Yu—ki

Ткань легла на плечи слишком естественно. Юкине ожидала, что она будет сковывать движения, что рукава станут мешаться. Но белое косодэ коснулось кожи, как прохладная вода: мягко и аккуратно, оставляя после себя странное чувство… чистоты?  Слишком.  Она осторожно провела пальцами по рукаву – ткань отозвалась тихим, сухим шорохом. Ничего лишнего: ни узора, ни вычурности.  Ни намёка на защиту.  Хакама тянулись вниз, собирая её в форму, которой у неё самой не было. Складки ложились ровно, делая её слишком медленной и уязвимой. Юкине попыталась сделать резкий выпад – просто проверить, как тело поведёт себя в привычной стойке и тут же запуталась в штанине, едва не потеряв равновесие. — Ками... – шумно выдохнула она, выпрямляясь. — Это будет сложнее, чем я думала.  Весь прошлый вечер она провела за свитками о жрицах, которые притащил ей этот невыносимый надзиратель. Отчего утро встретило её лишь тупой болью в висках. Играть роль — не проблема. Подпустить ближе, создать нужное впечатление, а потом одним резким движением выбить почву из-под ног – это она умела. Но сейчас даже простая походка давалась с трудом. Она затянула ленты туже, чем нужно, заметив это только когда дыхание стало короче, а пояс врезался в талию.  Но ослаблять не стала.  Юкине в последний раз проверила травы, уложенные в набедренную сумку, поудобнее закрепила кунай на щиколотке и поправила ткань широких штанов, будто это могло хоть чем-то помочь.  Под дверью послышался скрип половиц, и почти сразу три коротких, настойчивых стука. Юкине дёрнулась, потянулась к ручке, но ткань снова предательски зацепилась за ногу. Она едва не оступилась, резко ухватилась за перегородку, пальцами сдвигая её в сторону, и только тогда сумела выпрямиться, сбивчиво переводя дыхание. Хатаке не удивился шуму за дверью.  Но вид запыхавшейся девушки, согнувшейся пополам прямо на пороге, заставил его на долю секунды замереть. Волосы были непривычно аккуратно собраны, но несколько серебристых прядей выбились и прилипли к разгорячённым щекам. Лицо немного покраснело, и было видно, как тяжело ей даётся каждый вдох — короткие, прерывистые, от явно слишком сильно затянутого пояса на талии.  — Нужно уже выходить, – коротко отметил он, не выдавая собственного напряжения. — Ты готова?  Юкине кое-как выпрямилась, с усилием расправляя плечи, и попыталась вдохнуть глубже, насколько позволяла сдавливающая ткань. — Агаа. Какаши тихо, почти неслышно выдохнул через нос, и, не тратя слов, развернул её к себе спиной. Его движения были слишком точными, пальцы быстро нашли узел на пояснице, чуть потянули, ослабляя натяжение. Давление исчезло, а вместе с ним вырвался невольный, облегчённый выдох и она на мгновение прикрыла глаза.  — Ты всё, что ли, умеешь? — хмыкнула девушка, пытаясь обернуться. — Эй! —Тихо, – коротко отозвался он, перехватывая её за талию. Ладонь пригладила ткань, расправляя собравшиеся складки. Он не давил, но и не давал обернуться. — Ты бы хоть перед зеркалом это делала.  Юкине фыркнула, скрестив руки на груди и упрямо смотрела вперёд. Но стоило ему обойти её и опуститься на одно колено, как она невольно замерла, растерявшись от этой близости и неожиданной смены положения.  Какаши не спешил. Он спокойно подвернул слишком длинные штанины, точно измеряя длину, провёл ладонью по ткани, разглаживая складки. Его движения были выверенными, почти бесстрастными, если не считать той едва заметной паузы, когда пальцы задели кунай, закреплённый чуть выше щиколотки. Пальцы задержались на долю секунды дольше, чем нужно. От случайного касания к коже, руку словно ударило током.  Он медленно поднял голову. Взгляд встретился с её растерянными глазами, словно она сама не до конца поняла, что именно произошло в эту секунду. — Где взяла? – хрипло спросил он.  — Это важно? – едва слышно ответила Юкине, отводя взгляд.  Он задержался ещё на мгновение. — Нет, — так же тихо ответил он, поднимаясь на ноги. Слова повисли в воздухе без ответа. Он уже был у двери, когда на секунду обернулся, словно хотел что-то добавить, но передумал. — Я жду тебя у ворот.  И вышел. Дверь за его спиной закрылась резко.  Он шёл быстро, почти не разбирая шагов, не оборачиваясь, словно расстояние могло помочь привести мысли в порядок. Пальцы на автомате подхватили сумку, ещё секунда, и плечо толкнуло скрипучую дверь, что сразу же захлопнулась за ним, отрезая от тёплого дома. Холодный утренний воздух обжёг лёгкие.  Он на мгновение остановился и откинул голову назад, затылком упираясь в закрытую дверь. Глаза сами закрылись. Пар изо рта поднимался вверх, растворяясь в утреннем воздухе. Какаши позволил себе эту минутную слабость, вспоминая образ девушки, что кажется навечно отпечатался в памяти.  Ему нужна была пара секунд.  Дыхание сбилось, предательски коротко сорвавшись где-то в груди. Белая ткань, скользящая по её плечам, запомнилась слишком чётко. Стерла привычную резкость, сделала её мягче – и от этого она выглядела не слабее, а… иначе. Опасно. Широкие, ало-красные хакаме, что выделялись на фоне белого косодэ, слишком сильно затянутый пояс, что очерчивал талию…  Он резко мотнул головой, пытаясь сбросить этот образ из под закрытых век. Глаза распахнулись.  Какаши медленно выдохнул, возвращая дыхание в ровный ритм. Пальцы привычно легли на ремни, проверяя снаряжение. Взгляд снова стал спокойным, собранным. Осталось только ощущение – едва уловимое, почти раздражающее, словно он на мгновение потерял контроль над чем-то простым. И это ему совсем не понравилось. Юкине вышла к нему спустя пару минут, поёжившись на пороге от утренней прохлады. Она бросила на него короткий взгляд и, кажется, намеревалась что-то сказать, но парень быстро отвернулся, быстрым шагом направляясь к восточным воротам. Дорога к ним прошла в тишине.  Какаши перекинул лямку рюкзака, перехватывая его поудобнее, и аккуратно взглянул на девушку. Юкине шла, глядя себе под ноги; к выходу из деревни она уже заметно освоилась, по крайней мере, больше ни разу не оступилась. Он снова вернулся к дороге, стараясь не думать, о том, почему она больше на него не смотрела и так демонстративно хмурила брови. У ворот их уже ждали. Фигуры двух шиноби слишком отчётливо вырисовывались на фоне светлеющего неба.  — Утра, — коротко бросил Какаши, не замедляя шага. — Утра, – синхронно отозвались Итачи и Тензо, вытягиваясь в ровную линию. — Утра… — неразборчиво пробормотала Юкине, запоздало поднимая руку к лицу и потирая сонные глаза. Хатаке вышел вперёд первым, задавая темп, и почти сразу растворился в длинных утренних тенях, растянутых под деревьями. Свет ещё не успел пробиться сквозь плотную листву и лес впереди казался до странного тихим. В нескольких шагах перед Юкине занял место Тензо. Он двигался ровно, словно намеренно отстраняясь от всего, что происходило позади. Каждый раз, когда она пыталась завести разговор, он либо не реагировал вовсе, либо делал вид, что не услышал. Итачи замыкал группу – и оказался куда менее устойчив к попыткам общения. Сначала это даже радовало.  Но когда он в пятый раз завёл рассказ о том, как талантливо его младший брат сделал первые шаги, Юкине уже едва сдерживалось от мысли об очередном побеге. Даже в этих штанах, что всё ещё напоминали о себе при каждом более широком шаге. Когда кромка леса начала редеть, и впереди наметился выход, Итачи наконец замолчал, но не потому, что у него закончились истории о брате. Получив сигнал от Какаши, он без лишних слов откололся от группы, уходя в сторону. Юкине шумно выдохнула, даже не пытаясь это скрыть. Сейчас ей даже не хотелось больше задирать несчастного Тензо.  Резкий порыв ветра перехватил дыхание. Он взъерошил волосы и несколько прядей непослушно упали на лицо. Юкине сделала глубокий вздох, остановившись на секунду и оглянулась.  Свобода.  То, чего она так желала последние месяцы и то, от чего она сама отказалась неделю назад. Сердце болезненно сжалось. Мысль «а что если» скребла на задворках сознания, не давая и минуты тишины.  —Всё в порядке? – обеспокоенный голос Тензо привёл в чувство.  —Красиво тут, – быстро пришла в себя девушка.  Парень оглянулся по сторонам. Поле. Свежая трава и каменистая тропинка, что вела к ближайшему поселению.  —Да? – нахмурился он.  — Да, – она легко щёлкнула его по носу, проходя мимо. — Просто нужно лучше смотреть.  Тензо моргнул, коснувшись пальцами к кончику носа. Губы сжались в тонкую линию, уши предательски покраснели, но он тут же мотнул головой и ускорил шаг, обгоняя её. До ближайшего населённого пункта они шли вдвоём. Разговор так и не сложился, и Юкине вскоре перестала пытаться. Какаши появился резко, будто из ниоткуда, когда они уже почти подошли к воротам небольшой деревушки. За спиной раздались шаги, и, обернувшись, девушка встретилась с тёмным взглядом Учихи. — Обстановка, – коротко бросил Какаши, не поворачиваясь.  — Чисто.  В деревне было тоже тихо. И в ней они так же не задержались дольше необходимого. Но даже этого часа Юкине оказалось достаточно, чтобы почувствовать, насколько она устала.  Лавка, на которую она опустилась, показалась непривычно удобной. Дерево было тёплым от солнца, и это тепло медленно растекалось по спине, расслабляя напряжённые мышцы. Она вытянула ноги, позволяя себе на мгновение перестать следить за каждым движением, и почти не заметила, как время прошло.  — Вставай.  Юкине подняла взгляд.  Он стоял прямо перед ней, нависая ровной тенью, и это было первое, что он сказал ей за весь день пути. Раздражение поднялось мгновенно и резкая обида слишком внезапно подступила к горлу, будто всё накопившееся за эти часы нашло выход именно сейчас. — Не пойду без тайяки. Юкине скрестила руки на груди, стараясь придать лицу нарочито серьёзное выражение. Она понимала, где они находятся и зачем.  Понимала, что это миссия, что время ограничено, что всё это не прогулка. Но его почти демонстративное игнорирование всю дорогу, словно её рядом не существовало вовсе, раздражало сильнее, чем хотелось признавать даже самой себе.  Какаши лишь чуть выгнул бровь, не меняя выражения лица. Небольшая визуальная перепалка закончилась, лишь когда рядом появился Итачи держа в руке небольшое печенье в форме рыбки.  — Сладкое.  Юкине перевела взгляд на протянутую сладость и засияла.  — Ты лучший! – пальцы тут же потянулись к печенью, забирая его из рук парня.  Какаши закатил глаза, разворачиваясь. Он бросил быстрый взгляд на Итачи и коротко кивнул в направлении леса.  Деревня осталась позади слишком быстро, словно и не было этого короткого часа покоя. И снова дорога – узкая, уходящая в лес, между тёмных стволов и вытянутых теней. — Во время миссий, с ним лучше не спорить, – тихо сказал Итачи, когда Какаши вновь ушел далеко вперёд. — Даже если тебе кажется, что он относится к тебе иначе.  Юкине едва заметно фыркнула, доедая печенье.  — Он бывает меняется в поведении каждый час, – буркнула она, стряхивая с рукава крошки. — Мне трудно успевать за его сменами настроения.  Уголки его губ тронула улыбка и парень шумно выдохнул через нос. — Забавно.  — Что? — она нахмурилась, резко повернув голову в его сторону. Он покачал головой, поднимая ладони вверх в защитном жесте.  — Ничего, – тихо рассмеялся он. — Под ноги смотри.  Она всё же споткнулась о корень дерева, но парень аккуратно придержал ее за локоть, не давая встретиться лицом с землей.  Юкине раздражённо выдохнула, сердито отряхивая ткань, словно в этом была виновата именно она. — И зачем эти трудности с переодеванием… – устало протянула она, отряхивая ткань. — Одна морока.  — Иногда нужно просто следовать приказам и не задавать лишних вопросов, – ровным голосом ответил Учиха. — Так проще.  — Мне вообще не проще, – выругалась себе под нос девушка, возвращаясь к привычному ритму шагов.  Итачи ничего на это не ответил. Только коротко пожал плечами, возвращаясь к новой истории о брате.  К вечеру они остановились у неприметной поляны. Не было ни команды, ни обсуждения, отчего Юкине даже замешкалась. Тензо быстро занялся костром с такой сосредоточенностью, будто это была полноценная миссия, Итачи исчез в темноте, а Какаши остался стоять чуть в стороне. Она уже собиралась опуститься прямо на ближайший корень дерева, мечтая о том, как вытянет ноги, но не успела. Какаши слишком неожиданно оказался рядом, придерживая за плечо. Не сильно… но достаточно настойчиво, чтобы остановиться.  — Не забывай, кто ты сейчас.  На землю около образовывающегося костра упала ткань, на которую он почти вежливо указал рукой.  — Привыкай. Юкине прикусила внутреннюю сторону щеки, сдерживая себя от очередной колкости, на которую почему-то весь день нарывался парень. Она аккуратно подвернула подол широких брюк и изящно, насколько умела, опустилась на предоставленную ткань.  Костёр был не сильный, без дыма и шума. Лишь легкий треск веток и источаемое им тепло указывали на его реальность. Юкине острожно вытянула вперед ладони на встречу огню, отогревая окоченевшие к позднему вечеру пальцы.  Все кроме неё действовали слаженно, но она всю дорогу не знала куда себя деть, послушно следуя за ними. Мимолетная мысль, о том, что может и правда лучше просто плыть по течению, возникла слишком резко. Рядом совсем не изящно упал на землю Тензо, принимаясь копошиться в рюкзаке. Но взгляд зацепился за Итачи, что подошел  к краю небольшой поляны и начал что-то шептать на ухо Какаши. Тот перевел на него быстрый взгляд, слишком резко, что бы она не заметила изменений. И спустя секунду они оба исчезли в тени деревьев.  — Будешь?  —..А?  Юкине отвлеклась на звук и потупила взгляд на протянутую ей ладонь с несколькими шариками. Пару раз хлопнув ресницами, она подняла взгляд на рядом сидящего парня, что уже закинул в рот две штуки.  —Спасибо, – она взяла один, но лицо всё равно скривилось, даже от запаха.  Тензо едва слышно рассмеялся, всё ещё не смотря на неё и потянулся к бутыли с водой.  — Ты бы видела свое лицо, – в безуспешной попытке сдержать смех, сказал он. — Если сразу запьешь, будет не так противно.  Юкине с благодарностью приняла небольшой бутылек и запила один из шариков, как таблетку. Лицо всё равно скривилось, от привкуса трав и… как будто бы грязи.  — Дряньство… – едва слышно выдохнула она.  Рука сама потянулась к поясной сумке, доставая оттуда горсть ягод, что она предусмотрительно собрала по дороге. Она молча протянула половину Тензо и он смущенно пролепетал слова благодарности, продолжая смотреть на огонь.  Двое шиноби, что исчезли в лесу появились так же неожиданно, когда ночь полностью накрыла их с головой.  Какаши быстро  скомандовал расписание постов, и принялся раскладывать спальники. Девушка поднялась на ноги, забирая у него из рук свой и аккуратно развернула его у корней дерева.  — Положи ближе к костру, – не глядя бросил Хатаке.  Юкине его проигнорировала, упорно продолжая расстилать спальник в изначальном месте. Объяснять, почему она не хочет ложится ближе к огню - это последнее, что она хотела сегодня сделать.  С наступлением тишины ночи сон не шёл. Слишком много эмоций за день просто не давали ей даже сомкнуть глаз. Какаши не двигался, но его присутствие ощущалось почти физически, как натянутая, невидимая нить, на которую она то и дело натыкалась вниманием. — Спишь? — тихо спросил парень. — Да. Между ними снова повисло молчание.  — Если станет холодно. В сумке есть плащ. Она приподнялась на локтях, вглядываясь в силуэт парня. Злость, накопившаяся за день расстроилась от пары слов. Его спина была на расстоянии вытянутой руки – она могла бы дотронуться до нее кончиками пальцев.. если бы совсем потеряла остатки рассудка.  — Спасибо.  Парень больше ничего не говорил, лишь слегка поведя плечами.  И не нужно было.  Утро пришло резким холодом. Они собрались быстро, почти не разговаривая, и снова вышли в путь. Тело постепенно привыкало и дорога становилась легче. Лес редел, ветер свободнее проходил между стволами. Юкине поймала себя на том, что больше не думает о непривычной одежде – движения выровнялись, шаг стал увереннее. Но к концу третьего дня она уже не могла игнорировать тревожные сигналы, что посылало тело при виде перешептывающихся перед ней шиноби. Создавалось впечатление, что одна она остается в неведении о причине их странного и слишком уж осторожного поведения.  Они уже трижды резко поменяли маршрут, развернулись обратно в одной из захудалых деревенек и почти не останавливались на привалы.  Когда Тензо окончательно прилип к ней, нарушая все возможные правила приличия, она не выдержала.  — Что происходит, – прошипела она ему практически в самое ухо, притягивая ближе за край жилета.  Он ответил что-то слабо похожее на разборчивую речь, возвращая прежнюю дистанцию.  — Всё в порядке, – наконец внятно произнес он. — Просто иди ровно и делай вид, что всё в порядке.  Юкине закатила глаза, но спорить не стала. Сердце не произвольно ускорило темп, учащая дыхание. Тени от высоких деревьев становились длиннее с каждой минутой, а воздух к вечеру снова стал прохладнее.  Итачи она не видела уже пару часов, но широкая спина Хатаке постоянно маячила перед глазами. Юкине всё дольше задерживала на нём взгляд, пытаясь уловить хотя бы малейший сбой или лишнее движение, поворот головы, хоть что-то. Но он шёл ровно, словно ничего не происходило.  И от этого было ещё хуже.  Лес вокруг будто вымер. Шорохи, к которым она успела привыкнуть за эти дни, исчезли, растворились, оставив после себя вязкую, давящую тишину. Даже собственное дыхание казалось лишним слишком громким. Юкине невольно замедлилась на долю шага, и в тот же момент Какаши едва заметно поднял руку. Они остановились. Не переглядываясь, не задавая вопросов – просто замерли, как будто кто-то резко оборвал нить их движения. Юкине почувствовала, как рядом напрягся Тензо: на этот раз он не пытался делать вид, что всё в порядке. Его присутствие стало плотнее, ближе.  Она попыталась прислушаться. Сначала – ничего. Пустота. От которой инстинкты начинают кричать раньше, чем разум успевает объяснить почему. И только потом – звук. Где-то в стороне дрогнула тень. Слишком резко, чтобы быть игрой света. Взгляд сам собой метнулся к Какаши, но он уже сделал шаг вперёд, перекрывая обзор, и в этом коротком, почти ленивом движении вдруг стало ясно: он ждал этого. Сердце резко сбилось, ударив сильнее, чем нужно. И в ту же секунду тишина оборвалась.