bunny

Неделя пролетела как один долгий, странный сон. Тэхен ловил себя на том, что думает о Чонгуке постоянно. На парах, в столовой, по дороге домой — перед глазами всплывало то, как Чонгук по утрам жмурится от солнечного света, как смешно пытается пользоваться вилкой. Теперь он не крошечный комочек, а горячий парень с идеальным прессом, который постоянно ходит по квартире без футболки. Тэхен ловит себя на мысли, что смотрит на него слишком долго, а когда Чонгук просит «почесать за ушком», окончательно понимает, что пропал. Он перестал выгонять его из своей постели на третью ночь. Потому что просыпаться в три часа ночи от того, что Чонгук стоит над диваном в гостиной и смотрит грустными глазами — то ещё удовольствие. — Холодно, — сказал Чонгук тогда, и Тэхен сдался. Теперь каждое утро начиналось одинаково: Тэхен просыпался от чужого веса на груди и находил Чонгука, который во сне переплетался с ним так, будто пытался стать частью его тела. — Ты как такой прилипчивый, — бормотал Тэхен, пытаясь выбраться. — Ты тёплый, — сонно отзывался Чонгук и прикрыл глаза вновь. Внезапно брюнет нахмурился, будто сам не понимал, откуда взялись эти картинки. Потом потёр висок и поморщился. — Чонгук? Что-то не так? — обеспокоенно посмотрел блондин. — Голова болит. Иногда... картинки. Люди в чёрном. Бежать. Страшно. Тэхен мгновенно напрягся. — Какие картинки? Ты вспоминаешь? — Немного, — Чонгук посмотрел на него, и в его глазах впервые мелькнуло что-то взрослое, почти пугающее. — Там... за мной приходили. Я прятался. Долго. Потом стало холодно, и я стал маленьким. — хриплым голосом произнес брюнет. — Лес, — сказал он медленно. — Большой, темный, но не страшный. Свет. И голоса... они говорили на непонятном языке, но я понимал. И еще... — он зажмурился, — бег. Я бежал. Очень быстро. И меня звали... меня звали по имени, но я не оглянулся. Тэхен слушал, чувствуя, как мурашки бегут по коже. — Чонгук, — осторожно спросил он. — Ты не думал, что ты... не отсюда? — В смысле? — Ну... есть другой мир. Магический? Чонгук замер. Потом медленно поднял голову, глядя на Тэхена огромными глазами. — Ты думаешь, я оттуда? — Я не знаю, — честно сказал Тэхен. — Но это объяснило бы многое. Твои превращения. Твою память. Чонгук молчал, переваривая. — Если я оттуда... — начал он и запнулся. — Если я оттуда, значит, я чужой здесь? Он схватился за голову и покачнулся. Тэхен подхватил его, не давая упасть. — Всё, всё, хватит, успокойся — он обнял Чонгука, прижимая к себе. Тэхен сидел еще долго думая обо всем этом что говорил ему Чонгук. Он с трудом поднял руку, чтобы взять телефон с тумбочки, и замер, увидев пять пропущенных от Хосока и кучу сообщений. «Ты где?» «Мы договаривались встретиться!» «Тэхен, мать твою, возьми трубку» «Я уже подъезжаю к твоему дому. Жди» — Чёрт, — выдохнул Тэхен, окончательно просыпаясь. Он совершенно забыл, что Хосок пригласил его к себе в гости, они планировали выпить пива. Выбраться из объятий Чонгука оказалось той ещё задачей — парень только нахмурился во сне и потянулся за исчезающим теплом, но Тэхен был непреклонен. — Вставай, — он легонько хлопнул Чонгука по щеке. — Что? — Ко мне друг едет. Хосок. Тот, у кого вечеринка была. Ты его не знаешь, но он скоро будет здесь. Чонгук посмотрел на него недоуменно. — Друг? — Да. И нам нужно... — Тэхен оглядел Чонгука, который лежал в его постели, в его футболке, с растрёпанными волосами, и до него дошло. — Нам нужно, чтобы он тебя не видел. — Почему? — Чонгук приподнялся на локте, и футболка сползла, открывая плечо. — Потому что я не могу объяснить, откуда ты взялся! — Тэхен заметался по комнате. — Хосок мой лучший друг, он допытается, а я не могу сказать ему правду. Это звучит безумно. Ты сам понимаешь, что это безумно? Чонгук моргнул. — Я безумный? — Нет! То есть да. То есть не в том смысле. — Тэхен схватился за голову. — Слушай. Просто посиди тихо в спальне, пока я с ним поговорю. Хорошо? Не выходи. Не шуми. — Спрятаться? — Чонгук наклонил голову. — Да! Спрятаться. Пожалуйста. Звонок в дверь раздался именно в этот момент. Тэхен подскочил на месте, бросил на Чонгука умоляющий взгляд и вылетел из спальни, прикрыв за собой дверь. — Иду! — крикнул он, пытаясь пригладить растрёпанные волосы. На пороге стоял Хосок — свежий, бодрый, с пакетом кофе в руках и хитрым прищуром на лице. — Привет, бро. — протянул он, входя без приглашения. — Я так и знал, что ты проспишь. Держи кофе. Тэхен принял стаканчик и попытался изобразить расслабленность. — Спасибо. Я просто... заработался. — Ага, — Хосок скинул кроссовки и направился в гостиную. — Слышал я твои «заработался». — Ты один? Он замолчал, заметив на журнальном столике пустую миску. Не ту, которую Тэхен оставлял для себя, а вторую. С остатками нарезанной моркови. Хосок перевёл взгляд на диван, где лежал плед, сбитый так, будто на нём кто-то спал. Потом посмотрел на кухню, где на сушилке стояли две тарелки. — Тэхен, — медленно произнёс он. — Ты живёшь не один. — Живу, — Тэхен допил кофе залпом, лишь бы занять рот. — То есть нет. То есть... — То есть да, — Хосок развернулся к нему и сложил руки на груди. — Колись. Кто она? Откуда? Почему ты её прячешь? — Я не прячу, — соврал Тэхен. В этот момент из спальни донёсся отчётливый стук. Что-то упало. Потом ещё что-то. А потом тихое, но явное: «Ой». Хосок медленно перевёл взгляд в сторону коридора. — Что за звук у тебя в шкафу? Тэхен занервничал. — Книга упала. — Хосок, стой! — Тэхен попытался преградить ему путь, но друг был быстрее. Хосок распахнул дверь спальни и замер на пороге. Чонгук стоял посреди комнаты, держа в руках упавшую с полки книгу. На нём были только свободные штаны, которые Тэхен дал ему в первый день, и абсолютно невинное выражение лица. — Привет, — сказал Чонгук. Хосок открыл рот. Закрыл. Открыл снова. — Тэхен, — выдохнул он, не сводя глаз с него. Это твой парень? — с интересом посмотрев на него. — Нет! — И спит в твоей постели? — Хосок указал на сбитое одеяло, на две подушки, на явные следы пребывания двоих людей. — Да, — Тэхен закрыл лицо руками. Хосок медленно повернулся к нему. На его лице боролись шок, недоверие и зарождающееся восхищение. — Это не то, что ты думаешь! — взмолился Тэхен. — А что я думаю? — Хосок ухмыльнулся. — Я пока просто смотрю на факты. Чонгук, всё это время наблюдавший за ними с неподдельным интересом, вдруг шагнул ближе и встал рядом с Тэхеном, почти касаясь его плечом. — Он меня спас, — сказал Чонгук, глядя на Хосока с вызовом. — Холодно было. Страшно. Тэхен тёплый. Хосок моргнул. Потом ещё раз. Выражение его лица медленно менялось с игривого на озадаченное. — Тэхен, — тихо спросил он. — А он... вообще в порядке? У него с головой всё хорошо? — В порядке, — отрезал Тэхен, сам не зная, почему его задевает этот вопрос. — Просто он... пережил стресс. И многого не помнит. Хосок приподнял бровь. Пережил стресс? Не помнит? — А как его зовут? — Чонгук, — ответил сам Чонгук. — Я Чонгук. Хосок перевёл взгляд на Тэхена. Но когда Чонгук, словно почувствовав его сомнения, чуть наклонился и осторожно коснулся своей щекой его плеча — просто так, молча, ища поддержки, — все сомнения разом отступили. — Я разберусь, — твёрдо сказал Тэхен. — Потом. Не сейчас. Хосок посмотрел на эту сцену, на то, как Чонгук буквально приклеился к Тэхену, и вздохнул. Тэхен повернулся к Чонгуку: — Чонгук, мне нужно уйти буквально на час. Подождешь? Чонгук замялся, но кивнул. Спустя двадцать минут Тэхен доехал с другом до его дома на машине. Зайдя домой, Хосок налил гостю пиво и разложил снэки. Тэхен знал, что этого разговора не избежать. Хосок был не из тех, кто отстаёт с вопросами, особенно когда дело касалось друзей. — Ладно, — начал он, отпивая пиво. — Расскажи что это за парень такой. — Если я расскажу, — медленно произнёс Тэхен. — Ты подумаешь, что я сошёл с ума. — Валяй. — хмыкнул Хосок. И Тэхен рассказал. Всё. С самого начала. Как нашёл дрожащего животного в кустах в ту холодную ночь после вечеринки. Как принёс домой, отмыл, накормил, уложил спать. Как проснулся от того, что на нём сидит верхом незнакомый парень. — Сидит на мне, представляешь? — Тэхен нервно усмехнулся. — Голый. И смотрит так, будто это в порядке вещей. Хосок слушал молча, в конце чуть усмехнулся. — смесь шока и какого-то интереса. — И ты хочешь сказать, — медленно проговорил он, когда Тэхен закончил. — Что этот парень с бицепсами, которого я видел в твоей спальне, был тем самым кроликом? — Да. — Кроликом. — Маленьким, чёрным и пушистым, — подтвердил Тэхен. — Я его сам мыл. Хосок откинулся на спинку скамейки и уставился в небо. Минуту он просто сидел, переваривая услышанное. Потом глубоко вздохнул. — Тэхен. — Что? — Ты уверен, что в ту ночь ты пил только сок? — Хосок! — Ладно-ладно, — Хосок поднял руки в примирительном жесте. — Я просто пытаюсь найти рациональное объяснение. Потому что то, что ты рассказываешь... — Я знаю, — Тэхен провёл рукой по лицу. — Думаешь, я сам не пробовал найти объяснение? Он ест мою еду, спит в моей кровати и... и я не могу его выгнать. — Не можешь или не хочешь? — прищурился Хосок. Тэхен промолчал. Ответ был очевиден для них обоих. — Он не помнит своего прошлого, — продолжил Тэхен. — Только обрывки. Кто-то за ним охотится. Он был напуган и истощён, поэтому превратился в кролика. И теперь, когда он в человеческом теле, память возвращается кусками. Ему больно, Хосок. Я вижу, как ему больно, когда он пытается вспомнить. — И ты решил стать его защитником, — Хосок покачал головой. — Тэхен, ты вообще понимаешь, во что ввязываешься? Если за ним охотятся, если он из какого-то другого мира — это может быть опасно. — Понимаю. — А если эти охотники придут? Что ты будешь делать? Ты обычный студент, а не супергерой. Тэхен сжал губы. Он думал об этом. Каждую ночь, лёжа рядом с Чонгуком и слушая его ровное дыхание, он думал о том, что может случиться. — Не знаю, — честно ответил он. — Но я не могу его бросить. Ты не видел его в тот первый день, Хосок. Он был как потерянный ребёнок. Всего боялся. Не знал, что такое холодильник. Спал, свернувшись в клубок, и вздрагивал от каждого звука. А теперь... теперь он улыбается. Иногда. Когда я прихожу домой. И смотрит на меня так, будто я весь его мир. — Ох, Тэхен, — Хосок вздохнул. — Ты влюбился, что ли? — Что? Нет! — Тэхен дёрнулся так, будто его ударили током. — Я просто... забочусь о нём. Как о бездомном животном. — Ага, — Хосок скептически приподнял бровь. — И поэтому ты краснеешь, когда говоришь о нём? — Я не краснею! — Краснеешь. Ещё как. Тэхен закрыл лицо руками. Хосок засмеялся, но смех был добрым, без издевки. — Ладно, — сказал друг, хлопая его по плечу. — Допустим, я поверил в эту безумную историю. Что ты планируешь делать дальше? — Помочь ему вспомнить, — Тэхен поднял голову. Тишина повисла между ними. Тэхен смотрел куда-то вдаль, и Хосок видел, как дрогнули его пальцы. Хосок долго смотрел на друга. Потом вздохнул и отпил кофе. — Знаешь, — задумчиво произнёс он. — Я всегда считал тебя самым здравомыслящим из нас. А ты взял и приютил парня из другого мира. — Я знаю, как это звучит. — Это звучит безумно, — Хосок вдруг улыбнулся. — Но знаешь что? Я, кажется, завидую. Твоя жизнь стала хоть немного интереснее, чем вечная зубрёжка и отчёты. Тэхен фыркнул. — Хочешь поменяться? Забирай его к себе. — Ну уж нет, — Хосок поднял руки. — Он твой. Ты его нашёл. И вообще, он на тебя смотрит так, будто ты — единственное, что держит его в этом мире. Я бы на твоём месте был осторожнее. Такая преданность дорогого стоит. — Или дорого обходится, — вздохнул Тэхен. — Тоже верно. — Хосок допил кофе и поднялся. — Ладно. Если что — я рядом. И если этому твоему кролику понадобится помощь или документы какие-то — у меня есть знакомые, можем что-нибудь придумать. — Спасибо, — искренне сказал Тэхен. — Не за что, — Хосок уже собрался уходить, но обернулся. — И, Тэхен? — М? — Он правда очень красивый. Так что я тебя понимаю. — Береги его, — сказал Хосок. Вернувшись домой, Тэхен снимает куртку и вешает в шкаф. В прихожей как обычно подходит Чон. — Он не опасный? — спросил Чонгук, всё ещё стоя рядом. — Хосок? Нет, он просто... — Нет, — Чонгук покачал головой. — Он. Для тебя. Не опасный? Тэхен поднял на него удивлённый взгляд. — Ты что, волнуешься за меня? — ухмыльнулся блондин. — В-волнуюсь? Нет! — ответил Гук. Тэхен усмехнулся, но не придал никакое значение. Он сел за письменный стол и посмотрел на время и принялся за работу. — Чонгук? Что-то случилось? — Тэхен оторвал взгляд от ноутбука и посмотрел на парня, который подсел к нему так близко, что их колени почти соприкасались. — Нет, мне скучно... — Чонгук заглянул в экран с таким видом, будто пытался понять, что такого интересного Тэхен там находит целыми днями. Тэхен вздохнул и потёр переносицу. Дедлайн горел, профессор был строг, а Чонгук, кажется, решил, что раз уж он теперь живёт здесь, то имеет право на круглосуточное внимание. — Чонгук-а, я понимаю, что тебе скучно, но мне правда нужно это сделать. Завтра последний срок сдачи. — М-м-м, — Чонгук наклонил голову, разглядывая мелькающие на экране строчки. Потом его лицо вдруг оживилось. — Тэхен-а, я видел у тебя в компьютере в интернете как делают массаж. Хочешь сделаю? Тэхен замер с пальцами на клавиатуре. — Что? — Массаж, — повторил Чонгук и для наглядности изобразил руками какие-то размашистые движения, которые, видимо, должны были напоминать массажные техники. Выглядело это так, будто он пытается замесить тесто. — Ты сидишь целый день. Спина болит. Я помогу. — Откуда ты... — Тэхен моргнул. — Ты что, рылся в моей истории браузера? — Рыл? — Чонгук нахмурился, не понимая слова. — Я смотрел. Там кнопка с картинками. Нажимал, смотрел. Тэхен представил, как Чонгук, оставшись один, тыкает во все ссылки подряд, пытаясь понять устройство мира через интернет. Картина была одновременно умилительной и пугающей. — Чонгук, ты вообще понимаешь, что такое интернет? — Большая книга, где всё есть, — уверенно ответил Чонгук. — Ну... в целом да, — Тэхен невольно улыбнулся. — Но ты будь осторожнее. Там не только массаж, там всякое бывает. — Я осторожный, — Чонгук кивнул и снова вернулся к своей идее. — Так сделать массаж? У тебя плечи напряжены. Я вижу. Тэхен прислушался к себе. Плечи и правда затекли от сидения в одной позе. Шея ныла. Мысль о том, чтобы кто-то размял зажатые мышцы, звучала заманчиво. Вот только... — Ты уверен, что умеешь? — с сомнением спросил он. — Там же техника нужна. — Я смотрел, — упрямо повторил Чонгук. — И у меня руки сильные. Ты говорил. Тэхен действительно говорил. Вчера, когда Чонгук помог ему донести тяжёлые пакеты из магазина и даже не запыхался. Видимо, Чонгук запомнил и теперь намеревался применить эту силу с пользой. — Ладно, — сдался Тэхен, отодвигая ноутбук. — Давай попробуем. Но если будет больно — я сразу скажу. — Не будет больно, — Чонгук просиял так, будто ему доверили важнейшую миссию. — Ложись. — Куда? — На живот, — Чонгук указал на кровать. — Там удобно. Тэхен поколебался секунду, потом поднялся и перебрался на кровать. Лёг на живот, повернув голову набок, и приготовился к чему угодно. Чонгук устроился рядом — точнее, оседлал его бёдра, усевшись сверху с такой естественностью, будто делал так всю жизнь. Тэхен дёрнулся. — Чонгук! — Что? — в голосе парня звучало искреннее недоумение. — Так удобнее давить. — Давить? — Тэхен нервно сглотнул. — Слушай, может, не надо давить? — Надо, — уверенно заявил Чонгук и положил ладони ему на спину. Тэхен затаил дыхание, ожидая, что сейчас его позвоночник переломят пополам. Но вместо этого Чонгук начал очень осторожно, почти робко водить ладонями по его спине, словно изучая. — Тёплый, — тихо сказал он. — И напряжённый. Вот тут. Пальцы надавили на точку между лопатками, и Тэхен невольно выдохнул. Было больно, но именно той приятной болью, когда расслабляется зажатый узел. — Откуда ты знаешь? — выдохнул он в подушку. — Чувствую, — Чонгук продолжал разминать плечи, и его движения становились всё увереннее. — У кроликов тоже спина болит, когда страшно. Я маленький был — боялся. А ты сейчас не боишься, просто сидишь долго. Глупо сидеть долго. — Мне надо, — пробормотал Тэхен, проваливаясь в блаженное состояние. Руки Чонгука были тёплыми, сильными и при этом удивительно нежными. Он словно чувствовал каждое напряжённое место, каждую мышцу, которая требовала внимания. Тэхен прикрыл глаза, позволяя себе расслабиться. — Хорошо, — выдохнул он. — Очень хорошо. — Правда? — Чонгук обрадовался так, будто ему сделали комплимент. — Я стараюсь. Чтобы тебе было приятно. — У тебя получается. Чонгук продолжил массаж, спускаясь ниже, к пояснице. Тэхен уже почти задремал, когда почувствовал, как пальцы Чонгука чуть замерли, а дыхание над ухом стало чаще. — Чонгук? — он приоткрыл глаз. — Всё нормально? — Да, — ответ был слишком быстрым. — Просто... ты пахнешь по-другому. — В смысле? — Спокойно пахнешь. И... тепло. Очень тепло. — Чонгук наклонился ниже, и Тэхен почувствовал, как его нос касается затылка, вдыхает запах волос. — Мне нравится. Тэхен напрягся, но не от страха или дискомфорта. Просто это прикосновение — такое интимное, такое доверчивое — отозвалось внутри чем-то тёплым и пугающим одновременно. — Чонгук, — осторожно начал он. — Ты понимаешь, что люди так не делают? Ну... просто так не нюхают друг друга. — Почему? — Чонгук отстранился ровно настолько, чтобы заглянуть ему в лицо. В его глазах было искреннее недоумение. — Это же приятно. Ты хорошо пахнешь. Я хочу запомнить. — Запомнить? — На всякий случай, — Чонгук пожал плечами, и в этом жесте мелькнуло что-то тревожное. — Вдруг я снова стану маленьким. Тогда я буду помнить твой запах и найду тебя. Тэхен почти задремал под умелыми руками Чонгука. Почти — потому что где-то на грани сна и яви он вдруг почувствовал что брюнет слишком прижимается к нему и его тело реагирует на происходящее совсем не так, как должно. Тепло разлилось внизу живота, мягкое и настойчивое, а затем он почувствовал, как кровь приливает к паху. Сердце пропустило удар, а потом забилось где-то в горле. — Чёрт, — выдохнул он, резко напрягаясь. Чонгук, всё ещё сидевший на нём верхом и разминающий поясницу, тут же замер. — Больно? — встревоженно спросил он, наклоняясь ближе. — Я слишком сильно? — Нет! — Тэхен дёрнулся, пытаясь принять сидячее положение, но Чонгук сидел на его бёдрах, прижимая к кровати. — Чонгук, слезь. Быстро. — Почему? — Чонгук нахмурился, но не сдвинулся с места. Тэхен закусил губу, чувствуя, как щёки заливает краска. — Пожалуйста, просто слезь. Вместо того чтобы послушаться, Чонгук вдруг наклонился ещё ниже и шумно вдохнул у его шеи. Тэхен замер, боясь пошевелиться. — Ты пахнешь по-другому, — тихо сказал Чонгук, и в его голосе появились новые нотки — Очень сильно пахнешь. Горячо. — Чонгук... — Тебе хорошо? — Чонгук поднял голову и посмотрел ему прямо в глаза. Взгляд был чистым, невинным, но в то же время каким-то... голодным. — Потому что мне тоже. Очень. Я не знаю, что это, но мне хорошо. Тэхен сглотнул. Под тонкой тканью домашних штанов Чонгука он отчётливо чувствовал, что тот тоже... реагирует. И эта реакция была вполне определённой. — Это... — голос Тэхена сел. — Это нормально. Для людей. Когда прикасаются. Но мы не должны... — Почему? — Чонгук моргнул, и в этом жесте снова мелькнуло что-то кроличье — непонимающее, но любопытное. — Ты мой. Я твой. Разве это не правильно? — Всё не так просто, — Тэхен попытался отодвинуться, но куда там — Чонгук сидел на нём с весом, который неожиданно напоминал о том, что этот парень совсем не беззащитный кролик, а взрослый парень. — Есть границы. Личное пространство. И... и мы не настолько близки. — Близки, — упрямо мотнул головой Чонгук. — Ты меня мыл. Кормил. Спал со мной. Гладил, когда мне было страшно. Это близко. — Это другое! — Чем? Тэхен открыл рот и закрыл. Как объяснить человеку-кролику, который ещё неделю назад не знал, что такое холодильник, концепцию сексуального влечения и социальных норм? — Это... интимно, — выдавил он наконец. Чонгук склонил голову, обдумывая его слова. Потом вдруг улыбнулся — медленно, почти хищно. — Я тоже хочу, — сказал он просто. — Я не знаю, как это называется. У Тэхена пересохло во рту. Чонгук смотрел на него с той же открытостью, с которой просил еду или жаловался на холод, но сейчас в этом взгляде было что-то прожигающее. — Чонгук, ты не понимаешь о чем говоришь. Нет, — честно признался Чонгук. Его глаза блестели в полумраке спальни, зрачки были расширены так, что радужки почти не осталось. — Но я хочу узнать. С тобой. Тэхен провёл рукой по лицу, пытаясь собраться с мыслями. Чонгук сидел на нём, тёплый, тяжёлый, пахнущий чем-то древесным и сладким одновременно, и смотрел так, будто Тэхен был ответом на все вопросы мироздания. — Ты хотя бы знаешь, что люди делают, когда... ну... когда им хорошо вместе? Чонгук задумался. Потом его лицо озарилось пониманием. — Я видел в интернете! — О нет, — простонал Тэхен, заранее ужасаясь. Чонгук наклонил голову, вспоминая. — Я сначала подумал — кусают друг друга. Но они не кусали. Долго. И им нравилось. Тэхен прикрыл глаза рукой. Господи, за что ему это? — Чонгук, это называется поцелуй. — По-це-луй, — Чонгук смаковал слово, словно пробовал на вкус. — Красивое слово. А почему они языками ещё делали? Я не понял. — Потому что... — Тэхен понял, что краснеет до корней волос. — Потому что это приятно. Иногда. — А ты делал? — Что? — Целовался. С языком. Тэхен открыл рот и закрыл. Он встречался с парнем раньше, да. Но сейчас, глядя в эти наивные глаза, он чувствовал себя так, будто его спрашивают о чём-то неприличном. — Делал, — признался он. — Но это не то, чем можно заниматься с кем попало. — Я не кто попало, — Чонгук обиженно надул пухлые губы. — Я знаю, но... — Научи меня, — перебил Чонгук, и в его голосе появилась та самая упрямая нотка, которая обычно означала, что он не отстанет. — Ты меня всему учишь. Тэхен смотрел на него и понимал, что проиграл. Проиграл в тот самый момент, когда этот странный парень появился в его жизни.