Отличная команда

Ему казалось, что он справляется. Ну да, нормально было. Непросто, конечно, балансировать между Хёнджином и работой, мысли про неё так и норовили уползти на задворки, не мешать смотреть в смеющиеся глаза, но он держался. Улыбался девушкам, переглядывался с Пак Джинёном, хотя всех лишних о-о-очень хотелось послать, привалиться к плечу Хёнджина, болтать с ним о всякой ерунде и чувствовать себя счастливым. Но потом ситуация пошла куда-то не туда. Точнее, туда, но нафига? Комиссару прямо на глазах поплохело, он начал обмякать и приваливаться к спинке дивана — ясно-понятно, началось, они таки вызвали огонь на себя. Вот только кто преступник? Девушки? Вряд ли, их аж четверо, они подружки, это видно по общению. И они ничего не заказывали. Тогда Хёнджин? Но он тоже поскучнел, сонно запрокинулся на стуле, растянулся котом, выставив напоказ длиннющую шею, и кому-то жестикулировал в толпе. Глаза его больше не смеялись, он с видимым усилием фокусировался, но упорно делал вид, что все нормально. Феликс посмотрел на свой почти нетронутый бокал с синим-прозрачным. Это он молодец, конечно, что остался трезвым. Единственным взрослым. Но теперь всё зависело от него! Пак Джинён ещё пытался говорить про деньги, но уже невнятно. Потом Хёнджин сорвался с места и исчез. А ему что, разорваться? Где все??? После секундного метания Феликс решил оставить девушек на Пак Джинёна и парней, а самому присматривать за Хёнджином. Забежал к своим — а там один Минхо. Сидит за столом с кем-то незнакомым в занавеске, оба беззвучно что-то поют, танцуют сидя и хохочут. А где остальные??? — Минхо-хён, присмотри за Пак Джинёном, он вырубается, — протараторил Феликс, надеясь, что его слышат и понимают. Глаза у Минхо оказались вполне трезвыми, и Феликс чуть не обнял его от избытка чувств — ему помогут! С ним настоящий взрослый! — Чёрный плащ, — галантно представился собеседник Минхо. — Синий, — машинально поправил Феликс. Ну парень реально уже нарезался. — Минхо-хён, и ещё придержи девушек за нашим столом. Очень надо! Молитвенно сложил руки и выхватил телефон. Звонил Бан Чану и Чонину, писал во всех мессенджерах — глухо. Ну и чёрт с ними! У него есть Минхо! Криминалист и постовой спасают мир! Он понёсся искать Хёнджина. Нашёл у бара — стоит придавленный, плечи опустил, грызёт печенье, в руке бутылка воды. И похоже, ему действительно хреново, просто он моложе и лучше держится. А может, он не пил перед этим, как Пак Джинён. Но как же так, всё ведь сходилось? Заказ выпивки, сообщник… Да ну, что за глупость, что он напридумывал, Хёнджин слишком заметный. Его знают, к нему без конца липнут, вон даже сейчас. Что он может незаметно провернуть? Всегда найдутся свидетели. Феликс оттёр какую-то целеустремлённую девицу, осторожно погладил Хёнджина по плечу, и тот моментально выпрямился, разулыбался. Смешной, делает вид, что у него нет проблем. Для очистки совести Феликс попытался вернуть его к теме денег — мошенник не может быть к ней равнодушным! Но Хёнджин был. Так, всё, вопрос закрыт. Тогда, значит, девушки? Хорошо, что с ними Пак Джинён и Минхо. Но как они всё провернули? Совсем ничего подозрительного не было… Феликс мысленно отвесил себе оплеуху — смотреть надо было не только на Хёнджина! Но кто бы смог? Это нереально. Ещё нереально не пойти с ним, когда он тянет за руку и улыбается. А пальцы живут своей жизнью, переплетаются с его пальцами, поглаживают, сжимают. Хёнджин не человек, это ледяная горка, стоишь на краю, ноги так и норовят подвести, один миг — и всё, ты летишь, орёшь и умираешь от восторга. Только он не лёд. Бывают огненные ледяные горки? И что делать, если о работе не думается, хоть ты тресни? Но стоп! Ведь если Хёнджин не из банды мошенников, то он пострадавший, так? За ним определённо надо присматривать! Полиция его защитит! Они с Хёнджином вломились поглубже в толпу скачущих, извивающихся тел и танцевали до тех пор, пока с волос Хёнджина не начали лететь брызги — красиво! Но пора было тормозить этого дурика. — Я устал, — Феликс запрокинул голову, разноцветные лучи проблёскивали даже через сжатые веки. — Хочу пить. Они вырвались из самой человеческой гущи к бару, добыли там лимонад и повалились на диван. Смеялись, Хёнджин вылавливал из своего стакана фрукты, Феликс смотрел, как он ими хрустит. Взгляд не ловил, если только коротко — не сейчас. Уже знал, что всё равно соскользнёт, что всё будет, но отступал, отступал от края. Нельзя терять голову, он на работе. Девушки. Да. Но Хёнджин подцеплял языком и зажимал зубами очередную яблочную дольку, жмурился, разгрызая, и сок бежал по подбородку к шее, и так влажной от пота. Вот так покачусь и я, думал Феликс, сглатывал, отворачивался. А потом смотрел снова. Вяло пытался придумать себе оправдание, потому что операция, девушки… — Так, стоп, — Хёнджин прекратил свои игры с лимонадом, насторожился, вытянулся. — Посиди тут, я сейчас. Но Феликс сидеть не собирался. Он тоже узнал парня, который пробирался через толпу куда-то влево. — Это же он приносил нам коктейли? — Ага-а-а. И я его тут раньше не видел. Чо за хуйня? — Хёнджин пошарил глазами по залу, явно высмотрел что-то важное, нахмурился и начал пробираться за парнем. — Я сейчас. Феликс угукнул и бросился следом. Чёрта с два он пропустит интересное! Почему Хёнджин гонится за этим парнем? Что значит раньше не видел? Толпа всё не кончалась, голова парня мелькала впереди, Хёнджин молча пытался его догнать, а на Феликса то ли физическая активность благотворно повлияла, то ли мысли о шее перестали отвлекать, и облака в его мозгу вдруг разошлись, выпуская на свет понимание — Хёнджин работает в клубе и знает персонал! То есть их столик обслужил незнакомый ему человек? Так это же сообщник тех девиц! А что Хёнджин высматривал в зале? Элементарно, Ватсон, он предположил, что парень нанят на замену какого-то сотрудника. Вот только этот сотрудник тоже сейчас в клубе, и Хёнджин его увидел. Феликс вырвался из кильватера Хёнджина и двинулся параллельным курсом. Так больше шансов не упустить засранца. Толпа начала распадаться, уже стало видно, что в руке у парня пустой поднос. Он деловито куда-то топал, не глядя по сторонам. В принципе, уже можно было броситься на него и поймать, но Феликсу хотелось понаблюдать. Вдруг приведёт к сообщникам? Он бросил взгляд на Хёнджина, не зная, как ему объяснить свой замысел, но тот коротко прижал палец к губам и улыбнулся. Да!!! Умные мысли сходятся! Феликс показал ему большой палец и принял расслабленный вид. Он идёт по своим делам. Ему надо туда. Хёнджин выдернул из кармана телефон и стал делать вид, что с кем-то переписывается. А парень с подносом свернул в служебный коридор. — Попался, — прошептал Хёнджин, быстро сбросил кроссовки и скользнул следом. Феликс сделал то же самое. В залитом зеленоватым светом коридоре раздавались шаги только одного человека, а они крались беззвучно. Тем временем парень оставил поднос стоять у стены, а сам принялся на ходу снимать поло с вышитой на спине эмблемой клуба, потянул его через голову, и Феликс понял — сейчас! Стартанул с места, в скольжении присел и подсечкой повалил парня на пол. А потом любимая часть — мордой в пол, коленом в спину! Щёлк-щёлкнули наручники. — Ты арестован за воспрепятствование правосудию и мошеннические действия! У тебя есть право на адвоката, ты можешь давать показания в свою защиту и вправе обжаловать правомерность действий полиции! — протараторил Феликс и гордо подмигнул Хёнджину. — Как рэп зачитал! Хёнджин воплощал собой мем WTF — глаза огромные, слов нет. — Я планировал ограничиться парой поджопников, — выдавил он наконец. И продолжил бодрее: — Но так тоже неплохо! Феликс виновато пожал плечами. Само вышло! — Значит, не батя, — продолжал осознавать ситуацию Хёнджин. — В охуительных штанах? Феликс со смехом помотал головой. Надо будет рассказать Пак Джинёну об успехе его штанов! Поднялся сам, парня тоже вздёрнул на ноги. Тот что-то бухтел, как все они, про ошибку, будет жаловаться и нападение, Феликс не слушал, вытащил из кармана его фартука терминал и радостно покрутил. — А что это у нас, м? Парень принялся яростно материться и чем-то даже угрожать, Хёнджин поморщился и затолкал ему в рот кусок того самого поло с фирменной вышивкой. — Ты хочешь сказа-а-ать… — он постучал ногтем по терминалу. — Мошенничество? Разводилово пьяных на деньги? — Двадцать шесть случаев. — Двадцать семь, — Хёнджин наставил на себя оба пальца. — Ебать я ло-о-ох. Он откинулся на стену, постучал затылком. Потом полез в телефон. — Пятьсот тысяч! — Ты задержал преступника, — попытался утешить его Феликс. — Ты. Феликс со смехом замотал головой. — Я тебя сначала подозревал! Тебя! Так что за звание лоха намбер ван мы ещё посоревнуемся! Хёнджин взъерошил себе волосы и застонал. Парень промычал своё мнение по вопросу, но его никто не слушал. — Надо его куда-то убрать пока, — Феликс деловито огляделся. — Чтоб не спугнуть сообщников. — Пошли, — Хёнджин подхватил задержанного за локоть и потащил по коридору дальше. Пикнул кодовым замком, открыл дверь. — Тут даже уютно, — Феликс заглянул в кладовку: на полках пачки салфеток, какие-то коробки, внизу пивные кеги. — Не скучай. Они затолкали пинающегося парня внутрь и закрыли дверь. Хёнджин снова прилип к стене, сполз по ней на пол. — А-а-а, я не могу. Мне надо осознать. Феликс кивнул и сел рядом. Насыщенная у них сегодня программа, не поспоришь. Он повернул голову к Хёнджину. — Ты его опознал и выследил, ты сделал все выводы. А я только задержал. Хёнджин смотрел долго, задумчиво. — Вас учат таким штукам? Этот мудак на голову тебя выше! А ты его раз-раз и упаковал. — Тхэквондо, — смущённо признался Феликс. — Но без твоей помощи мне бы не удалось им рисануться. — Ты меня утешаешь, что ли?! — Я говорю правду! — возмутился Феликс. — Я вообще опозорился! Сидел и думал совершенно не о том! А ты его увидел и узнал! Хёнджин фыркнул, глаза его снова заблестели весельем: — А я, по-твоему, не думал? Феликс почувствовал, как горячо стало щекам, но сдаваться он не собирался. — О чём? — Ну… — Хёнджин прикусил губу, выпустил. — О том, какая мы отличная команда? И выставил пять. На пальцах блестели кольца. Понимал ли Феликс, что отбивать нельзя, чувствовал, что под ногами скользко-скользко, лёд-лёд-лёд? Ещё как чувствовал. Отбил, аж обожгло, сцепился пальцами, взглядами и понял — всё. Он сорвался, он летит. Губы Хёнджина пахли яблоком.