Часть 3
24 февраля 2026 г., 14:35
Точка зрения Каваки
Я не люблю оставаться с людьми наедине.
Не потому что они плохие.
А потому что тишина рядом с кем-то всегда заставляет думать больше, чем хочется.
Когда потолок обрушился, я среагировал раньше, чем осознал. Рука сама схватила её — крепко, резко, как будто от этого зависело не только задание.
Чочо.
Её имя всплыло в голове слишком легко.
Мы укрылись за колонной, пыль резала горло, в ушах ещё звенел грохот. Я чувствовал её дыхание — частое, сбивчивое. Она старалась держаться, но страх всё равно выдавал себя.
Я заметил это сразу.
Я вообще слишком много в ней замечаю.
И это злит.
Когда я отпустил её руку, между нами осталась эта странная пустота — будто контакт оборвался, но ощущение осталось. Она смотрела вниз, избегая взгляда, будто боялась сказать что-то лишнее.
И я понял: она боится не завала.
— Ты боишься? — спросил я, сам не зная, зачем.
Глупый вопрос.
Все боятся.
Но когда она сказала, что боится не этого… я замер.
Я хотел услышать правду.
И в то же время — не хотел.
Она промолчала. И это было ожидаемо.
⸻
Я заметил Чочо давно. Раньше, чем она думает.
Не сразу как чувство — нет. Сначала как присутствие. Она всегда была где-то рядом, но не навязывалась. Не пыталась привлечь внимание. Просто… существовала.
Слишком спокойно для этого мира.
Когда я только оказался в Конохе, все смотрели на меня одинаково: с интересом, жалостью или подозрением.
Чочо — нет.
Она смотрела будто издалека. Не в лицо — глубже. И это было неудобно.
Я делал вид, что не замечаю. Потому что если замечу — придётся что-то делать. А я не умею с этим справляться.
⸻
Мы сидели в полумраке, ожидая, пока остальные разберут завал. Я прислонился к холодной стене и прикрыл глаза.
— Ты часто так смотришь, — сказал я вдруг.
Она подняла голову.
— Как?
— Будто хочешь что-то сказать. Но не решаешься.
Я услышал, как она тихо сглотнула.
— А ты часто делаешь вид, что тебе всё равно, — ответила она неожиданно.
Я усмехнулся.
— Потому что так проще.
— Тебе… правда всё равно? — спросила она.
Этот вопрос задел сильнее, чем должен был.
Мне не всё равно.
Мне почти никогда не всё равно.
Просто если показать это — станет опасно.
— Я не привык объяснять себя, — сказал я после паузы.
— Я тоже, — тихо ответила она.
И в этот момент я понял: мы в чём-то похожи. Просто скрываем это по-разному.
⸻
Я знал, кто её родители.
Чоджи Акакимичи — легенда.
Каруи — сильная, резкая, несгибаемая.
Чочо была их сочетанием: мягкость и сила, тепло и упорство. Она могла быть громкой, яркой, но рядом со мной почему-то становилась тише.
И это пугало.
Потому что тишина — это то, где я теряю контроль.
— Почему ты никогда не подходишь? — спросил я, глядя в сторону завала.
Она замерла.
— К кому?
Я повернулся к ней.
— Ко мне.
Молчание затянулось. Я видел, как она сжала пальцы, как напряглись плечи.
— Потому что ты смотришь так, будто не хочешь, чтобы к тебе подходили, — сказала она наконец.
Это было… честно.
— А ты смотришь так, будто хочешь, — ответил я.
Её глаза расширились.
Я не отвёл взгляд.
На этот раз — нет.
— Ты ошибаешься, — прошептала она.
— Возможно, — сказал я. — Но я редко ошибаюсь в людях.
⸻
Где-то снаружи послышались шаги, голоса. Нас искали.
Я поднялся первым и протянул ей руку. Не резко. Спокойно.
Она посмотрела на неё несколько секунд — будто решала что-то важное.
И приняла.
Когда наши пальцы снова соприкоснулись, я понял одну простую вещь:
Я давно её замечал.
Просто боялся признать.
Потому что если позволю ей быть ближе —
придётся впустить её туда, где слишком много тьмы.
А я не уверен, что она должна это видеть.
