Необратимость

В комнате очень тихо. Так тихо, что даже слышно легкий гул лампочек на потолке. Оскар сидел на диване. Его черные шoрты и футболка почти сливались с ним и если бы не его молочная кожа, обрамленная чудесными золотым пушком, можно было бы подумать, что он часть обшивки. Светлые нежные локоны волос так красиво принимали свет от ламп. Казалось он только что сделал укладку. Чашка его свежезаваренного кофе уже была пуста. Пальцы обнимали ее ухватывая остатки тепла бодрящего напитка. Но бодрость не наставала. Он опустил плечи, запрокинул голову назад и тихо выдохнул. Думать не хотелось. Совем ни о чем. Ни о том, что отношения с командой не складывались, ни о том, что его результаты ухудшались с каждой гонкой, ни о том, что даже у него начали закрадываться липкие мерзские сомнения, что с машиной намеренно делают что-то не так. Он тысячи раз проверял настройки, смотрел экраны, записи. Анализировал все снова и снова и не мог находить обьяснений. Он не менял технику, не менял стиль. Он ничего не менял, кроме того, что бесконечно тренировался на симуляторах, запоминал кадый поворот, каждый изгиб трассы. Но очки, победные и такие желанные все ускользали, а титул вновь становился лишь мечтой. Он мало разговаривал с Марком, он только слушал. Марк был очень сдеражан в своих предположениях и никогда не давал ему повода думать, что команда настроена против него. .. До вчерашнего дня, когда после разговора с Заком, он пришел к Оскару и очень коротко сказал: - Я буду вести переговоры с Феррари и Редбул. Оскар ничего не сказал в ответ. Он почувствовал себя маррионеткой, хотя посыл слов Mарка соверешенно этого не подразумевал. Он знал, что Марк хочет только лучшего для него. Но почему Зак этого не хочет? Почему его старания и результаты так стремительно исчезают. Он знал, что это риск уходить из команды, способной построить лучший болид, способной так блестяще вести стратегию и помогать в нужный момент. Но не для него. И он не хотел думать почему. Точнее из-за кого. Дверь в комнату открылась. Ландо вошел внутрь. Он был в фирменной худи, черных шортах таких же как у оскара. Его кепка закрывала непослушные волосы. На ногах были кроссовки и белоснежные носки, доходящие почти до загорелых икр. Волос на этих атлетичных ногах почти не было, и он будто весь был покрыт маслом так сияла его кожа. Ландо сбросил рюкзак, громко звенящий и щедро увешанный подарками от фанатов, рядом с Oскаром. Он даже не посмотрел ни на Ландо, ни на только что приземлившийся рядом с ним предмет. - Доброе утро, - сказал Ландо. - Доброе. - Ты готов сегодня к брифингу? У нас была неделя на это. - Да, я смотрел результаты и читал письмо, которое отправил Андреа. - Ты выглядишь усталым. – Ландо хотел звучать по доброму, заботливо и может даже обеспокоенно. Но у него не выходило. Вчера он начитался постов о том, что ходят слухи, что настройки машины меняют не в пользу Оскара и эта мысль выводила его из себя. Но даже не из-за того, что ему была не безразразлична судьба его напарника. А скорее ему была невыносима мысль, что его первый и возможно последний титул мог быть омрачен подобными слухами. Он не мог допустить даже предположения, что здесь замешаны такие грязные игры. Он не хотел быть частью этого. Оскар ничего не ответил. Ландо направился к кофейной стойке и тишину разбавил шум кофемашины. Как только кофе коснулся его губ, он обернулся и пристально посмотрел на Oскара. Их взгяды не пересеклись. Австралиец все еще крутил пустую чашку и как будто даже не был здесь. - Эй, ты не можешь молчать так, - пытаясь привлечь внимание к себе, сказал Ландо. Его голос все еще звучал слегка взинчено. - Нам нужно готовиться вместе. - Зачем? Конструкторский титул уже выигран. Дальше только индивидуальные цифры в зачете. Оскар все еще не отрывал взгляда от пустой чашки. - Затем, что мы команда и то, как мы с тобой подготовлены влияет на наши результаты. Тем более от того, как мы ведем себя на публике влияет на то, как медиа обыграет это. Нам не нужны репутационные риски. - Нам? – Oскар наконец поднял глаза на сокомандникa. - Или тебе? Не надо прикидываться, что ты выучил это умное выражение самостоятельно, а не как будто тебе его подсказала пиар команда. - Какой же ты все таки эгоист. Думаешь только о себе. От этого зависят спонсоры и наша карьера напрямую. - Моя карьера не зависит сейчас от этого. Она зависит от машины и того, как я ее веду. - Ты же понимаешь, что все взаимосвязано? Без спонсоров хорошую машину не построить. - Ее не построить без инженеров. - В том, как ты сейчас водишь машину мало чего-то инженерного. Оскар смотрел на Ландо. Никаких эмоций. Ничего. Будто белый экран. Он просто молчал. Но внутри, глубоко внутри, он понял насколько сказанные Ландо слова только что рассыпали последнее желание взаимодействовать, говорить, уважать и хоть что то чувствовать к своему коллеге. Звенящая пустота эхом разнеслась в голове. - Ты делаешь ошибки такие же как в прошлом году, – продолжал британец. – Эти последние трассы так и остались для тебя самыми трудными и машина тут не при чем. – Он не был до конца уверен хотел ли он ему это все говорить. Не был уверен, что хотел бы, чтобы Oскар слышал это от него. Но гнев от вчерашнх комментариев, что его напарнику намеренно портят настройки, и что так или иначе его собственные результаты в таком случае являются несправедливыми и нечестными не мог заставить его замолчать. И он не остановился. - Ты не можешь входить в повороты не задев кого-то. Ты ставишь под угрозу других гонщиков. О какой машине здесь речь если ты, держа руль, не в силах сохранить ни скорость, ни баланс ни равновесие? Влетаешь в барьеры как к себе домой уже. Этого нет в настройках. Инженеры не смогут настроить тебе такую технику. Но Оскар молчал. Он смотрел на Ландо и единственной мыслью его было: Я предпочту редбул, а не феррари. Дверь резко открылась и В комнату зашел Андреа: - Идемте. Все готово к брифингу. **** Оскар был у себя в номере. Усталость разбирала тело по кусочкам. Нужно было принять душ. Опять же мысли в голове отсутствовали. Но тяжесть после гонки, после штрафа, после всех этих результатов легла на плечи таким грузом, что сложно было передвигаться. P5... как это могло случиться? Став под горячий поток воды наконец пустота в голове зазвучала мыслями: неужели это я ? Неужели то, как дергался руль, как инженеры отвечали это все моя вина? Я же видел, что машину ведет в сторону. Но почему ? Почему ? На квалификации ничего этого не было? Оскар зажмурился. Дальше в голове была картинка: он в синей форме быков. Рядом Mакс. Как они будут смотреться рядом? Как будут общаться ? Как будет команда вести себя ? Образ был таким четким. В сердце закралась крошечная надежда. Может это будет к лучшему? Может там будут ценить мои старания и работу? Но быть в тени Макса… Титул снова показался таким недостижимым. Боже. Тяжесть снова рухнула на плечи. Он не был уверен сколько времени простоял под горячей водой. Выключив кран, он взял огромное полотенце и накинул на себя. Оскар не мог двигаться и вытираться. Все Казалось таким трудным. Каждое движение рук давалось так тяжело, будто к ним прицепили гири. Он рухнул в обьятия мягкой хрустящей постели и не шевелился. Когда в дверь постучали, желания открывать не было абсолютно. Он просто лежал плашмя на кровати, пока шустрые капли сбегали с его волос и оставляли следы на простынях. Ощущение мокрой ткани хоть немножко освежало. Он не ждал никого и видеть никого не хотел. И он просто лежал дальше, когда услышал как после еще одной череды легких ударов дверь открылась. Оскару стоило невероятных усилий поднять голову и рукой накинуть край полотенца на тело, чтобы прикрыться. - Оскар? - Он увидел в проеме дверей как коридорный свет запутался в кудрях ландо. - Да? - Ты один? Можно я войду? - Ты уже вошел. – Оскар снова положил голову на кровать. Он не почувствовал неловкости от присутствия Ландо. Он не чувствовал ничего, кроме безнадежности. - Я знал, что ты тут - сказал британец. - Ну это логично. А ты почему тут - это вот как раз не логично. - Вечеринка будет завтра вечером, когда мы прилетим в Монако. Сегодня мы только выпили шампанское в кругу команды. - Ясно. Ландо молчал. Он не знал что сказать. И не совсем был уверен зачем вообще пришел. Он так почувствовал. Он как будто не мог определиться было ли это чувство вины? Или нет. Он не был виноват перед Оскаром и ощущать что то подобное было бы неправильно. Но он точно что то чувствует, возможно даже больше, чем ему хотелось бы это признавать. И возможно он пришел к Оскару, чтобы наконец узнать ответ. Он присел рядом на кровати. Голова Оскара была повернута к нему, но глаза были такие пустые. он абсолютно потерялся в непонимании. - ты в порядке? - Да, все хорошо. Решил отдохнуть, вылет завтра. Не смог улететь сегодня к сожалению. - Опять пустота. Оскар тоже не понимал зачем ландо здесь. Но не был уверен хотел ли знать. Их разговоры больше не были чем то, что его беспокоило. Особенно после взятия кубка конструкторов и слов Марка, что он будет вести переговоры с другими командами. Оскар вдруг понял. Он смирился, что его будущее уже как будто предрешено и известно, а Макларен в нем нет и Ландо тоже. - Ты что то хотел? – Спросил Оскар, чувствуя как тяжесть на плечах, после принятия собственной мысли, начала отступать . - Я хотел сказать, что знаю, что ходят слухи, что команда подсиживает тебя. И что настройки меняются не в твою пользу. Я хотел сказать, что я уверен - это ложь и ни Андреа ни Зак в этом не замешаны и не могли бы так поступить. - Хорошо. Спасибо, что сказал. – Оскар отвернул голову в сторону. - я не хочу, чтобы ты так думал. Потому что это нечестно. Ни по отношению к команде, ни по отношению ко мне. Я заслужил свои победы. - Извини, ты пришел поговорить о себе ? Я тебя ни в чем не обвиняю. Никогда этого не говорил. - Мне кажется ты так думаешь. - Какая разница? У тебя же все хорошо. - Значит ты об этом думаешь? - Ландо, я не думаю ни о чем, кроме того, что мне делать дальше. Ты можешь наслаждаться победами и не стоило приходить сюда, чтобы убеждать меня в том, что ты их заслуживаешь. - Я хотел сохранить дух соперничества. Честного и справедливого. - Все так и есть. Мы ничего друг другу не должны. Я кажется уже об этом говорил. - Я хочу взять титул без этих сплетен. - Хорошо, бери. Поговори с отделом пиара, они занимаются вопросами о сплетнях. Я их не начинал и не подливаю масла в огонь. - Ты говоришь как проигравший. - Я уже проигравший. Сегодня так точно. Но я не давал повода думать о том, что не считаю, что твоя победа заслужена. - Оскар, мне важно как будет проходить конец сезона. Важно, чтобы ты вел борьбу до конца. - У нас еще есть 19 пилотов. Ты со всеми пошел бы так разговаривать? Или я особенный? Никто не собирается уступать и мириться. Все будут бороться до конца. - И ты ? - И я. Как ты вообще мог подумать, что я опустил руки и больше не буду стараться? ты ради этого пришел? Чтобы убедиться, что победа досталась тебе не с барского плеча? - Как ты смеешь? Я хочу поддержать команду и волю к победе, продолжать здоровую конкуренцию. - Пожалуйста, поддерживай и продолжай… в гонках. - Ты такой безразличный, ты выглядишь и делаешь все так как будто тебе уже все равно. Я этого не хочу. - Какая разница чего хочешь ты? - Да потому что мне надоело, что на всех конференциях, интревью и наших встречах ты ничего не делаешь. Ничего не говоришь, только слушаешь. Я хочу знать что ты думаешь и что ты для себя решил. От тебя тоже зависит как я буду стоять на подиуме и я не хочу, чтобы люди мне говорили, что команда подвела тебя и победу мне на самом деле подарили. - Это не касается тебя, что я думаю и что я решил. Я продолжаю вести себя профессионально. И мне кажется этот разговор себя исчерпал. Я уже тебе сказал, идти в отдел пиара и пусть они разбираются с хейтерами и нападками на тебя. Оскар приподнял голову и посмотрел в сторону ландо. Его глаза были полны гнева. Он видел как тот тяжело дышал. - ты безразличный кусок говна. Я пришел к тебе как напарник. Пришел с просьбой, о которой бы никогда не попросил, если бы от тебя ничего не зависело. Но ты ничего не понимаешь и не чувствуешь. Тебе все равно и всегда было. Вот оно…. Вот эти триггерные слова. Вот тот рычаг, что наконец сорвался. Оскар подался в сторону ландо и подмял его под себя так быстро, что тот едва проглотил вздох. Оскара не смутила ни своя ногота, Ни глаза Ландо, полные ужаса, Ни его попытка удержать Оскара двумя руками, упершимися в обнаженную грудь. Ландо смотрел на Оскара и не мог дышать. Напоминало какой то сюр. Он ощущал его тяжесть, и как грубая рука больно давила на кадык и воздух заканчивался. - что ты делаешь? – выдавил наконец из оставшихся сил британец. - Ты думаешь я ничего не чувствую? Я все время, с тех пор как я в команде, держусь от тебя и твоих выходок подальше. Я никогда не комментирую их, никогда не очерняю или рассуждаю об этом. Я стараюсь как могу избегать тебя и твоих социальных скандалов. Это стоит невероятных усилий с учетом того, как регулярно ты это делаешь. Как часто вместо того, что бы на собраниях команды мы разбирали важную информацию об обновлениях, погоде, регламенте и новых правилах, мы жуем твой очередной проеб. И видит бог я пытался туда не ходить, пытался быть не в курсе, хотел все это пропускать, но Медиа команда вынудила меня, так как я могу попасть под обстрел вопросов репортеров и обязан знать, что отвечать. Все это вместо тренировок, вместо того, чтобы заниматься чем то полезным. Я стал частью твоего грязного белья. Невольно, хотя никогда этого не хотел. Ты говоришь, что не хочешь быть причастен к сплетням об измениях настроек и того, что команда против меня, а ты любимчик, золотой ребенок Зака? Тебя хватило на месяц от силы с момента моих первых неудач. Я с этим живу три года и ни разу тебе ничего не сказал, ни разу не был застан в расплох журналистами и не оклеветал твое имя. И вот теперь, когда дело касается меня, ты пришел просить, чтобы я был участливым и обвинил, что мне безразлично? Если бы я не был человеком принципов и морали, таких качеств, которые тебе не знакомы, судя по всему, мне было бы безразлично, да! Так что не говори мне про командный дух, мерзавец. Не говори мне, что я должен и что нет. Ты понятия не имеешь через, что мне пришлось пройти из-за тебя. Оскар выдохул сам и наконец убрал руку с горла ландо. Норрис глубоко вздохнул. Он смотрел на оскара снизу вверх. Взгляд не мог сфокусироваться несколько секунд. А затем он будто прозрел. Он увидел абсолютно голого оскара, сидящего на нем сверху. И он видел его до этого, но будто не видел никогда. Будто Совершенно новый человек перед ним. Он скользил глазами по груди, рукам, полотенцу, что полностью соскользнуло с его тела, по напряженному животу и то как двигались его мышцы от каждого вздоха... и боже ты мой взгляд упал ниже пупка... полоска нежных золотых волос быстро стремилась к аккуратно подстриженному лобку. И Он не мог остановиться. Он смотрел ниже и видел такой красивый член оскара. Обрамленный толстыми венами, с нежной розовой головкой... Он словно был в музеее и рассматривал статую греческого божества. Член был чуть напряжен, но возбуждение судя по всему начало нарастать с момента как Оскар перестал говорить и наблюдал за Ландо. Эти секунды показались невозможно долгими. Мысли в голове проносились с такой скоростью, что ему было трудно уследить, что именно на этот момент его беспокоит больше всего: обнаженный напарник, пробуждавший неслыханное напряжение, тяжесть конфликта и резкость слов или исход всех этих событий одновременно. - Что ты делаешь, придурок? – выпалил Ландо, – ты собирался меня задушить? Его руки все еще упирались в Пиастри и он начал ерзать под его весом желая наконец освободиться. - Ты лицемер, все время притворяешься, натягивая свою ледяную маску. Но На самом деле ты завидуешь, ты завидуешь мне, моему таланту и успеху. И вот он еще один рычаг сорвался. Ландо бил точно в цель. В этот самый момент оскаром завладело желание подчинить наказать и уничтожить любыми способами эти самодовольсво и бесконечный эгоцентризм. Последние крупицы самообладания полностью растворились под весом гнева и такого отчаянного стремления показать, что на самом деле чувствует Оскар. Ему удавалось достаточно долго сберегать свои чувства. Достаточно долго скрывать, что происходило внутри. Какие ураганы бушевали в его мыслях и сердце. Он понял, что влюбился сразу как только увидел Ландо. Не требовалось никаких действий, никаких дополнительных слов. Он пришел к этому осознанию мгновенно. Он слишком хорошо себя знал; знал, что может терять голову за секунды. Именно поэтому годами он вырабатывал это механическое лицо, без единого намека на чувства. Именно поэтому он контролировал себя, тренировал себя, обучался сдерживаться. И ему сыграло это на руку. Он даже не догадывался как прекрасно это повлияет на его имидж. New Ice man прозвали его фанаты. Но то, какие пожары он тушил в своем сердце долгие годы, все то время пока он наблюдал как Ландо оказывался в пучине нового романа, знал только Oскар и ни одна живая душа на свете. Он сбился со счета сколько было пиар романов, а сколько интрижек, сколько было девушек и парней. И каждый раз, каждый новый инцидент заканчивался этим дурацким митингом в компании довольного жизнью Ландо. Он жил на полную катушку и ничего не подозревал. И Oскар не хотел, чтобы подозревал. До самых последних мгновений в этой комнате, он думал, что смог. смог победить и преодолеть главную битву в своем сердце. Смог сначала трансформировать ее в уродливую бесполезную ревность, затем в бессильный гнев, а затем в иссякающий ручей надежды, что когда нибудь он перестанет ощущать любовь. Что когда нибудь это чувство прекратится. Как же сильно он ошибался. Годы, месяцы, дни контроля стерлись, превратились в пыль, когда он осознал, что хочет овладеть, доказать и подчинить Ландо себе. Он не осозновал, что делает и каким способом, он совершенно сорвался и поддался импульсу. Он хотел, жаждал и требовал вобрать в себя это тело, Его душу и кажется ни на секунду даже не представлял чем это может обернуться и какие могут последствия у этого решения. Он не осознавал что будет брать силой, что может напугать, что это может быть последним решением в его карьере. Что это может быть необратимой ошибкой. Абсолютное вожделение охватило его и сорвало все цепи, что сковывали его так долго. Необратимость его решения, необратимость всех его действий сейчас не имели никакого смысла и веса под тяжестью его одержимости. - хочешь знать правду? Хочешь знать, что я на самом деле думаю? Что на самом деле чувствую? Я тебе покажу, - и он резко переворачивает ландо под собой на живот. - Пиастри, что на тебя нашло? Отпусти меня ! Но оскар вмял лицо напарника в подушки, заглушая его крики и свободной рукой стянул с него шорты и белье. Ландо, оцепенев от ужаса, перестал двигаться и замолчал. Никогда в жизни ему не было так страшно. Оскар осмотрел на оголенное тело. Такие красивые загорелые булочки, такая нежная кожа. Он провел по ним рукой. - Вот так, Ландо. Будь хорошим мальчиком. Ты такой молодец, сразу замолчал. Я только этого и хочу. А сейчас ты увидишь на что я способен. Он поднес блуждающую по ягодицам руку ко рту и смачно плюнул на нее. Ландо вздрогнул. - Оскар, прошу тебя опомнись. Я не… я не хочу. - Тсссссс, милый. Я обещаю ты не забудешь никогда, что я чувствую. – Шептал оскар прямо ландо на ухо. Он видел, что из глаз ландо текут слезы. Как же ему нравится это видеть. Просто невероятное всепоглащающее ощущение власти над беспомощным британцем. Он не отдавал себе отчет, не руководствовался здравым смыслом. Абсолютно голое животное желание застлило все возможные рациональные мысли. И оскар медленно продвинул скользские от слюны пальцы между его ягодиц. Он почувствовал резкое сопротивление. Ландо не сдавался. Он не мог вообразить, что Оскар способен на такое. Он не мог ничего сделать. Он никогда в жизни не задумывался, что с ним может произойти подобное, что кто-то так нагло и безжалостно ворвется в его личное пространство, что кто-то может силой подавить его, прибрать к себе. Что кто-то, кого он знал так давно может быть таким зверем. Ландо был с мужчинами и до этого, он знал, что оскар знает об этом. Но никогда в его голову не прокрадывались мысли, что руки, что так бесстыдно бродили по его телу сейчас могут быть ему так знакомы и так незнакомы одновременно. Он любил, когда его трахают, любил, когда его ведут. Но все это было похотью. Все его партнеры лишь жаждали тела, утоления своих пошлых влажных мечт. Он был не против, он любил секс. Но никто никогда не вызывал в нем столько противоречивых эмоций: ужас с какой скоростью их конфликт перерос в этот низменный акт подчинения, желание быть подчиненным и даже тихая немыслимая лесть от того, кто его в данный момент хотел. Никто никогда не оголял перед Ландо свое нутро так откровенно жестоко, никто никогда не показывал, что хочет не просто секса, а хочет полного доминирования, поглощения его без остатка, не принимая во внимание, что хочет он сам. Никто не позволял себе такого даже в самом пьяном и одурманенном угаре, когда чувства подкреплены алкоголем или еще чем то хуже. Здесь и сейчас ничего этого не было. Оскар был ведом только своими чувствами, если все то, что происходило все еще попадало под описание чувств. Он хотел сопротивляться этому, хотел, чтобы Оскар знал, что он не получит его так просто. Не сможет взять его так свободно. Желание проскользнуло в ландо еще тогда, когда его взгляд опустился на такой соблазнительный член Оскара, но оно было таким мимолетным и безумным, что не сохранилось бы в памяти, если бы не все то, что Оскар сделал после. Если бы не факт того, что когда то давно он и сам прогонял от себя эти мысли. Мысли о том, что они с Оскаром были чем то большим или могли быть чем больше. И он держался, держался как мог, что бы не поддаться на эти настырные движения рукой, поскольку сам не понимал что его ждёт, когда все закончится. - нет, нет, нет. Так не пойдет. Ты впустишь меня. Я заставлю. И оскар надавил сильнее. Он протиснул пальцы дальше и нащупал кольцо мышц невероятно напряженных. И начал очень медленно массировать круговыми движениями. Он чувствовал как там горячо и невольно подумал, что внутри наверняка пожар. - Ну же, ландо. Отпусти себя, поддайся мне. – Оскар смотрел на застывшее в подушках лицо ландо. Оно было неподвижным. Но он знал, чувствовал, что за этой окаменением пылает огонь, что теперь, когда маски сорваны они наедине со своими чувствами. Оскар продолжал свои движения пальцами. Он чувствовал как вокруг становилось влажно. Он видел как на лице ландо появилась испарина. - вот так, мой мальчик. Тебе будет очень хорошо со мной. – Он уже и сам не понимал откуда у него такие мысли. Неужели он на такое способен. Оскар не мог бы ответить сейчас сам себе. Он был всецело поглощен тем, что массировал дырочку Ландо и возбудился так, что казалось мог кончить просто если будет продолжать весь этот процесс стимуляции. И тут он ощутил, как кольцо начало сдаваться. Возможно от бессилия. Возможно от удовольствия. Ему хочется думать, что втрое. Что Ландо Хочет его. Он наклонился ближе и начал целовать и облизывать шею напарника, проходя языком от уха, задевая и посасывая мочку и влажно спускаясь ниже. Он не оставлял засосы. Но касался губами и языком так медленно и нежно, что почувствлвал как Ландо начинает таять. Он услышал тихий едва заметный стон. - Тебе нарвится, мой мальчик? Нравится чувствовать меня? Я сделаю для тебя больше, мой нежный. Какая же у тебя великолепная кожа. – Оскар надаваил неустанными пальцами на кольцо мышц чуть сильнее. Затем оторвавши поцелуи от шеи, он вынул пальцы из мягких загорелых ягодиц. Он прильнул к ним губами и с удовольствием захватил их в рот. Долго облизывал, приговаривая: - какой ты сладкий. Как мне нравится твой терпкий вкус, какой же ты приятный и сочный. Я хочу попробывать тебя языком. Глаза ландо расширились еще больше. Большая капля пота скользнула со лба. Оскар отстранился и опустился ниже, чтоб быть ближе к заветному месту. Он почувствовал как Ландо больше не дергается и не пытается выскользнуть. Он выжидал и лишь по движению грудной клетки можно было заметить, что он все еще дышит. Оскар забрался сверху, удобно усевшись между его ног. Шорты и белье Ландо все еще были спущены ниже колен и это выгодно ограничевало его движения и несомненно помогало сделать его еще более поддатливым. Оскар взял разгоряченные половинки обеими руками и почувствовал как Ландо глубоко вдохнул. - не бойся, мой сладкий, я буду нежен с тобой, позволь мне насладиться твоим вкусом. И он нежно и широко раздвинул мягкие ягодицы в стороны и легко проскользнул влажным горячим языком к отверстию. Ландо вздрогнул. Как это все контрастирует с тем как они начинали разговор. Как это вообще все возможно??. Как это может быть Оскар. Этого не существует, это не на самом деле. Это просиходит не с ним. Страх ландо все еще сковывал, но это уже был больше страх последствий, чем страх перед самим Оскаром. Он начинал бояться того как сильно ему нравится то запретное, аморальное и такое недопустимое, что с ним сейчас происходит. Эти медленные вязкие движения языком от Оскара. То как он водил им кругами, эти звуки, которые он издавал, будто это самое лакомое что он когда либо пробовал на вкус. Невозможно было не поддаться и Оскар почувствовал как безвольно Ландо подтягивает свое тело ему навстречу. Он продолжал жадно облизывать и рисовать кольца языком. Он услышал как Ландо начинает постанывать, как его тело начинает расслябляться мышца за мышцей, поддаваясь его ласкам. Все те мысли, что сковывали Ландо, что давали хоть как то мало мальски сопротивляться начинали отступать. - Ммммм, какой ты горячий, Ландо, как мне нравится тебя чувствовать. – Продолжал говорить австралиец. В этот самый момент он поддавался инстинктам и лишь догадывался как и что делать правильно. Ни одной мысли не крутилось у него в голове, кроме того, как он будет дальше вылизывать своего напарника. Он плавно массировал его в такт своим движениям. А затем легонько опустился языком к мошонке и провел по ней языком. Захватив чуть больше чувствительной кожи губами, он услышал снова протяжный стон. - вот так, малыш, тебе нравится? Нравится как я делаю тебе приятно? – И снова прильнул языком к мошонке и дальше выше, обратно к кольцу мышц, которые были уже достаточно расслаблены. Ландо чувствовал как тело затекает, ему хотелось пошевелиться и ощутить хоть чуть-чуть трения потому что его член был так напряжен, что казалось еще немного и его настигнет оргазм. Он концентрировался на движениях Оскара так сильно, что больше не мог сдерживаться и тело покорилось под бесконечным напором ласк и начало отдаваться ощущениям. - как же мне хорошо. Ты чувствуешь как мне нравится вылизывать тебя, мой сладкий Ландо? – Оскар протолкнул язык чуть сильнее, обводил и смаковал каждую складочку кожи. Влага заполонила все вокруг и Оскар хотел ей напиться. Он не хотел останавливаться, так сильно ему нравилось видеть эти нежные ягодицы, родинки на них, как сильно ему пришлось по вкусу это заветное место. Он будто впал в транс и продвигал язык глубже, чтобы снова и снова слышать стоны Ландо. Он замер лишь для того чтобы наконец сказать: - Сейчас я войду в тебя своими пальцами, я хочу растянуть твою дырочку и смотреть как ты истекаешь желанием, чтобы ее наполнили. Ландо пошевелился и подмял подушку под себя, крепко сжимая ее, чтобы чуть чуть отвлечься. Он не представлял, он не подозревал, что с губ Оскара может срываться что-то подобное. Оскар облизал один палец и приставил к влажной вылизанной дочиста дырочке. - Ты готов, мой нежный ? Ландо только тихо простонал, почти незаметно кивнул и оскар медленно ввел один палец. - Боже как же горячо у тебя внутри. – И оскар прильнул губами к ягодицам, покрывая их поцелуями, продвигая палец все глубже. Он чувствовал как напряжение спадает, еще немного и ландо начнет двигаться в такт его движениям. - еще, Ландо. Давай попробудем еще один? – И Оскар медленно ввел второй палец, – Вот так, мой сладкий. Вот так хорошо и медленно я буду растягивать тебя. – Он даже удивился как легко он проскользнул внутрь. Он не ожидал, что у него получится так просто. Движения стали слегка быстрее и вот в очередной раз сделав плавный толчок, Оскар почувствовал простату и то как Ландо застонал не дало усомниться в обратном. - Какие сладкие у тебя стоны, пожалуйста я хочу слышать их бесконечно, как мне нравится, что тебе хорошо. – Оскар продолжал двигать пальцами и свободной рукой протиснулся к члену ландо. И какой же пронзительный стон раздался в комнате. - Оскар, пожалуйста... ах.... оск.... оск… еще... - Тише, мой сладкий, мы не закончили. – И нежно поцеловал Ландо в поясницу. Чувство, что его власть, его напор и одержимость наконец были одобрены ответным желанием было оглушительным. Он почувствовал какой член Ландо твердый, как обильно покрыт смазкой, как он дергается от прикосновений. Оскар подумал, что надо бы полностью раздеть его, так как британец продолжал лежать на кровати в футболке и полустянутых шортах, тогда как сам оскар был полностью обнажен. По правде говоря он сам не ожидал, что зайдет так далеко и ему настолько понравится растягивать удовольствие. Как сильно его увлечет эта сладкая пытка Ландо. Как ему захочется видеть это поддатливое тело абсолютно нагим и чувствительным, доверчиво оддавшимся в его руки. Оскар протолкнул пальцы глубже, вышел и уже вошел тремя. Ландо выгнулся, он ощущал пальцы внутри и как они задевают простату, как смыкается кольцом другая рука на члене и как Оскар не шевелит ей, а просто держит крепче, не давая кончить, лишь нежно касаясь головки большим пальцем и доводя до полного изнемождения. Он потерял счет времени сколько продолжались эти пытки... или ласки он уже не знал и не помнил и только туман наслаждения продолжал заполнять его разум. Оскар завладел им полностью. Как он мог так быстро сдаться. Как ? и как чертовски ему сейчас хорошо. Так хорошо, что он боится, признаться, что так хорошо ему не было никогда. Оскар почувствовал, что растяжение уже достаточное. - ландо милый, сейчас я вытащу пальцы. Ты уже готов. - Нет, оскар, пожалуйста. Я не готов, я боюсь, мне страшно. – выпалил ландо. Черт, он совсем себя не котролирует и не понимает, что говорит. Оскар не останавливал движения, все так же придерживая член ландо другой рукой. - мой мальчик, не бойся. Я с тобой, я позабочусь о тебе и сделаю тебе приятно. Ландо крепко схватил простыни. Они они были слегка влажные и он даже не понимал что это было: его пот или слезы или слюни, которые он пускал когда оцепенел от страха, крепко сжав челюсти или все еще влажность, сохраненная от мокрых волос Оскара. австралиец нежно вышел и ландо застонал. Внутри ощущалась такая пустота. Удивительно как оскар овладел его ощущениями, его телом и полностью захватил контроль. Оскар поднялся, снянул шорты и белье Ландо, бросив их на пол. Он присел на кровать рядом: - Ландо, милый, я хочу раздеть тебя, Я хочу увидеть тебя полностью голым и беззащитным. Ландо с трудом приподнялся на локти будто становился в планку и оскар быстро стянул его футболку через голову и Норрис обессиленно рухнул обратно. Оскар наслаждался таким прекрасным видом, его чудесной карамельной кожей, капелькам пота собиравшимся в крупные жемчужины, которые быстро стекали со спины. - Боже какой ты красивый, я не могу налюбоваться тобой, – протянул Пиастри. Он прикоснулся к подбородку ландо и помог ему перевернуться на спину. Такой беззащитный. Такой поддатливый. Оскар не удержался и прильнул к губам ландо. Он проникал языком в рот ландо медленно и терпеливо, вбирая каждый вздох. Он продолжал нежно ласкать его член, не меняя темп и сохраняя твердость. И ландо отвечал на поцелуй, позволял Оскару углублять его. Австралиец не мог удержаться, губы его напарника были такими мягкими, их хотелось съесть как конфеты, кусать и облизывать как неподатливые леденцы. Оскар начал опускаться ниже, продолжая осыпать Ландо поцелуями, наслаждаясь его стонами, тихими и такими сладкими. Он припадал к шее, дальше снижался языком к ключице, ниже к груди, где нарвался на нежный сосок и обрамил его своими губами мягко прикусывая, потянулся ко второму, зализывая его словно мороженное. Прошелся влажной дорожкой поцелуев по напряженному торсу и добравшись до пупка наконец увидел тонкую линию волос спускавшуюся к изнывающему члену. Он целовал его везде, каждый угол и изгиб тела, продолжал держать в руках ствол, истекающий предэякулянтом так сильно, что не требовалось никакой смазки. Ландо был обессилен и он даже не мог поднять руки, чтобы пальцами зарыться в такие мягкие волосы оскара. Пиастри не мог налюбоваться и насытиться Ландо и его невероятным телом. Не мог не заметить какой красивый член у него, как стекают мутные капельки желания на ладонь из аккуратной напряженной головки, как он размазывает их по красивому стволу с крупными венами. Оскар не мог удержаться, он склонился над членом и нежно облизал соки напарника и кажется увидел звезды, так сильно ему понравился вкус. Ландо почувствовал его горячий язык и обжигающее дыхание и смог лишь сказать, подаваясь бедрами навстречу новым ласкам: - оскар, я больше не могу. Пожалуйста. - нет, милый еще чуть чуть побудь таким откровенным для меня, таким хорошим. Я только пробую тебя на вкус. И снова опустил свои губы захватывая его полностью. Он почувствовал как член Ландо дергается от его языка и понял, что долго пытать его больше не получится. Он действительно уже на грани, впрочем как и сам оскар, член которого истекал и стоял колом уже достаточно долго. Оскар продолжать глубже обхватывать Ландо, почти доставая до основания, игрался и обводил языком головку и слегка обхватил его рукой, куда не мог дотянуться губами. комнату заполонил громкий стон. - оскар, боже... как же хорошо. – Ландо прикусывал губы и все больше подавался вперед желая, чтобы оскар не прекращал. Оскар охватывал его член, нежно засасывал, создавая горячий вакуум, мычал и спускался ниже. Ласкал его яички и снова заглатывал член полностью. Норрис тяжело дышал. Казалось Он состоял только из ощущений, которые ему дарил оскар. Растворялся в них и таял, таял как снег. Он больше ничего не мог думать, ни о ком ни о чем. Он хотел, чтобы эта ночь была бесконечной. Вдоволь насытившись Оскар отпрянул от члена и, услышав жалостливый стон, сказал: - Мой сладкий мальчик, такой терпеливый, такой поддатливый. Я хочу тебя. Ландо выдохнул и протянул свои руки к нему. Оскар подался вперед устраиваясь между ног ландо и целуя его в шею тихо бормотал: “сейчас мой милый, я войду в тебя”. Ландо широко раздвинул ноги и почувствовал как головка оскара упирается в него. Оскал щедро облизал ладонь, еще ощущая вкус Ландо на ней и провел по своему члену. Резкий толчок и оскар внутри. Ландо вскрикнул и обнял партнера сильнее. - Черт. Ты такой большой, ах... еще оскар, продолжай, пожалуйста, – прошептал он. - Мне так хорошо, Ландо, ты такой тугой, позволь мне войти глубже. Я хочу наполнить тебя. Оскар начал двигаться. Его толчки были размеренными, четкими. Он ощущал как тело ландо поддается ему, как окутывает Оскара, давая возможность продвигаться глубже. и о боже ты мой как же было хорошо, как это было ни на что не похоже. Ландо обхватил его ногами, и прижимался сильнее, блуждал руками по спине Оскара и больше не сдерживал стоны. - Да... Да... оск..... еще, ты так глубоко..... – Он потерялся, заблудился в гранях этого удовольствия... Движения стали быстрее и чуть жестче. Оскар входил до упора и попадал в простату. Он выцеловывал шею ландо, проходился губам по линии подбородка и снова и снова шептал: как же хорошо, мой мальчик. Мой хороший мальчик, ты так старался для меня. Еще чуть чуть. - Оскар... черт.... пожалуйста, у меня больше нет сил терпеть. Дотронься до меня. И Оскар послушно скользнул рукой к члену ландо, обхватил его крепко у основания и начал движения в такт. Он сочился смазкой, был таким скользкм и горячим, Таким порывистым и трепетным от каждого нового толчка. Оскар ускорялся, держал ритм и было слышно как Ландо задыхается. - оскар, я сейчас…. Пожалуйста не останавливайся, пожалуйста еще. Да.... Да... Оскар, еще.... Пиастри продолжал пробиваться внутрь не сбавляя оборты и сильнее надавливал на простату. Движения стали ожесточеннее, нетерпимые. Ощущения заострялись, он стал двигаться быстрее, мощнее. Он чувствовал как Ландо вздрагивает как дергается его член, слышал как стоны становятся громче, и оскар проглатывал каждые его вздох с жадностью. Разрядка приближалась такими неумолимыми темпами и Оскар произнес: - малыш, мой сладкий. Кончай, теперь можно. – Оскар нежно обхватил его член, стараясь накрыть его пальцами полность, сделал два точных рывка рукой и почувствовал как тело ландо нятнулось как струна. Он изливался горячей спермой в руку оскара. И почти беззвучно выдыхал его имя: оск.. оск... боже... оск... австралиец сам больше не мог, он подался вперед и почувствовал как волна оргазма накрывает его. Он сделал еще несколько резких и глубоких толчков и излился внутрь Ландо с тихим стоном: ландо... мой ландо. Совершенно обессиленный он просто не мог держаться и рухнул на британца, накрывая его своим телом. Ландо обхватил его руками и продолжал тяжело дышать. ритм их сердец кажется даже начал совпадать и грудные клетки двигались в унисон. Они не могли говорить. Они просто дышали. Дышали друг другом. Оскар пошевелился первым и медленно вышел. Он почувствавал как британец все еще тянется к нему: - пожалуйста, не уходи, обними меня. Полежи еще со мной. – Прошептал ландо пересохшими губами. - тише… я здесь, я не ухожу, – оскар поцеловал его в шею и так и остался в этом положении, продолжая чередовать свое дыхание с поцелуями. Когда наконец их дыхание выровнялось, Ландо произнес: - Что ты наделал? – Оскар вздрогнул от этих слов, они были через чур отрезвляющими, резкими, - я не уверен как смогу жить теперь после сегодняшней ночи. И не уверен, что хочу жить как прежде. Как давно, оскар? – Продолжил Ландо. Оскар посмотрел прямо ему в глаза: - Сразу же, как только увидел тебя. Получается больше трех лет. – Он отпрянул от Ландо и приподнялся, начал говорить куда-то в сторону. Необратимость последствий накрывала с головой, - Я не хотел, чтобы… чтобы ты знал… или узнал таким образом. Я скрывал, никому не говорил. – Он помолчал еще некоторое время. – Я Хочу извиниться, что сделал это вот так. – боже как же тяжело теперь было осознавать, что произошло. Мозг начал смутно рисовать как ему придется разбираться с тем, что он натворил. – Я признаю, что я потерял связь с реальностью. Я напугал тебя. - Мягко сказано. Ты знал, что ты на такое способен? Потому что я – нет. И что-то мне подсказывает, ты тоже не знал. - Я... Поначалу я представлял нас, представлял тебя и мечтал. Но я не смог больше этого делать, было слишком тяжело. Я запретил себе думать об этом, думать о тебе. После Каждого официального разбора твоих гулянок моя голова гудела так сильно, я впитывал каждое слово и мне было так невыносимо больно. Я пытался себя защитить, пытался забыть и я думал, что у меня получилось. Я хотел быть осторожным, внимательным и нежным с тобой, я себе так все и напридумывал в своем воображении. Но сегодня, я сорвался, прости меня. - Это все еще не оправдывает того, что сейчас произошло. Ты отдаешь себе отчет, что я мог отреагировать иначе? Что бы было ? - Честно ? Нет, я совершенно не думал об этом. – тяжело выдохнул Оскар. – я полностью поддался искушению. Видимо сказались годами копившиеся чувства. И то, что ты сказал, что я безучастливый и безразличный. Я потерял контроль, потому что эти обвинения были вопиюще несправедливыми. Это был спусковой крючок. - выходит ты не такой прогматичный как всем кажется. А я еще думал, что это я слишком импульсивный. – Ландо улыбнулся и поцеловал оскара в плечо. – Иди ко мне, – и притянул оскара к себе. – Теперь пиар команде придется разбираться с нами обоими. Оскар подался вперед и снова упал в обьятия Ландо. Невероятно как ему удалось обуздать всю бурю эмоций так быстро. Он был уверен, что сейчас Ладно накинется на него с кулаками. - А ты? Не хочешь мне сказать, что ты чувствуешь? – спросил оскар. – Я ведь признался тебе в своих чувтвах. - Почти изнасиловав меня? Очень романтично, – сьехидничал Ландо. - Ландо. Я же серьезно. Я боюсь. - и Оскар поймал себя на совершенно дурацкой и неуместной в этой ситуации мысли, что он смущен. - Чего? Ландо вскинул брови. – ты не выглядел напугано, когда трахал меня несколькими минутами рянее. - Пожалуйста, я ведь не об этом. Я боюсь, что я для тебя стану очередной проходной интрижкой, выпуском пара… немного…. - Оскар запнулся, подбирая слово, - интенсивным, но я хочу знать, что ты чувствуешь. – Господи оскар сам испугался своих слов. Он произнес их вслух? Он действительно сейчас силой взял своего самого желанного человека на свете без тени малейшего сомнения. А теперь дрожит как осиновый лист от страха, что все это на одну ночь или даже хуже, и перспектива сбежать в Редбул заиграла новыми красками. Ландо посмотрел на Оскара: - ты всегда мне нравился, я наблюдал за тобой. Но я думал ты натурал и не хотел тебя смущать. А В какой-то момент для меня это все зашло слишком далеко. - В какой? – перебил оскар. Он хотел знать когда он упустил этот момент, почему не заметил. - в Абу Даби, в прошлом году. Я понял, что каждый свой подиум хотел бы делить с тобой как Карлос и Шарль. - Они вместе?? – оскар опешил. - Нет, нет. Я не это имею ввиду. Мне нравилось как они были близки, как чувствуют друг друга. Как падают счастливые друг другу в обьятия. И я хотел так же. Но больше. Я понял, что простого твоего рукопожатия мне мало. - Это тогда появилась Магуй во время зимнего перерыва? - Да. она смешная и красивая, запала на меня. Я подумал: почему бы и нет? Поможет мне отвлечься от мыслей… от ощущений, которые я не мог объяснить когда вижу тебя. Оскар почувствовал ревность. Очень мерзское чувство, кольнувшее занозой в самое сердце. Видимо это отобразилось на его лице. - Боже мой, я впервые вижу столько эмоций у тебя! всего за пару часов я увидел больше чем за три года. Хочется складывать это в копилочку. – Нежно сказал Ландо. – Ты тоже красивый, Оск. Не ревнуй, пожалуйста. Все закончилось не успев даже начаться. Я исправлял ситуацию по другому. - Я постараюсь, но ничего не обещаю. – нахмурился Оскар. - так вот – продолжил Ландо, – я хотел забыться, так появилась череда людей в моей жизни, имен большинства которых я даже не вспомню. Но Ты крайне способствовал этому в этом году, я не буду скрывать. Ты был таким холодным. Именно поэтому я решил, что должен прийти к тебе и поговорить. Мне казалось тебе абсолютно все безразлично. Безразличен я. Я боялся, что из-за этого... – он запнулся. – ну дальше ты уже знаешь. Повторять и проверять твои нервы на прочность второй раз я не намерен. – он усмехнулся. – по крайней мере сегодня. - Идиот. – Улыбнулся оскар, – Обещаю я больше так не буду. – И поцеловал Ландо в лоб. - Будешь, потому что мне понравилось. Ландо потянулся за поцелуем к мягким губам оскара, а после уютно устроился у него на груди. Вкоре в тишине стало заметно его размеренное дыхание. Он проваливался в сладкий изнеможденный сон. Оскар понял, что засыпать они будут вместе. И хотелось теперь, чтобы так было всегда, каждую ночь. Он придвинулся чуть выше и набросил на них одеяло. Ландо сонно пошевелился, закидывая ногу на Оскара, кутаясь в одеяло и теплые руки австралийца. Оскар нежно поглаживал его по волосам и целовал кучерявую макушку: - Теперь ты и я – это мы. Ничего не будет как прежде. Но мы справимся. – Он почувствовал улыбку ландо и его легкий поцелуй у себя на груди. – Доброй ночи, спи сладко. Теперь он знал, что может уверенно сказать Марку, что он останется в макларен. Его решение о возможности покинуть команду папай, с которым он начал мириться буквально пару часов назад, больше не было важным, не имело никакого смысла. Его решение, что в его будущем нет Ландо только что рассеялось. Он не хочет уходить никуда. Здесь его дом. Ландо его дом. Теперь все будет иначе.