Опасная близость

Спустя несколько дней вечером Пхувин пришёл в клуб как обычно. Он ожидал услышать шум ещё до того, как откроет дверь. Ожидал привычный гул — голоса, звон стекла, тяжёлые шаги, редкий смех, больше похожий на рычание. Ожидал вибрацию воздуха, которая всегда чувствовалась здесь раньше звука. Но когда дверь открылась — тишина встретила его первой. Он остановился на пороге. Воздух был странным. Пустым. Будто помещение забыли наполнить людьми. Не было привычного давления звука, не было густоты шума, не было ощущения, что стены слушают. Несколько фигур двигались в дальних углах. Один протирал стойку. Другой сидел у стены, опустив голову. Кто-то прошёл мимо, не подняв глаз. Всё это выглядело фоном. Главное было не там. Пхувин сделал шаг внутрь — и сразу увидел. За столом в зала сидел Понд. Напротив него — мужчина в дорогом костюме. Светлая ткань, идеальная посадка, часы, блеснувшие на запястье, когда он жестикулировал. Спина прямая. Движения плавные. Лицо спокойное. Они разговаривали. Активно. Но это было не главное. Главное было в выражении лица Понда. Он улыбался. Пхувин замер. Он видел Понда спокойным. Видел холодным. Видел насмешливым. Видел ленивым. Видел раздражённым. Видел опасным. Видел равнодушным. Но улыбающимся — нет. Не той улыбкой, что скользит уголком губ. Не той, что появляется на секунду и исчезает. Настоящей. Лёгкой. Свободной. Почти тёплой. И это было… неправильно. Пхувин почувствовал, как внутри что-то тихо сместилось. Не мысль. Не эмоция. Скорее ощущение, что он смотрит на что-то личное, чужое, не предназначенное для него. Он не подошёл сразу. Остался стоять чуть в стороне, наблюдая. Мужчина говорил быстро, тихо, но уверенно. Иногда наклонялся вперёд. Иногда откидывался назад. Понд слушал, иногда отвечал коротко, иногда задавал вопрос. Ни напряжения. Ни раздражения. Ни угрозы. Будто они знакомы давно. Будто между ними нет опасности. Пхувин поймал себя на мысли: "Близкий человек". И сам удивился этой мысли. Понд поднял взгляд. Увидел его. Улыбка исчезла не резко — просто растворилась. Как будто её и не было. Он что-то сказал собеседнику. Тот кивнул. Они обменялись короткими фразами, после чего мужчина встал. Он уходил спокойно. Не оглядываясь. Не спеша. Но когда проходил мимо Пхувина — на секунду задержал взгляд. И улыбнулся. Не так, как улыбаются люди. А так, как улыбаются, когда знают что-то, чего не знает собеседник. Пхувин ощутил холодок под кожей. Мужчина вышел. Дверь закрылась. Тишина снова стала плотнее. — Ты выглядишь так, будто увидел привидение, — спокойно сказал Понд. Пхувин подошёл ближе. — Кто это был? — Полезный знакомый. Ответ прозвучал сразу. Без паузы. Без размышления. Пхувин прищурился. — Я думал, кто-то близкий. — Нет. Просто. Ровно. Без оттенков. Понд откинулся на спинку стула. — Близких людей я сюда не привожу. Пауза. Пхувин сел напротив. — Он выглядел… довольным. — Он и был. — Чем? Понд посмотрел на него. И уголок губ едва заметно дрогнул. — Перспективой. Тишина. Пхувин почувствовал, как внутри медленно нарастает неприятное ощущение. — Какой именно? — Узнаешь. Он встал. — Мне нужно уйти. — Уже? — Да. Он сказал это спокойно, но в голосе появилась та самая деловая чёткость, которую Пхувин уже научился узнавать. Разговор окончен. Понд развернулся и пошёл к выходу. Ни спешки. Ни колебаний. Дверь закрылась. Пхувин остался сидеть. И почти сразу почувствовал взгляды. Он повернул голову. К нему подошли бойцы. Те самые. С которыми он обычно общается. Один сел на соседний стул. Второй опёрся плечом о стол. Третий остался стоять. Они переглянулись. — Ты знаешь, кто это был? — тихо спросил один. — Нет, — ответил Пхувин. — А должен? Боец усмехнулся без радости. — Он не простой человек, доктор. — Это я уже понял. — Не понял. Тишина. — Он выглядит как обычный богатый мужик, — продолжил другой. — На деле… он немного псих. — В каком смысле? Они переглянулись снова. — В прямом. — Ему башню сносит от кровавых боёв, — сказал третий. — Прямо крышу рвёт. Пхувин почувствовал, как внутри всё медленно холодеет. — Он уже устраивал здесь шоу, — добавил первый. — Несколько раз. — С Пондом? — Конечно. — И? Пауза. — Никогда ничем хорошим не заканчивалось. Тишина стала тяжелее. — Какие шоу? Боец вздохнул. — С боями. Тот мужчина приходил с богачами. Чтоб они посмотрели. Приводил их с завязанными глазами. Чтобы никто из них не знал, где клуб. — Понд соглашался? — Да Другой добавил: — Когда такие гости приходят — Понд не показывает лицо. Никогда. Всегда в маске. — В какой? — Джейсона. Пхувин моргнул. — И как обычно проходят эти боя? Молчание. Один из бойцов тихо сказал: — Мы не хотим рассказывать тебе об этом. — Почему? — Потому что ты врач. Пауза. — Но скажем не самое страшное, — продолжил он. Они переглянулись снова. И тот, что сидел рядом, произнёс: — Был бой. Тишина. — Выпустили психа с чёрными бинтами. Сердце Пхувина пропустило удар. — Против скольких? — Против десяти. Пауза. — И? Боец посмотрел ему в глаза. — Стоять на ногах остался только он. Тишина. — Остальные легли. Молчание. — Некоторые — навсегда. Внутри Пхувина что-то резко сжалось. Он представил. Кровь. Кости. Крики. Удары. Десять тел. Один стоящий. Он медленно выдохнул. — Когда это было? — Несколько месяцев назад. — И он снова здесь… — Да. Пауза. — Если он пришёл, — тихо сказал боец, — значит, будет шоу. Тишина. Пхувин поднялся. — Мне нужно найти Понда. Пхувин уже шёл к выходу. Мысли двигались быстро. Слишком быстро. Одна за другой. Без пауз. "Нельзя. Нельзя допустить. Они погибнут. Кто-то погибнет. Я не позволю." Он нашёл Понда через двадцать минут. Тот стоял у служебного входа, разговаривая по телефону. Закончил разговор. Посмотрел на него. — Что случилось? — Что вы собираетесь устроить? Пауза. Понд склонил голову. — Секрет. — Не проводите это. Тишина. Взгляд Понда стал внимательнее. — С какой стати? Пхувин выдержал его взгляд. — Потому что люди умрут. — Люди всегда умирают. — Не из-за развлечений. — Для некоторых это не развлечение. Пауза. — Тогда… — Пхувин вдохнул. — Тогда я не хочу в тот день быть в клубе. — Нет. Ответ мгновенный. — Почему? — Потому что ты нужен здесь. — В тот день — нет. — В тот день — особенно. Тишина натянулась. — Можно мне что-то сделать, — тихо сказал Пхувин, — чтобы ты разрешил мне не приходить? Или отменил это? Понд смотрел на него долго. Очень долго. Потом спокойно сказал: — Я подумаю. И всё. Развернулся и ушёл. Остаток вечера Пхувин провёл как в тумане. Он ходил. Останавливался. Отвечал кому-то. Кивал. Слушал. Но мысли были не здесь. Они крутились вокруг одного и того же. Маска. Богачи. Десять против одного. Чёрные бинты. Тела на полу. Он не заметил, как к нему подошёл боец с рассечённой бровью. — Док, посмотришь? — Да… конечно… Он посмотрел. Но не увидел. — Нормально? — спросил боец. — Да… обработай антисептиком… — Уже. Пауза. — А дальше? Пхувин молчал. Боец нахмурился. — Док? Он моргнул. — А… бинт. Наложи бинт. — Уже наложил. Тишина. Боец медленно отошёл. Другой подошёл с ушибленной рукой. — Док, нормально? — Да… всё нормально… — Ты даже не посмотрел. Пауза. Он посмотрел. — Не сломано. — Я знаю. Я рентген сделал. Тишина. Боец прищурился. — Ты где? Пхувин медленно перевёл взгляд. — Здесь. Но это было неправдой. Он был не здесь. Он был в воображаемом дне, который ещё не наступил. В дне, где кто-то будет лежать на полу и не встанет. Бойцы переглянулись. И больше не подходили. Обрабатывали раны сами. Перевязывали сами. Помогали друг другу. Иногда поглядывали на врача. С непониманием. Он сидел за столом. Смотрел в одну точку. И впервые с момента, как оказался в этом клубе, чувствовал не тревогу. Предчувствие. Тихое. Холодное. Неотвратимое.