Yu—ki

Песок тихо хрустел под ногами. Утренний воздух ещё не успел прогреться, и от земли тянуло прохладой. На тренировочной площадке было пусто, только редкие следы от прошлых занятий, да несколько потрёпанных деревянных столбов, торчащих из утоптанной земли. Юкине стояла напротив Какаши, уперев руки в бока и недовольно щурилась на первые лучи солнца. — Напомни, зачем мы встали в такую рань? – пробормотала она, сонно морщась. Какаши лениво перелистнул страницу своей книги. — Чтобы ты не умерла на первой же миссии, – ровно ответил он. — Очень вдохновляет, – фыркнула Юкине. — Ты же говорил, что мне даже сражаться не нужно будет. Он даже не поднял взгляда. — Нападай. Юкине замерла. — Что, вот так сразу? — Ты планировала написать объявление? – усмехнувшись, поинтересовался он. Она раздражённо выдохнула и шагнула вперёд. Первый удар вышел резким, но слишком прямым. Какаши даже не сдвинулся с места, лишь слегка повернул корпус, и её кулак прошёл мимо. Юкине по инерции сделала ещё шаг, пытаясь перехватить его запястье, но он уже оказался у неё за спиной. Она резко обернулась. — Ты даже книгу не закрыл! — Могу закрыть, если перестанет быть совсем скучно, – спокойно сказал он. — Да пошёл ты. Она снова рванулась вперёд, на этот раз быстрее. Попыталась ударить снизу, затем резко сменила направление. Какаши отступил на полшага, легко уходя из-под атаки. Её рука прошла в паре сантиметров от его плеча. Юкине резко развернулась на пятке, пытаясь достать его локтем, но он без особых усилий перехватил её запястье. Движение вышло настолько быстрым, что она даже не сразу поняла, что произошло. Его пальцы сомкнулись вокруг её руки — крепко, но не причиняя боли. Одним коротким движением он развернул её корпус, и через секунду она уже стояла прижатая спиной к нему, неловко пытаясь освободиться. — Ты слишком заранее показываешь направление, – спокойно сказал он у неё над ухом. Юкине дёрнула руку. — Отпусти. — Конечно.  Но пальцы не разжались. — Если противник видит твои плечи, он уже знает, куда пойдёт удар, – продолжил Какаши, словно читая лекцию. — Ты сначала думаешь, потом бьёшь. Нужно наоборот. — Может сначала отпустишь? – сквозь зубы процедила она. Он наконец разжал пальцы. Юкине резко шагнула вперёд, развернулась и попыталась ударить его кулаком прямо в грудь. Какаши даже не уклонился, просто перехватил её запястье второй раз и девушка замерла.  — Ты это специально делаешь, да? – зло спросила она. — Да. — Ты же знаешь, что я тебя ненавижу?  — Ага.  Он отпустил её руку и наконец закрыл книгу, убирая её в подсумок. — Ещё раз. Юкине тяжело выдохнула и провела рукой по лицу, убирая прилипшую прядь волос. Ладони неприятно тянуло. Кожа под бинтами всё ещё саднила после прошлых тренировок. Она сжала пальцы в кулак, проверяя хватку. — Если я тебя хотя бы коснусь, – сказала она, глядя на него исподлобья. — Ты готовишь ужин. Какаши чуть приподнял бровь. — Я и так его всегда готовлю.  — Боишься? – улыбнулась она, вставая в боевую позицию.  — Попробуй, – лишь скучающе пожал плечами он.  Юкине резко рванулась вперёд. На этот раз без предупреждения. Ноги сами нашли ритм: шаг, поворот, удар. Она почти не думала, просто двигалась, пытаясь догнать его. Какаши отступал легко, будто заранее знал каждое её движение. Песок под ногами разлетался мелкими брызгами. Юкине резко нырнула под его руку, меняя направление удара. И на секунду её пальцы всё-таки коснулись ткани на плече. Она замерла. Какаши тоже остановился. Между ними повисла короткая тишина, после чего Юкине медленно подняла голову, и на лице расползлась довольная улыбка. — Я тебя коснулась. Он посмотрел на место, где её пальцы всё ещё сжимали ткань жилета. Потом снова на неё. — Случайно. — Это считается! Какаши тихо вздохнул и Юкине довольно отступила на шаг, потирая ладони. — Что на ужин? – улыбнулась она, подходя ближе.  — Рыба. — Эй! – возмутилась девушка. — Она и так каждый день. Тебе нужно лучше постараться. Юкине уставилась на него несколько секунд, а потом обречённо застонала. — Ненавижу тренировки. — Я заметил, – спокойно ответил парень.  Он неспешно отряхнул водолазку, что покрылась тонким слоем песка. Руки  быстрым движением взъерошили волосы, окончательно превращая их в хаос.  — Какая у тебя природа чакры?  — Природа чего? – приподняла бровь девушка, отвлекаясь от безуспешной попытки вытряхнуть песок из обуви.  — Да ты должно быть шутишь, – обреченно протянул Хатаке. — Стихия, которую ты можешь использовать в бою. Вода? — Ну, наверное?… – задумалась Юкине, дотронувшись до подбородка. — Она меня слушается, когда мне нужно.  — Чему ты вообще училась, пока была с Цунаде? – непонимающе протянул шиноби усаживаясь на песок. — У тебя уровень знаний гражданской.  — Ой, да иди ты. Юкине закатила глаза, подходя ближе к парню.  — Я думал, она была твоей наставницей, – уже без издёвки сказал он.  — Почти сразу, после того, как я оказалась у Цунаде началась война, – уже тише сказала девушка, шумно падая на песок рядом с парнем. — Ничему я не училась. Просто лечила, как могла. И таскалась за ней, пока… наши пути не разошлись.  — И что ты делала потом? – едва слышно спросил он, будто боясь спугнуть.  Юкине задумалась. И правда.  А что она делала?  — Да в общем то.. – она уронила голову на колени, крепче обхватив их руками.  — Ровно то, что ты и увидел при нашей первой встрече. Подрабатывала в кабаках, перебиралась каждые пару недель, а если везло — месяцев между деревушками. — И тебя это устраивало? – спросил он ровным тоном, в котором не было попытки задеть.  Юкине замолчала, не желая отвечать.  Конечно нет.  — А тебя устраивает твоя жизнь?  — Нет, – честно ответил Какаши, от чего Юкине резко подняла голову, наконец встретившись взглядом с парнем, что все время смотрел на неё. — Другой просто нет.  Она глупо хлопала глазами, продолжая пялиться на него. Взгляд сам собой опустился чуть ниже, к слегка съехавшей маске на лице, зацепившись за дрогнувшую линию скулы.  — Понравилось? Он слегка наклонил голову, возвращая зрительный контакт. Лицо хоть и было скрыто, но она была готова поклясться, что сейчас оно треснет от самодовольной улыбки.  В голове тут же возник план.  — Безумно, – тихо прошептала девушка, пододвигаясь ближе. Она хитро прищурилась, потянувшись к нему.  Ехидство моментально пропало из его взгляда, стоило ей приблизиться почти вплотную. Он заметил движение руки, что потянулась к лицу, дыхание чуть сбилось, сквозь плотную маску, но отстраняться он не стал...  Рука резко изменила траекторию. Кунай, что ещё пару секунд назад был на поясе, холодно коснулся его горла.  Она не разрывала взгляда, даже когда чуть надавила остриём, чувствуя, как под кожей у него на мгновение напряглись мышцы. Это ощущение, тонкой грани между игрой и чем-то опаснее — ударило в кровь неожиданно сильно. — Грязно играешь, – усмехнулся он. Голос звучал ровно, но сбивчивое дыхание уже выдавало его с головой.  — Кто бы говорил, Какаши, – её улыбка стала шире, прежде чем она убрала кунай. — Знал бы ты, каких усилий стоило тебя сейчас не прирезать.  — Рад, что ты допускаешь мысль, что у тебя бы это получилось, – улыбнулся он, медленно забирая из её рук оружие. Он поднялся на ноги и протянул ей руку, призывая последовать его примеру.  — Пошли, поплаваем.  Юкине почти машинально вложила ладонь в его, тихо пискнув, когда он резко потянул её вверх. Запястье он не отпустил, увлекая за собой к воде. — Ты должно быть шутишь, – запротестовала девушка. Она попыталась затормозить, врезаясь пятками в песок. — Только попробуй!  Ну… Он попробовал.  Холодная вода обожгла ступни. Юкине взвизгнула, дёрнувшись назад, но пальцы на её запястье только крепче сомкнулись. — Холодно же! – она переступая с ноги на ногу, оставив отчаянные попытки выбраться.  Он склонился ближе, почти к самому уху. — Ты используешь воду только для лечения, — тихо сказал он. — Попробуй иначе. Юкине отстранилась, возвращая хоть малейшую дистанцию между ними, что в какой то момент стала не позволительно ничтожной. Она понимала, что он просто мстит, за её маленькую шалость, но уши всё равно предательски покраснели, а губы сомкнулись в тонкую нить.  — Просто попробуй.  Какаши наконец отпустил её запястье и она быстро отошла ещё на пару шагов от него. Кончики пальцев ещё чувствовали тепло её кожи, странно покалывая. Мимолетная мысль, что отпускать не хотелось – была слишком неправильной.  Но он быстро вернул себе самообладание, когда Юкине просто окатила его холодной водой с ног до головы.  — Ты просто руками меня облила, — сухо заметил он, стряхивая капли с лица. — Я говорил про чакру. Юкине рассмеялась, стряхивая с ладоней оставшуюся влагу. Вода доходила ей до середины голени, холод постепенно становился терпимым, переходя в глухое покалывание. — Результат меня всё равно устраивает. Какаши не ответил. Только сложил руки в печать. Вода рядом с ним дрогнула. Сначала едва заметно, будто от ветра, затем собралась плотнее, вытягиваясь в упругую форму. — Вода не моя основная стихия, — спокойно сказал он. — Но базовые вещи я знаю. Хлыст с тихим свистом рассёк воздух и снова распался на брызги. — Повтори. Юкине скептически посмотрела на него, но всё же подняла руки. Она правда старалась.  Повторяла его движения, следила за руками и позой. Но вода даже не пошевелилась, словно насмехаясь.  —Не выходит, – пробурчала она себе под нос, покрепче сжимая кулаки.  Еще одна попытка.  Она чувствовала, как чакра циркулирует по телу, как скользит к кончикам пальцев. Но движения не давали ни малейшего результата.  — Да почему?! – девушка уже закипала от злости.  Она вновь закрывает глаза, сосредоточившись на каждом движении: ладони, кистях, дыхании. Пытается направить поток чакры на эти не понятные движения рук, но встречается лишь с сопротивлением. Пальцы ног уже окончательно замерзли в холодной воде, злость смешивается с адреналином, подскочившем в крови и она начинала выходить из себя. Юкине уже за жмурилась, и сжав пальцы в кулак, резко опустила руки вниз.  Сзади послышался сильный всплеск воды, но она не успела обернуться, встретившись взглядом с расширившимися глазами парня.  Какаши смотрел на неё иначе, чем секунду назад: внимательнее, жёстче, будто пытался не просто понять, что произошло, а разобрать её по частям. Юкине нахмурилась и только после этого резко повернулась к воде за спиной. Поверхность всё ещё колыхалась, расходясь широкими кругами, словно туда с силой ударили. Она замерла на мгновение, пытаясь уловить, в какой момент это случилось, но в памяти осталась только злость, срыв и резкое движение. Она снова посмотрела на него.  Левый глаз, пересечённый глубоким шрамом, был алого цвета – слишком яркого, неестественного для живого человека. В нём не было ни блика, ни глубины, к которой она успела привыкнуть; только чёткий, холодный узор зрачка, от которого невозможно было отвести взгляд. Он словно затягивал, цеплялся за внимание и не отпускал, заставляя задержаться на долю секунды дольше, чем следовало. Юкине поймала себя на том, что смотрит, не моргая. Мысль о том, что это неправильно, что так не должно быть, пришла с запозданием, уже после того, как внутри неприятно сжалось что-то похожее на страх. Она медленно выдохнула, будто возвращая себе контроль, и только тогда смогла оторваться от этого взгляда, но ощущение осталось – липкое, навязчивое, словно его след всё ещё держал её. — Я думала… – Юкине прищурилась, делая шаг вперёд. — Что у тебя нет второго глаза.  Рука сама потянулась к его лицу, но парень быстро помотал головой, зажмуриваясь и вернул на место протектор.  — Хватит не сегодня, – оборвал он её, разворачиваясь к берегу.  — Подожди, — Юкине шагнула за ним, почти коснувшись ткани на его плече. — Дай посмотреть. Он перехватил её запястье раньше, чем она успела дотянуться. Вторую руку – тоже. Слишком близко. Взгляд изменился. В нём больше не было ни тени прежнего задора – только холодная внимательность, от которой по спине прошла неприятная дрожь. Юкине отшатнулась, и он не стал удерживать. — Вечером встреча команды, перед миссией, – тихо сказал он. — Будь на полигоне Б, к шести.  После этой фразы она осталась одна, стоять по колено в холодной воде. Задыхаясь от едкого запаха дыма и не понимая, что это вообще сейчас было.  — Ну что за идиотская привычка!  Её крик ударился о водную гладь и глухо вернулся обратно, растворяясь в утренней тишине. Юкине даже не сразу заметила, как пальцы на ногах окончательно закоченели – злость на парня, который каждый раз так бесцеремонно исчезал, перекрывала всё остальное. Она выбралась из воды и лёгким движением руки стряхнула с ног холодную влагу. Поток послушно скользнул вниз, словно это было самым естественным действием на свете. Юкине замерла, глядя в раскрытую ладонь, медленно сжимая и разжимая пальцы. Она даже не задумалась, как именно это у неё получилось. — Он опять просто издевался надо мной? — вопрос повис в воздухе без ответа.  «Почему тогда не получаются эти дурацкие печати…» Юкине раздражённо мотнула головой, отбрасывая мысли. Разбираться с этим сейчас не хотелось. Ловким движением она подхватила набедренную сумку, закрепила её на поясе и быстрым шагом направилась в сторону деревни. Как бы она ни ненавидела вставать с рассветом, благодаря этому загону от Хатаке у неё был впереди ещё целый день до вечернего собрания. Знакомая каменистая тропинка вывела её к одной из оживлённых улиц Конохи. Деревня уже просыпалась: лавки открывались одна за другой, торговцы перекликались между собой, зазывая прохожих, и в воздухе смешивались запахи свежего риса, жареной рыбы и сладостей. — Два онигири с тунцом, пожалуйста, – Юкине протянула пару монет низкому старичку. — Хорошего дня!  Короткий кивок в ответ, тёплый пар от свежего риса и она уже сворачивает в тихий проулок. Пара домов с открытыми палисадниками, где кто-то уже копался в земле, неторопливый разговор с пожилой женщиной о рассаде, больше из вежливости, чем из интереса и дорога снова становится почти безлюдной. Юкине остановилась у неприметной двери, отличавшейся от остальных лишь несколькими бумажными лентами сидэ, и коротко постучала. — Наконец-то! – Кушина резко втянула её внутрь, в маленькую гостиную, наполненную детским плачем. — Сделай с ним что нибудь!  — Доброе утро, Кушина, – улыбнулась девушка, не сопротивляясь грубым движениям. — Это тебе.  Она взяла протянутый ей пакетик, с ароматным рисом, делая глубокий вдох и прикрывая глаза.  —Я не ела, кажется, вечность, — выдохнула Кушина, унося пакет на кухню и ставя на плиту чайник.  Юкине тихо усмехнулась и направилась в ванную, чтобы смыть с себя пыль и остатки песка после тренировки. Вода была тёплой, почти обжигающей после утреннего холода, и на мгновение ей захотелось просто остаться там, никуда не выходя. Но плач не прекращался. Она быстро привела себя в порядок и вернулась в комнату, сразу направившись к ребёнку. — Ну и что у нас случилось? – Юкине аккуратно коснулась маленьких ручек, которые беспорядочно тянулись вперёд. — Может расскажешь?  — Дя, – пробормотал он в ответ, на секунду сбиваясь с крика. Маленькие пальцы тут же вцепились в её руку, потянули к себе, явно намереваясь попробовать на вкус. — Вот уж не надо это кушать, – тихо усмехнулась она, аккуратно освобождаясь. Наруто снова залился громким плачем, от которого уже через пару минут начинала болеть голова. Юкине невольно подумала, как Кушина вообще справляется с этим одна. День за днём. Она потянулась к кувшину рядом с кроваткой, и вода мягко откликнулась на движение руки. Поток поднялся, плавно обвивая ладонь, и привычное мягкое свечение скользнуло по пальцам. Движения были знакомыми, почти автоматическими. Плач постепенно стихал, переходя в редкие всхлипы, хотя губы ребёнка всё ещё по инерции подрагивали. Юкине вернула воду обратно и осторожно подняла ребёнка на руки, легко нажав пальцем на кончик маленького носика. Она неторопливо прошла на кухню, где уже рассчитывала на утренний чай и пару минут спокойствия, но вместо этого обнаружила свистящий чайник и Кушину, что во всю пускала слюни на стол.  Юкине едва заметно улыбнулась, выключила плиту и оглянулась на ребёнка. —Тсс, – она шутливо приложила палец к губам. — Дай маме поспать.  Но тот лишь схватался ручками за её палец, сжимая изо всех своих сил, и во всю пуская слюни на её водолазку.  — А ты, я смотрю, силач.  Она вернулась в гостиную и устроилась на диване. Наруто уже тянулся к её волосам, цепляя пряди и тянув их в разные стороны с полной уверенностью в своих правах. Юкине тихо фыркнула. Опыт общения с детьми у неё был… весьма условный. Она могла облегчить боль, остановить истерику, но что делать дальше оставалось вопросом.  — И что ты умеешь делать? — прищурилась она. В ответ он с серьёзным видом надул пузырь из слюней. — Неплохо. Время растянулось так, что она и не заметила, как его движения стали медленнее, взгляд расфокусировался, а голова начала клониться в сторону. Юкине аккуратно уложила его в кроватку, поправила одеяло и на мгновение замерла. Он был такой маленький.  Светлые, почти пшеничные волосы торчали во все стороны, щёки пылали мягким румянцем, а тонкие «лисьи» полоски на лице выделялись особенно отчётливо. Она прикоснулась к ним кончиком пальцев, от чего ребёнок нахмурился, начиная ворочаться.  —Чшшш.  Она мысленно уже ругала себя за эту глупую слабость, но, к счастью, он не проснулся и снова затих. Подхватив с дивана плед, она вернулась на кухню. Кушина даже не поменяла положения, продолжая полулежать на столе. Юкине лишь аккуратно накинула ткань ей на плечи, укутывая плотнее. Через минуту в квартире раздался едва слышный щелчок двери. И пространство наконец погрузилось в спокойную, почти хрупкую тишину. Оставшуюся часть дня Юкине посвятила продолжению неравной борьбы с плющом. Он так настойчиво оплетал ветви старого дерева, что она никак не могла закончить с его уничтожением. Девушка не спеша копошилась в земле, стараясь успеть как можно больше: полить недавно посаженные бегонии, утеплить ещё совсем маленькие ростки можжевельника вдоль изгороди.  Она не знала, сколько продлиться эта дурацкая миссия, но ей совершенно не хотелось по возвращению обнаружить все её старания засохшими.  Когда солнце уже начало стремиться к горизонту, она шумно вздохнула, стряхивая с перчаток комки земли. Время ещё было, на то, что бы привести себя в порядок и дойти до нужного полигона. Но в этот раз ей не хотелось опаздывать и снова ощущать на себе холодный взгляд Хатаке, что пускал по спине мурашки.  Придя почти на пол часа раньше, она рассчитывала провести это время в тишине, придаваясь саморазрушительным мыслям на фоне закатного солнца. Но увы. Все её романтизируемые страдания были расторопны парнем, что уже сидел на одном из поваленных деревьев на краю полигона.  Она узнала его по странному шлему протектору, закрывающему пол лица. Каштановые волосы были ещё более растрепанными чем вчера. Он сидел сгорбившись, тщательно точа оружие и, кажется, не заметил её даже когда она подошла вплотную.  — Привет?  Он шугнулся, чуть не выронив из руки меч странной формы, за которым он с таким трудом ухаживал. — Ты почему так рано?! - возмутился он, хватаясь за сердце.  Юкине чуть склонила голову набок, наблюдая за ним с лёгкой тенью усмешки. — Я могу задать тот же вопрос, — спокойно отозвалась она, обводя взглядом полигон, залитый тёплым, уже смягчённым закатным светом.  Он на секунду замялся, отвёл взгляд, машинально проведя пальцами по лезвию, проверяя.  — Я… ну… — он тихо кашлянул. — Предпочитаю приходить заранее. — Чтобы морально подготовиться к встрече с Какаши? — она прищурилась, с интересом наблюдая за его реакцией. Он фыркнул, скорее автоматически, почти сразу отводя взгляд. — Это тоже.  Неловкая пауза повисла между ними, но Юкине не спешила её заполнять. Она прошла чуть дальше, прислонившись плечом к шершавому стволу дерева, и лишь краем глаза продолжала наблюдать за ним. Он наконец убрал меч в сторону и выпрямиться, словно только сейчас до конца понял, что уже находится не в одиночестве. Руки беспорядочно отряхивали штаны, он явно не понимал, что следует делать или говорить дальше.  И всё-таки не выдержал первым. — Ты… — начал он и тут же запнулся, будто сам не был уверен, стоит ли продолжать. — Кто ты вообще? Вопрос прозвучал неожиданно прямо. Без привычной для шиноби осторожности. Юкине чуть приподняла брови, но выражение лица не изменилось. Только в уголках губ мелькнула едва заметная тень улыбки. — А ты всегда так знакомишься? — мягко поинтересовалась она, скрестив руки на груди. — Сразу с допроса? Он смутился. Юкине сразу заметила, как его осанка стала ещё ровнее, втягиваясь по струнке, а плечи напряглись.  — Я не… — он запнулся, сжав губы. — Просто раньше не видел тебя в деревне. Но сразу ставят в один отряд с… нами.  Последнее слово он произнёс тише, будто сам не до конца понимал, что в этом его задевает. Юкине отвела взгляд в сторону, будто задумавшись. Секунду, другую. Достаточно, чтобы создать ощущение ответа и не дать его. — А ты? — вдруг спокойно спросила она, возвращая взгляд к нему. — Ревнуешь, что меня поставили в вашу, по всей видимости, классную команду?  Он моргнул, явно не ожидая такого разворота. — Я?.. Нет, я… — Меч у тебя интересный, — перебила она, делая шаг ближе и кивая на оружие в его руках. — Никогда таких не видела. Сам выбирал или выдали? Мне такой дадут?  Тензо растерялся окончательно. Вопрос, который он задал, словно растворился в воздухе, так и не получив ответа, а разговор уже уверенно ушёл в сторону, заполненный бесконечными вопросами уже от девушки.  — Это… — он посмотрел на меч, будто впервые за последние минуты действительно его увидел. — Это стандартный, просто… немного переделал под себя. — Мм, — протянула Юкине, наклоняясь чуть ближе, но не касаясь. — Значит, ты из тех, кто любит всё под себя подстраивать. Он замялся, не зная, как на это реагировать. — Наверное… — Опасная привычка, — тихо заметила она, выпрямляясь. — Иногда проще подстроиться самому. Она сказала это легко, почти между делом, но в голосе мелькнуло что-то более глубокое, чем просто слова. И тут же исчезло, будто его и не было. Тензо нахмурился, пытаясь уловить смысл, но не успел. — Вы рано, — раздался знакомый спокойный голос. Итачи появился почти бесшумно, как будто просто вышел из сгущающейся тени у края полигона. Его взгляд скользнул по ним обоим, задержавшись на мгновение на Юкине. — Или это я опоздал, — добавил он с лёгкой, едва заметной улыбкой. — Нет, это мы… — Тензо осёкся, будто не найдя подходящего слова. — Скучали тут, — спокойно закончила за него Юкине, даже не взглянув в его сторону. Итачи чуть склонил голову, принимая ответ без лишних вопросов. Время тянулось неспешно. Солнце окончательно коснулось горизонта, окрашивая полигон в мягкие, приглушённые оттенки. Воздух стал прохладнее, и где-то в кронах деревьев зашелестел вечерний ветер. Ровно в тот момент, когда последние лучи света начали гаснуть, на полигоне появился Какаши. Его движения были настолько расслабленны и привычны, что Юкине даже прикусила губу, с раздражением вспоминая его утреннюю выходку. — Все на месте, — коротко отметил он, окинув команду взглядом. Юкине невольно выпрямилась, следуя примеру остальных. Она почти физически ощущала, как в воздухе изменилось напряжение.  — Миссия ранга А, – продолжил он, сразу переходя к делу. — Цель: лечение сына Доймё страны Огня. Ситуация не критическая. Нам известно, что он давно не здоров, но весной ситуация всегда становится острее.  Он сделал короткую паузу, будто давая им время усвоить информацию. — Наша задача: сопровождение к нему Мико. Но… – его взгляд на секунду задержался на Юкине, но быстро вернулся к остальным. — Важно. Информация о том, что сын Доймё снова болен, засекречена. Всё должно выглядеть так, словно мы ведём обычную травницу для проведения очищающих практик. Их семья достаточно религиозна, поэтому вопросов возникнуть не должно.  Он снова сделал паузу, переводя взгляд с Тензо на Итачи, что лишь коротко кивнули на полученную информацию. Взгляд вновь медленно перешел на девушку, что сидела со скучающим видом, подтянув колени к груди.  — Вопросы? – даже слегка с иронией спросил он.  — А ты знал, что Мико умеют насылать проклятия? – Юкине чуть наклонила голову в бок, сверля его взглядом. — Если утром будет тяжело вставать, это не я, честно.  Итачи прикрыл рот кулаком, пытаясь заглушить смешок. Рядом сидящий с ним Тензо уже был просто в прострации от сюррреалистичности того, как она позволяет вести себя с их командиром.  — Ещё вопросы? – проигнорировал её Какаши. — Дорога займёт около недели, — продолжил он. — Идём без лишнего шума. Без демонстрации силы. Любое столкновение, только при необходимости. — Есть вероятность нападения? — тихо спросил Тензо, откашлявшись.  — Есть вероятность всего, — спокойно ответил Какаши. — Поэтому не расслабляемся. Последнее время на семью феодала было совершенно две попытки покушения. Не исключено, что попытаются устранить и следующую к ним целительницу.  Он перевёл взгляд на Итачи. — Разведка на тебе. Дистанция, по ситуации. Тот коротко кивнул. — Выдвигаемся на рассвете. Сбор у восточных ворот. На этом он замолчал, явно давая понять, что разговор окончен. Первым двинулся Итачи. — Меня уже ждёт брат, – тихо сказал он смотря на Юкине. — До завтра.  И, не дожидаясь ответа, исчез в сгущающейся темноте. Тензо задержался на секунду дольше, будто хотел что-то сказать, но передумал. — Тогда… до завтра, — неловко бросил он и поспешно ушёл, почти растворяясь между деревьями. Полигон опустел. Юкине осталась стоять, ощущая, как вечерняя прохлада постепенно пробирается под одежду. Какаши стоял чуть в стороне, очевидно намеренно не смотря в её сторону. Спустя мгновение он уже развернулся на пятках, следуя в сторону дома.  — Эй, – крикнула девушка срываясь с места.  Ей даже пришлось немного пробежаться, что бы догнать парня, что широким шагом, будто убегал от нее. Девушка со всей силы ущипнула его за бок, когда догнала, и он сдавленно зашипел, сбавляя темп.  — Больно же, – прошипел он, потирая рёбра, сквозь плотную водолазку.  — Извиниться не хочешь? – Юкине на ходу заглядывала ему в глаза, расправив плечи в попытке казаться больше и устрашающе, чем это было на самом деле. — Не понял, – нахмурился парень. — Это вообще то ты меня ущипнула.  Девушка начала краснеть о злости, сжимая кулаки и впиваясь в ладони ногтями, что бы вернуть себе самообладание.  — За то, что просто слинял утром, – процедила она сквозь зубы.  Какаши быстро отвел взгляд, вновь ускоряя шаг. Точно. Он с самого утра не мог забыть её руку, что тянулась к его лицу… как и то, что нарушил данное Цунаде обещание. Дважды.  — Срочные дела в штабе, – бросил он через плечо.  — Эта отмазка уже была, – фыркнула Юкине, едва поспевая за ним.  Его молчание раздражало до покалывания на кончиках пальцев. Уже у порога дома она, демонстративно топая, первая прошла в дом, на ходу скидывая сандали. Хатаке на это никак не отреагировал, лишь аккуратно убрав их в угол и прошёл за ней в гостиную.  Юкине шумно опустилась на диван, вытягивая ноги вперёд после долгого дня. Мышцы ныли, убитые ещё на утренней тренировке и добитые после в саду.  На журнальный столик перед ней опустился бумажный пакет, после чего Хатаке так же увалился в кресло, которое обычно занимала она.  — Что это?  — Посмотри и узнаешь, – лениво отозвался он.  Юкине закатила глаза, но всё же собрала остатки сил в кулак, движимая чувством любопытства. Первое что бросилось в глаза – ярко красная ткань. Она достала из пакета длинную юбку-брюки и вопросительно перевела взгляд снова на Хатаке.  — Вопрос тот же.  Он шумно выдохнул, подаваясь вперёд. Во взгляде читалась явная усталость.  — Это твоя форма для миссии. Можешь примерить. Юкине отложила ткань в сторону, доставая следом белое косодэ, рассматривая слишком уж широкие рукава. Она скептически  посмотрела на него, опуская ткань назад в пакет.  — Опять издеваешься?  — Я не виноват, что ты витала в облаках, пока я рассказывал детали миссии, – устало произнес он, упирая локти в колени и подаваясь ещё чуть вперёд. — Это образ Мико, которому ты должна будешь следовать. На дне пакета, кстати, пара книг, которые было бы не плохо изучить сегодня.  — Точно издеваешься, – выдохнула девушка, заваливаясь обратно на диван.  На какое-то время вновь повисло молчание.  Но в нем уже не было той обиды, что тянулась между ними по дороге к дому. Юкине просто устала, залипая в потолок откинув голову на спинку дивана.  — Этот глаз, что ты видела утром, – его голос был тихий, но в беззвучном помещении, он словно оглушил. Юкине резко подняла голову, что перед глазами даже вспыхнули чёрные пятна. — Это подарок от моего товарища по команде, когда я стал джонином. Она не знала, что делать в эти моменты его мимолетных откровений. Хриплый голос просто отзывался где-то на задворках сознания, перевариваясь и проникая глубоко вниз.  — Это про него ты рассказывал… – она осеклась. — Что он..  — Да.  Она сделала паузу, подбирая слова.  — Прости, что потянулась утром, – тихо отозвалась она, по привычке подтягивая к себе колени. — Мне нужно лучше себя контролировать.  — Всё в порядке, – хрипло ответил он отводя взгляд. — Я тоже был… не прав.  Юкине слишком сильно прикусила губу, услышав его слова. Взгляд сам собой цеплялся за этот шрам, что уже не скрывался под протектором, снятому еще при входе в дом. Чувство, что она хочет к нему прикоснуться иррационально скребло в её голове, от чего она только сильнее впилась ногтями в обивку дивана.  Он больше не открывал его, смотря на неё лишь одним глазом. Но и он сейчас, словно гипнотизировал её.  — Ты должен мне ужин, – тихо прошептала она, стараясь сменить тему и хоть как-то привести мысли в порядок. Но сбитое дыхание никак не хотело возвращаться в нужный ритм.  Уголки его губ дрогнули под маской. Сейчас, в глубине души он был просто рад, что она не стала ковырять его старую рану, принимая ту крупицу, что он ей дал, за полноценный ответ.  —Рыба?  — Да чтоб тебя, Какаши, – выдохнула девушка, вновь откидывая голову на спину дивана.

***

Спасибо, что прочли главу. И отдельное спасибо за каждый комментарий, что вы оставляете! Тяжело работать с персонажами, которые будут до конца противиться своим чувствам. Я им говорю: включи мозги! А они мне: Нет, мы будем тупить до последнего! P.S.: Автор не виновен.