Вещающие о бреднях

      Пробираясь сквозь узкие тоннели пещеры, Мишель улавливала лишь тихий стук капель о камень и прерывистые вздохи компании. Елена шла впереди, а руки её до сих пор висели в воздухе – дети всё ещё здесь и ведут их в непонятном направлении. Рядом с ней шёл настороженный и готовый к любой атаке Кит. А неподалёку от них шли напуганный Бени и серьёзный до предела Ник. В самом начале Кван отказывался идти за непонятными и невидимыми детьми, но остаться в одиночестве он не решился, а поэтому пошёл вслед за всеми. Ник в свою очередь сразу согласился на безумную идею следовать за детьми. Колонну замыкал Саймон. Кажется, он был беспристрастен, но редкие вздохи после очередного неподдельного шума показывали, что он тоже пускай и самую малость, но боится.       — Они до сих пор ведут тебя, так? — дабы разрушить нависшую и удушающую атмосферу, поинтересовалась Мишель.       — Да, — Елена лишь кивнула и продолжила идти непонятно куда и непонятно зачем.       — Лена, куда ты нас ведёшь? — не выдержал Бени. — Это безумие!       Страх, безусловно, был у всех, но кто-то его умело подавлял, кто-то прятал в глубине души, а кто-то верил, что страшиться здесь не за чем. Однако Бени был достаточно эмоциональным и взвинчитым. Только вчера он попал в это место, слышал крики и визги улыбающихся, видел, как они перевоплощаются из обычных людей в тварей, бежать от которых почти невозможно. Бени увидел смерть, а после и трупы многих других людей, находившихся недавно с ним в автобусе. Конечно, ему страшно, а особенно в таком пугающем месте и с неизвестными детьми, которых видит только Елена.       — Давайте дальше следовать за ней, — повернув голову назад, предложил Кит. И Мишель с ним согласна: не зря ведь они уже проделали такой огромный путь. — Может быть, она что-то видит, чего мы не видим.       — Я вижу детей! — изрекла Елена, огорчённая тем фактом, что ей приходится несколько раз повторять одно и тоже. — И я это...       — Нам стоит вернуться назад, — жёстко перебил её Кван, а после чуть тише добавил, — может быть.       Елена покачала головой и всё равно шла дальше, несмотря на предостерегающие взгляды напарников и надломленный голос Бени. Мишель уверена, что Зиглер ни за что не отступит от своих намерений.       Чем дальше они шли вглубь, тем уже становились тоннели, тем сильнее стали сыпаться камешки и тем громче стали слышаться разные звуки. Стены пещеры казались живыми, они точно говорили им о чём-то важном, что никто из них не понимал. Сомнение на лице Елены показалось, как только послышалось повторное жужжание. Она напряглись сильнее, однако продолжила следовать за призраками. Но вскоре тихо промолвила: «Что-то не так здесь... Я чувству, что мы не одни».       — Это всё из-за твои детей-призраков, Лена. Они играют с твоим разумом.       Бесспорно, предположение Ника имело место быть. Как показывал прошлый опыт на Софи, мистические явления могут быть и злыми, а вот добрыми – как сказать? Возможно, эти дети сейчас ведут их на неминуемую смерть, но также есть вероятность, что они помогут им разобраться в этом месте.       — Держимся вместе, — сказал Луин Кит, отошедший Лене за спину из-за чрезмерной узкости тоннеля.       — Мне всё это не нравится, — Бени сгорбился от напряжения и страха. — Может, нам пора развернуться и уйти?       — Нет, — лишь успела ответить Монтгомери, как колонна замолкла. Все встали перед Леной, застывшей по непонятной причине.       Вдруг Зиглер сорвалась с места, руки которой уже не тянули. Ребята быстро последовали за ней, пытаясь не подвернуться на неровной поверхности. Они вышли за угол, и глазам предстали четыре камня. На них лежали кости. Маленькие кости. Не такие, как у взрослых людей, а маленьких детей.       — Что за место? Что они хотят от нас? — Ник тут же направился к Елене и притронулся к её плечу, пытаясь выяснить, что здесь произошло и почему их привели к месту жертвоприношения.       — Эти кости, — спустя вечное молчание на протяжении всего пути все услышали голос Саймона. — Они что, принадлежали детям? Тем самым, о которых говорила Зиглер?       Все разом посмотрели в сторону застывшей Зиглер.       — Я думаю, — начала она, но вновь посмотрев на алтарь, запнулась, однако нашла в себе силы продолжить, — они хотели показать, что с ними сделали.       — Кто сделал? Что они сейчас делают? — в миг начал спрашивать Луин, находившийся в некотором шоке, но продолжавший вести себя осторожно. Он подошёл к Елене с другой стороны и посмотрел ей в глаза. — Ты их видишь сейчас?       — Нет, они исчезли.       Услышав Елену, Ник сделал заключительный вывод.       — Нам нужно уходить отсюда.       Негодование в миг проскользнуло на лице Мишель: не могли ведь они уйти с этого места, не поискав здесь чего-то важного и стоящего. Это же целый склад новой информации, которую они прежде не знали. С чего это уходить отсюда только из-за страха или неверия? Монтгомери с удовольствием осталась бы здесь и изучила всё вдоль и поперёк.       — Может, хотя бы некоторое время изучим это место? Знаю, что страшно и не понятно, но это может быть шанс узнать что-то новое, чего нам так не хватало для хотя бы минимальной разгадки этого города.       — Я согласен с ней, — устроив руки крестом у груди, вклинился Саймон. — Вначале мы так и не нашли ничего, кроме странных рисунков в малом количестве и вмятин от талисманов, а в глубине пещеры могут скрываться более потаённые знания. И если вы не заметили, то тут в буквальном смысле лежат кости маленьких детей, которые, похоже, были участниками жертвоприношения, хотя скорее полноценным приподношением.       Лицо Ника приобрело нахмуренный вид, он хотел что-то сказать, уже открыв рот, но тут же заткунл себя самого. Его губы поджались в тонкую линию, а глаза мимолётно прошлись по шарообразному помещению. Кажется, он в раздумьях насчёт предложения Мишель и Саймона. Бени выглядел всё так же напугано, однако в кругу знакомых лиц он нашёл в себе силы держаться и не поддаться самой настоящей панике. Стоящий рядом с Еленой Кит был серьёзен, впрочем, как всегда. Он обдумывал предложение пары, сопоставляя все минусы и плюсы, и в то же время поддерживающе сжимал плечо Лены. Вот она была согласна остаться тут чуть дольше, хотя и желание убраться подальше било в голову с неимоверной силой. Но что значит остаться здесь и найти что-нибудь важное против сбегания из-за собственного страха?       — Я знаю, что вы хотели сюда ради того, чтобы увидеть улыбающихся ночью, — вдруг подняла голову Зиглер, — но мы ведь не заметили ни одной твари у входа на протяжении некоторых часов! Не думаю, что они вообще явятся сюда, так что лучше изучить имеющиеся здесь, чем просиживать задницы попросту у входа.       Мишель согласна кивнула настойчивости и приведённым фактам от Елены. Таким образом, ещё раз хорошо обмозговав сложившуюся ситуацию, все пришли к выводу, что стоит засидеться здесь на часик или пару. Монтгомери сразу же принялась за изучение рисунков на стене, не сумев подойти к костям давно почивших детей, к которым как раз-таки направились Саймон и Ник. К удивлению, Бени решил присоединиться к Мишель. Выяснилось, что Кван достаточно хорошо умеет рисовать, когда Монтгомери предложила поочерёдно использовать её блокнот для зарисовки. С детской радостью на лице, позабыв о прежнем страхе, Бени срисовывал странные, но «прикольные», как он выразился, каракули. Кит и Елена, в свою очередь, выискивали всё в этой пещере. Они не сосредотачивались лишь на одном действии, а взяли на свои плече рассмотрения ритуального помещения в целом.       Спустя некоторое время Мишель смогла точно сказать, что все рисунки связаны между собой, а небольшая из них часть могла оказаться письмом на невиданном им языке. Это всё пробирало дух и воодушевляло работать и анализировать не покладая рук. По словам Саймона, костям детей больше пятидесяти лет, однако точную цифру без надлежащих современных технологий он выявить не смог. Как оказалось, Найтфолл учился на криминалиста, поэтому смог рассказать что-то о останках. Так же он выявил предположение, что были кости четвёртого ребёнка, но на последнем камне они отсутствуют. Причину не знает никто. Данная информация в какой-то степени полезна, но не может быть применена в частности из-за того, что она является третьесортной и никакой позыв в себе не несёт. Узнали лишь то, что для жертвоприношения нужны четыре ребёнка, возможно, три, а четвёртый ритуальный камень присутствовал здесь по оплошности. Лена и Кит, порыскав везде, где только можно, сумели найти определённо старый и подвергшийся коррозии бокал, а также заржавевший кинжал вместе с мечом. Скорее всего, найденные вещи послужили в ритуале, а после про них забыли и вовсе. Только Мишель и Бени нечем было похвастаться, так как все нарисованные на стенах рисунки были зашифрованы неким способом, неизвестным для их умов. Хотя обычные каракули возможно расшифровать, но письмо без надлежащего переводчика – нет. Да и они не знают, существует ли этот язык на самом деле или он является выдуманным.       Вскоре, когда пещера была осмотрена вдоль и поперёк, компания решила вернуться ко входу, а Мишель предстояло морально подготовиться к рассказу о городе. Может, поведать о появлении этого места с улыбающимися, а также сюрреалистических явлений она не сможет, но о неких закономерности запросто ответит.       Мишель привлекла всеобщее внимание, когда проявила желание рассказать обещанное ранее в автобусе. Прежде чем сесть на камень, она смахнула с него тонкий слой пыли и грязи, наблюдая за реакцией и действиями собравшихся. Ник и Саймон сразу проявили интерес, однако не столь ярко, как те же Бени, на чьём лице без всяких препятствий можно было прочитать живое любопытство, или Елена, которая придвинулась к ней ближе, чтобы быть во всеуслышание. Кит, в свою очередь, не понял всей ситуации, и Мишель вкратце пояснила ему, что выторговала билет на поход с ними за рассказ о городе не в общих чертах, а более подробно. Он, конечно, нахумрился, но всё-таки кивнул и решил тоже послушать, перед этим накинув на плечи Зиглер немного потрёпанную коричневую кофту. Та ему мягко улыбнулась и поблагодарила, а после вновь стала серьёзней некуда, сосредоточив всё своё внимание на Мишель.       — Начну, пожалуй, с самого начала, — возражать никто не стал и Мишель продолжила излагать свой монолог. — Город «Дархэм», по моему мнению, одновременно находится нигде и везде в определённых пределах нашего земного шара. Попадающие в этот город люди находились в разных местах, однако всё-таки в пределах США. Главное условие – ехать по шоссе, которое находится вне города. Как только вы увидите упавшее дерево, преградившее вам дорогу, и воронов, то обратного пути уже нет. Все это видят. И для всех это становится отправной точкой прямо в ад. Невозможно как-то избежать этой участи – вы всё равно попадёте в «Дархэм».       Сам город полон улыбающихся – непонятные для нас твари. Они обладают невероятной силой, с помощью которой могут запросто проломить стену, деревья, окна. Точных пределов не знаю. Из обычной людской формой они превращаются в тварей, у которых присутствуют острые когти, а также несколько рядов зубов, которыми они разрывают человеческую плоть. Во время перевоплощения они ещё почему-то лысеют. Возможно, побочный эффект от чего-то либо им с колтунами на голове неудобно сжирать людей. На охоту они выходят только ночью. Бояться улыбаки дневного света или дают нам фору – неизвестно. Их слабостью являются талисманы, которые нашли в этой пещеры, хотя скорее талисманы являются защитой для нас, а для них лишь преградой.       Хотя Мишель говорила довольно очевидные и для всех известные вещи, никто её не перебивал, однако Саймон некоторое время посылал ей скучающие взгляды, ожидая чего-то нового. Ник и Елена, в свою очередь, были в предвкушении, желая открыть об этом месте то, что поможет им в будущем. Пристроившийся рядом с Зиглер, Кит посматривал в сторону леса, так как знал всё, что говорила Монтгомери, однако тоже ждал чего-то такого, о чём он сам не смог догадаться, хотя этого будет, скорее всего, немного, если вообще будет, ведь он дольше неё находится здесь и соответственно знает куда больше. Бени всё также источал из себя искреннее любопытство и интерес, однако страх на подкорке сознания всё ещё присутствовал.       — Как вы знаете, в этом городе есть электричество, однако для устройств извне питания нет, они не работают попросту, — выдохнув, Мишель перешла на другую тему. — Если вскрыть провод, то вы не найдете там ничего. Внутри отсутствует токопроводящая жила и изоляция, то есть, по сути, электричество тут взято из ниоткуда. Из ниоткуда берётся и вода. Конечно, можно предположить, что она из ближайших озёр, но это также маловероятно. Всё здесь словно устроено детьми, которые не знают, откуда берутся те или иные условия для проживания. То же самое с климатом. Какой сезон дети любят больше всего? — Мишель задала вопрос, хотя и знала, что мнение всегда субъективно, однако лишь один сезон привлекает столько внимания у детей.       — Лето! — подпрыгнул на своём месте Бени, бросая руку ввысь.       — Правильно, молодец! — похвалила его Монтгомери. — Так вот, сезон тут из года в год не меняется. Вечное лето. Что может быть лучше для ребёнка?       Кажется, чем дальше Мишель углубляется в рассказе этого места, тем больше присутствующие становятся жадными на информацию. Помимо Кита, разве что.       — Хочу сказать, — замедляя темп повествования, Мишель стала чуть больше интриговать, — что этот город может влиять на сознание человека, более восприимчивого к природе и духовной энергии. Вы, Бени, Ник и Саймон, скорее всего, ещё не слышали, но недавно за решётку упекли Софи, которая выкрала Кевина – мальчика лет восьми. Она пыталась отдать его улыбающимся из-за голос в голове, которые внушили ей, что, отдав им мальчика, все остальные смогут покинуть это место. Очевидное враньё, — Мишель не могла не прокомментировать. — Естественно, ей никто не поверил в бред про голоса, но я – не все.       — А вдруг она просто сумасшедшая? — предположил Ник. — Поехала крыша собственного из-за этого места.       — Сначала я тоже предполагала эту теорию, — согласилась Мишель, переводя взгляд прямо на Адамса. — Но, поговорив с Джони, я узнала, что ранее она ничем с таким не сталкивалась. А в городе находится достаточно давно, но сумасшествием начала страдать почему-то только сейчас. Полностью откинуть данную теорию мне помогла ситуация с Еленой.       — Со мной? — удивилась Зиглер, тыча пальцем себе в грудь. — Из-за детей что ли?       Во взгляде девушки сразу проявилось понимание и осознание ситуации. Безусловно, Лена посчитала себя сумасшедшей, как только увидела детей, которых почему-то не замечают остальные ребята. Но она ведь раньше не страдала галлюцинациями, а это место не могло просто свести её с ума, ведь до этого она принимала всё, хоть и остро и с небольшим недоверием.       — Да, — утвердительно кивнула Мишель. — Ты, как я понимаю, так же ранее не страдала галлюцинациями или разными расстройствами. В добавок дети-призраки привели нас в определённое место, в котором находятся их останки. Кстати, хотела спросить тебя, Елена, сколько детей ты видела?       — Три, — чётко ответила Зиглер, выставив вперёд три пальца. — Две девочки и один мальчик.       — Значит, четвёртый ритуальный камень там по ошибке, — утвердительно изрёк Саймон и встал с корточек.       Конечно, его утверждению есть место быть, но разве можно допустить такой существенной ошибки? Мишель думала, что нет, потому что, проводя ритуал, сначала следует изучить все его тонкости: какие ресурсы понадобятся, в каком месте стоит это делать, в какой очерёдности воспроизводить действия, какие последствия после будут ожидать. Но всё-таки Монтгомери решила не разглашать свои мысли. Пускай будет так, как есть сейчас.       — То есть в любое время Лена вновь сможет подвергнуться влиянию этого места? — кажется, Кита вовсе не волновало количество детей: его больше беспокоило состояние Зиглер. — Что будет с ней, если она поддастся ему? Её также будут мучить, как Софи?       Вопросы, произнесённые встревоженным голосом Луина, достаточно удивили всех присутствующих, особенно Елену, так как та действительно не хотела страдать от этого. Но если таким способом она сможет помочь городу? Опять-таки: что стоит сводящие с ума видения против освобождения всего города от вечной каторги?       — Я не знаю, — честно ответила Мишель.       Так как Монтгомери больше нечего было сказать, она замолкла, погружаясь в раздумья. Впрочем, всё время до восхода солнца в пещере стояла оглушающая тишина. Вчера прибывшие обдумывали то, что успели за проведённое время здесь узнать. Елена думала лишь о своих возможностях, а как её уберечь от этого было в голове у Кита.