Heaven’s Secret.

Коридоры особняка тянулись один за другим, одинаково тихие, одинаково чужие. Уилл ощущал, как внутри нарастает напряжение, словно память должна была вот-вот вернуться и объяснить всё происходящее. Лампы под потолком горели тускло, отбрасывая длинные жёлтые полосы света на бетонный пол. Воздух пах металлом, холодом и чем-то ещё — старой пылью, будто здание пережило слишком многое. Уилл шёл чуть позади ангела. Он двигался спокойно, почти бесшумно, как будто знал каждый шаг в этих коридорах. Его плечи были расправлены, руки спрятаны спереди, точно сцепленные в замок. Блондин ни разу не оглянулся. — Где мы вообще? — нарушил тишину юноша. — Во временном безопасном месте, — лениво бросил через плечо ангел. — А по конкретнее? — В Роткове. Уилл глубоко вздохнул. — И ты… — Я уже отвечал, — холодно отрезал он, когда они остановились у закрытой двери. Из под щели массивной двери веяло противным холодком, от которого Уиллу захотелось сжать пальцы на ногах. Ангел не смотрел в его сторону. Занеся руку над железной дверью, он холодно пояснил: — Это твой новый генерал. И постучал, сразу получая твёрдое: — Войдите.

***

Кабинет оказался просторнее, чем Уилл ожидал. Карты на стенах, стол, заваленный папками, лампа с зелёным абажуром. За столом сидел мужчина лет сорока пяти — крепкий, с коротко остриженными волосами и глубокими складками у глаз. Он поднял взгляд и замер. Несколько секунд никто не говорил. Потом генерал медленно встал. — …Это он? Блондин кивнул. — Да. Генерал сделал несколько шагов к Уиллу, внимательно рассматривая его лицо. В его взгляде было что-то странное — смесь облегчения, усталости и недоверия. — Надо же, — он протянул руку. — Дмитрий. Уилл хотел было назвать себя, но тут же откинул эту мысль: случайного бы не подобрали, где бы он ни был, значит, его имя ему известно. Вместо этого Уилл лишь некрепко сжал шершавую руку мужчины. Дмитрий, недолго постояв, разорвал рукопожатие и отошел к столу. — Садись. Уилл не сел. — Я предпочту стоять. Генерал кивнул. — Хорошо. Он посмотрел на ангела. — Генри, оставишь нас? Байерс, услышав имя ангела, мысленно хмыкнул. «Генри, значит… Слишком обычное имя». Крылатый кивнул, и в этот момент юноша повернулся в его сторону, сразу встречая его озлобленный и раздраженный взгляд. Уилл слегка нахмурился, не понимая, откуда взялось столько негатива. Перед тем как уйти, Генри взглянул на генерала в последний раз, а Уилл тем временем услышал голос в голове: «Обычное оно лишь потому, что вы, тупые и ничтожные существа решили, что мне оно, оказывается, к лицу». Уилл слышал, как через каждое слово сквозит ярое отвращение и раздражение от ситуации вообще. Он не успел никак отреагировать, как дверь за Генри закрылась, скрывая за собой белизну внушительных крыльев. Дмитрий прочистил горло, и Уилл повернулся к нему. — Что последнее помнишь? — Уилл не поднимал взгляда, чувствуя, как мужчина напротив разглядывает его и, видимо, анализирует. Юноша задумался. — Какая должность? Байерс сглотнул. — Должность?.. Я обычный лаборант, — он хотел было продолжить, но тут же замолк, когда собственный бейдж оказался перед ним. Уилл незаметно выдохнул. — С каких пор у обычных лаборантов на бейдже помета «секретно», мистер Байерс? — мужчина сощурился, внимательно и недоверчиво продолжая рассматривать юношу. — Я не могу разглашать информацию, — спокойно сказал Уилл. — Вы ведь тоже из «Сибири»? Значит, понимаете. Дмитрий промолчал. — Ладно. Как ты оказался у разлома? — Разлом?… Не знаю. Не помню. Или… — Уилл помолчал. — Не могу вспомнить. Пауза. — А! И… Ночью я ещё был на базе, работал допоздна, как обычно. А… остального я не помню, — сказал Уилл, умолчав о стычке под окнами. — Тебе лучше просто сказать правду. Пока ничего из твоих показаний не сходится с реальностью. И вновь тот самый прищур, который уже начал раздражать. Уилл напрягся, пытаясь совладать с тянущимся и слабым гневом. — Какой смысл мне вам врать? Какой к чёрту разлом? Спросите любого с базы, никто о нём ничего не знает. Дмитрий вновь изучающе взглянул на него. Затем вздохнул и устало прикрыл глаза. Он отвернулся к окну, но Уилл сразу заметил, как помрачнел его голос. А последующая фраза будто далась с трудом: — Все погибли. Были погребены под завалами заживо. В том числе и ты. — Что?… — Уилл моргнул, не веря. Внутри всё стало вверх дном. Тугой узел, возникший ещё в начале разговора, натянулся до предела, а от былой злости не осталось и следа. Он не поверил, просто не мог поверить. В моменте стало трудно дышать, и Уилл осел на стул, глядя на обувь. Все погибли. Все погибли? — Уильям, ты числился погибшим от несчастного случая в «Сибири». До вчерашнего дня, — он выдержал деликатную паузу, слегка обернувшись на потерянного парня. — База, на которой ты работал, ушла под землю. Три года назад. Уилл резко вскинул голову. Шея сразу отозвалась тянущей болью, но он проигнорировал её. Мысли спутались окончательно. Лицо выражало всё, что можно было назвать шоком. Юноша не успел отойти ещё от первых слов о смерти всех, как сразу получил следующее: три года. Дмитрий обернулся окончательно, пытаясь найти своим цепким взглядом подтверждение собственным догадкам. Будто рыская у него в сознании, внимательно вглядывался в приподнятое лицо. Уиллу вдруг остро захотелось отвернуться, но он не опустил лица. — Так кто же ты такой, Уилл? — Я не понимаю… — он вздернул руку, машинально вырывая все заусенцы зубами. — И если ты действительно был на той базе… — во взгляда Дмитрия скользнула печаль, которая быстро скрылась за холодной внимательностью. — Где ты пропадал три года? И как смог выжить? Уилл молчал. Вихрь мыслей не утихал ни на секунду, а настойчивый взгляд стал заметно напрягать. По спине ползли мурашки и юноша вздрогнул, обречено закрывая глаза. Он чувствовал, будто Уилл, оставшийся до ночи тогда, теперь отличался от того Уилла, который сидел здесь. Казалось, что он сходит с ума. Будто весь мир сошел с ума, вбивая ему в голову мысли о погибших на базе, о трёх годах неизвестности. Уилл прислушался к себе, к внутреннему шипению, но сразу же перестал. Не хотел слушать. Мысли сразу вернулись в прежнее русло: как могло пройти три года, которых он не помнил? Слова Дмитрия стали казаться ложью, и он в очередной раз поднял голову, бросая беглый взгляд на мужчину у окна. Тот стоял с увесистой на вид папкой, что-то зачёркивая на вялом листе. Через мгновение он захлопнул её и швырнул на край стола. Уилл напрягся всем телом. Ужас уверенно подступал к горлу, а воспаленный от информации мозг требовал действовать. Узнать хоть что-нибудь. Он резко выступил вперёд, схватил пустой стакан и, разбив его о стол, угрожающе выставил перед собой зубьями вверх. Дмитрий не шелохнулся, все также расслаблено занимая место у окна. — Всё, что вы говорите, бред! — Уилл вздрогнул от звука собственного голоса. — Поверю только тому, кого лично знаю. Выпустите меня, живо! Я хочу вернуться на базу! — Для всех погибших в «Сибири» установили мемориал на кладбище города. Позже ты сможешь убедиться в правдивости моих слов, — сразу после того, как последнее слово легко между ними, генерал двинулся вперёд и перехватил руку Уилла. — Успокойся, — прозвучало с тем же непреодолимым спокойствием. Уилл грозно взглянул на него сквозь ресницы и дёрнул руку на себя. Дмитрий не сдвинулся с места и Байерс почувствовал, как хватка стала крепче. — Я же сказал: все в порядке. Опусти стакан. — Сначала отпустите меня! — прозвучало громче, чем ему хотелось. Мужчина слегка наклонился, а выражение светло-голубых глаз застыло в тихом ожидании. Уилл отталкивал и пытался вырваться. Раз за разом, ещё и ещё, но все без толку: Дмитрий выше и сильнее. Сдавшись, юноша замер, прислушиваясь к вою вьюги в кабинете. — Ноа не дал тебе тёплую одежду? — Кто? — Уилл раздраженно выдохнул и нахмурился. Генерал промолчал, но руку отпустил. — У меня ещё много дел. Честно говоря, ты свалился как снег на голову, — он выдохнул, и в глазах вновь проскользнула едкая печаль. — Если бы мир вокруг был нормальным… Нет, даже тогда наш разговор навряд ли бы вышел приятным. Уилл почувствовал, как по щеке катится неуместная слеза. Всё это жутко напрягало, так ещё и сантименты рвались наружу при… нём. — Почему?… — только и смог выдавить из себя Уилл. — Что? — Дмитрий заметил перемену в голосе юноши и окинул его взглядом, удивленно останавливаясь на лице. Уилл не был уверен, что чувствует страх или боль. Но слёзы продолжали струится так, словно душа омертвела и только тело помнило, что такое быть человеком. Капли оставляли за собой солёные дорожки, щипавшие кожу холодом. Дмитрий вновь заговорил с едва уловимой тревогой в голосе: — Что с тобой? — Уилл промолчал и стёр слезы, в то время как мужчина продолжил. — Выживших на базе не осталось. Но удалось создать замену ушедшей «Сибири» — новую научную базу в Оксфорде. Мой отряд оттуда. Там можно найти информацию о твоей семье, близких, — Уилл опустил голову. — Мы отбываем сегодня. Ты поедешь с нами, — в этот момент он будто очнулся. «Действуй», — набатом звучало в голове. — И ещё. Тогда у разлома Отродье не напало на тебя. Почему? — Отродье? Че…го? — Уилл вновь вскинул голову. — Я же сказал: я ничего не помню и не знаю! Теперь вообще ничего не знаю… Дмитрий вновь промолчал. — Я могу выйти в уборную? Мне нужно умыться. Теперь Дмитрий молча кивнул. Уилл покосился на папку — которую ранее генерал отшвырнул на край стола — и замешкался. Он наверняка знал, что то, что генерал записал в неё, касалось Уилла. Особо не думая, юноша нарочно задел её рукой, чтобы увидеть документы, лежавшие внутри. По полу разлетелись белые листы, и он лихорадочно стал перебирать каждый встретившийся. Одни содержали в себе информацию о крушении базы, другие — странные распечатки о демонах, что-то о культах и прочем. Уиллу стало казаться, что его «точное» предположение — ошибочное, как чуть дальше остальных он заметил тот самый лист. На нем была зачеркнута строчка: Парень подстроил крушение и это время скрывался. Далее шла запись: Мотивы??? А ниже пометка: У него шок, тут что-то другое. Уилл удивленно приоткрыл рот, все также хмурясь. Но стоило ему потянуться за этим листком, как его прижали носком ботинка. Медленно подняв голову, юноша встретил испепеляющий взгляд генерала. — Я соберу остальное сам. И тут, будто по наитию, дверь отворилась и в дверях возник Генри. Всё с тем же выражением лица. С тем же холодом, как и все здесь. Генерал кивнул ангелу, возникшему здесь, и тот довольно грубо взяв за локоть, проводил Байерса до уборной.

***

Закрыв за собой дверь, Уилл тихо выдохнул, протирая лицо руками. Быстро заглянув под кабинки, он с радостью обнаружил, что все из них пусты. Его взгляд сразу упал на окно. «Должно быть невысоко». Помещение нещадно продувало. Лёгкие стужи выбивались из под оконной рамы, медленно растворяясь в тепле самого помещения, но иней все равно образовался на зеркалах. От разглядывания уборной его отвлекла ручка двери. Та дёрнулась, внутрь вошёл парень в очках, непривычно с нормальным выражением лица. Не тем холодным и собранным, не высокомерным. Просто лицом. Лучи солнца скользнули по тёмным волосам, отразились на очках и, мелькнув, исчезли. Помещение вновь погрузилось в пасмурное. Вошедший парень облокотился на стену, поймав и взгляд, и мысли Байерса. — Не советую, знаешь ли, — Уилл бросил беглый взгляд на дверь. Незнакомец покачал головой, и странно оглядел его одежду. — А тебе идёт. Только вот с какого хера именно мои вещи… — последнее предложение он пробурчал себе под нос, поправляя очки. Уиллу захотелось усмехнуться от происходящего, но он лишь взглянул на себя в зеркало. Треснутое, грязное, в плёнке льда. Он выдохнул, бросив попытки разглядеть свой силуэт. Уилл повернул ручку крана — шума не последовало. Он тихо выругался и отпрянул от раковины, когда из слива медленно вылез паук. Чёрные лапки перебирали так уверенно, будто раковина — личный бассейн крохотного уродца. Очкарик приподнял брови и невольно вздрогнул, наблюдая за таким же незнакомым ему юношей. — Э-э-эм… Бойлер подключен только к первому крану. Но не лей много, с водой тут тяжело, — с этими словами он вновь поправил очки, стянул мокрую куртку и скрылся в одной из кабинок. Последовав словам парня, Уилл подошёл к крану и повернул ручку. Зашумела вода, руки погрузились в приятную теплоту, а над раковиной поднялся пар. Байерс позволил себе тихий стон удовольствия, но взгляд его тут же зацепился за маленький крестик в мыльнице. Уилл посмотрел на него до тех пор, пока руки не отогрелись, а после, всё таки рассмотрев находку поближе — сунул в карман тёплых брюк. «Ну и на кой чёрт он мне?». Уилл обернулся на кабинку. Полагаться на незнакомцев совсем не хотелось — опасно. А значит, нужно выбираться. Очкарик зашёл в самую дальнюю и тёмную кабинку. В какой-то момент Уиллу начало казаться, будто из под неё растут тени, ползут к нему, скользят по стенам и потолку, схватывая юношу со всех сторон. Он быстро проморгался, переключаясь на побег. «Второго шанса не будет». Он оставил воду включенной, и её звуки хорошо перекрывали остальные: шаги были не слышны. Взгляд зацепился за влажную куртку. Осторожно её осмотрев, Уилл нашел записную книжку и сунул её себе в карман. Недолго думая, он стянул с себя тугой ремень и, обмотав им ручки соседних кабинок, заблокировал незнакомцу выход. Адреналин затмевал все остальные мысли, и Уилл двинулся к окну, стараясь открыть его как можно тише. Наконец рама поддалась, и на него хлынул порыв ледяного ветра. «Как же холодно». Он оттолкнулся от пола и вылез через окно, вставая на каменный карниз. Взгляд сразу упал вниз. Его мысли о высоте сразу рухнули, ведь Уилл равнялся с шпилькой одной из церквей. Следующий порыв чуть не сбил Уилла с ног. Заглянув вниз, юноша с облегчением подметил, что этажа всего два. Спрыгнув на крышу и прикрыв за собой окно, Байерс стал разглядывать все, что мог. «Нужно найти кладбище. Если генерал не врал, там должен быть мемориал». Забравшись вверх по крохотным выступам, Уилл подобрался к огромному золотому куполу, спрятался за ним и посмотрел вниз. Перед ним растирался вид на главную площадь города. Серые здания красиво обрамляли её, и она вобрала всю жизнь местных, умещая всех на своей небольшой территории. На весь круг зданий всего пара-тройка выглядели роскошно, остальные же строения ничем друг от друга не отличались, не выделялись особым вкусом, но хмурая их таинственность могла показаться по-своему привлекательной. Услышав, как из под купола слышится треск оконной рамы, Уилл также тихо выругался и напрягся. «Нужно спешить. Если я правильно думаю, то кладбище должно быть после домов». Но из-за разгорячённых ладоней, растопивших снег, выступ покрылся ледяной коркой. Рука соскользнула, Уилл потерял опору. Вихрь подхватил и без того небрежно лежащую чёлку по ветру. Дыхание спёрло, а без того вечно влажные глаза защипало с новой силой. Он полетел вниз. — Твою ма-а-а-а-ть!! Уилл закрыл глаза, но тут же, где-то слева, послышался взмах крыльев, сопровождаемый шелестом, похожим на перезвон колокольчиков. Недоверчиво раскрыв глаза, Уилл увидел его. Снежинки, красиво кружившие и переливающиеся в небе разбивались о жёсткие, словно мраморные перья ангела. Уилл сощурился от количества яркого — белого — света. — А ты, оказывается, умом не особо то и отличаешься, — голос Генри звучал недовольно, даже зло, а глаза переливались и сверкали алым. Ангел поймал Байерса на лету и легко опустил вниз. Его рука все ещё лежала на талии юноши, не давая вырваться. «Вот же… блядь. Он не отпустит меня!» Времени на «подумать» не оставалось. И не думая, Уилл напряг руку так сильно, как только смог, сжал кулак и со всей дури хлестнул Генри по лицу. На скуле сразу выступил след, а костяшки неприятно защипало. Он растеряно дотронулся до кровоточащей скулы, и Уилл не стал терять времени. Он рванул на площадь, на пол пути оборачиваясь. Ангел стоял на том же месте, едко улыбаясь и не стирая кровь с лица. Он не гнался за ним. «И на том спасибо». Уилл не стал испытывать судьбу и сразу затерялся в толпе, медленно продвигаясь к кладбищу.