Слан

- Да, - призналась я, опустив голову и расслабив плечи. Прошла секунда. - Просто да? – удивилась она, нежно массируя мне шею правой рукой, но я ощущала, как кончики ногтей касались кожи. – Не попытаешься убедить меня в обратном? Что я не так всё поняла, например или моё любимое: что ты понятия не имеешь, о чём я. - Нет, госпожа, - спокойно ответила я, а потом опустила голову ещё чуть ниже. Слан меня выпрямила сама, чтобы я держала спину ровно. Я сдержалась от всхлипа, когда ощутила её когти на горле. – Не убивай меня, госпожа! Накажи меня! – попросилась я. – Накажи, как угодно, умоляю... - Раз уж сама призналась, не буду убивать, - решила она. – Как планировала бежать? Левая её рука спустилась вниз, сжав бедро, впившись ногтями в кожу. Поначалу я испугалась, но потом у меня побежали по спине мурашки от удовольствия. Когти впились не до крови, приятно оставляя на поверхности тела пять горящих точек. - Застёжка, - выдала я. – Я нашла её на полу. Такой можно вскрыть замок на ошейнике… Слан почему-то рассмеялась, а я замолчала, не понимая её реакции. - Ах, это всегда так забавно, - усмехнулась она. Она иногда меняла хват левой руки, покалывая меня то на внешней стороне бедра, то на внутренней. - Глупая маленькая смертная, - коготь её указательного пальца правой руки упёрся мне под подбородком. Я вынуждена была вытянуть шею, чтобы она не проткнула мне кожу. – Этот ошейник не вскрыть подобной вещью. Я округлила глаза от удивления и обернулась. «Значит дело не в моём умении вскрывать замки?» - поняла я, вспоминая, как безуспешно ковыряла его. - Ты думаешь, что до тебя никто не пытался это сделать? – улыбнулась она. – Много было разных способов, чего только люди не придумывали. - Но одна девушка смогла его снять… я думала, что она его взломала. - Смогла снять, когда решила, что хочет от сюда уйти, - смысл её слов не сразу дошёл до меня. – Она отказалась от моего покровительства и теперь вынуждена служить то одному Апостолу, то другому, прося у них защиты, живя в постоянном страхе, что я приду за ней. Лишь, когда она сбежала, то поняла, что идти ей некуда. Если не будет рядом могущественного демона, то чудовища из темноты сожрут её заживо. Помница, я тебя предупреждала, что ты должна служить мне по своей воле. И, судя по тому, что ошейник всё ещё на тебе, хоть ты и пыталась его снять, значит не сильно ты и хочешь уходить. - Я не смогла его снять, потому что… не хочу этого?.. – я всё ещё не могла поверить. - А разве тебе не приятны мои ласки? – спросила в ответ демонесса, левой рукой погладив меня между ног. – Некоторое время назад ты дрожала от возбуждения, прося нежности. Разве не ты клялась в ту ночь исполнить любой мой приказ и текла, целуя мне колено? Все демоны вокруг готовы были слюной захлебнуться от запаха. Я почувствовала, как горят мои щёки. - Это я клялась, - признала я. – Ты права, госпожа… ты во всём права. - Если ты сильно этого желаешь, я отдам тебя Натану, с условием, чтобы он один раз показал тебе небо, траву и солнце, а потом пусть делает с тобой всё, что ему заблагорассудится. - Нет, госпожа, не надо, - она убрала коготь, но рукой ещё держала меня за горло. – Я… я очень сожалею, что разочаровала тебя, госпожа… - Ни в коем случае, - усмехнулась она, а я удивлённо повернула голову, насколько позволяла её рука. – Все пытаются сбежать. Все, без исключения. Такова человеческая природа. С годами я заметила, что отличие лишь в том, что некоторые упрямствуют и в конце концов погибают, не от моей руки, так от надзирателей, а некоторые покоряются и признаются. Для той шлюхи я сделала исключение лишь из прихоти, мне доставляет некоторое удовольствие, когда я узнаю, что она бегает от одного Апостола к другому, меняя хозяина, словно уличная шлюха. Кстати, а вскрой ты замок, как бы ты обошла троллей? - Я думала устроить засаду… - призналась я. - Засаду? – умилилась суккуба. – И какую же? - В комнате висят мечи на стене и их как раз двое, как и охранников. Я думала как-нибудь сделать так, что они напоролись на них, но не нашла, чем закрепить мечи. Потом подумала, что можно заманить троллей в комнату, спрятаться в соседней и выбежать, когда путь будет свободен. - Не плохо, - констатировала Слан. – А, если бы они догнали тебя или у тебя бы не получилось бежать? Они бы долго насиловали тебя и не факт, что к моему приходу, ты была бы ещё жива. - Поэтому я и не сделала этого, госпожа, - вздрогнула я. – Я хорошо помню удары твоего кнута, и как тролли кинулись на меня. Мне очень повезло, что ты тогда появилась раньше, чем они сделали из меня фарш, я понимаю это, - Слан ничего не ответила, убрав от меня руки и опять выпив вина. – Как ты накажешь меня, госпожа? – тихо спросила я. - А нужно? – лукаво ответила она. Я замерла, не веря. – Поцелуй меня, - велела она. Я исполнила её приказ, развернувшись к ней. Суккуба долго не отпускала меня, кусая губы, наслаждаясь. Поцелуй быстро стал глубоким и страстным. Насытившись, она отстранилась сама. Я глубоко дышала, успокаиваясь после такого. - Ты конечно провинилась, - сказала Слан, облизывая губы, её левая рука легко пальцами надавила на кожу на моей шее. – Но… наказывать не стану. На этот раз я готова проявить снисхождение за то, что ты хотя бы быстро учишься на ошибках. Не на чужих, так на своих. - Я думала, что за такое ты точно убьёшь меня, госпожа… - я была очень смущена, я совершенно не ожидала от неё понимания или доброты. Слан чуть усмехнулась и подпёрла голову кулаком, скучающе вздохнув и выпив ещё вина. - Да я могу тебя наказывать за любой, даже незначительный проступок, - указала она на меня пальцем той руки, в которой держала бокал вина. - Могу наказывать из прихоти, - суккуба спокойным взглядом посмотрела на меня. - Я могу тебя сломать, но не хочу, - другой рукой она погладила мой подбородок. - Наложница мне нужна чувственная, не лишённая фантазии и игривости, я хочу, чтобы ты время от времени развлекала меня. Мне не нужна безвольная кукла. - Значит… тебе, госпожа, нравится, когда я… сопротивляюсь?.. - В какой-то мере – да. С одной стороны, мне не хочется спускать это тебе с рук, а с другой я могу на этот раз ограничиться лишь предостережением. В конце концов, сделать-то ты ещё ничего не сделала, а наказать я тебя всегда успею, куда ты денешься. - Госпожа, я… - подбирала слова, я взяла её руку, нежно трясь о тыльную её сторону щекой, иногда нежно целуя. – Я жива только по твоей милости, госпожа. Спасибо за твою доброту, госпожа, я… Суккуба поднялась из воды и жестом руки поманила меня следом. Она несла в руке бокал, а я шла сзади, не забыв бутылку вина и срезанное горлышко. В комнате она довольно потянулась и села на кровать. - Иди ко мне, - велела она. Подчинившись приказу, я подошла ближе, опустившись перед госпожой на колени и поставив рядом вино. В руке у неё снова появился сыр. - Как бы не разбаловать тебя, - скептично сказала она, угощая меня. - А так уже бывало, госпожа? – осторожно спросила я, помня, что ей не очень нравится моё любопытство. - Бывало и не раз, - равнодушно ответила она. – По халатности надзирателей, которые не смогли уследить за хитрыми рабынями. Потом эти девчонки становились ленивыми, требовательными и оканчивали плохо. «Не понимаю, как можно наглеть рядом с тем, кто по своей прихоти может легко убить тебя», - подумала я и попросила. - Госпожа, расскажи ещё. - О чём бы ты хотела узнать? – она игриво почесала мою шею, под челюстью. Когда она убрала руку, я накрыла ладонями её колено, положив на них голову. Не то чтобы мне хотелось слушать про всякие истязания, на данный момент мне нравилось мелодичное мурчание Слан. - В гареме были надзиратели? - Да. В какой-то момент моё увлечение одной или двумя наложницами переросло в этакое коллекционирование, и не только женщин, но и мужчин. Мне было недосуг следить за всеми, поэтому я выбрала нескольких старших среди них, но зачастую это приводило лишь к самоуправству. Если надзирателем становился мужчина, он насиловал наложниц, хотя те готовы были исполнять его прихоти и по собственной воле, просто надзирателю нравились чужие страдания. Ситуация не менялась, когда надзирателем становилась и женщина, а бывало, что она зверствовала похуже мужчин. Такая могла с лёгкостью избавиться от рабыни, которая ей чем-то не угодила. Ревность приводит к печальным последствиям. - Разве не было таких, кто обращался с рабами не так жестоко?.. Суккуба запустила руку в мои волосы. Я не удержалась и прикрыла глаза от удовольствия, когда она стала чесать меня. - Были и такие, - пожала она плечами. – Когда появлялся уверенный в себе надзиратель, знающий свои обязанности и исполняющий их без лишнего шума, гарем становился прекрасным местом отдыха. Такой надзиратель мог воспитать наложницу под любой запрос. Он не истязал рабов просто так, но и расслабляться не давал, находя золотую середину. - И как долго у тебя был гарем, госпожа? - Несколько десятков лет, - усмехнулась она. - А почему надоело?.. Я чувствовала себя очень расслабленной. Слан не вызывала у меня на данный момент вообще никакого страха. - Рабы постоянно докучали мне вечными жалобами друг на друга. Если я вмешивалась, то обычно это не решало проблему, а лишь её усугубляло. Становилось лучше, только если я жестоко наказывала одного или двух в назидание. Я сглотнула. Ладно, всё-таки страх хозяйка внушала. - Госпожа… - позвала я, а она хмыкнула. – И ты взяла меня даже не смотря на то, что больше не хотела заводить рабов?.. - Мне понравилась твоя мольба, - она хищно улыбнулась. – Как, доведённая до полного отчаянья, ты цеплялась за меня. На сегодня я тебя оставлю, - решила она. Суккуба поднялась с кровати и направилась к двери. - Моя госпожа, - решилась позвать я и подползла, поклонившись ей. – Госпожа, прошу, мне очень скучно в одиночестве… нет ли какого-нибудь занятия для меня?.. - Занятия? – переспросила она. - Книжки… или чего-нибудь… - отсутствие у неё реакции испугало меня. - Пожалуй, есть у меня идея, - она легко улыбнулась, развернувшись ко мне. – Пойдём со мной. Открыв дверь, Слан вышла в коридор. Испуганный тролль тут же убежал. Удивившись, я последовала за хозяйкой, но у порога застопорилась. Боль от кнута была ещё сильна в моей памяти, но раз она приказала, я не посмела переспрашивать или противиться. Слан сделала невесомое движение рукой, и напротив двери соседней комнаты, в стене, появилась арка, занавешенная лёгкими красными шторками. Они были не длинными и свисали примерно до половины проёма. На краю висели кисточки. Я подошла поближе и шагнула в проём вслед за Слан. За аркой оказалась кладовка. Комната была прямоугольной, без окон. Помещение было достаточно просторным, с несколькими стеллажами. Они были заполнены различными вещами: одеждой, сексуальной атрибутикой, украшениями, были даже книги, бумага, несколько гусиных перьев, чернила, графитовые карандаши. - Это барахло давно здесь уже лежит, - сказала Слан, вытаскивая из груды вещей, снизу стеллажа, длинный железный штырь и улыбаясь чему-то своему. – Раз уж ты так просишь, я тебе дам задание: нужно всё здесь разобрать и избавиться от ненужного. - Как я пойму, что ненужное? – спросила я. Слан вздохнула, прикидывая: - Что-нибудь ветхое, порванное или неприглядное. Повыбирай. Я наконец поняла, что она держит в руках. «Клеймённый штырь!» – у меня побежали мурашки от страха. Демоница ловко повертела его в руках, а затем наконечник штыря, который представлял из себя плоскую печать с выпуклым кольцом, внезапно раскалился прямо у неё в руках. От разогревшегося металла пошёл дымок. - Г-госпожа?.. – прошептала я, чувствуя тревогу. - Им наказывали строптивых рабов, ставя на них клеймо. Это достаточно больно и тот, на ком был такой знак, занимал самое низшее положение в гаремной иерархии, - она посмотрела на меня. – Так клеймили особо провинившихся. Она сделала ко мне пару шагов. Я не посмела бежать, но тут же опустилась на колени перед ней. - Т-ты ведь не клеймишь меня, госпожа? – проскулила я, белея от страха, не в силах оторвать взгляд от белого раскалившегося железа. - Посмотрим, - многозначительно ответила она и одним выдохом остудила сталь. Уже остывший штырь она прислонила к стене, оставив его около меня. - Тебе повезло, что я не вспомнила про него раньше, - усмехнулась она. Меня била мелкая дрожь. - Да, госпожа, - рефлекторно ответила я, еле касаясь пальцами её ног у коленей. – Спасибо, госпожа… У меня упала гора с плеч, когда она перевела своё внимание на другие вещи в шкафах. Взгляд мой, как примагнитился к железному штырю. Фантазия очень быстро набросала в голове картинку, как эта печать оставляет ожог на моей коже, как она обугливается и дымится. - М-м-м, - промурлыкала демонесса, чем вырвала меня из ступора. Она взяла с полки какие-то тонкие цепи и помяла их в руках. – Пожалуй, мы это как-нибудь используем, - она многозначительно посмотрела на меня. Слан покинула кладовку, бросив мне, что предупредит тролля о моём присутствии в коридоре. Я проводила её взглядом, аккуратно выглядывая из-под шторки. Вернувшись к вещам, я с облегчением осела на пол. Штырь спокойно стоял, облокотившись о стеллаж, слева от меня. Я боязливо потрогала его руками, но он был холодным, будто и не нагревался вовсе. «Может, это была иллюзия? – подумала я, изучая символ клейма. Это была рунная вязь, выполненная в виде кольца. Я прикинула, куда его ставят и пришла к выводу, что наверное где-то рядом с уже имеющимся знаком жертвы. Ранка в виде руны была странная и никогда до конца не заживала. Когда Слан была рядом, знак немного кровил, легонько постреливая змейками боли, иногда боль была еле заметная и тупая, скорее ноющая. Временами она мне даже нравилась. С почтением оставив штырь там, где его поставила суккуба, я стала копаться в вещах. Меня очень заинтриговали книги, но открыв парочку, я разочарованно хмыкнула, потому что ни черта не поняла. Моих познаний не хватало для скорочтения, но я могла попытаться расшифровать. Написано было от руки, не каллиграфический почерк, как в книгах, из чего я предположила, что это чей-то дневник. К тому же переплёт был поизношен, значит книгу часто использовали. «Здесь явно был кто-то, кто владел правописанием, - подумала я, выгибая одну сторону кожаной мягкой книжки и быстро пролистывая страницы. – И почерк красивый. Не то что я, даже читать толком не умею». Моя безграмотность меня не устраивала, но колеся от города к городу и тратя всё свободное время на тренировки, не имея ни книг, ни учителя, трудно было постигнуть магию букв. Влад и учить-то меня начал только тогда, когда ему понадобилась помощь в ведении финансов. Отец стал натаскивать меня с азов, да так и не закончил…