***
Подходя ближе к переходу между платформами, я заметил двух мальчиков. Один рыжий, второй — в очках. Они переглянулись и, не сбавляя шага, почти одновременно нырнули прямо в кирпичную стену. Я на секунду остановился. Стена их просто проглотила. — Ладно… значит, мне туда же, — спокойно дойдя до перехода, я прошёл сквозь стенку. Что странно, мне казалось должны быть какие-то ощущения, но их не было. Лишь гам от спешащих людей ударил по моим ушам. Пройдя внутрь вагона и найдя свободное купе, я сел у окна. За стеклом мелькали семьи, которые прощались с детьми, кто-то смеялся, кто-то махал руками. И на секунду это всё ударило слишком знакомо. В памяти всплыл последний заказ — тот самый, из-за которого мы с родителями разошлись в хлам. Тогда я решил сделать форму в стиле старых военных силуэтов. Не из-за политики — просто сложная работа, ремесленный вызов самому себе. Но они увидели в этом совсем другое. После этого мы почти не разговаривали. Я пытался что-то объяснить, пытался восстановить контакт, но каждый разговор только сильнее разрывал всё между нами. И я понял: для них мои работы перестали быть чем-то творческим. Они стали чем-то неправильным.***
Поезд тронулся, и его стук постепенно слился со стуком швейной машинки. Я будто снова заканчивал свой первый костюм — тот самый заказ, который помню до сих пор. Тогда я ужасно волновался, когда отправлял его заказчику. А этот… злополучный, но чертовски стильный. Я до сих пор не знаю, жалею о нём или нет. В те времена мне редко попадались по-настоящему интересные заказы. Из сна меня вырвал стук в дверь. — Да? — спросил я, всё ещё ощущая на руках фантомное трение ткани. — Ты не видела жабу? Невилл потерял свою, — в купе заглянула девочка с густыми каштановыми волосами. — Нет, не видела. Могу помочь поискать, если хочешь. Девочка на секунду замялась, будто не ожидала согласия. — Правда? Было бы здорово. Он, наверное, где-то в вагоне. — Пошли, — я поднялся с места, бросив взгляд на открытую книгу. Всё равно сейчас читать уже не получалось. Коридор вагона оказался теснее, чем я помнил. Двери купе то и дело открывались, кто-то смеялся, кто-то спорил, мимо прошёл блондинистый мальчишка с таким лицом, будто был готов с кем-нибудь сцепиться прямо сейчас. И всё это почему-то показалось до боли знакомым. — Я Гермиона, кстати, — сказала девочка, пока мы шли вдоль дверей. — Одри. — Спасибо, Одри. Невилл вечно всё теряет, — она вздохнула, и в этом вздохе было что-то взрослое, почти смешное для её возраста. Я только кивнул. В чужие проблемы лезть не хотелось, но и бросать её одну было как-то… неправильно. Где-то впереди уже слышались голоса. Я поднял взгляд. За стеклом сидел рыжий мальчишка, а напротив него — худой парень в очках. Невилл уже заглядывал внутрь, и они начали искать жабу вместе, но я только мельком глянул на всё это. На секунду меня неприятно дёрнуло чувство узнавания. Не потому что я помнил всё до мелочей. Скорее потому что слишком уж это напоминало ту историю, которую я когда-то читал давным-давно. Точно. Гарри Поттер — главный магнит для проблем. — Раз вы тут, я, наверное, пойду. Скоро же прибытие, надо переодеться. — Спасибо за помощь! — крикнул Невилл мне вслед. Гермиона кивнула, и я пошёл обратно по коридору.***
Переодевшись, я сел всё же читать. До конца поездки всё было спокойно и никто не подсел ко мне. Машинист объявил о времени прибытии, звук казалось бы шёл отовсюду. — Мы прибудем в Хогвартс через пять минут. Пожалуйста, оставьте багаж в поезде, он будет доставлен в школу отдельно. Сложив в багаж книгу, я хотел выйти в коридор, но там уже стояла толпа ждущих первокурсников. Решив просто постоять в проходе своего купе, уперевшись об проём, я ждал остановки поезда. Выходя из поезда последним, я как-то оказался в середине толпы. Впереди возвышалась фигура мужчины. Он созывал всех первокурсников следовать за ним. — Так все за мной к лодкам! Не отставайте, — произнеся это, все начали следовать за ним. Поздоровавшись с Гермионой. Я просто шёл со всеми за Хагридом, так звали того высокого мужчину. Было достаточно тепло, но ощущалась сырость. — А теперь — не больше четырех человек в одной лодке! — Сказав это Хагрид сел в лодку, заняв её полностью. И по закону подлости, я хоть и старался избегать эту проблемную троицу, у меня не оставалось выбора куда сесть, все лодки были уже заняты. Когда все расселись Хагрид скомандовал. — Ну что, ВПЕРЕД! Смотря на открывшийся вид на замок, у меня спёрло дыхание. Он выглядел завораживающе-уютно, янтарный свет из окон на фоне холодной ночи. — Красиво, — невольно вырвалось у меня изо рта. Во круг озера и самого замка виднелся лишь лес. Тёмный, словно прячущий в себе, что-то лес. Всё как же я рад, что мне дали второй шанс, так ещё и в таком мире.***
Когда мы доплывали до утёса, укрытого плющом, Хагрид выкрикнул. — ПРИГНИТЕСЬ! Хотя мне и казалось, что это он кричит лишь для себя, но последовал совету и пригнулся как все. Вылезая из лодки, нас повели через каменный тоннель и затем мы поднялись по лестнице к парадным дверям, где нас встретила Макгонагалл. — Добро пожаловать в Хогвартс. Скоро начнётся банкет в честь начала семестра, но прежде чем вы займёте свои места, вас распределят по факультетам. — Распределение — очень важная церемония, потому что, пока вы здесь, ваш факультет станет для вас чем-то вроде семьи. — Ваши успехи принесут факультету баллы, а нарушение правил — баллы будут отнимать. — Четыре факультета: Гриффиндор, Пуффендуй, Когтевран и Слизерин. — Церемония начнется через несколько минут. Рекомендую вам привести себя в порядок, пока вы ждете. После речи Макгонагалл ушла сказав, что она вернётся когда всё будет готово. Дальше я наблюдал потешную картину того, как Малфой пытался подружится с Поттером. А Невилл, всё же нашёл свою жабу, хоть и не в поезде. Спустя несколько долгих минут, Макгонагалл вернулась и завела нас в зал. Пройдя до конца длинных обеденных столов, я заметил потрёпанную шляпу, лежавшую на стуле. Стоя сзади Гермионы, я заметил как профессор развернула свиток и начала говорить. — Когда я назову ваше имя, вы наденете шляпу и сядете на табурет. — Аббот, Ханна! — ПУФФЕНДУЙ! Прокричала старая шляпа. — Грейнджер, Гермиона! — … Спустя пару имён настала моя очередь — Мерцер, Одри! Я на секунду замер, но после сел на стул. На мою голову опустилась шляпа, она была велика и сползала на глаза, немного закрывая обзор. В этот момент мысли у меня путались — перед глазами мелькали лишь образы работ, ткани, линий и силуэтов. А вместе с ними в груди всё сильнее разгоралось желание увидеть мир. — Хм… интересно. Руки помнят труд, голова тянется к знаниям… Когтевран? Было бы удобно. Но нет… тебе там будет тесно. Ты же не из тех, кто просто учится — тебе нужно пробовать, лезть, ошибаться и снова идти вперёд. Упрямая, свободная… и огня в тебе больше, чем ты сама признаёшь. Ха… ну что ж. Не буду тебя мучить… Гриффиндор! — ГРИФФИНДОР! — прокричала шляпа в зал. Следующее, что я услышал, — гомон хлопков, пока я шёл к столу своего факультета. Я не стал долго думать: зачем переживать о том, что только может случиться? Лучше жить сейчас, чем снова тратить время на пустые тревоги. После распределения всех моих одногодок, со своего места встал Дамблдор, у него был такой вид, словно ничто в мире не сможет его порадовать его больше, чем сидящие перед ним ученики его школы. — Добро пожаловать в Хогвартс! Прежде чем мы начнем наш банкет, я хотел бы сказать несколько слов. Вот эти слова: Олух! Пузырь! Остаток! Уловка! Всё, всем спасибо! Дамблдор сел на свое место. Зал разразился радостными криками и аплодисментами. Я был немного ошарашен последними словами, но сразу опомнился. Это ведь магия, может какой-то сигнал или ещё что-то. Через пару людей я услышал как Гарри, что-то спрашивает, а старшеклассник ему отвечает. Стараясь аккуратно есть и поддерживать разговор с другими детьми, я не заметил как пролетело время. Все уже наелись до сыта и какие-то старшеклассники, почему-то пытались уйти не замеченными, но у них это не получилось. Решив посмотреть на стол с профессорами, я заметил, что на их лицах застыли непонятные улыбки. Не успев связать эти два момента, как Дамблдор закончил, свою речь. — А теперь, прежде чем пойти спать, давайте споем школьный гимн! — прокричал он напоследок. Я уж хотел спросить у старших, откуда мы должны знать слова, как Дамблдор взмахнув своей палочкой словно дирижёр, из неё вырвалась длинная золотая лента, а после рассыпалась на повисшие в воздухе слова. — Каждый поет на свой любимый мотив, — сообщил Дамблдор. — Итак, начали! Весь зал заголосил: Хогвартс, Хогвартс, наш любимый Хогвартс… Каждый пел, как хотел, — кто тихо, кто громко, кто весело, кто грустно, кто медленно, кто быстро. Я же пробежался по словам почти без пауз, больше читая, чем поя, даже так чувствуя себя немного идиотом. Через полминуты я уже замолчал, пока остальные только входили во вкус. Когда закончили все даже Уизли, певшие словно похоронный марш. Дамблдор воскликнул, вытирая глаза, похоже он прослезился от умиления. — О, музыка! — Ее волшебство затмевает то, чем мы занимаемся здесь. А теперь спать. Рысью — марш! Следуя за старостой моего факультета, я пытался запомнить как идти, а то заблудится не горю желанием. Когда староста подошёл до картины, он объяснил, что эта картина это вход в общежитие и он отрывается только по секретному слову которое будет написано на доске объявлений. — И да вы должны проверять его каждое утро, так как пароль может меняться, — произнеся, староста продолжил. — Сегодня пароль Caput Draconis. Сказав это картина с Толстой Дамой отъехал, и мы один за другим пролезли внутрь. — Добро пожаловать в гостиную Гриффиндора, — сказала староста, дождавшись, пока все соберутся. — Здесь вы будете проводить свободное время. Она коротко указала на лестницы: — Девочки — туда, мальчики — туда. Спальни наверху. Ваш багаж уже доставят. Староста оглядела нас, будто прикидывая, кто сразу доставит проблемы. — Отбой — по расписанию, но сегодня можете не переживать. Постарайтесь не шуметь и не шляться по замку ночью. Потеряетесь — сами виноваты. Она чуть смягчилась: — Если что-то нужно — спрашивайте старших. — Всё, расходимся. Я поднялся вместе с остальными. Коридор оказался коротким — несколько дверей, и всё. В первой же спальне стояли кровати с балдахинами. На одной из них лежал мой чемодан. На спинке висела табличка: _Одри Мерцер_. В комнате уже были ещё три девочки. Кто-то раскладывал вещи, кто-то просто сидел на кровати. Я лёг на кровать, уставившись в потолок. За окном шуршал ветер, где-то внизу ещё слышались голоса. Никто здесь не знал, кто я. И впервые за долгое время мне не нужно было никому ничего доказывать. Просто делать. Учиться. Жить. Как когда-то с первым заказом. Я закрыл глаза.