But he’s my man

***

Утром следующего дня, во вторник, Люмин должна была присутствовать на подписании брака и брачного договора, что в таких случаях является необходимой частью. Для этого события она выбрала не традиционное белое платье, как, к примеру, когда люди женятся в ЗАГСе, а чёрный полупрозрачный топ, который просвечивал грудь, но благодаря складкам ткань наслаивалась, закрывая соски. Снизу была короткая серая юбка, а дополняли образ тёмно-серые сапоги-трубы. К такому образу нужна была подходящая причёска — распущенные локоны подходили идеально. Заказав такси к месту встречи, на парковке она увидела знакомую машину. «Даже машину и номера не сменил, пф...» Неожиданно из этой машины вышел её владелец. Люмин надеялась, что он уже давно в здании, так как машина была не заведена. Люмин уже собралась быстрым шагом пройти к стеклянным дверям офисного центра, как вдруг краем глаза заметила знакомый серебристый седан. Тот самый. Она внутренне похолодела. «Только не это». Машина стояла бесшумно, мотор не работал — значит, он уже здесь. Или ещё не ушёл? Дверь автомобиля открылась, и из неё, словно из ниоткуда, появился Аякс. Он вышел не спеша, поправляя манжет рубашки, и поднял взгляд. И в этот самый миг время будто остановилось. Тарталья замер. Его рука так и застыла на пуговице манжеты. Он смотрел на неё — и не узнавал. Вернее, узнавал, но совсем другой. Волосы рассыпались по плечам светлым шёлком, чёрный топ дерзко открывал больше, чем скрывал, а серая юбка и сапоги делали её не просто красивой — опасной. Соблазнительной до дрожи. Он почувствовал, как жар ударил в лицо, а следом — гораздо более опасный жар вспыхнул где-то внизу живота. Тарталья стиснул челюсть. «Какого хуя ?Я же видел её сотню раз... Но не такую». Ему пришлось сделать над собой усилие, чтобы моргнуть и заставить себя двигаться. Тело слушалось с трудом, но он заставил ноги идти к ней, надеясь, что голос не подведёт. Встряхнув головой, парень подошёл к Люмин. — Здравствуй, будущая жена. Выспалась? У нас с тобой куча дел сегодня, — сказал Аякс, протягивая ей руку, но Люмин, отбив её, произнесла: — Не смей меня так называть. Кто угодно, но только не ты. — Обижаешься на мой отъезд? — сказал с ухмылкой парень. — У меня есть шанс объяснить всё, да? — Нет, конечно. Тарталья поспешил за девушкой, уходящей вперёд него как можно быстрее. В холле было прохладно и пахло кофе из кофемашины в углу. Люмин уже хотела сбросить пальто сама, но Аякс опередил её. Он нежно снял с её плеч пальто, и этот жест показался ей до боли знакомым, слишком интимным для их нынешней холодной войны. Его пальцы едва коснулись её плеч, когда он помогал снять верхнюю одежду. Она почувствовала его взгляд на своём теле — тяжёлый, обжигающий. Аякс смотрел на неё так, что у неё самой перехватило дыхание. Казалось, ещё секунда — и он не сдержится. Казалось, ещё раз он взглянет — и случится неизбежное. Вдруг, резко отвернувшись, он стянул с себя пиджак. Отдав пальто девушки вместе со своим, Аякс накинул пиджак на плечи девушки. Ткань, ещё тёплая от его тела, мягко легла ей на плечи, укрывая от чужих глаз. На его действие она посмотрела вопросительным взглядом. Он наклонился и прошептал ей на ухо. Его горячее дыхание коснулось мочки, по коже тут же побежали сотни игольчатых мурашек, спускаясь от шеи к лопаткам и ниже по позвоночнику. — Твой внешний вид, безоговорочно, прекрасен, но вызывает у меня страшные и дикие эмоции, — произнёс так сладко и лукаво парень, что у Люмин побежали мурашки по укрытой спине. — Делаю это для своей и твоей безопасности. Люмин стояла вся красная, не зная, что ответить. Да и не пришлось. Аякс уехал на лифте в кабинет быстрее, чем она успела сообразить. Девушка прошла в соседний лифт. Пока она ехала наверх, разум заполонили мысли: «Блять, зачем я это делаю? Просто ужас… Не понимаю, что происходит». Краем глаза увидев, что на её плечах, она потянула ворот пиджака и понюхала его. Ткань пахла им — свежестью дорогого парфюма, чистотой рубашки и чем-то родным, от чего защипало в носу. «Те же духи, что и тогда». Ноты ириса, бергамота и лимона... Это были их духи из парной коллекции Dolce & Gabbana: они вместе выбирали их себе. У неё — «Императрица», у него — «Император».

***

—Аякс! Иди сюда. Парень расслабленной походкой подошел к девушке ,размахивающей своей тонкой ручкой кусочек бумаги,на который спрыснула аромат духов. — Вот послушай. Парень наклонился к запаху ,он услышал очень приятные ноты ,лимона и бергамота ,которые он любил — Приятные ,покажи их на витрине.—сказал парень чмокнув девушку в щеку ,вместо того что б поднять голову вверх. — Придурок — Сказала она смеясь — Это император ,а есть женские - императрица. Раз уж нам обоим понравились ,берем — Хахаха ,берем

***

Сегодня она была надушена ими. Она вдохнула глубже, и на мгновение ей показалось, что она снова дома, что нет ни ссор, ни обид, ни этого дурацкого фиктивного брака. Только он и она. Когда Люмин уже погрузилась в мысли, лифт прозвенел, оповестив, что она прибыла на нужный этаж. Выходя, Люмин сделала последний вдох, словно пытаясь забрать частичку его с собой, и зашла в кабинет.