Когда нужно выбирать

Отравленный адепт пришёл в себя на третью ночь. Эти три ночи казались бесконечными. Безночный город всё ещё жил под тяжёлым дыханием страха после взрыва в пещерах. Стражники ходили по коридорам чаще обычного, факелы не гасили даже перед рассветом, а вокруг восточного крыла теперь стояли печати, наложенные сразу несколькими мастерами. Но печати защищают стены. Они не защищают сердца. В комнате, где лежал юноша, воздух был густым от запаха лекарственных трав. Горькие настои кипели в небольших чашах. На полу лежали свитки с печатями очищения. Вэнь Цин не отходила от него. Она почти не спала. Иногда она сидела неподвижно, наблюдая за дыханием пациента, иногда аккуратно проводила пальцами по его запястью, проверяя движение энергии в меридианах. Тёмная энергия всё ещё пульсировала внутри его тела. Она двигалась медленно, как чёрный яд. Но она ослабевала. Юноша впервые за три дня открыл глаза. Его взгляд был мутным. Он несколько раз попытался вдохнуть глубже, словно не верил, что всё ещё жив. — Я… видел… — прошептал он. Голос был слабым. Почти исчезающим. В комнате находились только трое. Вэнь Цин. Не Хуай Сан. И Не Минцзюе. Не Минцзюе стоял у стены. Он выглядел хуже, чем пытался показать. Рана, полученная в пещерах, всё ещё не затянулась полностью. Тёмная энергия, проникшая в его меридианы, медленно разрушала равновесие его ци. Иногда он чувствовал, как внутри груди возникает холод. Но он не показывал этого. Он стоял прямо. Как всегда. Вэнь Цин наклонилась ближе к адепту. — Кто это был? Её голос был мягким. Но в нём звучала настойчивость. Юноша задрожал. Его пальцы слегка сжались. — Улыбка… Он закрыл глаза. Будто пытался собрать воспоминания. — Он… смеялся… Комната стала ещё тише. — Он сказал… Юноша судорожно вдохнул. — Что госпожа Не любит… не оставлять следов… Не Минцзюе медленно поднял голову. Его взгляд стал холодным. — Имя. Одно слово. Юноша едва слышно прошептал: — Сюэ… Ян… Тишина стала острой. Она будто разрезала воздух. Не Хуай Сан почувствовала, как внутри всё медленно становится на свои места. Пазл складывался. Он хотел проверить реакцию. Посмотреть… Кто меня защитит. Понять, где слабое место. Понять, кто встанет рядом. Не Минцзюе медленно выдохнул. Несмотря на боль, он выпрямился. — Довольно. Его голос прозвучал тихо. Но в нём была окончательность. На рассвете он появился во внутреннем дворе. Солнце только начинало подниматься. Тени были длинными. Адепты уже собрались. Слухи распространились слишком быстро. Все ждали. Сюэ Ян стоял в стороне. Он выглядел так, словно всё происходящее его слегка забавляло. Он лениво опирался на колонну. Как будто пришёл просто посмотреть спектакль. Не Минцзюе вышел вперёд. Он был бледен. Но его осанка оставалась непоколебимой. Он смотрел прямо перед собой. И сказал громко: — Госпожа Не не причастна к инциденту. Его голос разнёсся по двору. — Любой, кто распространяет противоположное… Он сделал паузу. — будет отвечать передо мной. Это был вызов. Не просто заявление. Предупреждение. Сюэ Ян медленно улыбнулся. — Я лишь беспокоился о безопасности. Его голос был почти ленивым. — Беспокойся о своей, — холодно ответил Не Минцзюе. И впервые… Он встал между сестрой и подозрением. И все это увидели. Не Хуай Сан опустила глаза. Но внутри неё что-то изменилось. Теперь ты знаешь. Я не беззащитна. И ты больше не смотришь на меня сверху. Ночью её всё же похитили. Не силой. Хитростью. Записка лежала на столе. Короткая. «Вэнь Цин в опасности. Восточная пещера.» Она смотрела на неё долго. Слишком долго. Она знала. Это ловушка. Но если это правда… Она не могла не проверить. Она тихо закрыла веер. И вышла. Пещера была пуста. Тьма внутри казалась плотной. Холодной. — Я начинаю думать, что ты любишь темноту. Голос прозвучал позади. Знакомый. Сюэ Ян сидел на камне. Он лениво покачивал ногой. — Ты не боялась прийти одна? — Боялась, — честно ответила она. Его глаза блеснули. — И всё же пришла. Он бросил ей небольшой обломок металла. Он упал на камень с тихим звоном. Иньское железо. Оно пульсировало. Словно живое. — Скажи мне, госпожа Не… Он наклонил голову. — Ты служишь своему клану? Пауза. — Или играешь в собственную игру? Тёмная энергия вокруг начала шевелиться. Не Хуай Сан тихо сказала: — А ты? Она посмотрела прямо на него. — Ты служишь Вэнь Жоханю… Пауза. — или хочешь увидеть, как мир горит? Он засмеялся. Легко. Искренне. — Мне нравится хаос. И именно тогда железо в его руке вспыхнуло. Во дворе Безночного города Вэй Ин резко остановился. Он почувствовал это. Сильнее, чем раньше. — Вы это почувствовали? Цзян Чэн сразу напрягся. Тёмная энергия дёрнулась. Но на этот раз не хаотично. Она потянулась. К нему. — Что-то зовёт, — прошептал Вэй Ин. — Не ходи туда, — сказал Цзян Чэн. Но Вэй Ин уже понимал. — Оно реагирует на меня. И он побежал. Пещера. Разрыв. Сюэ Ян не ожидал, что иньское железо внезапно вырвется из его контроля. Тёмная энергия потянулась к входу. И именно в этот момент появился Вэй Ин. Сюэ Ян прищурился. — Ты снова? Но затем он увидел. Железо дрожало. Оно тянулось к Вэй Ину. — Интересно… Не Хуай Сан поняла раньше всех. Оно чувствует его. Он может управлять им. Или оно уничтожит его. Тёмная энергия вспыхнула. Пещеру разорвало взрывом. Не Минцзюе прибежал последним. Он увидел: Сестру — живую. Вэй Ина — на коленях. Чёрная энергия клубилась вокруг него. Сюэ Ян отступал. Улыбаясь. — Это становится интереснее, чем я думал. И он исчез во тьме. Не Минцзюе опустился рядом с Вэй Ином. — Ты можешь это остановить? Вэй Ин поднял голову. Его глаза на мгновение стали темнее. — Могу. Но в его голосе появилось что-то новое. Что-то опасное. Вэнь Жохань слушал отчёт. — Значит, оно реагирует на него. Он выглядел не злым. Он выглядел заинтересованным. — Тогда не мешайте. Огонь в чаше вспыхнул выше. — Пусть всё разгорится. Не Хуай Сан смотрела на Вэй Ина. Если иньское железо выбрало тебя… война будет иной. Не Минцзюе положил руку ей на плечо. — Больше никаких тайн. Она кивнула. Но оба знали. Тайны только начинаются. Безночный город больше не казался непоколебимым. После взрыва пещеры воздух стал густым. Тёмная энергия не рассеялась. Она осела. Она ждала. Вэнь Цин пришла одна. Без охраны. Без слов. — Вэнь Жохань знает. Она сказала тихо. — Он позволяет этому разворачиваться. — Почему? — спросил Лань Сичэнь. — Потому что хочет увидеть, кто выживет. Её взгляд остановился на Вэй Ине. — Иньское железо реагирует на него. Не случайно. Вэй Ин стоял молча. Он чувствовал тот отклик. Не боль. Не страх. Зов. — Я могу это использовать. — Или оно использует тебя. Тишина. — Я передам вам расположение трёх ядер, — сказала Вэнь Цин. — Но после этого пути назад не будет. — Его и так нет, — спокойно сказала Не Хуай Сан. В этот раз Вэнь Цин не возразила. Не Минцзюе стоял только благодаря упрямству. Тёмная энергия внутри него росла. Но его голос был твёрдым. — Мы не ждём. — Мы бьём первыми. — Это война, — сказал Цзян Чэн. — Она уже началась. Он посмотрел на сестру. — Я не буду держать тебя в тени. Пауза. — Она действует от моего имени. Это было признание. Не Хуай Сан не улыбнулась. Но её спина выпрямилась. Сюэ Ян наблюдал из тени. — Итак… Он тихо рассмеялся. — Все фигуры расставлены. Ему было всё равно до орденов. Его интересовало только одно. Что произойдёт… если иньское железо окажется в руках того, кто не боится тьмы. — Начнём немного раньше. Он передал новость Вэнь Жоханю. Слуга поклонился. — Они собираются действовать. Вэнь Жохань улыбнулся. — Прекрасно. Он поднял руку. Тёмная энергия вспыхнула. — Активируйте все ядра. — Даже нестабильное? — Особенно его. Огонь взметнулся выше. — Пусть мир увидит настоящую силу. В тот же миг три точки в разных частях города вспыхнули тёмным светом. Земля задрожала. Вэй Ин упал на колено. Иньское железо звало. Не тихо. Повелительно. Не Минцзюе шагнул вперёд. Кровь снова выступила на его одежде. — Не слушай его! Вэй Ин поднял голову. Его глаза на мгновение стали чёрными. — Оно не приказывает… Он прошептал: — Оно просит. И это было страшнее. Не Хуай Сан поняла первой. Это момент, который изменит всё. Она шагнула вперёд. — Если ты пойдёшь этим путём… — дороги назад не будет. Вэй Ин посмотрел на неё. — Дороги назад уже нет. И в тот же миг тёмная энергия вырвалась из трёх точек. Она сошлась в центре города. Безночный город впервые за долгие годы содрогнулся. И началась война.