Вместе, как ни крути

Мэнор встретил их тишиной, которая больше не казалась угрожающей. Оставленный аврорами небольшой беспорядок Милли уже успела устранить. В малой гостиной уютно потрескивал в камине огонь, а на столе ждал ужин и бутылка коллекционного вина, хранимая Люциусом для особого случая, а также открытка от Нарциссы, которая, давно будучи в разводе с Люциусом, тем не менее периодически справлялась, как дела у него и «tes amitiés particulières»*, а также немногословно сообщала, что у неё всё хорошо. Гарри, скинув аврорскую мантию на ближайший пуф, потянулся всем телом. – Знаете, – сказал он, – никогда не думал, что буду так рад видеть эти мрачные гобелены. – Поттер, твоё чувство прекрасного всё еще находится в зачаточном состоянии, – беззлобно отозвался Снейп. Он устало опустился в кресло, с наслаждением вытягивая ноги. Драко, всё ещё бледный, но с горящими глазами, подошёл к Гарри и уткнулся лбом в его плечо. – Мы это сделали. Все вместе. Гарри обнял его в ответ и легко поцеловал. – Да, мы справились. Люциус, разливая вино по бокалам, обвёл взглядом свою странную, сотканную из противоречий, но настоящую семью, и испытывал неподдельную гордость за всех них. Он подошёл к Драко c Гарри, протягивая им вино, а затем коснулся плеча Северуса, и в этом жесте было больше признательности, чем в любой пламенной речи. Тот поднялся с кресла и приобнял Люциуса за плечо. – Робардс завтра будет в ярости, – усмехнулся довольный Люциус и пригубил вино. – Ему придётся признать, что «бывшие Пожиратели» и «Герой Британии» раскрыли дело быстрее, чем весь его хвалёный департамент. – Пусть бесится, – улыбнулся в ответ Гарри и свободной рукой притянул Люциуса к себе, замыкая круг. – Главное, что завтра нам не нужно никого спасать. Никаких «Уроборосов», никаких патронусов… – Только бесконечные отчёты в Мунго, – вставил Драко, вызывая общий смех. Они стояли в круге света от камина – четыре мага, чьи судьбы переплелись вопреки логике, войне и общественному мнению. Северус поднял свой бокал, глядя на то, как блики огня играют на его хрустальных боках и отражаются в глазах его партнёров. – Нас пытались разделить законом, магией и самой историей, – тихо произнёс Снейп. – Но, кажется, у судьбы на наш счёт иные планы. Гарри улыбнулся, чувствуя тепло рук Люциуса и Драко на своей талии и плечах, и поймал взгляд Северуса. – Вместе, как ни крути, – выдохнул он слова, которые теперь стали их общим заклинанием. Люциус кивнул, соглашаясь, и нежно поцеловал Гарри в висок, а затем – Драко в скулу. – Вместе. Идёмте спать. Ночь была слишком длинной. И они разошлись – попарно, как и привыкли за эти годы, меняя спальни и партнёров в зависимости от того, кто сегодня больше нуждался в поддержке, страсти или простом человеческом тепле. Но теперь за каждой закрытой дверью Мэнора царил покой. Настоящая победа наконец-то наступила. -------------------------------------- «Ses amitiés particulières»* – (фр.) его «особые друзья» / «особые привязанности». Классический эвфемизм. Исторически во Франции этот термин использовался именно для обозначения глубоких, часто интимных связей, о которых вслух говорить не принято, но все всё понимают.