Пролог.
22 февраля 2026 г., 23:35
Она стояла в луже крови.
В пустой, холодной квартире пахло кровью и сыростью. Там уже давно никто не убирался, и никто не улыбался. Единственная кто там жил сейчас хотела покончить с собой.
Девушка стояла перед зеркалом в ванной. Лампочка перегорела, и комнату освещал лёгкий лунный свет. Она смотрела на себя. На свои короткие волосы которые так ненавидела, на своё тело что хотелось исправить, на лицо столь не красивое по её мнению. Руки дрожали, запястья были покрыты свежими ранами, а на полу лежал окраввленый нож.
« Зачем я это сделала? »
« Кому есть дело до моих ран? »
« Что делать дальше? »
Она была в смятении.
У неё никого не было.
Девочка изначально родилась без родственников, без близких. Она не была человеком. Лани была создана в пробирке, как гомункул.
Её никогда не любили, никогда не хвалили и не давали ласки. Всё детство проведённое в лаборатории девочка страдала. Страдала от разных опытов, от жестокости и насилия, унижений, боли и страха. Не смотря на то что это было давно, около 10-ти лет назад. Лани помнит всё это. Больно ли ей это вспоминать? Да. Настолько больно что она начала заниматься селхфармом, надеясь заглушить моральную боль - физической.
Лани не знала, что значит ласка.
Ни в жестах, ни в словах, ни в голосе, который звучит мягко, а не как команда.
Она не умела тянуться к руке — её с детства отдёргивали, наказывали, наблюдали.
Она не была рождена. Её создали. В чашке Петри, под ярким светом ламп, где стерильность была важнее тепла.
Долгие годы её звали «Эксперимент 101».
Имя дали только потом, когда поняли — она выжила. Из сотен форм, сгоревших в пробирках, из тел, что не прожили и дня, она оказалась слишком живой.
Это раздражало учёных.
Она помнила камеру, в которой жила.
Белую. Без цвета, без окна, с одной кроватью и зеркальным стеклом.
Там не было игрушек, книг, ничего, что намекает на детство.
А операции… Она перестала считать. Иногда просыпалась с шрамами, не зная, откуда они.
Боль стала её языком. Спутником. Формой общения с телом.
У неё никогда не было кого-то, кто бы сказал:
«Ты — не вещь. Ты — ты.»
