Только ты и никто другой.

Прошу дать обратную связь, это мой первый большой фанфик. Приятного чтения! -------------------------------------------------------------------- Олимпиада в Милане была хорошей, ну сначала. Все было хорошо, по доброму. Илья занял первое место после короткой программы с 108,16 набраных балов. На втором был Юма Кагияма, который набрал 103,07 балла. И на третьем француз со сложным именем с 102.55 количеством балов. Единственное, что немного растраивало блондина, это то что его друг был на пятом. Но сам Михаил Шайдоров был не сильно подавлен этой информацией. Но на произвольной случился полный пиздец. Вышла последняя разминка. Самые сильные по результатам, но явно не по спокойствию. Все зрители были в шоке. Они падали, словно кегли в боулинге. Единственный кто пока что показал хороший, а точнее сногшибательный результат это Михаил Шайдоров. Он сидел на месте временного лидера и глазам не мог поверить. Казалось это просто сон и какой то кошмар. Кагияма - упал. Сато тоже. Он надеялся, что хотя бы у Ильи будет хорошо, но как же он тогда глубоко ошибался. Илья вышел на лед со стекляным взглядом. В нем было что то сломанное. Первый элемент и сразу падение. Позорник. Раздалось в голове Ильи. Первый элемент и сразу проебал. Супер просто. Он катал. Нет, он скользил по льду пятой точкой, будто вспоминая что такое гравитация. Закончив программу хотелось самоуничтожится. Хотелось стать олицетворением мема "что будем делать с висками? - пожалуйста прострелите оба". Илья выехал со льда. На него упал тяжелый взгляд отца и тренера. Тишина стала тяжелой, словно она и помешала прыгнуть все, что надо. Но Илья остался слабоком. Просто ебаным лузером. Он опозорил себя, Федерицию, тренера и главное родителей. Илья сидел в ожидании результата со своим тренером Рафаэлем. Судьи были те еще мрази, раз так долго считают эти чертовы балы. Но тут вспыхивает. 8. Как его мать на первой и единственной олимпиаде. Что за семейное наследство ему досталось от Татьяны? Он повернул голову на отца. В его глазах читалось много чего, а в основном маты. Он повернулся в другую сторону и увидел Мишу. Со стороны казалось, что это новоиспеченный олимпийский чемпион радуется своей победе, но Илье этот взгляд был до боли знаком и ничего хорошего в нем не было. Либо Илья поехал головой ( что вполне должно быть правдой ) то ли он слышал, что Миша тихо говорил "это не моя победа..она не честная..". Шайдоров только мотал головой и начинал вставать. Малинин подошел к нему и обнял. "Ты заслужил эту медаль. Ты молодец." Миша уткнулся ему в плечо чувствуя ни какой радости. "Но если бы..." Он не успел закончить, как его перебил блондин. "Никаких если бы. Ты правда молодец." Награждение Илья смотреть не стал. Он знал, что разговор с отцом неизбежен. Весь его словарный понос выльется на Илью, словно мусорка на голову. Хотя он заслужил. Он же чмо ничего не умеющее. Просто кусок плоти в котором есть кости. Почему судьба повторилась. За что. Хотя какая судьба это он просто ебнутый. Он шел куда то с отцом и не чувствовал тело. Не чувствовал и не слышал ничего, как эхом раздаюшиесе "бездарность.". Они с отцом наконец то пришли в какое то место. Просто комната отдыха. Они сели друг на против друга. -- И что это было? -- грубый голос отца Ильи, словно кинжал вонзился в мозг. -- я...я не знаю... -- сказал тихо Илья. "Конечно не знаешь, думать же вообще не умеешь. Не головой, не сердцем, не жопой". Внутренний голос сжирал изнутри пока что сильнее, чем злой отец. -- в каком смысле не знаешь? Илья взглянул на отца. Блондину стало неимоверно холодно от этого. Отец сидел так, что хотелось убежать от сюда. Он был хищником, а Илья жалкой жертвой. -- я не понял, что случилось...тело не слушалось.. -- а вот если бы ты не сдох после первого правала мог бы стоять на пъедестале. Илья не понял сказал ли это отец или его внутренее эго. Но он просто кивал головой перставая слушать своего отца. Ком стоял готовясь выйти наружу с диким ревом. Когда Роман понял, что говорить с сыном бесполезно, то сказал. -- иди в номер. Только пообещай, что не прикончишь себя там. Роману конечно же не нужно было мертвого сына. Поэтому и давить он сильно не стал. Илья тихо, все также на ватный ногах ушел в номер. Он открыл дверь картой и сполз по стене. Темнота в комнате не успокаивала. Глаза предательски начало щипать. Идиотское чувство. -- ну конечно, поплач еще. Ничего же блять другого не умеешь..I hate you.. -- проговорил Малинин, пробуя слова на вкус. Илья говорил с самим собой. Хотя был в этом не уверен. Его отчитывал он сам, как маленького. Он открыл телефон. Интернет конечно же разделился на два лагеря. Первый: кто говорил, что это давление и он не виноват. Второй: что он просто в себя поверил. Но самый яркмй заголовок на всех этих чертовых страницах был "Михаил Шайдоров". Хотя бы не Юма Кагияма и ни кто другой, а конкретно Миша. Его Миша. Хотя блять с чего это он его. Может это вообще был их последний разговор и Миша не захочит с ним говорить. Илья знал, что это не правда, но себя в этом полностью убедить не мог. Ведь после проёбаного проигрыша возможно все, что угодно. А возможно последний, потому что Илья к чертям повесится или зарежется. Блять, он же обещал отцу не делать ничего такого, но так хотелось. Илья выключил этот проклятый телефон и кинул его вскольз по полу. Он оказался в другой части комнаты. Ком в горле и туманность в голове, на столько ухудшали ситуацию, что Илья был готов расковырять свою бритву. Благо он еще не на столько ебнутый. Он подумал как Мишу сейчас все поздравляют, как им гордится вся странна ( а в том числе и Илья ). А Илья сидит в этих четырех стенах с тяжелыми мыслыми в воздухе. И вот его клеймо "Позор США". Он удивился, почему оно все еще не на лбу. "Ничтожество", "чмо", "позорник", "бездарность", "долбаеб безмозглый" - это малая часть кличек, которых он себе дал. Хотелось бится головой о стену. Миша. Миша. Миша. Миша. Он потерял смысл этого слова, как и своего существования. Он словно сходил с ума. Быстро и стремительно. Он встал с пола. Он хотел прыгнуть четверной аксель. Хотел знать, что он может это. Комната была маленькая, но ему хватило места. Он приземлил его, но его тут же свернуло от боли в мыщцах. Он скрючился на полу. Илья почувствовал боль в лопатке и судорогу в ноге. В этот момент плотину прорвало. Громкие рыдания заполнили комнату, а горькие слезы только и могли лится на тело Ильи. Он ели как переполз на кровать и уткнулся в подушку, что бы не пугать так сильно людей. Когда слезы отпустили его, а гнев наоборот только набирал обороты, Илья швырнул подушку на пол. Он злился только себя и не на кого другого. Злился, что он не смог. Он же может и умеет. Миша. В голове все же вспыхнуло имя. Он сейчас навернекая празднует свою победу вместе с Кагиямой и Сато. А он максимум куда и попадет это на вечеринку лузеров. 7 человек, которых он всегда обыгрывал сейчас стояли выше него. Хотелось выплеснуть все это, но обижать Илья никого не хотел. Он решил взглянуть в зеркало. Красные глаза и не менее красное лицо. В груди болело сердце. Волосы привратились в один большой колтун. Он решил прогулятся. Малинин напялил на себя черную толстовку и вышел на улицу. Было холодно в одной толстовке, но конечно же ему было похуй. Да хоть умрет от обморожения. Это и то лучшее будет. "А может просто в следующий раз шестерной прыжок сделать и бошкой об лед уебатся?". Малинин точно уже здраво не соображал. Он молча ходил по улице. Где то были какие то крики и вопли, но ему на них было глубоко похуй. Свежий воздух, хотя бы немного отрезвлял. Илья медленно шел вглядываясь в небо. И опять откуда не возьмись имя в голове. Миша. Это имя его уже начало преследовать. Но он не мог не отметить, что это незамысловатое слово вызывало у него тепло в этот холодный день. До того, как он вышел. В этот раз оно прозвучала тревожно будто предупреждая блондина в чем то. Может это судьба? Хотя какая судьба в случаии Ильи. Но почему же оно все время вылазит наружу и отбивается в висках. Конечно же вышел он без телефона. Зачем он, если там одни гадости и сожаления. Илья не додумался, что его может искать отец или кто то другой. Он просто надеялся, что все хорошо. В голове все еще были провода, которые пытались распутаться. Илья почувствовал холодный пот, как после кошмара. Почему то сердце стало бится чаще, а страх защкаливал и тут кто то громко его оклинул. -- ИЛЬЯ!?