Реанимация

«Здесь должно быть что-то, что я упускаю... Должно быть...!» Твайлайт сидела на кристальном полу комнаты, где лежало тело Спайка. Её грива была растрёпана, шерсть пропитана потом. Лихорадочно она пролистывала страницы книги «Реанимация» в поисках чего-либо, что могло бы объяснить, что она делала не так. После того как она применила заклинание памяти на Эпплджек, чтобы та не рассказала о её действиях кому-либо, её магия полностью истощилась. Даже сейчас у основания рога пульсировала сильная боль из-за чрезмерного перенапряжения. Как ей ни не хотелось, она была вынуждена отдыхать, чтобы магия восстановилась. Тем временем она пыталась найти решение проблемы, из-за которой заклинание не срабатывало. До сих пор её попытки включали широкий диапазон магических затрат, разную скорость произнесения заклинания — всё, что могло прийти в голову. Однако, что бы она ни пробовала, она не приблизилась к положительному результату. Каждый раз она добивалась лишь того, что Спайк просыпался и садился, прежде чем его тело отказывало. На данный момент его тело достигло точки, когда любое дальнейшее повреждение оставило бы его слишком разрушенным для работы заклинания. Труп, лежавший на столе, практически целиком держался на множестве швов, покрывавших его тело. Она сильно подозревала, что осталось всего несколько попыток, прежде чем наложения швов будет недостаточно, поэтому эти последние попытки должны были быть успешными, иначе она навсегда потеряет шанс вернуть Спайка. И она не была готова позволить этому случиться. Она не могла. К этому моменту её магия, безусловно, восстановилась достаточно, чтобы попробовать заклинание снова, но она пока не будет этого делать. Ей нужно было найти, по крайней мере, намёк на то, что она делала не так, прежде чем она вообще подумает о том, чтобы произнести заклинание снова. Несмотря на то, что она перелистывала каждую страницу книги снова и снова, она продолжала. Она отказывалась верить, что в книге нет абсолютно ничего о решении проблемы неудачи заклинания. В книге был предусмотрен случай неудачи — она зациклилась на этом факте. Не имело смысла, что автор упомянул бы об этом и не включил бы никакого решения. К этому моменту она практически выучила каждую страницу наизусть. Реалистично, она должна была уже понять, что книга, по сути, не углублялась в детали о случаях неудачи дальше одного шага. Но где-то в глубине души она была уверена, что автор всё же включил решение куда-то. Возможно, детали на диаграммах, которые она просмотрела мельком, или в зачеркнутых предложениях, которым она просто не уделила достаточно внимания, или крошечные предложения, нацарапанные в углу страницы, которые она еще не заметила. Где бы это ни было — а она знала, что это где-то здесь — ей просто нужно было это найти. Она добралась до последней страницы, после которой в книге оставались только чистые листы. С возгласом раздражения она приготовилась снова перевернуть на первую страницу и начать поиски заново. И тут она заметила кое-что необычное. Вдоль корешка между двумя страницами торчали маленькие кусочки рваной бумаги, но они были настолько малы, что она не замечала их до сих пор. Она поднесла книгу ближе к глазам. Под таким углом она могла разглядеть следы страницы, которая когда-то была здесь, но была вырвана. Глаза Твайлайт расширились от открытия. Она была права. В книге было больше материала. Или, по крайней мере, когда-то был. Но что бы это ни было, было удалено по какой-то причине. Она вздохнула. Ну и ладно... Затем, присмотревшись, она заметила кое-что еще. На правой странице, пустой, в отличие от левой, она увидела небольшие вмятины от письма на странице, лежавшей сверху. Твайлайт пришла в голову идея. Конечно, страницы не было, но это не означало, что она не могла прочитать её содержимое. Она вспомнила старый трюк для создания скрытых сообщений на листе бумаги. Нужно было положить два листа друг на друга, написать текст на верхнем, а затем заштриховать вмятины на нижнем, чтобы проявить его. Если применить тот же метод здесь, был шанс узнать, что было на отсутствующей странице. Совершив короткую вылазку на верхний этаж замка, она сходила в свою комнату за карандашом и вернулась, снова сев перед книгой. Легко, с помощью магии, она провела боковой стороной карандаша по верхней части страницы и начала штриховать. По мере того как серый цвет графита медленно заполнял страницу, она видела, как появляются тонкие линии там, где были вмятины, четко формируя буквы. Штрихуя дальше, эти буквы превращались в предложения, затем в абзацы нового текста, в котором, без сомнения, содержалось решение проблемы неудачи заклинания. Ключ к тому, что она упускала. Дойдя до нижней части страницы, она положила карандаш на пол и изучила результат. Смутно, но различимо, заштрихованная страница содержала пометки новой информации, сопровождаемые диаграммами, в которых она не могла разобрать ни начала, ни конца. К счастью, диаграммы были не важны. С новым текстом, который она обнаружила, она наконец сможет понять, какие шаги она упускает. Она наконец сможет убрать последний барьер на пути возвращения Спайка к жизни. Не в силах сдержать волнение, она пробежалась глазами по первым словам обнаруженного текста. Потребовалось мгновение, чтобы разобрать буквы каждой пометки из-за неровности заштрихованных вмятин, а затем она начала читать: Примечания: Заклинание работает по принципу имитации. Одного лишь тела субъекта будет недостаточно для успешного заклинания, если у него нет сознания, которое можно имитировать. Единственный способ достичь Реанимации — использовать другое мёртвое тело с тем же типом мозга. Однако заклинание должно быть произнесено в течение максимум пяти минут после смерти другого тела, иначе его мозг больше не будет пригоден для имитации (произнесение заклинания с несовместимым мозгом может иметь катастрофические последствия). Она не осознала прочитанное с первого раза и перечитала абзац снова. Затем снова. И снова. Только после четвертого перечитывания она поняла, что не истолковала слова на странице неверно. Не было ошибки в пометках, вызванной штриховкой, ни предложения, которое она увидела неправильно. Текст передавал именно то, что читали её глаза. Единственный способ достичь Реанимации — использовать другое мёртвое тело с тем же типом мозга. Чтобы заклинание сработало… ей придется кого-то убить. Твайлайт покачала головой. Нет, это… это не может быть правдой. Она подумала, что на странице может быть ещё текст, который не проявился, и заштриховала оставшиеся пустые части бумаги. Когда она закончила, никакого текста обнаружено не было. Недоверие затуманило её разум, она снова начала перелистывать страницы книги в сотый раз, ища любые признаки того, что были вырваны и другие страницы, или пустые страницы со следами от письма, которое было стёрто или что-то в этом роде. Она не нашла ни того, ни другого. Единственной дополнительной информацией, которую содержала книга, была та вырванная страница, на которой описывался единственно возможный шаг, чтобы заставить заклинание работать. Шаг, требующий обмена жизни на жизнь. Шаг, который проверит, готова ли она убить, чтобы вернуть любимого… Насколько она понимала, это был самый простой тест в её жизни. Твайлайт захлопнула книгу и швырнула её на другой конец комнаты, где та ударилась об одну из деревянных подставок с вазой. Она отчаянно хотела вернуть Спайка. Даже безумно. Но убить другого, чтобы восстановить его жизнь? Существовала очень чёткая грань, которую нельзя было переступать, и даже после того, что она сделала до этого момента, она всё ещё видела её очень ясно. Она никогда не прибегнет к чему-то подобному. …Не прибегнет…? Нет. Нет, не прибегнет. Она не станет убивать кого-то, чтобы удовлетворить свои эгоистичные желания. Она была выше этого. В конце концов, нельзя было знать, права ли книга о необходимости другого тела. Очевидно, была причина, по которой страницу вырвали, и если предположить, то автор ошибался насчет этих инструкций. Хотя это не имело значения; даже если бы она могла гарантировать, что убийство кого-то — единственный способ двигаться дальше, она бы даже не рассматривала это. …Правда…? Твайлайт ударила себя копытом по лицу. Почему она сомневается в этом? Это должно быть очевидно — она не будет убивать кого-то, чтобы воскресить Спайка. Точка. Сама мысль о чём-то подобном должна быть исключена здесь и сейчас. …Почему же тогда эта идея кажется такой заманчивой…? Тревога текла по её телу. Это была не она. Она была принцессой и защитницей Эквестрии. Она не должна так думать. Несомненно, эти мысли были вложены в её мозг какой-то внешней силой. Дискорд, может быть? Возможно, он узнал, что она делает, и решил использовать её, чтобы удовлетворить свою жажду хаоса. Или, может быть, какое-то заклинание, с которым она возилась, изменило её мысли. Но в глубине души она знала, что ни один из этих сценариев не соответствует действительности. Эти темные мысли исходили от неё и только от неё. Почему? Из-за тела на столе в комнате. Потому что перспектива прожить ещё хоть сколько-то без Спайка была слишком мучительна. «И я бы отдала всё, чтобы поговорить с ним е-ещё один раз…» Твайлайт снова ударила себя. «Нет… Нет! Я не… я-я не… я не буду никого убивать, чтобы вернуть Спайка. Я не могу!» …Может ли она…? «Прекрати!» Она снова ударила себя. «Прекрати! Я… я не собираюсь этого делать! Я не сделаю этого! Я. Не. Сделаю—» Стук! Стук! Стук! Уши Твайлайт насторожились. Во второй раз за день кто-то был у двери. Она проворчала. «В тот самый день, когда я занимаюсь чем-то крайне незаконным, весь город ломится в мою дверь». Мысленно она подготовила список оправданий для своей неспособности помочь пони у двери с тем, что ему нужно. Она подозревала, что Эпплджек вернулась извиниться, учитывая, что она уже один раз стерла ей память о том, что та извинялась. Или кто-то из её других друзей пришел поговорить после вчерашнего. Она осмотрела себя, чтобы убедиться, что на её шерсти нет пятен, прежде чем быстро оглядеться, чтобы не повторить прошлую ошибку и не принести улики своего преступления к входной двери. Затем она подпитала рог для телепортации, исчезла со своего места и появилась перед входной дверью. Намереваясь покончить с этим, она поставила копыто на ручку, повернула её и потянула дверь на себя. С другой стороны стоял не тот пони, которого она ожидала. «Лира?» «Привет, Твайлайт», — поприветствовала зелёная единорожка на пороге. «Извини, я пришла немного раньше часа, так что могу подождать, если ты занята». Несколько секунд от смущённого аликорна не было ответа. «Э… н-ну, на самом деле я сейчас занята кое-чем, но ничего. Что — ээ — что тебе нужно?» Глаза Лиры недоуменно сузились. «Мы договорились прошлой ночью встретиться и поговорить, ты забыла?» «Мы… договорились…?» — рассеянно сказала Твайлайт, а затем внезапно её глаза расширились. Прошлая ночь вернулась к ней — их короткий разговор, где она случайно согласилась на встречу, говоря что угодно, лишь бы Лира ушла. «О… да… мы договорились…» «…Ты в порядке?» — спросила Лира. «А?» «Ну, ты выглядишь немного напряжённой, и…» Лира указала на её гриву. «…у тебя это… всё такое». Твайлайт покачала головой. «Просто… есть кое-что, с чем я разбираюсь. Я в порядке». «Оу… ладно». Лира легонько провела копытом по полу. «И-и-и, мне считать, что сегодня ты не свободна, или...?» Вот и оправдание, и, к счастью, Лира сама его предложила. Всё, что ей нужно было сделать, — это предложить перенести встречу, и Лира не вернется до тех пор. Наконец-то хоть один разговор пройдёт гладко. Твайлайт изобразила сожаление на лице. «Извини, Лира. Дело в том, что я—» Единственный способ достичь Реанимации — использовать другое мертвое тело с тем же типом мозга. Твайлайт сразу замолчала. Медленно её лицо изменилось с виноватого на понимающее. Тень начала застилать её черты. Мозги пони и дракона биологически идентичны… «…Дело в том, что…?» — спросила мятная единорожка, озадаченная внезапным молчанием. Резкое моргание. Прерывистый вздох. «…Я-я только что поняла, что у меня есть свободное время. Почему бы тебе не зайти?» — предложила Твайлайт бесстрастным тоном. «Оу. Хорошо, отлично!» — ответила Лира, шагая через открытый дверной проём после того, как Твайлайт отошла в сторону. Дверь внезапно окуталась магическим сиянием и захлопнулась, едва не задев Лиру. «Вау», — сказала она, подпрыгнув. Она усмехнулась. «Поосторожнее. Ты же не пытаешься меня убить, а?» Мышцы Твайлайт внезапно напряглись. Она ничего не ответила. Лира заметила это и приподняла бровь. «…Твайлайт?» Аликорн, казалось, вернулся в реальность. «П-прости… Почему бы нам не прогуляться по замку, пока мы разговариваем?» «Ты не хочешь присесть и поговорить или что-то в этом роде?» «Просто есть… есть гостиная получше наверху, я подумала, мы можем пойти туда». «Оу. Ладно, справедливо». Лира жестом предложила идти. «Показывай дорогу». Твайлайт повернулась к лестнице в конце коридора и начала вести, Лира шла рядом. Мятная единорожка потёрла затылок. «Я — ээ — не очень подготовила, с чего начать разговор. Наверное, я просто начну со своей истории, а там посмотрим». Когда Твайлайт промолчала, она восприняла это как знак продолжать: «Когда Бон Бон… когда я узнала, что она умерла, это были, наверное, последние новости, которые я ожидала получить. Оглядываясь назад, учитывая её работу, я, наверное, должна была предполагать такое. Она имела дело с опасными существами почти на регулярной основе, но я просто… я всегда думала, что она справится с тем, что подбросит ей её работа. В ней всегда была эта уверенность. Это была одна из первых вещей, которые привлекли меня к ней, когда мы только сошлись. От неё исходила такая смелость, что казалось, она могла справиться с чем угодно. Рядом с ней я всегда чувствовала себя в безопасности из-за этого. «Поэтому, когда я узнала, что одна из её миссий пошла не так — что она была убита при исполнении — это просто… стало для меня громом среди ясного неба. Сначала я подумала, что это какая-то жестокая шутка. Я отказывалась верить, что кобыла, которую я любила — одна из самых отважных пони, которых я знала — была убита вот так, и следующую неделю я каждый день ждала в нашем доме, просто… глядя на входную дверь. Просто смотрела и ждала, когда она откроется, и она войдет и даст мне знать, что она не ушла. Но… о-она так и не вернулась домой». Горло начало жечь, когда горячие слёзы навернулись на глаза. «Какое-то время после этого я просто… отключилась. Потеря её была похожа на то, как будто часть меня вырвали, и без неё я едва могла функционировать. Каждый день тянулся, я просто плыла по течению, делая всё, чтобы отвлечься от того факта, что я больше никогда не поговорю со своей девочкой. Я почти не выходила, практически отгородилась от друзей. Даже после того, как я полностью осознала, что её больше нет —» Она горько усмехнулась, «— я всё равно время от времени смотрела на свою входную дверь, надеясь на какое-то чудо. Достаточно сказать, что мне было тяжело. Очень тяжело». Увлекшись рассказом, она не обращала внимания на то, куда они идут. «Прошёл месяц, и ничего особо не изменилось. Затем Роузлак постучала в мою дверь, чтобы проведать меня. Наверное, в тот момент я поняла, что отгораживаться от пони не приносит мне пользы, поэтому я впустила её и… она просто позволила мне выговориться. И я выплеснула всё. Свои чувства, мысли, разочарования, всё. Всё это время она просто сидела и слушала, и давала мне плечо, чтобы поплакать, когда мне это было нужно. Её приход действительно помог мне в тот день. Боль никуда не ушла, ни в коем случае, но я чувствовала себя наиболее близкой к себе самой с тех пор, как умерла Бон Бон. «С тех пор я больше открылась своим друзьям. Нашла разные способы справиться. Я чувствовала, что всё налаживается. Не равномерно — даже сейчас я иногда не могу заснуть без неё рядом, и тогда я иду на ночные прогулки, чтобы проветрить голову. Но дела шли лучше. Я постепенно поняла, что Бон Бон не хотела бы, чтобы я продолжала так жить после её ухода, и что она хотела бы, чтобы я дорожила теми воспоминаниями, которыми мы делились, вместо того чтобы горевать о тех, которых не случилось. «Но самое главное, что я усвоила, — это то, как сильно помогает не справляться с горем в одиночку. Поэтому я хотела сделать это с тобой. Просто иметь кого-то, с кем можно поговорить, кто понимает или может хотя бы посочувствовать тому, через что ты проходишь, очень много значит. Может казаться, что ты в яме, из которой никогда не выбраться, или что в груди есть место, которое никогда не заполнить, но—» Хлоп! Лира замолчала, вынырнув из задумчивости из-за резкого удара позади. Обернувшись, она увидела дверь, которая, очевидно, только что захлопнулась, и, сделав это открытие, её взгляд медленно скользнул по новому окружению. Твайлайт привела её в просторную квадратную комнату, в которой не было ничего, кроме деревянных подставок по бокам с вазами, непрозрачных окон на противоположной стороне и, прямо перед ними, какого-то кристального стола, выступающего из пола. На столе лежал разлагающийся труп Спайка, вздутый и покрытый швами. Лира в ужасе ахнула. «КАКОГО ХРЕНА?!» Когда её взгляд задержался на трупе дракона, Твайлайт вошла в поле её зрения, с безучастным выражением лица. «Ты…» Мрачная улыбка, «…действительно выбираешь ужасное время». Лира медленно попятилась. «Ладно, Твайлайт, эм… две вещи насчёт твоей “лучшей гостиной”. Во-первых, в ней нет мест. Во-вторых, в ней лежит мёртвое тело Спайка!» Твайлайт бросила взгляд на тело в комнате, затем опустила глаза на пол. Её взгляд был холодным и отстранённым. «Насчёт этого…» Теперь эти холодные глаза смотрели на Лиру. «Ему остался всего один шаг до того, чтобы снова быть живым, но есть одна небольшая проблема. Понимаешь, Реанимация — это форма имитационной магии — ты, возможно, помнишь её из Школы Одарённых Единорогов Селестии, с того года, когда ты вылетела. Как оказалось, она не сработает, если у неё нет другого совместимого мозга в качестве образца. Это значит, чтобы она сработала успешно, мне нужно другое мертвое тело». Эти холодные глаза сузились, глядя на неё. «Вот тут-то ты и появляешься». «Я-я-я не—» — заикаясь, начала Лира, делая ещё шаг назад. «Ты… т-ты ведь не серьёзно, да?» Мрачное лицо Твайлайт не изменилось. «…Прости, Лира… но он нужен мне». Круп Лиры упёрся в дверь. Её копыто потянулось к ручке и повернуло её — но та не поддалась. Когда она посмотрела вниз, то увидела, что ручку покрывает лавандовое сияние, не давая ей двигаться. В панике она ухватилась за ручку вторым копытом и потянула, дёргая с силой, приданной адреналином, но всё безрезультатно. Она услышала треск магии позади себя. Её глаза метнулись к Твайлайт, чей рог в данный момент пульсировал от накапливаемой энергии. «Мне просто нужно, чтобы ты стояла смирно», — пробормотала та дрожащим голосом. Лира выбросила копыто вперёд. «Подожди, П-П-ПОГОДИ—ПОДОЖДИ!» Рог Твайлайт слегка потускнел. «П-просто подумай об этом! М-мы же друзья, Твайлайт! А ты Принцесса Дружбы, верно? Принцесса Дружбы не стала бы убивать одного из своих друзей». Её копыто указало вверх. «Что… п-приводит к другой вещи: если я пропаду, пони будут меня искать. И если они узнают, что ты виновата в моём исчезновении… Представь, если узнает Селестия. Твоя жизнь будет кончена, Твайлайт! Она не позволит тебе так просто отделаться!» Глаза аликорна немного опустились к полу. В Лире затеплилась искра надежды, что её слова поколебали решимость Твайлайт. Но затем её взгляд снова впился в Лиру, а её рог засиял ярче. «…Я сделаю это быстро». Мятно-зелёная единорожка сползла на пол. «…П-пожалуйста, не делай этого, Твайлайт…» — взмолилась она, её уши прижались от ужаса. Но Твайлайт не слышала слов. Заклинание, которое она собиралась применить, было простым, быстрым и безболезненным. Лира ничего не почувствует, когда магия коснётся её. Тень сжавшейся фигуры Лиры мерцала на стене, окружённая всё усиливающимся лавандовым светом. Всё? Внезапно Твайлайт заколебалась. Туман решительности в её сознании рассеялся, позволив ей ясно осознать, что она делает. Она смотрела на единорожку перед собой, дрожащую на полу, боящуюся за свою жизнь. Боящуюся её. Тень на лице Твайлайт спала, и на её месте начало появляться чувство стыда. Что я делаю…? Свет на её роге замерцал, рассеявшись облачком искр. Она была готова убить кого-то — пони, которую знала годами — всё ради заклинания. Мерзкое чувство сжало её сердце. Казалось, она обнаружила в себе сторону, о существовании которой никогда не подозревала. Уродливую, гнилую сторону себя. Она никогда не знала, что её мысли могут достигать такой степени тьмы, и она знала, что это была не она. Она знала, что каждый способен на такие мысли. Она также знала, что пони, если их достаточно сильно подтолкнуть, способны стать жестокими. Даже принцесса Луна, правительница Эквестрии, поддалась злу просто из зависти. Однако Твайлайт всегда думала, что она выше этого. Она всегда думала, что, независимо от конфликта, она всегда будет оставаться логичной и нравственной. Но вот она была здесь, в секунде от убийства кобылы, прежде чем пришла в себя. Убийство было практически немыслимо в Эквестрии, и его совершали только самые ужасные чудовища в истории. А она была на грани. Спайк снова возник в её мыслях. Она знала, что должна сделать, чтобы вернуть его. Но она сомневалась, сможет ли. Ещё мгновение назад она была так уверена в том, что нужно сделать. Теперь она больше не знала, стоит ли оно того. Голос в глубине её сознания снова бросил ей вызов, оспаривая её непреднамеренные слова на похоронах. Слова, которые шли от чистого сердца. Но теперь она должна была спросить себя: была ли она действительно готова сделать всё, чтобы поговорить со Спайком ещё один раз? Её разум долго и напряжённо размышлял над этим вопросом, и ответ пришёл вместе с новой волной горя. Нет. Нет, не была. Она хотела больше всего на свете поговорить с ним в последний раз. Обнять его и почувствовать, как его руки обхватывают её. Но она не могла убить пони, чтобы тот, о ком она заботилась, мог жить. Вывод, которого она пыталась избежать два месяца, настиг её: она должна была принять, что он не вернётся. Её сердце отяжелело в груди, когда она остановилась на решении: она закончила попытки вернуть Спайка. Когда этот выбор эхом пронесся в её сознании, часть её всё ещё протестовала, но она подавила это; это было правильно. Она вернёт его в могилу, а затем просто научится жить дальше, как сможет. Сможет ли она или нет, она не знала. Она просто знала, что так будет лучше. С этим она решила — она применит заклинание памяти на Лиру и отпустит её, а ночью вернёт Спайка в его могилу. К сожалению, Лира этого не знала. Одно из копыт Лиры показало в сторону позади Твайлайт. «Секундочку… Твайлайт, кажется, Спайк просыпается!» «Что?!» Твайлайт резко развернулась в сторону стола. Мёртвый труп Спайка всё ещё лежал без движения на кристальной поверхности. Скрип. Ухо Твайлайт дрогнуло, уловив звук. Она повернула голову в ту сторону, откуда он раздался— У неё не было времени среагировать на вазу, заполнившую поле зрения, окружённую мятно-зелёным сиянием. В следующую секунду боль взорвалась у основания её рога, и её отбросило на пол. Стон боли сорвался с её губ, когда она каталась по полу, схватившись за ноющий рог. Однако она не осталась в таком положении, так как внезапно услышала, как дверь в комнату открылась. Её глаза метнулись вверх, и она заметила Лиру, проносящуюся через дверь и вылетающую в коридор. «Нет, нет, НЕТ, НЕТ!!» — закричала Твайлайт, вскакивая на копыта, несмотря на пульсирующую боль в голове. Немедленно её ноги застучали по полу, неся её к двери с единственной, неотложной целью. Не дать ей сбежать. Резко затормозив в коридоре, она дёрнула головой налево, затем направо — и увидела, как пара зелёных задних ног исчезла за углом стены. «ЛИРААА!!» — закричала она, галопом бросаясь за единорожкой так быстро, как только могла. Она не могла позволить ей сбежать. Мало того, что Лира знала о Спайке, так Твайлайт ещё и чуть не убила её. Если она расскажет кому-нибудь, что случилось с ней в замке, для неё всё кончено. Она достигла перекрёстка в конце коридора, на мгновение потеряв равновесие, когда свернула налево. Её уши уловили движение в следующем коридоре справа, и волна тревоги захлестнула её. Она надеялась, что Лира заблудится в извилистых коридорах верхнего этажа. К сожалению, казалось, она направлялась прямиком к лестнице в главный зал. Она попыталась подпитать рог для телепортации, чтобы перехватить Лиру до того, как та доберётся до лестницы. Когда она это сделала, мощная пульсирующая боль пронзила её череп, а с кончика рога упало лишь несколько жалких искр. Удар вазы был достаточно сильным, чтобы вывести из строя её магические способности. В панике она заставила ноги двигаться ещё быстрее, её копыта мощно и быстро ударяли по полу. Она влетела в коридор с окнами. На противоположном конце Лира убегала, оглядываясь и испуганно взвизгивая, увидев Твайлайт, нависающую над ней. Аликорн, задыхаясь от напряжения, снова попыталась использовать магию, чтобы подставить подножку Лире, но её рог снова выдал лишь несколько искр, похожих на угольки. Лира снова исчезла за углом, и Твайлайт хотела ускориться, когда краем глаза заметила что-то за окнами. Бежав, она приблизилась, чтобы разглядеть. Её бешено колотящееся сердце упало от ужаса. По земляной тропинке к её замку шли её друзья — Эпплджек, Рэйнбоу Дэш, Рэрити, Флаттершай и Пинки Пай. И они были почти у двери. «ДА НЕУЖЕЛИ—!» — выпалила Твайлайт, взяв курс на конец коридора. Ей нужно было догнать Лиру любой ценой. Если бы это были «Гонки опадающих листьев», скорости, которые она сейчас развивала, сделали бы её грозным соперником. Когда она повернула за угол, Лира неслась вниз по лестнице, спускаясь за перилами. Твайлайт прикинула, что если она немедленно не вмешается, её друзья и Лира достигнут входной двери одновременно. Она не могла этого допустить. Когда она достигла перил, она поставила переднее копыто на них и перепрыгнула, падая на лестницу внизу. Следующим логичным шагом было бы раскрыть крылья и использовать их, чтобы смягчить падение. Однако было две проблемы. А: её крылья были новыми, и пользоваться ими инстинктивно пока не получалось. Б: её лихорадочный разум сейчас был не настроен на логические решения. Её копыта ударились о нижние ступени— ХРУСТ! «ГАААААХ!!» Ни разу в жизни Твайлайт не ломала кость. Поэтому, когда она почувствовала, как её левая задняя нога вспыхнула ослепительной болью, изогнувшись в направлении, в котором ей точно не следовало изгибаться, она поняла, что достигла очередного «первого раза». Она рухнула на ступени с воем агонии. Её взгляд скользнул вниз, на повреждённую ногу. Прямо перед копытом конечность резко изгибалась под небольшим, но заметным углом, а вокруг области начинала проявляться глубокая краснота. Быстрый топот копыт, ворвавшийся в уши, вывел её из минутного оцепенения. Её внимание метнулось к входным дверям. Лира была почти в конце главного зала, в секундах от выхода. Зрачки Твайлайт сузились. «О нет…!» *** «Итак, чтобы было ясно, — начала Эпплджек, когда они с четырьмя другими девочками подошли к крыльцу замка, — мы здесь не обязательно для того, чтобы с ней разговаривать. Мы просто здесь, чтобы составить ей компанию. Побыть рядом, чтобы она знала, что не одна». «Ты уверена, что мы не могли бы воспользоваться моей идеей с сюрприз-вечеринкой?» — сказала Пинки Пай. «Я не уверена, что сюрприз-вечеринка — это то, что нужно Твайлайт сейчас, Пинки», — заметила Рэйнбоу Дэш, поправляя форму «Вондерболтов», перекинутую через спину. «Но вечеринки же — это лучшее средство для поднятия настроения!» «Всему своё время и место, дорогая», — сказала Рэрити. «Именно! Везде и всегда!» Проигнорировав Пинки Пай, Флаттершай бросила на подруг обеспокоенный взгляд. «Я надеюсь, она нормально отнесётся к тому, что мы вот так заглянули. После вчерашнего я не уверена, что она хочет нас сейчас видеть». «Как я говорила Рэйнбоу раньше, если она захочет, чтобы мы ушли, мы уйдём, — объяснила Эпплджек. — Но я правда думаю, что это может пойти ей на пользу». «Ты уже говорила это перед вчерашним восстанием», — заметила Рэйнбоу. «Вмешательством, Рэйнбоу», — поправила Эпплджек, бросив взгляд на парящую пегаску. «И ты правда хочешь снова вспоминать вчерашнее?» «Дорогие, дорогие!» — вмешалась Рэрити. «Мы здесь, чтобы поднять Твайлайт настроение. Сейчас не время для мелких ссор». Рэйнбоу усмехнулась. «Да, Эпплджек. Никаких мелких ссор». «Ах—оооуууфффф…» Эпплджек опустила покрасневшее лицо, сжав губы и борясь с самообладанием. Она глубоко вздохнула и снова обратилась к подругам. «Ладно… Я понимаю, вчера всё пошло не так, как могло бы. Поэтому мы не будем устраивать вмешательство или совать нос в её дела или что-то в этом роде. Просто будем как при обычной встрече». «Ну… ладно. Я только надеюсь, она не поймёт это превратно—» — начала Флаттершай, когда её уши внезапно насторожились, уловив приглушённый звук из-за входных дверей. «…Вы это слышали?» «Похоже на крик…» — заметила Рарити. «Кажется, это был голос Твайлайт», — добавила Пинки, а затем выразительно ахнула. «Должно быть, она в беде!» «Чего же мы ждём?» — сказала Рэйнбоу, опускаясь на землю перед левой дверью и хватая ручку. Она начала толкать дверь— *** —в то время как Лира была в нескольких шагах от побега. Твайлайт чувствовала себя так, будто смотрела на тикающую бомбу, у которой оставалась одна секунда, и её решение, какой провод перерезать, определяло её судьбу. Если Лира выйдет за эту дверь, её друзья узнают, что она сделала. Мало того, после того как она чуть не убила её, Лира, несомненно, не остановится на её друзьях, и вскоре все узнают, что она сделала. Все узнают, что Принцесса Дружбы пыталась убить невинную жительницу. А когда Селестия в конце концов узнает… У неё была лишь доля секунды, чтобы разум определил следующий шаг. Она не могла позволить Лире выйти через эти двери. Боль в роге теперь была для неё неважна. Собрав всю энергию, какую могла, она направила магию в рог, требуя, чтобы её магические способности снова заработали. Сначала посыпались отдельные искры, прежде чем ей удалось создать устойчивое сияние. Она протянула магию к Лире, её тело тряслось от напряжения. Разрыв между Лирой и выходом почти сократился. Сейчас или никогда. Твайлайт застонала от усилий, заставляя свой рог подчиниться командам. Вокруг Лиры появился светящийся лавандовый контур. Без промедления Твайлайт швырнула бегущую единорожку вперёд изо всех сил. *** Дверь внезапно захлопнулась, ударив Рэйнбоу Дэш по лицу и отправив её на землю с криком боли. «Рэйнбоу! Ты в порядке?» — спросила Рэрити, склонившись над пегаской, которая каталась на крыльце, зажав морду обоими копытами. «Так двери не открывают, глупышка!» — сказала Пинки Пай с хихиканьем. Несмотря на боль, Рэйнбоу всё же нашла в себе силы уставиться на розовую земную пони. «О! Боже, я думала, что чтобы открыть дверь, нужно разбить её об собственное лицо». «…Думала?» «Нет!» — сказала Рэйнбоу, поднимаясь на копыта и массируя крылом слабое красное пятно на лице. «Клянусь—я открывала её, а кто-то с другой стороны толкнул дверь обратно!» «Толкнул обратно?» — спросила Эпплджек. «Да — как будто что-то захлопнуло её изнутри». Фермерша посмотрела на дверь, приподняв бровь в недоумении. «Хм…» *** Лира неподвижно лежала на спине на ковре главного зала. Расширенные глаза Твайлайт смотрели в ужасе на тело, лежащее прямо перед входными дверями. Глубокая рана пересекала лоб Лиры, пропитывая шерсть на её лице кровью. Её шея была выгнута под странным углом, а тёмно-красный синяк начинался наверху шеи и тянулся вниз до ворота. Твайлайт поднялась на копыта, споткнувшись и издав высокий стон, когда случайно наступила на сломанную ногу. Сильно хромая, она приблизилась к обмякшему телу Лиры, отчаянно надеясь, что та просто без сознания. Теперь, стоя над ней, она могла ясно видеть все детали. Ей не нужно было проверять её жизненные показатели, чтобы подтвердить свои опасения; один взгляд на её стеклянные глаза сказал ей всё, что нужно было знать. Они были пусты, как у Спайка. Лира была мертва. И Твайлайт убила её. «…Нет… Нет, нет, нет, нет, нет…» — пробормотала она, опускаясь на задние ноги и хватаясь за растрепанную гриву. Она не хотела этого. Она только хотела оглушить её ударом о дверь, в результате чего дверь захлопнулась. Она не хотела прилагать столько силы. Что она наделала…? О Селестия, что она наделала?! Испуганная, подавленная, Твайлайт почувствовала, как в груди поднимаются верные признаки панической атаки. Она официально перешла черту, которую переходить было нельзя. Пони была мертва от её собственных копыт. Пути назад не было. Рыдания сотрясали её тело, когда вся тяжесть содеянного обрушилась на неё со всей силой, и в таком отрезвлённом состоянии её разум мог представить только один путь вперёд. Ей придётся сдаться. Она была принцессой — защитницей Эквестрии — и кровь невинной пони была на её копытах. Она не сможет жить с этим на совести. То, что она сделала, шло вразрез со всем, за что она выступала, и она ненавидела себя за это. Её инстинкты самосохранения побуждали её спрятать тело и замести следы преступления, но её сердце говорило ей признать то, что она сделала, и понести наказание. Это было правильно. И она была на грани. Так близка к тому, чтобы открыть двери своего замка и признаться подругам. Раскрыть чудовище, в которое она превратилась. И тут её внимание привлекло кое-что: часы в углу комнаты, на которых сейчас было 13:05. Достаточно было одного взгляда на часы, чтобы её сознание переключилось. Ещё секунду назад она была готова сдаться и признаться в своих преступлениях. Теперь её разум сузился до одной мысли. У неё было пять минут, чтобы произнести заклинание… Приглушённые голоса снаружи достигли её. Её друзья всё ещё были на крыльце, не подозревая о теле, лежащем по ту сторону двери. Она должна была действовать быстро. Небольшая удача сыграла ей на руку; тело Лиры лежало на толстом ковре. Итак, Твайлайт обошла один конец ковра, накрыла им труп и начала сворачивать его, пока Лира не оказалась полностью скрыта внутри. Теперь Твайлайт нужно было лишь найти временное место для свёрнутого в ковёр тела, пока она разбиралась с подругами снаружи. К сожалению, времени на это у неё не осталось. Входная дверь скрипнула рядом с ней, затем начала медленно приоткрываться. «Нет—!» — произнесла Твайлайт, бросаясь к двери. Её копыто потянулось к ручке и— *** —дверь распахнулась, заставив Эпплджек вздрогнуть, когда аликорн, растрёпанная и запыхавшаяся, появилась в дверном проёме. «Привет, девочки!» — воскликнула Твайлайт, капли пота слетали со свисающих прядей её гривы. Эпплджек моргнула, на её лице появилось выражение удивления. «Твайлайт? Привет… Ты, э–» «В порядке — Да, я в порядке. Просто в порядке!» — ответила Твайлайт. Эпплджек приподняла бровь. «Угу…» «Дорогая, я говорю это… с полным уважением, — начала Рэрити, — но эта твоя новая причёска… не идеальна». Рэйнбоу вставила: «Да, Твайлайт. Ты выглядишь так, будто вышла из урагана». Она указала на её гриву. «И у тебя это–» «Всё такое — я знаю, — перебила Твайлайт. — Слушайте, я как раз занята кое-чем, ну, очень важным, так что сейчас не время». «Ну, если честно, мы не планировали ничего прерывать, — объяснила Эпплджек. — Мы просто хотим немного побыть в замке. Если ты не можешь присоединиться, ничего страшного, мы просто побудем здесь». «Это — ээ — это очень мило, но…» Нервно, Твайлайт бросила взгляд назад, прежде чем снова посмотреть на подруг. «Ну, просто… то, чем я занимаюсь, очень-очень важно, так что мне нужно, чтобы замок был пуст». «Уверена?» Энергичный кивок. «Абсолютно». Взгляд Эпплджек задумчиво опустился, затем она вздохнула. «В таком случае, мы пойдём. Может быть—» «В другой раз — Конечно. Сто процентов». «…Ладно. Ну, береги себя, сахарок». Твайлайт выдохнула с облегчением. По крайней мере, теперь всё будет проще, раз она убедила подруг уйти. Изо рта Флаттершай вырвался возглас. «Твайлайт! Твоя нога!» Она почти могла слышать, как судьба говорит: «Не так быстро». «О, это…» — сказала Твайлайт, глядя на свою ногу. «Н-не волнуйся, всё не так плохо, как—ай…» Её нога стала намного хуже с тех пор, как она проверяла её в последний раз. Обесцвечивание вокруг ноги распространилось быстро, покрыв почти всю нижнюю половину её задней ноги. Вдобавок к этому, тёмно-красный цвет сменился на мрачную смесь фиолетового и зелёного, ясно видимую даже сквозь шерсть. Её импульсивная реакция, вероятно, тоже не помогла. Флаттершай покачала головой. «Это не “не так плохо”, Твайлайт. Твоя нога полностью в синяках». «Я просто… довольно сильно ударилась о стену, но, клянусь, всё в порядке», — настаивала Твайлайт. «Нет. Это перелом», — заявила Рэйнбоу. «Я видела такие травмы во время тренировок “Вондерболтов”. Тебе нужно в больницу». Осталось четыре минуты… «Нет!» — внезапно воскликнула Твайлайт. «Никакой больницы. Серьёзно, я в порядке, я просто—ААХ!» Балансировать на трёх ногах было не её сильной стороной, и она случайно перенесла вес на травмированную ногу и рухнула на пол. Эпплджек немедленно взяла инициативу в свои копыта. «Ладно, мы не можем оставить тебя в таком состоянии, Твайлайт. Рэйнбоу, лети в Центральную больницу Понивилля, пусть пришлют парамедиков». Твайлайт попыталась вмешаться. «Подожди—» «Есть», — сказала Рэйнбоу с салютом. Она повесила форму на плечо на ближайшую вешалку, затем взмыла в воздух и умчалась вдаль, оставляя за собой слабый радужный след. Сердце Твайлайт бешено колотилось в груди. У неё заканчивалось время, чтобы использовать тело Лиры для заклинания Реанимации, и в то же время её друзья не собирались уходить теперь, когда увидели её травму. Вдобавок ко всему, скоро должны были прибыть парамедики. Она могла придумать несколько решений, используя свою магию, если бы её рог всё ещё восстанавливался после удара вазой. Эпплджек посмотрела на пони-вечеринку. «Пинки, помоги мне отнести Твайлайт внутрь». «Есть, мэм», — сказала Пинки. Эпплджек подошла к двери и начала толкать её дальше. Когда она это сделала, глаза Твайлайт быстро метнулись к свёрнутому ковру позади неё. Призвав магию в свой всё ещё восстанавливающийся рог, вокруг ковра появилось сияние, мерцая, прежде чем стабилизироваться. С трудом она протолкнула ковёр по коридору, пока он не исчез за аркой, ведущей на кухню. Когда дверь полностью открылась, обе земные пони остановились по бокам от Твайлайт и взяли её за передние ноги. Затем они начали нести её по коридору, пока Рэрити держала её задние ноги на весу своей магией. «Давайте отнесём её на кухню и пока приложим лёд», — предложила Рэрити. О, отлично. Прямо туда, куда она только что переместила тело. Паника захлестнула Твайлайт. «П-подождите! Вообще-то—» «Я вернулась!» — крикнула Рэйнбоу из входа в замок. «Быстро, да? Пришлось разыграть карту принцессы, и парамедики уже в пути». Говоря это, она поставила копыто на дверь, повернувшись к ней спиной, и начала закрывать её. Твайлайт с растущим беспокойством наблюдала, как задняя часть двери поворачивается к ним, открывая широкое кровавое пятно, расплывшееся по её поверхности. Поспешно Твайлайт схватила дверь в магию и рывком открыла её обратно. На своём пути дверь ударила Рэйнбоу по лицу, и та рухнула на землю с болезненным криком. Остальные девочки обернулись, чтобы посмотреть, что случилось. Тем временем Твайлайт была достаточно близко к кухне, чтобы просунуть голову в комнату. Затем она использовала магию, чтобы протолкнуть свёрнутое тело к другому концу комнаты, где была открыта дверь в её кладовую, прежде чем забросить тело внутрь и закрыть дверь. «Какого сена, Твайлайт?!» — закричала Рэйнбоу, потирая морду. Взгляд Твайлайт тревожно метался. «Нам—эм—нужно оставить дверь открытой для парамедиков». Рэйнбоу встала со стоном. «Могла бы просто сказать мне это, вместо того чтобы захлопывать дверь перед моим лицом». «Ты жалуешься, что у тебя болит нос, в то время как у Твайлайт сломана нога. Расслабься», — сказала Эпплджек. Рэйнбоу была ошеломлена. «Чт… Вау». «Давай, Твайлайт, усадим тебя». Эпплджек кивком указала на кухонный стол, и с помощью Рэрити они с Пинки провели Твайлайт к одному из стульев. Флаттершай отодвинула стул, и две земные пони осторожно опустили её. «Спасибо вам большое, девочки», — сказала Твайлайт. «Вы и так сделали достаточно. М-может, вы пойдёте, чтобы у парамедиков было место, когда они приедут?» «И оставить подругу одну, когда она страдает от ужасной боли? Даже не думай!» — заявила Пинки. Улыбка Твайлайт была натянутой. «Это… т-так мило с вашей стороны, но, правда, я думаю, со мной всё будет в порядке». Рэрити махнула копытом в воздухе. «Мы просто не позволим этому случиться, Твайлайт. Нет ни единого шанса, что мы оставим тебя одну в таком состоянии». Взгляд Твайлайт обратился к часам в коридоре. Осталось три минуты. «Хе-хе… Ни единого шанса, да?» Флаттершай открыла морозилку и недолго поискала внутри. «Здесь есть лёд. Кто-нибудь, принесите, пожалуйста, пакет для него?» «Я принесу», — крикнула Рэйнбоу, направляясь через кухню. Любопытный взгляд Эпплджек остановился на Твайлайт. «Как ты сказала, поранилась, Твайлайт?» «Уд-ударилась ногой о стену довольно сильно», — запинаясь, сказала Твайлайт. Фермерша подозрительно нахмурилась. «Уверена, что так всё и было?» Желудок Твайлайт скрутило. «А-а...?» «Мне кажется, нужно нечто большее, чтобы сломать ногу». «Я…» Твайлайт замолчала, её внимание переключилось на Рэйнбоу, которая в данный момент поворачивала ручку двери кладовой. Затем она начала толкать её и заходить внутрь. Импульсивно, Твайлайт протянула магию и захлопнула дверь, ударив Рэйнбоу Дэш по лицу и отправив её на пол с протяжным стоном. «Да ладно!» — пожаловалась пегаска, её раздражённый взгляд упал на Твайлайт, а копыто закрывало нос. «Зачем?!» «П-пакеты… не там», — запинаясь, сказала Твайлайт. Рэйнбоу раздражённо проворчала. «Я бы предпочла, чтобы ты сказала мне это, а не пыталась сломать мне нос!» «Ты абсолютно права, — сказала Твайлайт. — Боже, посмотрите, как я себя веду. Может, вам всем будет лучше уйти сейчас». «Честно говоря, я начинаю склоняться к этой мысли», — горько пробормотала Рэйнбоу. «Рэйнбоу!» — рявкнула Эпплджек. «У неё сломана нога, а ты говоришь, что хочешь уйти?» Рэйнбоу вскинула копыта. «Эй, она сама это сказала, не я». «Это твоя преданность так говорит?» Это заставило Рэйнбоу замолчать. Открыв рот, чтобы заговорить, она лишь беззвучно пошевелила губами, прежде чем вздохнуть с поражённым видом. Обычно Твайлайт не была бы разочарована тем, что Рэйнбоу проиграла этот спор. Но она отчаянно нуждалась в том, чтобы её друзья покинули замок, и ирония заключалась в том, что они не помогали. И, что хуже, «И ещё, Твайлайт? Хватит говорить нам уходить, — твёрдо сказала Эпплджек, с суровым выражением лица. — Ты не обуза для нас. Ты ранена, и, как твои друзья, мы здесь, чтобы помочь. Это окончательное решение». Это решило дело. Она не сможет убедить своих друзей уйти. Единственной альтернативой было выгнать их силой, но со сломанной ногой и травмированным рогом это было невозможно. Время быстро уходило, но она была загнана в угол. «Ладно, нашла», — сказала Флаттершай, подходя к Твайлайт с пакетом льда. Она опустилась на задние ноги и с осторожностью, пришедшей с опытом, прижала лёд к опухоли. Твайлайт зашипела. «Не волнуйся. Сначала будет больно, но скоро ты почувствуешь облегчение. Всё будет хорошо, Твайлайт», — успокаивающим голосом заверила Флаттершай, глядя на Твайлайт с сострадательной улыбкой. Когда Твайлайт смотрела, как бледно-жёлтая пегаска обрабатывает её ногу, она почувствовала, как внутри неё что-то шевельнулось — чувство, похожее на то, когда она поняла, что представляют собой Элементы Гармонии. Она осознала утешающее присутствие пони перед ней — выражение её лица, полное заботы и участия. Затем взгляд Твайлайт скользнул по другим пони в комнате, на лицах каждой из которых были похожие выражения. Покров давления, сковывающий её разум, слегка приподнялся, и этого было достаточно, чтобы осветить то, чего она не видела до сих пор. С тех пор как её друзья прибыли, туннельное зрение мешало ей видеть в их попытках помочь что-то иное, кроме помехи. Но теперь новый свет озарил комнату, позволив ей осознать простой факт, стоящий за этим: они были здесь для неё. Неважно, через что она проходила — физическую или эмоциональную боль — они будут рядом. Она могла отталкивать их, а они будут возвращаться. Потому что так поступают друзья. Как иронично, что она была той, кто осознал магию дружбы, но также и той, кто забыл о ней. Её взгляд скользнул вправо, на часы в коридоре. Осталось две минуты… Дыхание Твайлайт перехватило, её мозг раздирали противоречия. Ещё не поздно всё исправить. Она могла назвать смерть Лиры несчастным случаем — так оно и было — и вернуть Спайка в могилу. Придётся заплатить, но это того стоило. Потому что её друзья поймут; они всегда поймут. Ей просто нужно было забыть о Реанимации. Забыть о возвращении Спайка к жизни и просто двигаться дальше. Она могла это сделать, потому что её друзья будут рядом с ней; они всегда будут рядом. Её взгляд метался между друзьями, на лицах которых отражалось сочувствие, и часами в коридоре, неумолимо отсчитывающими время до закрытия двери, которую нельзя открыть снова. Первый шаг к исправлению ситуации был прямо перед ней. Она могла обнять своих друзей, как в тот день, когда они победили Лунную Пони. Она могла впустить их и позволить им помочь, чего она не делала последние два месяца. Перед ней было два расходящихся пути. Один был каменистым, но со светом в конце, а другой — гладким, но вымощенным аморальностью. И между двумя путями тикал таймер… тик… тик… тик… и когда таймер закончится, решение останется на волю судьбы, а решение судьбы было предопределено. Она ненавидела идею того, что судьба будет решать всё. Но, глядя на оба пути, один привлекал её больше. Её взгляд обратился к тому, в конце которого был свет, и это принесло ей чувство уверенности. Чувство, что всё, хоть сначала и кажется неопределённым, в конце концов наладится. Ей нужен был Спайк, но у неё не было права использовать смерть Лиры ради своей выгоды. Ей нужен был Спайк, но у неё не было права использовать… Ей нужен был Спайк, но… Твайлайт заколебалась. Медленно её взгляд начал смещаться к другому пути. Ей нужен был Спайк… Путь со светом исчез из её сознания, оставив только одно конкретное решение. Ей нужен был Спайк. «И я бы отдала всё, чтобы поговорить с ним е-ещё один раз…» Её взгляд метнулся обратно к часам. Осталась одна минута… Всплеск адреналина захлестнул её тело. Её рог засветился, и всех её друзей окутало лавандовое сияние. Флаттершай ахнула, пакет, который она держала, выпал из копыт, рассыпая лёд по полу. «Спасибо вам большое за помощь, но мне действительно нужно, чтобы замок был пуст», — сказала Твайлайт, вскакивая на копыта и спотыкаясь с коротким криком, когда давление легло на больную ногу. «Твайлайт, что ты—» — начала Эпплджек, а затем издала удивлённый возглас, когда её, а также Пинки, Рэйнбоу, Рарити и Флаттершай, внезапно против её воли толкнуло к выходу с кухни. «Извините, я знаю, вы, девочки, хотите помочь, но вы все отказываетесь уходить, а мне нужно, чтобы вы ушли!» Твайлайт взмахнула рогом, следуя за своими друзьями прихрамывая, пока её магия выталкивала их в коридор и к входным дверям. «Твайлайт, отпусти!» — потребовала Рэйнбоу, её конечности боролись с магической хваткой. «Дорогая, что на тебя нашло?!» — последовала Рэрити. «Опухоль на твоей ноге всё ещё нужно лечить!» — обеспокоенно сказала Флаттершай. «Что может быть сейчас важнее твоей сломанной ноги?!» — спросила Пинки, ошеломлённая. «Я всё вам расскажу позже, мне просто нужно, чтобы вы ушли, сейчас же», — заключила Твайлайт. Сильным толчком её друзья вылетели на крыльцо, после чего она отпустила магическую хватку. Эпплджек немедленно развернулась. «Твайлайт, я не понимаю. Почему ты—» «Просто послушайте меня и оставайтесь снаружи!» — закричала Твайлайт, схватив дверь в магию. Рэйнбоу протянула копыто, шагнув к дверям. «Подожди! Твайлайт, мне нужно забрать мою—» Дверь захлопнулась, ударив Рэйнбоу по лицу и опрокинув её на землю, с губ сорвался стон страдания. *** Свет залил кладовую, когда дверь распахнулась. Изнутри свёрнутое в ковёр тело засветилось лавандовым и вылетело на кухню. Твайлайт бежала так быстро, как позволяли три копыта, свёрток из ковра следовал за ней по пятам. Раскалённая кровь текла по её сломанной ноге, но ей было всё равно. Она должна была доставить Лиру в комнату, пока не стало слишком поздно. И сейчас у неё оставалось меньше тридцати секунд. Когда она взбегала по лестнице, таща за собой тело, она почувствовала, как связь её магии растягивается, и оглянулась назад. Прядь зелёных волос, свисавшая с конца свёрнутого ковра, застряла в пространстве между двумя ступенями, не давая ему двигаться. «Давай же!» — закричала она, дёргая ковёр на себя. Раздался резкий звук разрыва, когда волосы освободились, с красным пятном на конце. Твайлайт продолжила, пронеслась по оставшимся ступеням и вниз по коридору наверху. Двадцать секунд. Она толкала себя ещё быстрее, несмотря на то, что больная нога кричала, чтобы она остановилась. Она свернула налево и побежала мимо окон. Не было времени проверять, ушли ли её друзья. Это её не касалось. Её касалась только одна вещь. Время истекало. Пятнадцать секунд. Она видела открытую дверь в комнату в конце коридора. Удары её копыт были подобны ударам грома о кристальный пол. Её дыхание было прерывистым. Сердце готово было выпрыгнуть из груди. Десять секунд. Дверь становилась ближе. Ближе. Она развернула ковёр, обнажив мёртвое тело Лиры, и бросила его на пол. Она влетела в комнату, где тело Спайка ждало её на столе для решающего момента. Пять секунд. Твайлайт швырнула тело Лиры через комнату. Её тело ударилось о кристальный стол с треском, а затем безжизненно сползло на бок в сидячее положение. Четыре секунды. Она подняла книгу под названием «Реанимация» с пола, открыв её на странице с заклинанием. Три секунды. Её магия окутала страницу, а также одновременно тела Спайка и Лиры. Две секунды. Она попыталась произнести заклинание, но её рог отказался подчиняться. Одна секунда. Из её горла вырвался мучительный крик, когда она вложила всю магию, какую могла собрать, в свой рог и, через абсолютную силу воли, направила её через тело Спайка. Тело Спайка вспыхнуло лавандовым светом. Оно поднялось со стола, пока заклинание проходило через его тело, взывая к каждой конечности и каждому органу, приказывая им пробудиться, взывая к его душе и требуя, чтобы она заняла своё законное место. Она чувствовала, как магия движется с целью — больше не бесцельно, а рассчитанно. То, что раньше казалось неправильным, теперь казалось правильным, словно то, чего не хватало, наконец встало на своё место. Магия двинулась к мозгу, снимая оковы, удерживающие сознание Спайка в плену, и на этот раз Твайлайт чувствовала, как оно возвращается. Она чувствовала, как Спайк возвращается. Шаг, который она упускала, был выполнен, и теперь магия знала, какой она должна быть. Тело Спайка затряслось с большей интенсивностью, свечение его тела усилилось до ослепительного блеска. Рог Твайлайт пульсировал, энергия вокруг него хаотично потрескивала и искрилась. Она почувствовала, что заклинание завершено, и прекратила поток энергии к своему рогу. Луч её рога погас. Тело Спайка потускнело до нормального цвета и упало на стол, а сияние вокруг тела Лиры исчезло, оставив его бессильно сползти до конца на пол. Всё затихло. «Спайк!» — крикнул измученный голос Твайлайт. Бросаясь к столу, она отшвырнула тело Лиры в сторону с помощью магии и наклонилась над драконом. «Ты меня слышишь? Спайк!» Она вглядывалась в тело своего главного помощника в поисках любых признаков движения, отчаянно желая увидеть знак того, что заклинание сработало. Она молилась, чтобы не опоздала. Каждая секунда ожидания усиливала её тревогу. Её копыто барабанило по столу, каждый вдох был прерывистым. Это должно было сработать… Пожалуйста, пусть это сработает… Она ждала дольше… дольше… дольше… а тело Спайка оставалось неподвижным, даже не намекая на ответ. «Спайк!» — закричала Твайлайт. Неужели одна секунда действительно решила всё? Неужели она упустила свой единственный шанс вернуть его навсегда? И тут глаза Спайка открылись. Твайлайт ахнула. «Спайк, ты меня слышишь?» Она молилась, чтобы на этот раз он узнал её, чтобы эта попытка не закончилась, как все предыдущие. Стеклянные глаза Спайка скользнули в глазницах, пока не уставились на Твайлайт. Аликорн затаила дыхание. Они смотрели друг на друга несколько мгновений, в воздухе висело напряжённое ожидание. «Твайлайт…?» — сказал Спайк. Взрыв радости разразился внутри Твайлайт. «Спайк! Это… это правда ты?!» Она не могла поверить. Заклинание сработало. Оно действительно сработало! Её усилия не были напрасны. Жизнь Лиры не была напрасна. После двух долгих месяцев страданий её маленький дракончик вернулся к ней. Наконец, спустя все эти годы, Реанимация увенчалась успехом. Слёзы навернулись на глаза Твайлайт. «Иди сюда…» — прохрипела она, наклоняясь, чтобы обнять дракона. Спайк отшатнулся. Твайлайт немного отступила. «…Спайк?» Внезапно Спайк вскочил в сидячее положение. Органы в его теле громко плеснули. «Что происходит?!» Его голос был хриплым и влажным, с неестественной глубиной, но он был достаточно отчётлив, чтобы выразить абсолютный ужас в его словах. Твайлайт покачала головой. «Спайк… всё в порядке». Она протянула копыто. «УЙДИ ОТ МЕНЯ!» — закричал дракон, в панике отползая назад и падая со стола. Его тело ударилось о землю с глухим влажным шлепком. «Спайк? Спайк, что случилось?!» — тревожно спросила Твайлайт. Это не имело смысла. Почему он так себя ведёт? Она ожидала некоторой дезориентации или шока от внезапного возвращения в мир. Но Спайк был напуган, и не только… Он боялся её. Спайк перекатился на спину и продолжал ползти, пока не ударился о стену позади, тяжело и часто дыша. Затем его глаза опустились на остальную часть его тела. Новая волна ужаса накрыла его, когда он смотрел на свои покрытые швами, обесцвеченные ноги, а затем поднял такие же вздутые и зашитые руки и осмотрел их. «Ч-что… что это?! Что со мной случил—» Его взгляд метнулся вверх, остановившись на чём-то на другом конце комнаты. Он замер, замолчав на мгновение. А затем он закричал. Счастье внутри Твайлайт полностью исчезло, сменившись растущим чувством беспокойства. «Спайк, ч-что происходит?! Что…» Она замолчала. Медленно её голова повернулась, следуя за взглядом Спайка. Её взгляд упал на мёртвое тело Лиры, куда она его бросила, безвольно прислонившееся к противоположной стене грудой обмякших конечностей. Ужасающее осознание поразило её. Её лицо снова повернулось, глядя на дракона, съёжившегося у стены. «…Лира…?» Спайк продолжал кричать. Её голова качнулась. Нет, этого не может быть. Она обыскала пол у своих копыт и нашла книгу «Реанимация», упавшую после произнесения заклинания. Она подняла её с пола копытами и перевернула на заштрихованную страницу. Несомненно, она что-то не так поняла или упустила шаг на странице. Но когда она перечитала заштрихованный текст, одно конкретное предложение выделилось. Одного лишь тела субъекта будет недостаточно для успешного заклинания, если у него нет сознания, которое можно имитировать. И тут до неё дошло. Заклинание имитировало не просто сознание. Оно имитировало сознание Лиры. Она вернула не того. «Охх—» Книга выпала из копыт Твайлайт, когда они взметнулись к голове в ужасе. «О нет… О—о нет…»