Наверное ты мне приснился

Прошло уже некоторое время с того момента, как Лань Ванцзи вернулся с конференции в Пристани Лотоса, но по какой-то причине ему так и не удалось забыть юношу, которого он там встретил. Второй нефрит никак не мог понять, почему столько думает о человеке, которого видел всего один раз. Возможно, причиной тому была странная ситуация, при которой они встретились, нереальность момента или необычное поведение нового знакомого. Лань Ванцзи пытался понять, почему этот юноша так и не покинул его мысли, но найти точную причину так и не удавалось. Парень пытался отвлечь себя от этих раздумий с помощью учебы и повторения правил, которые были островком стабильности в его жизни. К сожалению, правил, как себя вести в таком случае, не было, и списка с причинами для подобных мыслей тоже. Поэтому всё, что оставалось Лань Ванцзи, так это ожидать скорого приезда учеников из других кланов в Облачные Глубины. Юноша надеялся, что и своего необычного знакомого удастся встретить среди них. Вот только надежды разбились о реальность, когда Лань Ванцзи не увидел того, кого искал, среди учеников клана Цзян. Юноша пытался себя убедить, что, возможно, просто не увидел того, но с началом лекций второй нефрит смог убедиться окончательно — незнакомец из сада не приехал. Лань Ванцзи думал, как ему действовать дальше, так как ни одна из попыток забыть о том юноше и их встрече не увенчалась успехом. Самым логичным решением показалось подойти к Цзян Чэну и спросить об этом юноше. Когда Лань Ванцзи наконец решился и как раз собирался ждать, пока наследник клана Цзян выйдет, когда тот показался, то Лань Ванцзи сказал, что им нужно поговорить. Парень на это предложение, как казалось, удивился, растерялся и даже немного испугался, но не стал спорить и отошёл для разговора. — Когда я был в вашем клане, мне на конференции там встретился юноша нашего возраста, — дальше Лань Ванцзи попытался описать внешность, стараясь ничего не забыть и дать максимально чёткую картину. — К тому же он создавал необычные талисманы и разноцветные фонарики, — решил дополнить картину Лань Ванцзи. Сначала Цзян Чэн только хмурился и будто бы изо всех сил старался вспомнить такого человека, но никак не мог. В какой-то момент лицо прояснилось и даже успокоилось. Второй нефрит надеялся, что это может означать, что тот всё-таки смог понять, о ком идёт речь. — К сожалению, это описание не совпадает ни с одним из наших учеников, — Цзян Чэн сделал паузу, будто бы собираясь с мыслями. — К тому же наш клан не специализируется на талисманах или подобных вещах. Каждое слово наследника клана Цзян и каждый жест выглядели уверенно, Лань Ванцзи не смог найти ничего, что могло бы указать на ложь. Лань Ванцзи не заметил, что за это время к ним подошло ещё несколько учеников Цзян, которые, по всей видимости, ожидали Цзян Чэна. — В Юньмэне страшная жара, иногда с непривычки солнце может так ударить в голову, что и не такое привидится, — сказал какой-то ученик слишком беззаботно. — Извините, наш ученик часто говорит совсем неуместные вещи, — Цзян Чэн сжимал кулаки от злости и пытался сдержаться, но скрывал свои эмоции довольно плохо. — Если это всё, о чём ты хотел поговорить, то мне нужно идти провести разговор с моими учениками. Лань Ванцзи только кивнул, этим жестом показывая, что не хочет больше задерживать учеников Цзян. Вот только всё это казалось слишком странным, ведь юноша своими глазами видел этого парня в саду, эти талисманы. К тому же было понятно, что никто, кроме ученика клана Цзян, не мог там сидеть. Лань Ванцзи решил разобраться лучше в теории талисманов. Он надеялся, что это могло бы помочь ему понять, кем мог быть тот юноша. Вот только ни один из талисманов, которые использовал незнакомец, не был известен миру совершенствования. Именно тогда в голову второго нефрита стали приходить мысли, которые задавали довольно простые вопросы: есть ли хоть одно доказательство тому, что это был не солнечный удар? Вот только казалось, что слишком много фактов подтверждают это утверждение. Такие талисманы не известны миру совершенствования, атмосфера была слишком нереалистичной и даже волшебной, к тому же ученики клана Цзян были искренне уверены, что в их клане не было такого человека. Даже утверждение о том, что клан Цзян не специализируется на талисманах, играло на пользу этой версии. Но разве хоть один сон был способен произвести такое впечатление, занять все его мысли? У Лань Ванцзи было много снов, и ни один из них не занимал столько его мыслей. Но этот единственный факт не мог перевесить огромное количество других, подтверждающих противоположное. Лань Ванцзи казалось, что он запутался и должен был поговорить с братом, возможно, тот бы дал ему дельный совет. — Брат, когда мы были в Пристани Лотоса, я встретил там одного юношу, — сказал Лань Ванцзи, нервно сжимая свои одежды. Если внешне ему и удавалось выглядеть спокойно, то внутри чувства были совсем другими. — В то же время ученики клана Цзян говорят, что в их рядах никого такого нет. Лань Сичэнь, казалось, растерялся, несколько раз моргнув глазами, будто бы пытаясь понять проблему и найти решение. — Я попытаюсь узнать об этом больше, — сказал брат, улыбнувшись с вечной мягкостью в голосе. Вот только спустя несколько дней Лань Сичэнь пришёл к Лань Ванцзи грустным и растерянным. Разливая им чай, брат смотрел на него с непонятной жалостью. Впервые в жизни на него кто-то так смотрел. — Брат, я старался узнать об этом как можно больше, но, скорее всего, это был просто слишком яркий сон под воздействием жары, — с каждым словом в голосе Лань Сичэня становилось всё больше сочувствия и грусти. — Возможно, тебе стоит сходить к врачу, если тебя это мучает. Если я могу как-то тебе помочь, ты знаешь, что всегда можешь обращаться. Лань Ванцзи смог почувствовать облегчение только тогда, когда брат ушёл. Все эти слова — и учеников клана Цзян, и даже брата — могли намекать только на одно: он сходит с ума. Юноше казалось, что почва уходит из-под ног, что его собственный разум его предаёт. Второй нефрит принял решение: он больше не будет думать об этой ситуации. Он должен медитировать, учиться и повторять правила. Всегда, когда у него были проблемы, они помогали ему, поэтому Лань Ванцзи хотел верить, что так произойдёт и в этот раз.