, рыцарь-джедай, герой войны, которому за его двадцать с хвостиком доверяют целые батальоны - просто взял и... испарился? — Да! — Голограмма дрожала, видимо, она трясла голопад в руках. — Я не шучу, мастер! Файвз тоже видел! И Эхо. И Рекс. Он сидел рядом, а потом его не стало! Оби-Ван медленно перевёл взгляд на клонов, пора бы раздать карты. Бойл дал ему сбить колоду и стал выкладывать по три штуки. Коди поднял крестовую даму - козырь крести.  — Энакин, — Оби-Ван тщательно подбирал слова смотря на выпавшую ему комбинацию, левым глазом следя, чтобы Ваксер не подглядел.— Он всегда славился своим чувством драмы, но чтобы прямо раствориться... Это даже для него перебор. — Кеноби бьет тузом вальта с десяткой.—Ты уверена, что он не решил подшутить? Ну, знаешь, спрятаться под столом, используя Силу, чтобы вы его не заметили? — Я проверила под столом. И под всеми соседними столами. И в вентиляции. И в кают-компании этажом ниже! — Асока, дорогая,— Оби-Ван вздохнул, чувствуя, как внутри зашевелилось знакомое, уже почти забытое чувство, чувство, что всё идёт не по плану. Его дама была бита Бойлом.— Энакин не мог просто исчезнуть. Он рыцарь-джедай, в конце концов. У него есть обязанности, миссии... Так и не докончив Оби-Ван вздохнул. Поставил локоть на стол, потёр переносицу. Один из клонов бесшумно праздновал победу, показывая неприличные жесты покрасневшему от злости Ваксеру. — Мастер, я серьёзно! — вмешалась Тогрута. — Я пыталась его найти. Обыскала весь корабль! Его нигде нет! — Падаван Тано, успокойся. Давай логически. Если бы Энакин захотел устроить розыгрыш, он бы... ну, не знаю. — Оби-ван говорил, а сам следил, чтобы Грегор сейчас не смошенничал - он тасовал карты и шулер он ещё тот.—Подложил бы тебе в койку какую-нибудь гадость. Или начал есть при всех каких-нибудь тараканов. Но исчезать прямо посреди обеда - это уже несерьезно, это... — Это правда! — перебила его Асока. — Мастер, я бы не стала вас дёргать из-за ерунды. Тем более с поста! У вас там блокада, я знаю. — Вот именно, — Оби-Ван назидательно поднял палец. И карты - один шлак.— У нас блокада. А ты мне звонишь с сообщением, что мой бывший падаван, вероятно, выучился новой технике становиться невидимым. Поздравляю, ты меня рассмешила. Теперь передай-ка ему трубку, пусть вылезает из укрытия. — Мастер Оби-Ван! — Кеноби нахмурился: это звучало уже серьезно.— Клянусь Великой Силой, его НЕТ! Мы обыскали весь корабль. Он не выходил на связь…Его сигнал исчез со всех радаров… Рекс уже поднял тревогу! Скайгай растворился в воздухе. — Растворился? — переспросил он медленно убирая карты. Нет, говорить и играть одновременно это не его, он проигрывает. — Асока, понимаешь, звучит это... ну, скажем так, маловероятно. Может, он переместился Силой? Ты знаешь, у него хобби выкидывать подобные фокусы... — Это не фокусы! — Она уже почти кричала. — Его нет в Силе! То есть, я его не чувствую! Совсем! Как будто его никогда и не было! Оби-Ван, пожалуйста, поверьте же мне! Кеноби замер. Потом откинулся на спинку стула и закрыл глаза. Сделал глубокий вдох. По правую руку что-то сказал Коди, может, попросил всех помолчать. Сила вокруг была спокойной, ровной. Никаких всплесков, никаких аномалий. Как всегда она приветливо протянула руки и впустила в свои объятия, но Энакина в ней не чувствовалось. Совсем. Будто его никогда и не было. Смерти нет - есть Великая Сила. Он попытался обратиться к Ней глубже, найти там привычную яркую вспышку, которой был Энакин Скайуокер. Да, связь мастер-падаван формально была разорвана, когда Энакин стал рыцарем, но Оби-Ван всегда чувствовал его. Как чувствуют родители своих выросших детей - уже не так остро, но всё же безошибочно. Кеноби обратился к этой ниточке, той самой, что десять лет назад связала их вопреки всему - вопреки его нежеланию, вопреки некоторым членам Совета, вопреки здравому смыслу. Пустота. Холод. Оби-Ван распахнул глаза и похолодел сам. — Покажи запись, — коротко сказал Кеноби. — Что? — Запись с камер в.. ты сказала, в столовой. У вас же там камеры, падаван. Он не почувствовал. Оби-вану всегда было очевидно, что случись что с Энакином он узнает первым. Ничего Кеноби не понял. Асока в экране закивала, что-то тыкая на голопаде. Изображение сначала показало людей что ее окружали. Рекс - мрачнее тучи, Эхо и Файвз - с такими лицами, будто присутствовали на собственных похоронах. Мало что понимающее лицо Джесси. А потом все переменилось и теперь Оби-Ван смотрел на столовую «Решительного» глазами корабельной системы наблюдения. Его пальцы слегка подрагивали на коленях. Параллельно Кеноби снова и снова нырял в Силу, надеясь, что первая попытка была ошибкой, что он просто не там искал. Но Сила молчала. Пустота на месте Энакина была такой же абсолютной, как та, что осталась когда-то после Квай-Гона. Только тогда всё было по-другому. Тогда Оби-Ван почувствовал удар, разрыв, боль. Он знал, что его мастер уходит, он успел получить последний наказ. И вот на экране этот последний наказ сидит между Рексом и Эхо. Вот и Асока напротив них, молчаливая и напряжённая. А вот это Файвз размахивает руками, наверняка рассказывая очередную байку. Вот Энакин тянется за соусом. И его пальцы проходят сквозь контейнер. Брови Кеноби сами поползли на верх, выражая миру удивление. Энакин замирает. Смотрит на свои руки - механическую и настоящую, во время еды обе без перчаток. Тянется снова и контейнер уже в его ладони. Он улыбается растерянно, словно сам не понимает, что вообще произошло. Оби-Ван сосредоточенно подносит руку к лицу и хмурится. Энакин моргает. Закрывает глаза на секунду. А потом картинка искажается. Совсем чуть-чуть, как если бы они смотрели сквозь нагретый воздух. И в следующее мгновение место Энакина пусто. Асока вскакивает. Рекс замирает с открытым ртом. Файвз перестаёт жестикулировать. Все смотрят на пустой стул. — Технически, это невозможно, — сказал он вслух, ни к кому конкретно не обращаясь, но прекрасно осознавая, что каждый в комнате ловит любое его слово. Запись возобновилась. — Стоп, — спокойно приказал Оби-Ван. Кадр замер на пустоте. — Прокрути назад, — продолжил Кеноби. — Медленно. Асока послушно перемотала. Энакин появляется из искажения, садится, ест, шутит. Всё как обычно. Потом тот же момент: тянется за соусом, рука проходит сквозь, он моргает, искажение и пустота. — Ещё раз. Ещё. Ещё. На пятом повторе Оби-Ван откинулся на спинку стула и медленно, очень медленно погладил бороду. — Мастер? Что это? — Я... к сожалению, я должен признать своё тут неведение, — признался Оби-Ван. Впервые за долгое время он действительно не знал. — Я никогда такого не видел. — Это какая-то сепаратистская штука? — Бойл подал голос из угла. — Похищение через гиперпространство? — Невозможно, — автоматически ответил ему Коди. — Для телепортации живого организма нужна сложнейшая инфраструктура и подготовка. Никто не сможет провернуть такое на корабле средь бела дня. — А если... — начал Ваксер, но осекся под взглядом коммандера. Оби-Ван же уставился на застывший кадр. Энакин исчез. — Асока, — голос прозвучал на удивление ровно, хотя внутри всё кипело, — слушай меня внимательно. Объяви режим полной изоляции на корабле. Никто не входит и не выходит без моего-твоего личного приказа. Запись с камер засекретить, доступ к ней только тебе, Совету и мне. И… Свяжись со мной, как только появится что-то новое. Я пока свяжусь с Храмом. — Хорошо, — подозрительно быстро отчеканила Асока, но потом прибавила. — Он ведь найдётся, да? Оби-Ван посмотрел на неё. На эту девочку, которую Энакин нехотя взял к себе, которой гордился, которую учил, с которой ссорился и мирился. На её испуганное лицо. — Мы его найдём, — твёрдо сказал он. Содиум сиял внизу всё теми же равнодушными огнями. — Асока, у меня осада, ты ведь понимаешь, что я не могу прилететь? Борода под пальцами казалась вдруг очень колючей. Тогрута кивнула, — я пойду. Выполню то, что вы сказали. Я тут, кажется, за главную… пока мастера нет. И отключилась. Ночь предстояла долгая. Нет эмоций - есть покой. Легко сказать.